I will never not think about you

— хён, если я умру, то ты готов петь на моей могиле во всё горло? — чонвон спросил так, будто это совершенно обычный вопрос, а на лице его ничего не пошевелилось. джей приподнял одну бровь, дабы выразить всё своё удивление от услышенного. чонвон всегда был жизнерадостным человеком в глазах пака, поэтому он был не готов к таким вопросам. — чонвон, это абсурд, — вдруг он заметил пристальный взгляд на себе, из — за чего он сразу же решил, что младший серьёзен, — какую песню ты хочешь, чтобы я пел? за очередным вопросом последовало молчание. чонвон решил подойти к выбору серьёзно, будто решает будущее своей страны. — я бы хотел «never not» от lauv, — юноша выдохнул, облокотившись на спинку стула. эта песня была связана со многими воспоминаниями, что были заключены лишь меджу этими двумя. их общие секреты и признания хотелось унести с собой в гроб, а песня от старшего была бы завершением «ритуала», что был так важен для чонвона. в чонсона по ощущениям попала молния после заявления лучшего друга. молодой человек часто играл эту песню на гитаре, которая была вся в наклейках, подаренные воном. он никогда не позволял даже прикасаться к инструменту, но этот парень с кошачьими глазами был отдельным случаем, как он обычно объяснял другим. эти двое действительно дополняли друг друга, поэтому в компании друзей никто не удивлялся, когда они прилипали друг к другу, находясь в своём мире. они могли молча делиться своими переживаниями, так как знали, что даже без слов способны многое понять. ян всегда был открыт со старшим: никогда не стеснялся обнять его, посмеяться над ним, когда тот совершит глупость или даже помочь советом, хотя младший сам всегда твердил, что тот намного мудрее его. но чонсон часто задавался вопросом, что же мог скрывать в себе этот парень, несмотря даже на то, что дружили много лет. они оба безумно любили музыку, а песни несли в себе другой смысл, когда они слушали их в окружении друг друга. в эти самые моменты они могли походить на дирижёров, что хаотично размахивали палочкой. дирижёр должен чувствовать музыку всем телом и душой, зная, как играет каждый музыкант из оркестра, и этим ребята не могли не восхищаться. в целом, их всю дружбу можно было описать именно так.

***

опасения джея насчёт чонвона были, как оказывается, не просто так. от того много требовали родители, что он — будущее семьи, поэтому должен отучиться на хорошую профессию и завести себе семью. яна ужасно терзали самые разные мысли, потому что он хотел другую жизнь, где будет яркая улыбка джея, которая сопровождается их любимой мелодией. во время важных тестов и экзаменов были особенно трудными для юноши: отец мог поднять руку на своего ребёнка, оскорбляя его друзей, с которыми он проводил время, хотя должен был тратить на учёбу. чонвон понимал, что скоро не выдержит, а силы уже были на исходе. ян чувствовал эйфорию, но не своё тело. он не мог завладеть им, как в самых страшных снах, хотя реальность от сна еле как мог различать. ноги и руки дрожали, но юноша не мог это остановить, потому что это тело постепенно теряло свои жизненные способности, а рассудок медленно заполнялся белым шумом, через который чонвон мог разглядеть свою первую и последнюю любовь, которую унесёт с собой. ему было жаль, что он не успел сказать в лицо джею всё, что хотел. не мог сказать, как тот красиво поправляет свои волосы, как изящно выглядит в пальто и очках, да даже родимое пятно на его шее было слишком очаровательным для этого мира, а его привычка скрывать лицо при смехе и смущении являлась для яна прямым выстрелом в сердце. последние секунды своей жизни чонвон надеялся, что пак продолжит любить его, не забывая про их музыку души. чонсон никогда не испытывал такие паршивые эмоции, будто сердце вырвали безжалостно, а слёзы предательски попадали в горло, из — за чего заставляли кашлять до такой степени, что голос начал пропадать. он винил себя, потому что не смог разглядеть депрессивное состояние в поведении друга. отбросив всю мораль и странности, он смог сдержать обещание. старший сидел с гитарой возле могилы чонвона, напевая песню, что стала их гимном. пак поклялся, что будет слушать её до конца жизни, но его скорее можно назвать мазохистом, ведь из — за этой песни он искусал до крови губы, перейдя на ногти, которыми предпочитал царапать свои бёдра, пока плоть не начнёт показываться. но разве это всё имеет значения, когда он чувствует присутствие младшего? парень не понимал, хочет ли тот воссоединения, но он знает, что при любом случае сможет преодолеть эту границу, которая мешает им быть вместе.