Уголок парка

Снова этот перекрёсток, и снова Лань бежит до своей чертовой работы. Минуя многие улицы она замечает вялые лица похожих на друг-друга людей, и редко мелькающие пары. Каждый человек в этих страшных и до ужаса грустных и серых улиц ничем не отличался от других. Здесь она впервые познакомилась с той, чьё имя никогда не умрёт в её памяти. С Шэнь Хэ. В её руках звенели ключи от кабинета, в котором она работает. Нервно смотрев на ручные часы, она бежала не смотрев вперёд. Раздался характерный грохот: -Мгх.. Е лань случайно столкнулась с до боли красивой девушкой, чьи волосы были белее снега, а глаза так и выделялись сквозь толпу людей. Она была изумительна и очаровательна. Узкая талия и тонкие запястья, на которые как завороженная смотрела шокированная лучница. Беловолосая виновато посмотрела на девушку напротив, она слегка кашлянула- -Простите. Холодно ответила Шэнь Хэ. Она машинально поднялась, подавая руку лучнице. -Моё имя Шэнь Хэ, приятно познакомиться. Е лань залилась красками, глаза беловолосой действительно были слишком красивы. А её нежные и тонкие руки, с красиво выделенным голубым маникюром. Ей хотелось потрогать, прикоснуться ещё раз. Это были незабываемые ощущения. -Д-да, я Е лань! Мне тоже. Она слегка замялась, взглянув на девушку на против. Она увидела улыбку на лице той, Шэнь Хэ улыбалась искренне. Е лань невольно улыбнулась в ответ. Они разошлись, и прекрасно знают что встретятся снова. Ещё много раз. Они не понимали зачем они постоянно приходят на это место, ровно в двенадцать часов. То время, во сколько они познакомились. Они прекрасно подходили друг-другу. Шэнь Хэ нравилась Е лань, нравились её глаза, её улыбка и смущение. То как она радуется малейшим прикосновениям с её стороны, её характёр. Все в ней нравилось. И эти чувства были взаимны. Но никто из них не смел признаваться. Е лань снова пришла. Пришла на то место, в котором она чувствовала себя уютно. Где она могла быть собой, где она любила. Часы показывали ровно 11.50 она как обычно пришла чуть позже чем Шэнь Хэ. Посмотрев в сторону их любимого уголка, она увидела огромное скопление людей. Обычно в этом парке почти никого не было в такое время, но она не придала этому особого значения. Она начала пробираться сквозь толпу, возможно, Шэнь Хэ пришла и её вытиснула толпа куда-то в уголок. Е лань медленно проходила сквозь огромную толпу людей, пытаясь проскользнуть вперёд. Она услышала вой сирен. Это насторожило. Она пробралась в перёд толпы. Замявшись, она увидела безжизненное тело. Куклу, которая не двигалась. Её лицо было небрежно прикрыто газетой, та была смазана не известной жидкостью, воняла она знатно. Её сердце болезненно заныло, гримасса на её лице была ужасна. Она сразу поняла чьё это было тело. Она, сняв не большую шляпу, сказала рядом стоящему полицейскому: -Газету... Снимите газету, я-я хочу посмотреть, кто это.. Полицейский помедлил, затем кончиками пальцев взял промокшую газету. Немного приподнял, и положил обратно. Затем вопросительно взглянул- -Ну, узнаёте? Е лань не ответила. Она почувствовала, как задрожали её колени. -Нет.–Тихо сказала она.-Я её не знаю. Она говорила правду. Ведь то, что лежало на площади, было неодушевлённым. Девушка, которую она любила выглядела совсем по другому. Она повернулась и пошла, толпа в парке расступилась, и пропустила его. После этого вновь сомкнувшись. Она вернулась в уголок парка, к месту их встреч. Прислонилась к дереву, совсем разбитая и ослабевшая. Окружающее не интересовало её, Ни то, что было в центре парка, ни то что, было вокруг. Прозвучала сирена, послышался шум подьехавшей машины. Открылась дверца, в машину что-то положили. Нечто почти бесформенное и бездыханное. Задняя дверца машины захлопнулась. Луч прожектора скользнул над толпой, снова прозвучала сирена, затем наступила тишина. Она продолжала стоять, не зная, куда идти. Во всем мире не было места кроме этого излюбленного уголка. Сначала шок был не так велик. Лань словно была оглушена. Она продолжала стоять, прислонившись к стене и время от времени пошатываясь. Потом пришла боль, острая, стойкая боль. Такая боль, которая никогда не проходит. Башенные часы пробили двенадцать, люди понемногу расходились, парк опустел. Только Лань все ещё стояла там. На том месте, где раньше толпились люди, валялись обрывки газеты, испачканные чем-то едким. Она могла сегодня запоздать на пару минут, она придёт. Известно, девушки могут себе позволить опоздать на пару минут. В любой момент она может выйти из-за угла. Пробили часы на башне, ровно четыре удара. Е лань взглянула на ручные часы. Они тоже не правильно шли. Сорвав их с руки, она сильно ударила их об асфальт. Ну, теперь её девушка точно должна прийти. Теперь наверняка. Больше ничего не может случится, никакого несчастного случая, подобного тому, который недавно произошёл с той бедняжкой. Ещё нет двенадцати, а поскольку нет двенадцати, она ещё в пути. Она жива. Она будет жить вечно. Теперь всегда будет двенадцать часов на её ручных часах, в ее сердце и в её мыслях. С тех пор в том уголке стояла неподвижная фигура. Фигура со страдающим, смущенным, неподвижным взглядом. Каждый день лань являлась в двенадцать часов, и стояла в ожиданий. Ожидала весь июнь, июль, август, сентябрь, ожидала в холодном дождливом октябре. Ожидала кого-то, кто не мог прийти.