Люди

Вэнс считал этот день глупым праздником, потому на звонок девушки, чтобы прогуляться в последний день в этом году и может даже отпраздновать, он грубо отказал, как обычно проронив свои колкие фразы. Кудрявый блондин не искал в них что-то обидное, он никогда не думал, что ляпает, только потом жизнь научила его задумываться обо всем, что у него крутится на языке. Но был человек, который не смотря на подобную манеру общения, понимал его и в полной мере не принимал эту грубость близко к сердцу. С людьми ему тяжело давалось общаться, хотя в чем была его проблема найти циничных и безразличных, а все дело в том, что до сегодняшнего дня он считал, что ему не нужны люди в округе. Он может справится со всем сам, без посторонней помощи, в этом обществе нужно не жить, а выживать. На том и сказочке конец, после этого с ним, и разговаривать не о чем. Упрется на одном, да сколько бы аргументов ему не приводи, все равно будет настоять на своём. Но появление этой девушки в его жизни, оно было спонтанным и подобный эпизод совсем не входил в его планы. На протяжении всех этих четырёх месяцев, он надеялся, что она самостоятельно не выдержит его и вскоре забудет, ведь подумать только: за ней стоит толпа парней, которые буквально ползают в ее ногах, что ей делать подле хулигана с битой, грозы школы? И он удивлялся сам с себя, что он до сих пор не отогнал девчонку от себя, может, потому что подобное случается впервые? За все это время, он отрицал наличие положительных чувств в себе или же подобные характеристики, а сейчас словно что-то связало одной нитью с француженкой, сердце его забилось громко, и отчётливо, что даже он слышал эти стуки. В глубине души, он понимал, что не хочется навредить этой девушке своим дерзким нравом и это малая часть всей этой картины, кудрявый блондин знал, что не может контролировать себя, и что в крайнем случае, коли его агрессия выйдет наружу - он не совладеет ею. Вэнс не сомневался, что способен на что-то более ужасное чем простая драка, особенно после гибели мексиканца, он знаете ли, часто приходил к нему во снах. Из-за таких явлений, он сворачивался в клубок, накрываясь одеялом и старался не пустить ни единой слезы из своих хрустальных глаз. Однако, в те моменты, в голове плыло мутное воспоминание, как Арелльяно однажды сказал ему: - «Тебе просто нужен человек, который поведёт тебя по правильному пути». - Тогда Робин хлопает его по плечу, но даже в эти минуты, он ощущает это прикосновение, словно в первый раз. Хоппер скучает по нему как никогда. Он всегда был согласен с этим утверждением, но тогда кудрявый блондин просто ляпнул что-то обидное и как обычно, что крутилось на языке. Да недовольно хмурил брови, закатывал глаза. Парниша знал, что его друг не обидится, ибо второй знал его как свои пять пальцев. У Вэнса бы никогда не было намерения обидеть тех, кто ему дорог. Может, он и не умел этого показывать, зато в самый подходящий момент мог напомнить о себе. И Мари заметила эту черту: сколько бы раз он не кричал или ляпал что-то неприятное, он всегда возвращался к ней назад. Француженка не знала, как это связано, но также не обижалась и не пыталась противостоять этому. Единственное, что она может сделать, это быть рядом и принимать его недостатки. Девушка была знакома с ним не так давно, однако их объединяло многое. Они слушали разную музыку, имели разные интересы и цели - именно это сплело их одной нитью, то что они были противоположны друг другу. Однако, сама Мари подвергалась сомнению к этой дружбе. Ей казалось изначально, что они походят вместе под руку малое время, да разбегутся по своим путям. Ибо изначально, планы ее совсем не соответствовали нынешним. Сейчас, девушка сидела за родительским столом, мать как обычно позвала уйму гостей. Отец тосковал где-то в конце зала, а женщина уверенно говорила с присутствующими. - А моя дочь вот, на скрипке играет. Ещё и в художественную школу успевает ходить. - Сказала одна мадам из гостей, наколов лист салата на вилку вместе с кусочком помидора. - Это вам ещё повезло! Моя кое-как на фортепиано играет, потому что руки не из того места выросли! - Выругалась мамаша на французском, пока Мари недовольно нахмурила брови, подобные слова звучали на каждом застолье и они не самые приятные для неё, вообщем-то для всех. - А ты брови-то, не хмурь свои, ишь какая сидит! - Подметив недовольство дочери, топнула каблуком женщина. Тут француженка, уж было, как обычно, не выдержала и унеслась на туфельках в свою комнату, с хлопком закрывая дверь. Мать взглянула на часы. - Ничего страшного, ещё придёт, это она всегда так - Отмахивалась женщина и громко засмеялась, как подобает в подобных инцидентах. Мари же уселась подле окна, за которым падали крупинки снега. Сегодня она кажется, вновь в этих четырёх стенах и с поджатыми губами, будет смотреть на падающий снег. Если повезёт, позже заиграют салюты и ей удасться насладится его красками, в размышлениях о том, чем же она так никудышна? Может это плата за то, что она из богатой семьи и у неё есть практически все, что нужно для жизни? Раньше, девушка думала, что деньги единственное, что могут осчастливить ее и поднять уголки губ. Но сейчас пришло некое осознание, что даже при деньгах, она одинока и несчастна. Какое бы богатство в будущем ее не ждало, коли будет она одна, счастья точно можно не ждать. От размышлений ее отвлёк стук в оконное стекло, та резко поднялась со стула и приоткрыла его, хлопая глазами. - Эй ты, поднимай свою чёртову задницу и пойдём в одно место. - Это был самой персоной Вэнс Хоппер, что стоял, спрятав руки в карманы своей куртки, на плечах его был небольшой рюкзак. Мари всхлипнула носом. - Куда? - Воздержалась от шутки француженка, глядя в его голубые, словно тихий океан, глаза. В этом океане бушевала пена, не горя желанием стихнуть, а в том и загвоздка:Мари не знала, когда малейшее бушевание превратится в самый настоящий шторм. - Меньше знаешь - крепче спишь, поднимайся и свалим из этой шарашкиной конторы - Он читал ее настроение между строк и уже, пусть и за довольно малое время их общения, Хоппер мог понять все по одному выражению лица девушки. Если она пришла с приподнятыми уголками губ, брови подняты вверх, а ресницы смешно дергаются - значит случилось то, отчего она явно в восторге. А уж если выдался такой случай, что щеки тускло бледнеют, зрачки глаз чуть опущены вниз, да ни один мускул на лице в процессе не дергается - это явное беспокойство или разочарование. Хотя порой его внимательности нельзя было полагаться, даже в таких случаях. Мари воздержалась оттого, чтобы как-то прокомментировать его слова, лишь накинула на свои плечи тёплую шубу, которая служит ей уже многие годы, да запрыгнула в каблуки. Оба двинулись в путь. К слову, в округе все были счастливы, по радостным лицам народа было понятно, что у них есть хотя бы какой-то вкус праздника. В округе горели яркие огоньки, но самыми лучшими были звезды. Их невозможно было сосчитать, но узоры, что вырисовывались на небе с помощью них , так и отражались в зрачках. Музыка скоро стихнет и начнут запускать фейерверки, салюты, все будут счастливы с наступившим годом, подводить итоги прошлого. Но самый главный вопрос: счастливы ли они? Это тот самый способ вогнать себя в депрессию за пару секунд, более того, начать искать что-то в том, чего нету. Дорога не заняла много времени. Это было старое здание, кудрявый блондин обошёл его и открыл скрипучую, старую дверь. Внутри показалась лестничная площадка, ступеньки, которой были довольно обшарпанные. Поднимаясь вверх, эхом слышался стук каблуков Мари, заодно, наверху была лампочка, которая горела еле еле. Спустя пол минуты, перед ней была такая картина: двоица забралась на крышу, все было укрыто снегом, казалось бы, так холодно, но Вэнс достал из своего рюкзака ветровку и расстелил на полотно, усевшись прямиком на ткань, да похлопав по месту рядом. Городок здесь был как на ладони, пожалуй, прекрасное зрелище. - Садись. - Говорит он и достаёт из кармана пачку сигарет, тряся ею. Свободной рукой он держал зажигалку, потому зажав сигарету между губ, он поджег ее и закурил, приятный для француженки дым никотина растворился в воздухе. - Вэнс, а кто такой.. Робин Ареллано? - Мари ожидает агрессивной реакции на ее вопрос, резкого ответа, ведь ее это уже не удивит. В прочем, не уж то она привыкла к злобе второго? Он нервно вздыхает и сглатывает, прикусывая нижнюю губу. В душе что-то колит, когда кто-то из его знакомых заводил разговор на эту тему, ему сразу сносило крышу, потом весь оставшейся день был сам не свой. Однако, по какой-то причине, агрессия ушла на второй план и Вэнс предпочёл ей рассказать обо всем, нежели портить настроение друг другу ещё больше. Хотя, почему это его волнует? - Мой хороший друг. Он погиб три года назад. - Кудрявый блондин вновь выдыхает тусклый дым, передавая сигарету девушке. Она зажимает ее меж пальцев и также прислоняет к алым губам. - Из-за чего.. из-за чего он погиб? - Спрашивает француженка, на удивление, сигареты уняли ее плохое настроение и на душе было спокойно. Но она понимала, что грели ей душу вовсе не сигареты, а что-то другое, нечто особенное. - Его похитили. Я не хочу об этом говорить. - С твердостью говорит кудрявый блондин, пока вторая кивает и молча отдаёт колкую вещицу парню, как только фильтр безмолвно догорел, он топчет сигарету подошвой своего кроссовка, вздыхая. Голова Хоппера падает на плечо девушки само собой, видимо, курение произвела некий туман в его голове настолько, что конечности были как у марионетки, хоть за ниточки дергай. Мари совсем не против, наоборот вглядывается в его кудри, что были переплетены между собой. Он чуть приподнимает голову, смотря прямо в ее глаза, сердце бешено бьется, в висках по крови расплывается что-то горячее, для него это что-то необычное, эмоции полностью охватывают его, Вэнс не контролирует себя, а впервые даёт волю чувствам, но кто знает, вдруг, это может дать негативное последствие? Парень всегда привык продумать все наперёд, но здесь это почти что невозможно, девушка тянется к нему и накрывает чужие губы своими, прикрывая веки. Делает она это коротко, пока в небе громыхают салюты, на душе появляется удовлетворение, ей впервые так спокойно, она знает, что в безопасности. Хоппер не намерен отстранятся, он вновь приближается к ней и целует ее, он делает это беспощадно, легонько покусывая ее губы, не жалея. Ей наоборот доставляет это неуязвимое удовольствие, в округе них запускают яркие огоньки, весь мир больше не кажется ей черно-белым. С нежеланием, приходится отстранится от сладких губ друг друга и посмотреть на очаровательное зрелище впереди них. Сегодняшней ночью, он доверил ей свои чувства, у него больше нет ощущения неуверенности в них, все перестало казаться таким суровым и противным, но надолго ли?