С днём секса..

30.11.2019 Этот субботний вечерок выдался особенно спокойным. Спустя долгие трудовые дни, полные разными сюрпризами от начальства, наконец-то наступили долгожданные выходные. Эту разницу особенно ощутила нынешняя столица, работая на износ. Он не щадил себя, вовремя выполняя задания и следуя четко поставленному графику. Безусловно, такое рвение ценилось, и, даже иногда, смиловшийся президент может подарить парочку дополнительных дней отдыха. Но очень редко. Многие чиновники пользовались этим, заваливая его новыми документами и глупейшими вопросами. Вот недавно приходил Химки, который забыл сделать отчёт об использовании электроэнергии. Ну не идиот? Разве это настолько сложно? А ведь тот даже не ходит на тысячи конференций, слушая по несколько часов монотонные голоса Но стоит признать, в этом есть и плюсы. Очередные извилистые издёвки над Вашингтоном лишь потешали эго, с Пекином всегда не прочь поговорить насчёт экономики. Да и разговорами с Николаем особенно дорожил, радуясь, что хоть какая-то ниточка ещё осталось от их некогда братской любви. Такой образ жизни неплохо так ударил по здоровью Первопрестольной. От бессонных ночей залегли большущие синяки под ясными голубыми глазами, в которых полопались капилляры. Михаил много голодал, забывая поесть среди коротких перерывов. Совсем исхудал, но то и верно, организм от нормальный пищи получал только кофе, попадающее уж в слишком огромном количестве. Но никто не жаловался, это намного лучше, чем гореть потом в разграбленной Москве Именно в таких моментах дорогой Сашенька являлся спасательным кругом. Честно говоря, блондин иногда подозревал, что это был Божий подарок, врученный за все страдания, которые перенес за свое долгое существование. Для многих Петербург покажется хладнокровной королевой, беспощадно ссылающей каждого смертного в Сибирь. Королевой то он был, ещё какой, но абсолютно не такого происхождения. Эта напыщенность всего лишь защитная реакция, образовавшаяся после Отечественной. Да и навряд ли приближенный человек к императору мог себе позволить хохотать на весь Зимний Дворец и распивать вино с друзьями. Стоит признать, в этом есть и заслуга Московского, воспитавшего свою отличную замену Но на данный момент мы говорим о том, искреннем Романове. Который не стеснялся улыбаться, смотрел теми же восхищёнными и детскими глазами из 18 века. Приходя поздно в пятницу, с бьющимся сердцем слушал лёгкое копошение за дверью. Умиляясь, встречал растерянный взгляд любимого, который через секунду тут же радовался и начинал лобызаться. Объятья брюнета были тёплыми, согревающими, успокаивающими. В этом было нечто прекрасное, ведь Александр является немногим, кому удалось открыть дверцу в сердце Москвы. Изначально тот шикал, видя эту маленькую зависимость мальчишки, потом начинал свыкаться и это даже льстило. А вот после пожара все поменялось, слишком сильно. Он был тем самым лучиком среди сущего мрака, единственный вызывал лёгкую улыбку и слезы, скатывающиеся с глаз в далёких девяностых, осознавая, что сам испортил этот идеал. Быть рядом с тем, кто не собирается тебя убить и вставить нож в спину вдвойне приятно Отхлебывая крепкий кофе, Первопрестольный пробрался в комнату, где расположился его Северный принц. Брюнет с кем-то переписывался в телефоне, иногда хмыкая. Даже не обратил внимание на крадущегося возлюбленного. Скрестил ноги, на которых были широкие спортивные штаны. На грудь нацеплена футболка, явно не по размеру. Нет, Саше абсолютно плевать на нынешнюю моду, тот даже не любил такой фасон. Да только обладая широкими плечами и тонкой талией, было крайне сложно найти нужную вещицу. Ее кстати покупал вместе с блондином, жалуясь на то, что нигде нет нужного размера Питер спокойненько лежал на мягенькой кровати, ничего не подозревая. День выдался на славу, впрочем, это было ожидаемо, со столицей же. Проваляться до обеда в кровати - высшее наслаждение, все должны признать. Стоит отметить, что большую часть выходных они проводили именно дома. Поскольку Романов требовал культурного обогащения в театре, а партнёр - сходить в бар или клуб. Те даже выбраться на улицу не могли. Столица имел отвратительную привычку ходить быстрым шагом, даже не замечая этого. А вот сам сероглазый делал это очень медленно, иногда даже зависая и разглядывая улицы родного города, хотя разглядывать уже толком нечего. Да и сил физически догнать его не было, так что брюнет предпочитал отстать и идти в нормальном для себя темпе, пока впереди идущий мужчина не заметит пропажу. С открытого окна дул прохладный ветер, тормоша кудрявые волосы. Как вдруг резко почувствовал на себе тяжесть другого тела, удивлённо поднимая бровь. Дорогой Московский буквально оседлал бывшую столицу, смотря уж слишком довольно и азартно. Из ручек выдернули телефон, подробно изучая переписку. Александр даже пискнуть не успел, следя за нахмурившимся выражением лица любимого. - Опять этот финн? Сероглазый аж чуть не усмехнулся, это было очевидно. Любовник терпеть не мог этого человека, особенно после Второй Мировой. Однако было понятно и оправдано. Да только не ясно, почему же он до сих пор общается с Хельсинки. Влияла ли на это поставка наркоты в конце прошлого века, никто не знает. Парень проявил свою не самую лучшую сторону ещё в начале пути, пытаясь приблизиться к нему. Всячески шутил, ходил хвостиком. А один раз даже признался в любви, расплакавшись и ожидая взаимности. Это бесило ревнивого Мишу, пытающегося сберечь свое сокровище от таких подонков. Множество раз предупреждал, но не помогло. После такого дерзкого поступка в отношении к блокаде, возненавидел, пытаясь пресечь любое общение с этим лжецом. Но все было тщетно - Тише. Это обычная переписка - Ты же знаешь, я волнуюсь,- поделился Московский, ещё раз оглядывая милую переписку - Знаю. Те прильнули друг к другу, прикрывая глаза. Петербург мгновенно сдался под напором Михаила, не став противиться, что было совсем на него не похоже. Обычно тот с радостью боролся за лидерство, желая хоть где-то быть главным. Но сегодня, видно, такой цели не было. Его медленно раздевали, кидая элементы одежды на пол. Будь это какая-нибудь рубашка, он бы уже языком все заново разглаживал, но на домашнее трико плевать. Обхватывая своими тоненькими запястьями шею, притянул поближе. Нежно, как никто иной, смотрел в глаза напротив, цвета чистейшего океана. Ещё никогда не встречал в жизни того, чей бы взгляд являлся более натуральным. Лежа совсем нагишом, заметил одну странную вещь - А ты почему одетый? - Стесняешься?- по-доброму улыбнулся,- Сейчас исправим С плеч легко стянули майку, открывая вид на широкую грудь. Если говорить честно, то Москва не отличался жилистым телосложением, как у того же Константина. Скорее был золотой серединой, имея немного проглядывающиеся кубики пресса. В союзе, между прочим, все было иначе, мощные мускулы выглядывали из военной формы, но упоминать это время нет необходимости. Получив удовлетворённый кивок со стороны нижнего, вернулся к первоначальной цели - облапать свою Северную зарю, чтобы при дальнейших встречах надоедливая Оксана уж заметила намеки Он припал губами к белоснежной коже, качественно ту вылизывая. С самого детства Александр имел бледный оттенок, пугая дворовых слуг этой неестественностью. То было ожидаемо, ведь все свободное время занято уроками и многочисленными заданиями. Изначально Саша был очень активным ребенком, крутился из стороны в сторону, задавал много глупых вопросов. И само собой ходил играть с дворовыми детьми, пока в один момент все не прекратилось. Его насильно закрывали в библиотеке, заставляя читать надоедливые книги. А со временем даже не находил нужды в этих играх и прогулках. Его каждый день усыпали новыми делами, отчего не то, что на прогулку, даже покушать времени не хватало. Так усердно учиться считали дикостью, но Питер привык быть разочарованием для всех На ключицах стали расцветать бутоны, постепенно опускаясь ниже. Юркий язычок коснулся многих мест тела, но особенно задержался на груди. Двумя руками осторожно потягивал красные бусины сосков, вызывая новые стоны и вздохи. Михаил видел, как город судорожно дышал, но упрямо продолжал. Перешёл на какой-то бешеный темп, вгрызаясь в горло, оставлял засосы, следы, кровоточащиеся укусы. Все, что покажет, чем они занимались на выходных. Юноша под ним изгибался, ловя удовольствие от каждого действия Москва спустился ниже, нарочито игнорируя вставший колом член, не только свой, но и его. Зацеловывая худенькую ножку от щиколотки и все выше, оглаживая ладошками полукруглые ягодицы. В тот момент, когда мокрый язычок прошёлся по внутренней части бедра, Романов вскрикнул от удовольствия и сощурился, облизавшись. Такая реакция более чем устраивала, зацеловывая родное тело до красных пятен. Миша чувствовал руками все то дрожание, так что поспешил с вопросом - Отсосешь? - Ну что же вы, Михаил Юрьевич? С культурной столицей разговариваете - Заполнишь свой идеальный ротик моим половым органом?- исправился Москва, довольно улыбаясь Брюнет хмыкнул, меняя позу. Теперь сам нависал над Первопрестольным, который стремительно снял и положил очки на комод. Голубоглазому уж очень сильно не нравилась привычка возлюбленного скрывать свое личико этими противными линзами. Бесспорно, ранее они нужны были при огромном минусе, возникшем после революции. А сейчас лишь для имиджа. Тот наивно предполагал, что будет выглядеть солиднее и статнее, прибавит возраст. Отчасти это было так, ведь в домашней одежде и с растрепаными волосами являлся натуральным подростком, что неимоверно бесило. Да и для покупки алкоголя каждый раз носить паспорт - неудобно. А Питер уже расположился меж ног своей столицы, стягивая шорты, а за ними и боксеры. Абсолютно без стеснений провел рукой по члену, улавливая лёгкий вздох. Ну что может быть лучше, чем немного подразнить? Холодные пальчики Романова, тоненькие и музыкальные, уже не раз касались прелести Московского, повторяя опыт чуть ли не каждую неделю, не учитывая того, что из-за завалов старшего на работе, могли не видеться месяцами. Но сейчас не об этом. Парень огладил головку, с удовольствием ощущая, как мгновенно увеличивается стояк. Сначала невыносимо медленно очерчивал каждую выступающую венку, самолично увлекаясь процессом. Затем стал ритмично надрачивать, иногда прерываясь и следя за реакцией. А вот она была бесценна, Москва весь вспотел, тяжко вздыхая и прикрывая глаза. Воодушевившись, Саша хотел продолжать, как его остановили. Блондин сжал чужую ладонь, обращая на себя взор - Радость моя, может уже начнёшь? Названный выдал кривую улыбку, прекращая дурачиться. Для удобства, нагнулся пониже, все же сжимая яйца из собственной вредности. Язычок сделал круговое движение на основании, чувствуя солоноватый вкус. Но он был совсем не противным. А даже наоборот, притягательным. Все же удостоился заглотнуть малую часть, не осмелившись дальше. Аккуратно посасывал, стараясь не задеть орган острыми клычками. Из уст партнёра стали исходить тихие стоны, тешащие самолюбие брюнета. От того он решил насадиться наполовину, пропихивая к горлу. Рвотный рефлекс сработал на ура, но был нагло проигнорирован. Издавая вибрацию для чувствительной головки, с упоением взглянул на Мишу, которому явно сложно сдержать свои порывы. Продолжил делать тоже самое, все же помогая ледяными пальчиками, прикасающимися к разгоряченной плоти - Ммм... Я сейчас уже кончу, подожди Питер упрямо не послушал, резко опускаясь, так, что яйца бились об гладкий подбородок. Глазки слегка заслезились, но не замечал этого. Петербург быстро двигал собственной головой и приносил приятные ощущения, доводя до пика. Честно признать, Москва пытался его остановить, но что взять с этого дьявола? Никакая рука на кудряшках не помогла, и тот кончил глубоко внутрь любимого. А Александр все послушно проглотил, отстраняясь и невинно хлопая глазками, будто пару секунд назад не отсасывал, растеряв все чувства стыда - Мог бы и выплюнуть.. - Не хочу,- гордо ответил, приподнимая аристократичный носик Вот и минута славы прошла, теперь Романов вновь оказался прижатым к постели. Не стоит отрицать, нависающийся Михаил, который держался на одних локтях, был слишком сексуальный. Рука сдавила ягодицу, вызывая что то похожее на крик. Щеки мгновенно заалели, а собственная эрекция дала о себе знать. Столица уж слишком потешил свое эго, глядя на такую отзывчивость - Пришло мое время играться,- прошептал на ухо Тот собственнически раздвинул сжатые ноги. Изначально легонько расцеловал одну коленку, а затем и следующую. Сашенька непонимающе приподнял бровь, но смиренно следил дальше. Далее медленно поднимался к налившемуся члену, но резко опустился вниз. Младшенький чуть приподнялся, давая вольность движениям. Средним и указательным пальцами слегка надавил по неразработанному входу. Одной рукой придержал задницу бывшей столицы, а второй все же решился сделать растяжку Хитро глядя на Александра, прислонил не менее длинные пальцы ко рту второго. Намек был считан мгновенно, начиная обильно их посасывать и смачивать слюной. В первую очередь так он заботился о самом себе, уменьшая болезненность при проникновении. Да и почувствовать себя лишний раз в подчинении никому не мешало. Посчитав, что достаточно, Миша вынул их, поднося к сжимающейся дырочке. Губами прильнул к сахарным устам города на Неве, который с радостью ответил на них. Ласково касался десны и очерчивал каждый силуэт зуба. Как вдруг резко оторвался, чувствуя, как нечто инородное проникло в тело сзади. Около них протянулась небольшая ниточка слюны, стремительно исчезнувшаяся. Секс всегда приносил сплошное удовольствие, но растяжка все равно оставалась самой нелюбимой Вслед за одним пальцем проник и второй, делая подобие ножниц. Капризный юноша нахмурился, переводя взгляд на окно, лишний раз смотря на Невский проспект. Но насладиться полностью не дала вторая рука, возвращая прежнее положение головы - Больно?- в ответ последовало отрицательное мотание Во входе оказалось уже четыре пальца, разрабатывающие нежные стеночки. Неудивительно, что такой долгий и нужный процесс мало кому понравится, но зато сильно поможет в будущем, облегчая прошибающую боль в спине. Протолкнул их дальше, слыша характерный стон. Быстренько начал ими оглаживать внутренности, вдруг находя нужную точку. Саша, точно по времени, прогнулся, громко выдавая. Отчаянно извивался под Московским, мысленно жалуясь, что его пальцы столь короткие. На особо тонких моментах вообще не стеснялся громко выстанывать его имя. От природы брюнет обладал удивительной чувствительностью, шугаясь от лёгких касаний среди других городов. В обычной жизни это огромной пользу не давало, даже убытки, а вот ночами очень помогала. Вот и сейчас он ярко реагирует на любое касание, давая понять, как же ему хорошо. Но сплошное наслаждение мигом прошло, заменясь чувством опустошенности. Прелюдии всегда хороши, но в меру - Не смотри так, все должно иметь свой конец Александр обидчиво надул губки, отворачиваясь Москва нежно потерся о носик любимого, выдавая того с головой. Поставил напоследок ещё пару засосов на открывшейся шее, отталкиваемый тоненькой кистью. Однако Миша, как настоящий кавалер, перехватил запястье, целуя. Петербург смущённо передвинул взгляд, пробубнив - Начинай уже - Как скажите, мой Северный принц Подхватил Александра за гладкие ножки, укладывая их себе на широкие плечи. Тот же глубоко вдохнул воздух, расслабляясь. Столица награждающе погладил по бедру, начиная действия. Помогая себе рукой, ввел наполовину свой член, чувствуя сжимающиеся стенки. Стал быстренько прикусывать соски и сжимать бедра, в надежде хоть как-то помочь Питеру. А тот ебется далеко не в первый раз, так что мгновенно расслабляется, пытаясь привыкнуть к этому. Они повторяют одну и ту же схему каждую неделю, но чувства не остановились, как и узкий проход, растяжки на который вечно не хватало. Зная, что Первопрестольный просидит тут хоть до утра, лишь бы не причинить боль, кивнул, говоря, что можно продолжать Член вошёл до конца, можно сказать, что самая трудная часть пройдена. Тот начал медленно двигаться, не торопясь, давая привыкнуть. Член Московского был идеально большим, так что во время минета занимал весь рот, а во время самого соития достаточно минут, чтобы хотя бы немного свободно двигаться. Покачиваясь, все же добился нужно результата, наконец-то освобождаясь от ощущения сдавленности. В первый раз, можно было подумать, что вообще оторвёт орган, но, благо, все обошлось. Блондин нежно толкался в промежность, заходя до упора, и выходя практически до конца. Все это сопровождалось характерными стонами и охами. Столь изнеженный секс действовал на нервы, но ничего нельзя сделать против. Саша, стараясь хоть куда-то себя деть, прикусил ключицу столицы до крови, позже извиняясь. А тот толкался ещё медленней. Но пожалел Сашу, более грубо входя до основания. Плечи и руки продолжали одаривать засосами. Голова юноши устало свалилась на перины, не переставая стонать. От переизбытка чувств образовались редкие слезинки. Обычно они предпочитали сделать это быстро и спать, а медленный темп использовали очень редко. И сегодня один из таких случаев. Правда и он прошел не долго. Миша слегка поменял угол, начиная вколачиваться абсолютно с другой скоростью. Петербург на это призывно застонал, сжимая постель. С Москвой было слишком хорошо, слишком приятно, слишком расслаблено. Они были созданы друг для друга, умеющие считывать эмоции за считанные секунды. Те идеально синхронизировались, на данный момент доставляя неописуемое наслаждение каждому - Ты идеальный,- не забыл про комплимент Юноша, сквозь стоны, пробурчал что-то ответное, но разобрать ничего было нельзя. Руки придерживали блондина за плечи, иногда их очень сильно сжимая, царапаясь. Наверное, можно сказать, что у Московского даже был фетиш на царапанье, ведь зачем же он ещё бы просил поздним вечером подпилить их до коготков. А Романов послушно велся, исполняя каждое желание. С каждым разом чарующие стоны все усиливались, будто говоря, что он все делает правильно. А отдельным изяществом являлось уловить собственное имя, срывающееся с красноватых пухлых губ. Свое счастье хотелось зацеловывать, защитить от всего мира. Сам потянулся за желанным очередным поцелуем, но.. Как вдруг раздался мелодичный звук дорогого телефона. Сашенька обиженно взглянул на голубоглазого, виновато пожимающего плечами. Теперь бывшую столицу начали втрахивать под один из треков Инстасамки, до тех пор, пока не последовал грубый толчок в ребро - Ответь и выключи этот ужас Блондин закатил глаза, подхватывая мобильник. Но вдруг интересное предложение зажглось азартом в его глазах - Давай я буду ебать тебя в тот момент, когда включу звонок? Грубо, как ты любишь - Н-но.. - Без но,- уверенно завершил диалог - А если услышат мои стоны?.. - Для этого ты и будешь сдерживаться. Если начальство узнает, что я ебу нашу Культурную столицу, то не одному мне будет плохо. А про Новгород вообще молчу Тяжко вдохнув, все же согласился. Миша для пробы пару раз толкнулся, понимая, что не единого звука он не выдавил. Начиная разговор, темой которого был любимый бюджет страны, параллельно вдалбливался в тело Питера. Да только темп был отличным от прошлого. Александр сразу зажал рот рукой, еле успев. В его тело грубо входил и выходил член, совершено не щадя изнеженную задницу - Само собой. Все отчёты готовы Санкт-Петербург чуть не застонал в горло от безысходности. Неимоверно сложно сдерживаться, когда в тебя вколачивается огромный член, а даже вскрикнуть нельзя. Слезы лились все больше, сдерживаться было с каждой секундой труднее. Чем дольше происходило, тем быстрее были толчки. Ладошки сжали ротик, в надежде хоть как-то помочь. А Московский свободно разговаривал на тему политики, пока ебал собственный город в гомофобной стране. У этого человека и вправду отсутствует чувство стыда. А разрядка подходила все ближе. Тело дрожало, он умоляюще смотрел на блондина, который.. зажал между пальцев член возлюбленного. Хотелось закричать в голос, но нельзя. В глазах читалось столько жалости и нетерпенья, с каждой секундой появляющихся все больше. Половой орган уже практически посинел, находясь в самом натуральном плену - До завтра! Телефон кинули куда-то на постель, а рука резко отпустилась. Саша, не стесняясь, закричал от удовольствия, начиная рыдать от нахлынувших чувств. Сжав задние стенки, почувствовал медленно стекающую струйку из спермы. Московский устало упал рядом, прижимая свою вторую половинку ближе - С днём Государственного флага - С днём секса..