Чары и железо

Стефан услышал знакомый топот и отсчитывал мгновения до того, как дверь в его лабораторию распахнется и в нее ввалится парнишка, похожий на воробья. Все чаще Стрэндж думал, почему этот комок неудержимой энергии выбрал путь магии, если ему куда больше подошло бы стать странствующим рыцарем, как тот же Старк, например. Дверь открылась с грохотом. — Учитель, там Железный Человек вернулся, — протараторил Питер. — Стоило вспомнить черта, — себе под нос пробурчал Стефан и повернулся к ученику, но тот, обычно сиявший восхищением в присутствии Старка, выглядел обеспокоенно. Наконец из коридора послышался характерный лязг брони, эхом отдававшийся от холодных камней. Старк ступал тяжело и молча, хотя в лаборатории волшебника чуть приосанился, пока не нашел для себя стул, бесцеремонно спихнув с него сложенные стопкой книги, отчего Питер в ужасе округлил глаза и сделал шаг назад, будто боялся, что Верховный маг вот-вот взорвется. Знал бы он, что Стефан обладал отдельной пропастью терпения для этого человека. — Подготовьте горячую ванну, — маг бросил в сторону ученика, тот кивнул и закрыл дверь, благо уже тише. Несколько вмятин на броне, но инвазивных повреждений Стефан не видел. Он аккуратно подошел ближе, словно к опасному зверю, но это было вполне обычным ритуалом — поиграть со Старком в кошки-мышки, устроить словесную перепалку, а потом отправить отмываться от грязи и спать. — Есть кто дома? — он постучал по забралу шлема. Тот только молча протянул мешок. — Премного благодарен, — Стефан заглянул внутрь и довольно ухмыльнулся. Ингредиенты, как он и просил, были свежайшими, все еще пахли кровью, а не гнилью. Одно только смущало. Обычно Старк являлся с шумом и весельем, сходу выстреливая шутками про сборище волшебников и Стрэнджа, в частности. Сейчас же Тони был необычайно тих, отчего внутри у мага скручивался холодный ком волнения. Он сам поднял забрало чужого шлема — Старк был бледен, под глазами залегли нездоровые тени, а дыхание было слишком тяжелым даже для рыцаря в полном облачении. — Ты ранен? — Пустяки. Стрэндж недовольно цыкнул. Он давно понял, что на чертовом Старке будто лежало заклинание-перевертыш. Каждый его ответ о себе нужно было воспринимать ровно наоборот. Маг отнес мешок на стол — об ингредиентах стоило позаботиться сразу, чтобы они не испортились, но в первую очередь нужно было убедиться, что Старк не умрет у него под боком. Упрямство Тони было куда тверже, чем латы, и Стрэндж даже не попытался спрашивать о произошедшем. Вместо этого он вернулся к рыцарю и первым делом принялся за наручи. Дрожащие пальцы с длинными шрамами не с первого раза управлялись с кожаными ремешками, и, к счастью, Старк это никак не комментировал. Отстегнутый наплечник с грохотом отправился на пол к наручам, но Стефан даже бровью не повел. Все его внимание сосредоточилось на темных пятнах засохшей крови на поддоспешнике. — Магия? — Да, — Тони наконец стряхнул с себя шлем вместе с подшлемником и с облегченным вздохом запрокинул голову. Сальные пряди прилипли ко лбу, а растительность на лице Старка совсем потеряла свою обычную аккуратную форму. Поджав губы, Стефан поспешил отстегнуть второй наплечник и пластину, закрывавшую горло. Он подозревал, что самое ужасное зрелище будет ждать его под нагрудником, и его пальцы задрожали сильнее. Теплая ладонь Старка накрыла его руку, и Тони ухмыльнулся. — Я не истекаю кровью. Сейчас, по крайней мере. Просто спал урывками и не ел нормально. — Хочешь сказать, раны затянулись? — слова Старка немного успокоили его, и Стефан наконец справился с ремнями, державшими массивную часть доспехов. Она тоже оказалась на полу, и Тони в одном пропитанном потом и засохшей кровью поддоспешнике казался куда меньше и уязвимее. — Не знаю, я не смотрел. Стрэндж возвел глаза к потолку, в очередной раз спрашивая мироздание, за какие грехи оно послало ему это наказание, и для удобства опустился на колени между ног Старка. Тони мог придумать сотню иных, более приятных ситуаций, в которых маг был в таком же положении, но эти мысли были лишними. Он испытывал необычайное благоговение от того, что сильнейший волшебник этих земель так аккуратно расправлялся с ремнями его доспеха и стоял коленями на холодном полу, вместо того чтобы позвать парочку учеников, которые бы с радостью сделали всю грязную работу за него. Не то чтобы Старк всерьез считал себя грязной работой. — Я не чувствую на тебе остатков магии, — тихий голос вклинился в поток мыслей Тони. — Почти весь урон на себя принял амулет, который ты мне дал в прошлый раз. Стефан не хотел даже думать, что могло бы случиться, если бы он не озаботился побрякушками для Старка. По крайней мере, Тони был прав — свежих следов крови не было, но это не значило, что тот был в порядке. — Ты выглядишь, как конское дерьмо, — Стрэндж продолжил бороться с латами, будто пытался вытащить особо упрямого моллюска из раковины. — Не приплетай сюда лошадей, Джарвис обидится, — Старк усмехнулся, охотно подставляясь нужными сторонами, но даже не пытался помочь Стефану. Что ж, если шутит, значит, не все так плохо. — Его не задело? — Нет, и хорошо. Он-то меня и унес оттуда, так что пусть твоя ребятня его побалует. Он заслужил. Похоже, придется и для Джарвиса сделать парочку амулетов, иначе с таким нерадивым хозяином бедный конь долго не проживет. Вздохнув тяжело при этой мысли, Стефан стиснул поддоспешник на груди и рванул его в стороны, не собираясь возиться еще и с шнурками. Тони уставился на Стрэнджа округлившимися глазами. — Может, мне сначала ванну принять? Стефан пропустил намек мимо ушей и опасливо потрогал пальцами подсохшую корку крови на коже. Часть отодралась вместе с тканью поддоспешника, и кое-где проступили свежие алые капли. — Да, надо бы смыть, чтобы я мог осмотреть тебя лучше, — кивнул Стефан. — О, можешь осматривать меня хоть всю ночь, — ухмыльнулся Старк. На это маг лишь закатил глаза и поднялся с колен. Амулет был покрыт сетью трещин и держался на честном слове, поэтому Стефан совсем не удивился, когда взял в его руки, — тот мгновенно распался на мелкие осколки, потеряв остаток магии. Сдернув с шеи шнурок, на котором все это добро и висело, он отнес осколки к огню и бросил прямо в пламя, а после отряхнул руки и развернулся к Старку. Тот, кажется, немного отживел, раз не только отпускал двусмысленные комментарии, но и пытался снять с себя рваную рубаху. Стрэндж подошел ближе и положил ладонь на голое плечо, а Тони бросил на него короткий взгляд, прежде чем сцепить руки вокруг мага и вжаться лицом ему в живот. Стрэндж пах травами, огнем и еще чем-то особенным, что Старк всегда чувствовал на его коже. Запах магии — так он его называл. Стефан пригладил его волосы и слабо улыбнулся. — Поцелуешь меня? — запрокинув голову, Тони прищурился и вытянул губы трубочкой. — Нет. От тебя несет, — он дернул Старка за отросшую неаккуратной мочалкой бороду. — Раньше тебя это не останавливало, — несмотря на неряшливый вид и бледность кожи, пробирающий до самого нутра взгляд у Тони все еще получался отменный. — Что могу сказать. С возрастом я становлюсь разборчивее, — Стефан снова пригладил его волосы и возвел глаза к потолку, чтобы не поддаваться. — Пусть и не в мужчинах. Старк довольно засмеялся, но от дальнейших уговоров его отвлек тихий стук в дверь. На этот раз Питер не попытался снести дверь, а медленно ее приоткрыл и просунул голову внутрь. — Ванна готова. — Вот и отлично, — Стефан выпутался из рук Тони и указал на дверь. — Иди отсюда. Пока не будешь свеж, чист и накормлен, не возвращайся. — Что, даже не собираешься никакие масла в меня втирать на этот раз? — Старк самодовольно усмехнулся и поднялся. Без веса доспехов двигаться было куда легче, и его походка немного пружинила, не выдавая слабости. Стрэндж в ответ проводил его холодным взглядом и медленно развернулся к полкам с выставленными ровными рядами склянками. Ну, он все равно собирался осмотреть раны Тони… — Питер. — Да, учитель? — тот остановился в дверях и резко дернул головой. Почему-то его встрепанный вид снова заставил Стрэнджа задуматься о том, что неплохо было бы вручить Старку оруженосца со знанием лечащих и защитных заклинаний. Нужно будет поразмышлять об этом основательнее. — Пришли Вонга, пусть разделает содержимое мешка. Он знает, что делать. Стефан схватил с полки парочку флаконов, разок укорив себя в мыслях за слабость перед чертовым Старком, и направился за рыцарем. Он нарочно шел медленно и еще с минуту стоял перед закрытой дверью, чтобы дать Тони время отмокнуть. Ну, или хотя бы окончательно раздеться. Когда он вошел, Старк, к счастью, уже сидел в воде, от которой поднимался пар, и мелкими глотками пил бульон из миски. Может, Стрэндж насладился бы видом, если бы не засохшая кровь, к которой то и дело возвращался взгляд. Оставив флаконы на табурете у круглого столика, он подвинул второй табурет ближе к деревянной ванной, взял кусок ткани, который должен был сыграть роль мочалки, и устроился у Старка за спиной, а тот молча протянул пустую миску, чтобы избавиться от нее, и раскинул руки по бортикам, запрокидывая голову. — Я мог бы и сам, — Тони, впервые за несколько дней наполнивший желудок чем-то теплым и устроившийся в горячей воде, моргал сонно и медленно. — Хочу посмотреть, что на тебе оставила та тварь, — Стрэндж смочил тряпку и стал неторопливо тереть грудь и плечи Старка, наклонившись и второй ладонью смывая розоватые подтеки с кожи. Под коркой обнаружилась сеть трещин, которая, судя по всему, не уходила глубже кожи. В центре было гладкое место, имевшее отчетливую форму амулета, и Стефан сделал мысленную пометку на следующий наложить чары сильнее. Тони взглянул на собственную грудь, прошелся по ней пальцами и снова запрокинул голову. — Выглядит совсем не серьезно. Почему тогда столько крови? — Магические раны затягиваются куда дольше обычных. Если порежешь палец простым кинжалом, обойдешься каплей. А если зачарованным — палец будет кровоточить несколько часов. Это если чары слабые, — он отдал тряпку Тони, сложил несколько знаков руками и устроил ладони на груди Старка. — А если чары сильные? — тот шумно втянул носом воздух, прикрыл глаза и слегка выгнулся навстречу ласковым касаниям, чувствуя приятное тепло от них. — Истечешь кровью, если не отрежешь себе палец. Усмехнувшись, Старк взял одну руку Стефана за запястье и поцеловал ладонь. Его борода колола кожу, но маг не спешил уходить за бритвой, наслаждаясь моментом. Кожа на груди Тони снова была гладкой. Ну, если не считать негустой темной растительности, по которой теперь Стрэндж водил кончиками пальцев. Броня на рыцаре ощущалась чем-то посторонним, холодным и чужим и в то же время продолжением тела, искусно выкованная самим Старком. Однако сколько бы раз Стефан ее ни касался, она никогда не могла сравниться с ощущением горячей живой кожи под ладонями. Грудь Тони размеренно поднималась и опускалась, сердце под рукой билось уверенно, и Стрэндж закрыл глаза, просто чтобы окончательно осознать, что Старк вернулся живым. Тот с нежностью и благодарностью погладил руку Стефана, громко зевая, тем самым вырвав волшебника из блаженного оцепенения. Хорошо, конечно, было сидеть вот так в тишине и полумраке свечей, но вода постепенно остывала, а маг искренне не хотел морозить Тони. — Смой с себя оставшуюся грязь, пока я ищу бритву, — Стефан поднялся с табурета и вышел за дверь, чувствуя спиной приятно обжигающий взгляд Старка. Теперь, когда тот был накормлен, а раны залечены, даже дышать стало легче. За столько лет Стрэндж должен был уже смириться, но седина на висках была еще одним доказательством, что свое волнение он научился сдерживать только внешне. Когда он вернулся уже с бритвой, кожа Старка была розовой от трения, мокрые волосы прилипли ко лбу, а вода заметно помутнела. — Сам? — Стрэндж продемонстрировал бритву и миску с кремом, на что Тони мотнул головой. — Что, настолько мне доверяешь? — Если ты перережешь мне горло, некому будет мотаться по твоим поручениям, — Старк подождал, пока тот снова устроится на табурете, и запрокинул голову. — У меня целый замок учеников, если ты не заметил, — Стефан аккуратно нанес крем и крепко перехватил рукоятку бритвы. Пальцы дрожали не так сильно, как когда он судорожно стаскивал с рыцаря броню, и лезвие плавно скользило по коже шеи, а Старк предусмотрительно молчал. Однако стоило магу приступить к заросшим щекам, тот снова раскрыл рот. — Никто из них не целуется так хорошо, как я. — Ты так в этом уверен? — Стрэндж весело усмехнулся, и Тони открыл один глаз, скептично выгнув бровь. А после вовсе развернулся лицом к магу, опираясь руками о бортик. — Так и знал, что ты нарочно отсылаешь меня подальше, чтобы развлекаться с молодыми мальчишками без помех. Стрэндж заливисто засмеялся и придержал его за подбородок, пока заканчивал с бритьем. Усы и бородка вышли не слишком аккуратными, но выглядело все равно куда лучше, чем до этого, и Тони наконец был похож сам на себя. — Готово, — маг поднялся, намереваясь унести бритву и взять склянку с маслом. — Осталось… Старк вытер полотенцем лицо и с громким всплеском поднялся на ноги, заставив Стефана тут же замолчать. Влажная кожа рыцаря была осыпана мурашками из-за прохладного воздуха, но Тони игнорировал это, сфокусировав свой взгляд на Стрэндже. Тот, в свою очередь, внимательно разглядывал тело перед собой. Переступив бортик, Старк встал совсем вплотную к магу. Каменный пол обжигал холодом босые ступни, но жар в теле был сильнее. Черт, если бы Тони не был таким уставшим, он бы уже бесцеремонно стаскивал со Стефана одежду. Но… Тот первым потянулся за поцелуем, а Старк слегка отпрянул, самодовольно ухмыляясь. — Проводишь меня в опочивальню? Стрэндж угрожающе прищурился и свободной рукой схватил Тони за волосы, врезаясь в его губы своими. Старк не стал сдерживать довольный стон и приоткрыл рот, позволяя языку Стефана грубо ворваться внутрь. Бритва глухо ударилась о пол, и теперь во влажных вихрах Тони были обе руки волшебника. Они оба слишком сильно скучали, и усталость совсем не помешала Старку подхватить мага под бедра. Он не помнил, что стояло на деревянном круглом столике, но оно со звоном полетело на пол, когда он устроил на столешнице мага. Его тело находилось на грани выносливости, но когда Стефан обхватил его ногами, Тони решил, что сон подождет еще немного. Камни уже не так холодили ступни, да и обращать внимание на мелкие неудобства, когда по спине блуждали горячие ладони мага, было глупо. Длинные чуть шершавые пальцы пробуждали внутри неукротимый огонь, хотя Стрэндж не использовал магию сейчас. Хотелось пробраться Стефану под кожу точно так же, как тот сделал давно и надолго без всяких заклинаний. Однако все, на что хватало Тони сейчас, это стащить один сапог и штанину с жилистой ноги. В воздухе ощущался легкий аромат масла, которое предназначалось для втирания в кожу измотанного рыцаря, но сейчас было использовано совсем в ином ключе. — Я снимал с тебя чертовы доспехи, а тебе не хватает выдержки стащить с меня штаны целиком? — Стрэндж пытался изобразить возмущение, но это было сложно, когда чувствительную шею осыпали поцелуями. Тони, облизав припухшие губы, поднял голову и нахально улыбнулся. Ответа Стефан не дождался, да и вовсе забыл про свое недовольство, когда Старк стал двигаться, придерживая мага за талию и бедро. Жаль, что выдержки сейчас у Тони не хватало даже на то, чтобы растянуть удовольствие. Они занимались любовью нежно, когда слов не хватало выразить накопившиеся чувства; грубо, когда им обоим требовалось напоминание, что они оба живы в этом меняющемся мире; долго, когда зимние ночи нехотя сменялись коротким днем; быстро, когда Тони ловил мага в длинных холодных коридорах замка и грел, хотя жарко Стрэнджу становилось скорее от негодования — их могли застукать, а маг не хотел терять лицо перед учениками. Тем не менее Старк не только грел его постель, но и просачивался в его жизнь, как вода, которая всегда находит малейшие просветы, отчего расставание каждый раз давалось все труднее, а воссоединение было слаще меда. Может, поэтому сейчас они были похожи на двух изголодавшихся зверей. Ножки стола скрипели, проезжаясь по каменному полу, и Тони пришлось перехватить край одной рукой, чтобы раздражающий звук не отвлекал от тихих вздохов Стрэнджа, вцепившегося в плечи рыцаря и подставлявшего шею под жадные укусы. Стены и двери замка были добротными, но утаить могли не все. Два молодых мага уже несколько минут мялись по ту сторону, молча переглядываясь и вздыхая. В руках одного были две миски остывавшего бульона — на кухне приказали основательно накормить Железного Человека. Второй же держал стопку одежды и заметно жалел, что именно его отправили с этим поручением. Протяжный стон донесся до их ушей, заставив вздрогнуть обоих. — Оставим под дверью? — наконец старший из них отчаялся. Второй, залившись краской до самых ушей, согласно кивнул.