Ненавижу тебя меньше всех

***

Вечером, когда пришло время готовиться ко сну, Тэхён вдруг почувствовал себя неловко. Они с Чонгуком не были парой. И даже тот факт, что между ними случился, не единожды, секс, не делал их парой. И теперь они вынуждены делить не только постель, но и комнату. Это было странно. И немного неуютно. Тэхён не знал, как себя вести. По факту в его жизни ни разу не было нормальных отношений. С тем, чтобы жить вместе. Делать какие-то дела. Обсуждать что-то. Он был полнейшим фриком и лузером в этом. И сейчас, когда думал, что надеть на ночь, он как никогда остро все это о себе осознал. — Ты чего там завис? — спросил Чонгук, лежащий в кровати. Вот уж у кого не было проблем с тем, чтобы чувствовать себя комфортно в любой среде и любой компании. Чон совершенно не парился о своем внешнем виде и валялся в постели просто в боксерах. Боксерах, которые ничего не скрывали. Член Чонгука выглядел внушительно даже в спокойном состоянии. Тот не обращал внимания на собственное тело. Блядь, ну логично, он воспринимал его как должное. А вот Тэхён очень даже обращал. — Ничего, — пробормотал он, вздохнув. Решив все же надеть футболку на ночь, Тэ подхватил ее и чистое белье и отправился в душ. Благо, у Чона ванная находилась в спальне. Тоскливые мысли, посетившие голову Кима за ужином, никуда не делись. Его положение по сути было ничуть не лучше, чем у той же Люси. Да, ей Чон не оказывал какого-либо внимания. Но так было даже хуже. После того как они переспали, все стало только дерьмовее. По крайней мере, для Тэхёна. Проблема состояла в том, что ему было мало. Тэхён знал Чонгука недолго, но то, что он узнавал, нравилось ему. Ему хотелось узнавать больше. Хотелось проводить с Чоном больше времени. И вовсе не как нанятый его сестрой терапевт. Господи, Туан. Они ввязались в это вранье, еще и солгав сестре Чонгука. Как же все это было хуево. Тэхён застонал от отчаяния. Он включил холодную воду и сунул голову под нее. Надеялся, что мысли придут в порядок. Но вышло совсем не так. Он просто замерз. Стуча зубами, Тэхён быстрее включил кипяток. Он закончил мыться и обернулся в поисках фена. У такого человека, как Чон, просто обязан был быть фен. В видимой доступности его не обнаружилось. Тогда Тэхён заглянул в шкафчики. Во втором он заметил фен. И уже потянулся за ним, когда увидел на нижней полке знакомый флакон. Викодин*. Охуенно. Чонгук, что, пил это дерьмо? Не удержавшись, Тэхён проверил. Флакон был почти пуст. Он нахмурился, но решил, что это не его дело все-таки. Чон уже большой мальчик. Высушив волосы, Тэхён, одетый в свежее белье и белую майку, вышел обратно в спальню. Чтобы сразу же наткнуться на Чонгука, стоявшего у входной двери и болтающего с Люси. Довольно мило болтающего. Злость, как по щелчку пальцев, вспыхнула в Тэхёне. Чонгук не видел его, так как стоял спиной. Зато Люси прекрасно разглядела. Потому что вдруг мерзко улыбнулась и обняла Чона за шею. Явно собираясь поцеловать. Тэхён от злости сжал кулаки и заскрипел зубами. — Добрый вечер, Люси! — нарочито громко рявкнул он. — Вы еще не спите? В вашем возрасте врачи рекомендуют ложиться не позже десяти. Рискуете заработать морщины. Слова Тэхёна вернули Чонгука в реальность. Потому что он тут же оттолкнул навязчивую девицу и даже отошел на шаг назад. Отскочил, точнее. Показушник. Тэхён бесился. Он, блядь, был чертовски зол. — Я как раз собиралась идти спать, — Люси широко улыбнулась. — Лишь хотела поблагодарить Чонгуки за гостеприимство. — Да если бы не я, вас бы выгнали на улицу, — процедил Тэхён, бесцеремонно расстилая постель. Да, он делал это демонстративно. Чтобы эта сука поняла, что они собираются с Чонгуком спать в этой постели вместе. А, может, и не только спать. Чон что-то проворчал в ответ и быстро попрощался с гостьей. Он добрался до кровати и сел на нее. — Тэхён, — в его голосе слышалась усталость. Как будто Тэ не устал от всего этого дерьма. — Что? — Ким посмотрел на него сверху вниз, поджав губы. — Она приходила извиниться, — пояснил Чон, потерев переносицу. — Зачем ты так. — Так? — Тэхён снова распалился. — Она собиралась тебя поцеловать. А ты и не против был. Может я вам помешал? — С чего ты так бесишься? — Чонгук с нечитаемым выражением лица посмотрел на него. И Тэхён вдруг сник. А ведь и правда. У него не было никакого права высказывать что-то Чону. Реши он даже заменить его в своей кровати на Люси. Тэхён опустил взгляд на свои руки. Те мелко подрагивали, сжимая край покрывала. — Ты прав, — с трудом произнес он, стараясь не смотреть Чонгуку в глаза. — Я перегнул палку. Завтра извинюсь перед ней. — Правда, что ли? — весело поинтересовался Чон. Говнюк. — Нет, — буркнул Тэхён. — Много чести. — Мне нравится, что ты такой, — Чонгук рассмеялся и покачал головой. — За словом в карман не полезешь. — Какой есть, — Тэ неопределенно пожал плечами. Он быстро залез под одеяло, накрылся им и улегся на бок. Спиной к Чону. Тот какое-то время сидел в тишине. Затем вздохнул, выключил лампу на тумбочке и завозился укладываясь. Тэхён ощутил, как под его весом прогнулся матрас. И даже это ощущение было приятным. Господи, как же он влип. Почувствовав, как защипало ни с того ни с сего в глазах, Тэхён зажмурился. — Детка, — тихий шепот и внезапное касание руки Чонгука заставили Тэ вздрогнуть. Он замер, сжавшись всем телом. Чужая ладонь на плече показалась буквально каменной, так тяжело она ощущалась. И горячей. — Тэхёни, — снова позвал Чон, придвигаясь ближе. Он лежал вплотную к Тэхёну. При желании тот мог спиной почувствовать все его изгибы. И выпуклости. — Что, — произнес наконец Ким, с трудом заставив свои губы разлепиться. — Я бы не стал ее целовать, — ответил Чонгук, разворачивая Тэхёна к себе. Тот слишком быстро сдался. — Ты не обязан оправдываться, — пробормотал Тэ, старательно смотря куда угодно, только не на Чона. — Боже, Тэхён, — слегка раздраженно фыркнул Чонгук, нависая сверху. Его лица в темноте почти не было видно. Но сам он слишком хорошо ощущался. Всем телом. — Да что? — шепотом рявкнул Тэ, которому надоел этот разговор. Он был раздражен, задет. Немного раздавлен. — Ты такой идиот, — Чонгук покачал головой и просто поцеловал его.

***

За завтраком Тэхён пребывал в прекрасном настроении. Он мазал масло на тост, слушая, как Чонгук и Туан обсуждают какие-то семейные дела. Люси сидела, надутая как мышь на крупу. Что еще больше поднимало Киму настроение. Прошлой ночью они с Чонгуком не занимались сексом. Зато много говорили. Ни о чем серьезном. Просто делились моментами из жизни, из детства. Такие ночные разговоры обычно куда откровеннее, чем любые слова, сказанные при свете дня. А еще они целовались. Много и со вкусом. У Тэхёна до сих пор болели губы. Ему казалось, они все еще были распухшими и искусанными. Чонгук оказался таким кусачим. Задумавшись, Тэхён погладил свою нижнюю губу. И вдруг поймал тяжелый взгляд Чона. Ох. Похоже, не один Тэ тут предавался воспоминаниям. — Кстати, — спросила вдруг Туан, наливая себе чай. — А как вы познакомились? Тэхён услышал, как рядом фыркнула Люси. Но ничего не прокомментировала. Что ж, этот момент своей легенды они с Чонгуком не продумали. К слову, они, блядь, вообще не продумали свою легенду. Тэхён увидел, что Чон тоже растерялся, и понял, что опять придется брать дело в свои руки. — Эм, — начал он, — ну, я как-то заменял дежурного врача на их игре. Примерно полгода назад. Там и познакомились. — Но полгода назад ты же был в Бразилии? — Туан нахмурилась вспоминая. Тэхён мысленно выматерился. — Точно, — Чонгук рассмеялся и сжал ладонь Тэ в своей. — У Тэхёни не очень с математикой. Мы познакомились еще осенью. — Именно, — Тэхён посмотрел на Чона и улыбнулся акульей улыбкой, — чтобы я без тебя делал, дорогой. — Ума не приложу, — серьезно ответил Чонгук. Но в его глазах плескался смех. Он поднес ладонь Тэхёна к своим губам и поцеловал ее. Этот маленький жест заставил сердце Тэ отреагировать совершенно бессовестным образом. Практически выпрыгнуть из груди. — Вы такие милые, — пробормотала Туан с умилением. — Я обязательно расскажу маме, как только увижу ее. Наверняка, она тоже захочет познакомиться с Тэхёном. Стоп. Что? Тэ похолодел. Какая еще мама. Не надо никакой мамы. — Только не мама! — Чонгук в ужасе уставился на сестру. Люси захохотала как гиена. Видимо, с матерью Чона она была знакома. * сильное обезболивающее средство с наркотическим эффектом, вызывает привыкание