Глинтвейн

Соня не явилась в художку ни сегодня, ни завтра, и даже через неделю. Все начали волноваться и думать что это их вина, мало ли что они наговорили ей и как это отразилось на её мышлений не знал никто, и это ещё больше пугало. Но это не волновало только Алесю которая с таким же рвением как и раньше отпускала шутки в её сторону, даже после многочисленных советов заткнуться ей не помогали. Особенно тяжело было Лысому который знал что это все из-за него, поэтому он решив расставить все точки над И, поехал в гости к Соне узнать у её родителей почему та не посещает занятия. Приехав на нужное место и поднявшись на нужный этаж дома никого не оказалось, поэтому он с разочарованным видом направился на крышу покурить и расслабиться. Это был вечер, вид открывающийся на закат с крыши этого многоэтажного дома был потрясающим, докурив сигарету и растоптав бычок, он уже был готов уйти как краем глаза заметил что-то блестящее, подойдя ближе он обнаружил сломанную пластинку 1980-х. годов, это был сборник песен про любовь. Тут до его уха донеслась еле различимая мелодия, приблизительно на другом краю крыши, вытянув шею он заметил силуэт сидящий недалеко от края, испугавшись его ноги на автомате понеслись к таинственной фигуре. Подойдя ближе, и увидев фигуру в длинном плаще сидящую вокруг разбитых пластинок с виниловым проигрывателем из которого доносилась дивная музыка которая ласкала слух. Узнав в этой девушке Соню, Лысый наклонился к ней и спросил все ли у неё в порядке. -Вы же любите меня так ведь?- спросила она хриплым голосом. -Я люблю всех своих учеников одинаково. -…но меня больше всех..? -…да..тебя я люблю больше всех Пластинка закончила играть и шум города наполнил ту тишину которая ранее резала уши.