Бедный жук

День был до ужаса жаркий. Насекомые стрекочут на каждом углу, а Кавех, словно повторяя за ними, что-то агрессивно высказывает аль-Хайтаму. Тигнари раздражённо потёр переносицу, перебирая травы. «это продолжается с самого утра» —подумал про себя лесной страж, переводя взгляд со склянок на своих гостей. Аль-Хайтам сидит, глядя куда-то в сторону, при этом сохраняя царскую осанку и отрешённый вид, а Кавех летает вокруг него, предъявляя самые разные обвинения. От этих двоих уши вянут, как гриб-звезда под действием пиро элемента. Тигнари громко прокашлялся, переводя внимание двоих на себя. —так зачем вы пришли? — улыбка на лице говорящего совсем не выказывала радости. Скорее наоборот — выражала вселенскую боль и недовольство. — нам уже нельзя просто в гости зайти..? — начал было архитектор, но Хайтам перебил его мысль. — Кавех хотел, чтобы ты сделал ему отвар из трав — книга закрыта и уже лежит на коленях — кажется от вечных криков его горло наконец начало болеть. Кавех схватился за сердце, имитируя раненого, в которого только что попали ядовитой стрелой. —как ты можешь говорить что-то настолько грубое? А, Хайтам? В ответ на что собеседник просто пожал плечами. Тигнари недовольно закатил глаза и приступил к смешиванию трав. Наконец-то тишина и благодать… Но как-то это подозрительно. Тигнари буквально на секунду повернулся и застал такую картину: Аль-Хайтам спокойно читает книгу, а Кавех крадется к нему сзади с жуком в руках. Тигнари спокойно отворачивается, снимая с себя, как со свидетеля, ответственность за увиденное. Ещё несколько секунд и из-за спины раздаётся смешок, перерастающий в звонкий басистый хохот. Кто же знал, что сам господин секретарь академии боится щекотки. Бедный жук бегает под одеждой Хайтама, пытаясь найти выход из этой бездны. Кавех рядом тоже заливается смехом, больше походящим на истерику. Эта симфония продолжается на протяжении нескольких минут, пока Аль-Хайтам все-же не достаёт жука из-под одежды. Секретарь без каких-либо сожалений выбрасывает жука куда-то в сторону и расплывается в ухмылке, когда слышит визг. Кто бы знал, что он попадёт жуком прямо в волосы Кавеха. Архитектор истошно вопит, пытаясь стрясти насекомое со своей головы. Блондинистая иерихонская труба расплетает причёску, снимая заколки с волос и мстительно швыряя их в Аль-Хайтама.

***

Бедный жук спасён Тигнари, уши которого сотню раз завяли во время этого концерта. А Кавех обиженно стоит перед соседом. — ты должен заплести мне волосы, —блондин ставит руки на пояс — утром я потратил на причёску целый час, а теперь мне пришлось всё расплести из-за этого дурацкого жука. Аль-Хайтам вдоволь навеселился, пока наблюдал за прыгающим по всему дому Кавехом, поэтому без отговорок приступает заплетать белокурые волосы. Но есть одна проблема. Он не умеет делать причёски. Сестёр у него нет, а собственные волосы слишком короткие для такого. Поэтому было решено не заморачиваться. Всеравно Кавех не видит свой затылок и не узнает насколько там все плохо. Секретарь на скорую руку скручивает жгут из пряди волос, имитируя косу, и связывает их в низкий хвост. Сколько же петухов. Выглядит ещё хуже, чем если бы Кавех засунул голову в вихрь анемо шамачурла. Но зачем тратить время на эту ерундистику? Аль-Хайтам прилепляет кучу заколок, в абсолютно не подходящие для этого места, да что там говорить, некоторые заколки вообще заходят друг на друга. Тигнари устало вздыхает и отдаёт гостям нужный отвар. Наконец источник шума и его дирижёр удаляются и оставляют лесного стража в долгожданной тишине.

***

— выпей отраву тварь — Кавех ставит две кружки на стол, на что Аль-Хайтам поднимает вопросительный взгляд —либо у тебя проблемы с языком, и ты хотел сказать «отвар из трав» — секретарь перекладывает книгу на тумбочку — либо, стряхивая жука, ты повредил голову и отупел. Архитектор злобно фыркает — как ты мог?! Как ты мог не оценить каламбур?!!! Сайно бы понял. Даже у плесневиков чувство юмора лучше твоего. Хайтам спокойно отпивает принесённый соседом чай. — тогда как насчёт того, чтобы пожить немного у ходячих грибов на ножках? Ты, оказывается, нашёл с ними общий язык, Кавех — секретарь особенно выделяет имя соседа, на что архитектор закатывает алые, как валяшка, глаза и садится рядом, поднимая свою кружку с отваром.