Лживая сказка

***

— В детстве мама рассказывала мне истории о любви. Там всегда принцесса покорно ждала своего принца в башне, а сам принц проходил множество испытаний, прежде чем добраться до принцессы и влюбиться в нее с первого взгляда. В этих сказках принц и принцесса всегда были счастливы, а любовь их была… как ее называют? «Любовь с первого взгляда»? Я была маленькой и верила, что все эти истории — правда, и что подобная любовь обязательно случиться со мной. Я верила в неземную любовь родителей, несмотря на то, что отец вел себя очень холодно с моей мамой, часто задерживался на работе допоздна и не ночевал дома. Я думала, что путь испытаний «принца» не заканчивается сразу после спасения принцессы, а он продолжает бороться за любовь принцессы, за саму принцессу и за ее счастье. Мама тогда только печально улыбалась, не в силах разрушить иллюзии маленькой дочери, которую сама же и обрекла на подобные самоубийственные мысли. — Кассиопея глубоко вздохнула, переводя дыхание, и продолжила. — Мама умерла, когда мне было семь. Я долго плакала у ее постели. Я не понимала, почему она умирает в одиночестве, без поддержки отца. Отец даже не зашел ее проведать. Он узнавал обо всем от прислуги, иногда от меня, сухо кивал и возвращался к работе. Иллюзия, которую вложила мне в голову мать, была насквозь фальшива, и она рушилась, разлетаясь на осколки. Искренне горевала о смерти мамы только я. Поняла я это быстро, задыхаясь от несправедливости, но слишком сильно боясь произнести это вслух. Я также быстро поняла, что кардинально поменялась только моя жизнь, или восприятие этой жизни. Отец не менял своего распорядка дня: вставал рано утром, мы с ним утром завтракали, он расспрашивал меня о моем расписании на день, уходил на работу, возвращался к ужину, расспрашивая о том, как прошел день. Некоторые занятия проводил лично он, вместе сидели в библиотеке, читая свою литературу, позже и беседовать. Он был равнодушен к моей маме, но не ко мне. И однажды речь зашла как раз о любви. Именно тогда иллюзия, вложенная в мою детскую голову моей матерью, была разрушена окончательно. Мой отец никогда не любил маму. Там даже дружбы не было. Я долго не могла с этим смириться, но в конце концов мне пришлось. — Отец, раз ты не любил маму, то тогда кого? — маленькая девочка заинтересовано посмотрела на мужчину, сидящего напротив в глубоком кресле. — Аристократам любить не положено. — спокойно ответил он на вопрос дочери, но, чуть подумав, продолжил. — Полюбил я только тебя, Касси. — Я не об этом! Почему аристократам не положено любить? — надув щеки, спросила девочка. — Любовь — это слабость. Уязвимое место, которого быть не должно. — пожал плечами мужчина. — Любовь делает человека слепым и почти безумным. — девочка непонимающе нахмурила бровки. — Тогда зачем вы поженились с мамой? — спросила после долгого молчания девочка. — У нас был брак по расчету, выгодный для наших Родов. — спокойно ответил мужчина. — Касси, главное — твоя безопасность и надежность. Любовь не сможет тебе этого дать. Нужны ли тебе эти страсти, сомнения, буря чувств? То, что тебе рассказывала твоя мать, эти сказки, — утопия, что-то, чего никогда не сможет стать реальностью. — «Неужели ты хочешь пойти по стопам своей матери и умереть в одиночестве?» — невысказанный вопрос так и остался невысказанным, но Кассиопея уловила его и, нахмурившись, покачала головой и вернулась к книге. — Типичный аристократический подход. Отвратительно. — проговорил Поттер, ставший неожиданным слушателем исповеди Кассиопеи Блэк. Поттер не был ни другом, ни приятелем Кассиопеи. На самом деле, он должен считать ее врагом как представителя факультета змей. Самой же девушке на Поттера было откровенно плевать. Однако именно сегодня, годовщину смерти ее матери, он нашел ее на Астрономической башне с сигаретой в руках. — Так живут все в нашем кругу. Кому-то повезло больше, кому-то меньше. — пожала плечами девушка. — Но так нельзя! Это же… — Поттера нагло перебили. — Хватит. Так живет не одно поколение аристократов. Не тебе осуждать и критиковать нас. Ты стал случайным свидетелем и, я надеюсь, что ты умеешь держать язык за зубами, Поттер. — Блэк предупреждающе посмотрела на него. — Ты не хочешь иметь во врагах одного из Блэков. — Я просто считаю это неправильным… — пробормотал гриффиндорец, мигом потеряв былой запал. — Имеешь право. — пожала плечами девушка. Посидев в тишине еще некоторое время, Поттер поднялся и ушел, не выдержав того неловкого молчания, что застыло между ним и Блэк. Девушка даже внимания не обратила, вдыхая никотин. — Ты простудишься. — услышала Кассиопея, когда на ее плечи опустилась чужая мантия со знакомым запахам сигарет и мяты, а рядом присел сам обладатель мантии. — Ну, ты явно позаботишься о том, чтобы этого не случилось. — улыбнулась она, не переводя взгляд на парня рядом. — Что с нами будет дальше? — задала вопрос Кассиопея, нарушив длительное молчание. — Не важно, что случиться. Я сделаю все, чтобы тебя это не задело. — парень крепко сжал руку девушки, заглядывая ей в глаза. — Тогда я уничтожу любую преграду на пути. — сжала руку в ответ, решительно глядя в глаза напротив. — Я не собираюсь быть принцессой из сказок мамы, Теодор. — Как скажете, моя королева. — ухмыльнулся Нотт. Принцессы ждут в башне принцев. Королевы берут в руки меч, чтобы сразиться за свое счастье. — Бесишь.