розы

Любовь - это лучшее чувство на свете, говорят многие, но не тогда, когда она с цветами. Сергей был беспамятно влюблен, сначала шуточно, но, как говорится, в каждой шутке есть доля правды. Но в случае Пешкова доля правды была намного больше. Всё началось после осознания, на стримах кудрявый пускал много безобидных шуток про Ваню, он привык к этому, не смотря на постоянные возмущения последнего. Когда первые лепестки появились у него в районе живота, он пребывал в ахуе. Думал, что такое только в сказках или каких-то сопливых романах, но в глубине души знал, откуда это взялось. Каждая встреча Жожо и Дипинса оканчивалась жутким кашлем в ванной Серёжи, он отхаркивал цветы, смешанные с кровью, весьма ироничен, считал Пешков, факт того, что буквально час назад они вели стрим и спокойно шутил и смеялся с Ваней. Но было ли на самом деле спокойно? Конечно нет. Всякий раз, когда он видел русого парня, в груди отзывалась боль, словно тысяча ножей вонзили в сердце, к этому привык кудрявый, он понимал, что Ваня никогда не поймёт этого, никогда не полюбит его, он не такой. И эти слова засели у него в голове, он сходил с ума, никому об этом не мог рассказать, было невыносимо плохо. - серёг, ты какой-то бледный сегодня, ты вообще спишь? Конечно он не мог спать, непрекращающаяся боль в груди не давала закрыть глаза, не то, что уснуть. Но Ваня не знал, только сейчас, когда совсем запустились розы, состояние и внешний вид Жожо стали выдавать его. - ванюш, я просто не поспал сегодня, не переживай. Для Сергей было важнее как чувствует себя собеседник, он отдал бы все, лишь бы Ване было хорошо, готов свернуть горы, чтобы русый чувствовал себя комфортно. Эта любовь была бескорыстная и чистая, как скваженная вода. Но, к сожалению, Ваня списывал все проявления любви в шутку. И сам Пешков был виноват, изначально всё это подавалось как развлечение для зрителей, у них действительно хорошо получалось играть драму на камеру. Но вот у одного из парней кино перешло в реальность. Получилось так, что Жожо заболел, он был в гостях у друга, они вели стрим, Сергей старался не выдавать свою болезнь, но его друг всё же приметил состояние Серёжи. - вань, можешь пожалуйста приехать и отвезти Серёгу домой? - ало, да, а почему я? че он уже сам не в состоянии? - я бы не звонил, если бы он мог сам, и я не могу, дела неотложные, очень сожалею, передашь ему потом, он в отключке сейчас, заболел жёстко, ты уж прости его. - понятно, скоро буду. Серёжа не слышал этот разговор, он провалился в сон, наконец-то. Один плюс в простуде - это сон. Он наконец-то смог уснуть, правда ненадолго, вскоре приехал Ваня на такси и позвонил другу Сережи, чтоб тот спустил бедную кудряшку, выразился Иван. Через 5 минут вышел из подъезда Пешков и стоял у двери. - ты че там стоишь, иди сюда, я же жду Но Жожо не мог, ему было совершенно не до похода даже на 1 метр. Ваня подошёл к Сереже и отворил капюшон, который закрывал пол его лица. - настолько хуево, кудряшка? - ванюш.. прости, я не хотел... - еблан, пойдём уже Взяв под руку кудрявого, они дошли до такси и поехали по адресу дома Жожо. Всю дорогу Ваня периодически смотрел то на дорогу, то на Сергея, он действительно переживал за друга, ведь тот был в таком ужасном состоянии, в каком Ваня его ни разу не видел. Парень даже позволил Пешкову положить его голову себе на плечо, хотя любые касания он не особо любил, но в последнее время, наблюдая за состоянием Жожо, он стал менее резким по отношению к нему. Прошло 20 минут и они были на месте. - серег, вставай, приехали Ваня теребил кудрявого за плечо, чтобы тот проснулся и это заняло некоторое время. - это мой дом.. ? - да, чей же ещё, выходи давай Он взял его под руку и они вышли из такси. Ваня понимал, что Пешкова ещё нужно довести до квартиры, чтобы тот нигде не упал и не поранился. - ключи у тебя где? - в кар.. мане Ваня достал ключи и они начали подниматься по лестнице к лифту. И зайдя в лифт у Серёжи то и дело подкашивались ноги, из за этого Вани пришлось слегка приобнять кудрявого, чтобы тот не терял равновесие. - ванюша, ты сам меня обнимаешь, как мило.. - долбаеб, ты в таком состоянии ещё шутки шутить можешь? - конечно.. шутки.. Ваня слегка покраснел, но не перестал обнимать Сергея. Когда лифт доехал до нужного этажа парни вышли. Ваня открыл дверь в квартиру и, включив свет он ахуел. В доме был бардак, как обычно в прицепе, но более чем всегда. Жожо сразу упал на кровать. - боже, кудряшка, ты что ешь вообще? тут едой и не пахнет - мхм... Сергей что то бормотал, лёжа на кровати, он впервые не чувствовал цветов, было такое окрыляющее чувство, несмотря на простуду и боль в горле. - так, где у тебя аптечка, она хоть есть вообще? - в шкафу.. на кухне Ответил Сергей и Ваня пошёл к указанному месту. Найдя аптечку, он попутно поставил чайник. - так, что тут есть.. Ваня начал рыться в аптечке и нашёл лекарства от простуды. - хм, думаю тебе все это сейчас нужно. Ваня принёс таблетки и воду и сел на кровать к Жожо. - кудряшка, выпей таблетки Сергей неохотно и медленно сел, смотря куда то в пол пустым взглядом. - ну? держи пей - ванюш дай мне в рот - о боже, сейчас это звучало как то не так и ты бы залился смехом, прибывая в нормальном состоянии Сережа слабо улыбнулся, но оторопел когда к его рту поднесли таблетки, он послушно открыл рот и, запив так же поданной водой глотнул содержимое. - ванюш какой же ты хороший.. я тебя так люблю.. Жожо упал на плечо Дипинсу и его дыхание было прямо в шею Вани, от чего тот немного покраснел, он взял в руки лицо Сергея и смотрел в его слегка открытые глаза. - кудряшка, тебе надо поспать, ты уже бредишь - хах.. я не брежу, придурок Черт, только не сейчас. В бреду кудрявый мог сказать то, чего не хотел бы, но в эту минуту он не может контролировать себя. Ваня на эти слова вопросительно глядел на друга, осмысляя сказанное. - говорю же бредишь, давай ложись спать, я скоро уже пойду. Когда Серёжа услышал, что тот собирается уходить, резкий толчок в горле заставил его сильно кашлянуть и он выплюнул себе в руку пару окровавленных лепестков. - сереж, это.. что? - бляяяять. прости, что ты увидел это, не волнуйся это ничего такого. - че блять, не волноваться? из тебя только что вышло два лепестка с кровью и ты говоришь ничего такого? пиздец и когда это началось? - вань, тебе это не нужно, забудь, я сам с этим разберусь. Серёжа встал и выкинул лепестки в мусорку рядом с кроватью. - это же ханахаки, верно? я читал об этом где то, кто же умудрился так тебе в голову залезть? - действительно.. кто же.. - кто? - ванюш, ты правда такой глупый? - так, я не пойму чего то.. ты имеешь в виду, что это.. - да, это ты, вань. - бля, пиздец. я думал ты шутил всё это время. - я тоже так думал, пока цветы не почувствовал. Ваня не отрывая взгляд смотрел на Сергея и невыносимое чувство вины окатило его, было больно осознавать, что из за него буквально сейчас умирает его друг и по правде говоря, Ваня уже давно не считал его просто другом. - сереж, это последняя стадия, я так понимаю? - да. сейчас уже ничего не сделаешь, да и не было шансев. - почему не было? - ты, блять, издеваешься? ты никогда меня не любил и не полюбишь, ты не такой. - ты не такой, ты не такой, все постоянно это твердят, как же заебало.. ладно опустим это, я хочу сказать тебе, что.. - вот только не ври сейчас, что типо я тебе нравлюсь и всё такое, сейчас меня ложь твоя не спасёт. - хочешь я докажу, что ты действительно мне нравишься? - что ты.. Ваня обхватил руками лицо Пешкова и впился поцелуем в его губы, тот от шока не ответил на поцелуй, но после нескольких секунд начал отвечать, обняв Ваню за талию. Русый опрокинул его на кровать, не разрывая поцелуй, а когда воздух закончился у обоих, он навис над Серёжей. - так достаточно убедительно? - какого блять хуя, ванюш? как это, блять, понимать? у меня даже простуда прошла, кажется. извини, но хочу узнать с каких пор я тебе стал нравится, ты никогда не подпускал меня к себе, считал меня мерзким и противным, а тут полез сам.. СААМ! целоваться, я в ахуе, честно - кудряшка, ты мне нравишься с тех пор, когда был наш первый стрим. я правда не тактилен, но когда ты начал ко мне липнуть я не ощутил отвращения к твоим прикосновениям. но всё же я не понял почему так и начал тебя всячески отталкивать, потому что считал это не нормально чувствовать такое к парню. я и сейчас думаю, что это неправильно, но если из за меня ты умрёшь, я не прощу самого себя. Ваня сел и взял за руку Серёжу, глядя ему в глаза сказал: - ты мне нравишься, кудрявый, правда. не сомневайся в моих словах, ты чудо, ты тот, кто дарит мне счастье каждый день, ты мой лучик солнца, прошу больше никогда не молчи о своих чувствах и проблемах. Жожо всё это время слушал, не перебивая, и очень внимательно, в нём было много эмоций. Он чувствовал, как в его желудке больше нет мерзких неприятных цветов, он чувствовал приятную пустоту. Он был рад, что его чувства хоть раз в жизни были взаимны. По настоящему взаимны. - ванюш, можно ещё раз поцеловаться, я столько раз пытался.. но ты меня отталкивал. - блять, кудряшка, теперь ты не отъебешься от меня с ними, да? - конечно нет, после того, как я услышал, что тебе нравятся мои прикосновения. Жожо широко улыбнулся, как обычно, прикусив нижнюю губу и потянулся к лицу Дипинса. Он взял его за подбородок и нежно поцеловал, этот поцелуй он запомнит навсегда. Наконец ему удалось сделать это. Сережа повалил на спину Ваню и отстранившись от губ припал к его шее, опаляя горячим дыханием, он интенсивно оставлял красные метки на шее русого. От чего тот опрокинул голову назад и тихо стонал. Жожо решил пойти дальше и залез под толстовку Дипинса, пройдя языком от низа живота до сосков, игрался с ними, облизывая и прикусывая. - блять, кудряш.. ка.. Ваня остановил голову Серёжи и взяв его лицо в руки, поцеловал. - всё сереж, давай уже спать, тебе нужно, ты столько дней не спал. - блять, ванюш, на самом интересном месте остановил, ну ладно у меня ещё много идей, теперь не отвертишься. Жожо с оскалом улыбнулся и, обняв Дипинса, мирно закрыл глаза. - да я и не против Ваня вместе с Пешковым уснули в обнимку. А на утро они оба были в ахуе, что проснулись вместе. - а что ты ожидал в прицепе, ванюш, мы же не могли лечь вместе, а проснуться раздельно Смеялся и угорал над Ваней Сергей и всё утро напоминал русому, что это именно он первый поцеловал его.