ПАУТИНА

      Женщина шла в свою комнату от Халиса. Есть пара документов, которые она хотела закончить в компании Орхана. Единственный случай, когда они могли оставаться наедине в одном помещении, не вызывая подозрений. Половину она уже сделала, но ее отвлек Латиф, который сказал, что господин ждет ее.       Сложившаяся ситуация в доме ее угнетала. Как обычно, если что-то пойдет не так, виновной в глазах Халиса останется именно она. У него слишком много требований. Своей железной рукой мужской стороной управляет через Латифа, а женскую половину оставил на неё, хотя все равно отдуваться за всех приходится ей. С появлением новой невестки, проблем на ее голову прибавилось в разы больше. Чего только стоила их пьяная выходка, о которой стало известно господину. Он не скупился на слова, что обижали ее.       Будто ей больше заняться нечем. Хотя, по его мнению, так и есть.       Собой она чувствовала себя только с Орханом, всегда на равных, без слез и упреков, поддерживая друг друга.       Взяв из комнаты папку с отчетами, она спустилась вниз по лестнице. Дойдя до нужной двери, обернулась, осмотрев коридор на наличие лишних глаз, и постучала.       — Входи, Ифакат. — Мужчина узнал ее по рваному ритму опускающихся пальцев на красное дерево массивной двери.       — Ты еще не поднимался? — спрашивает она, прикрывая дверь. Проходит вглубь кабинета, бросая папку на столик возле кресла и оборачивается к нему.       — Нет, — в голосе сквозит напускная строгость, — Но я почти закончил.       — Хорошо, — отвечает она, — Как дела? Мы почти не разговаривали сегодня, — женщина вглядывается в его лицо, отмечая его не совсем хорошее настроение.       Он отрывает наконец взгляд от экрана ноутбука и подается слегка вперёд. Выжидает пару секунд, прежде чем ответить.       — Если ещё раз напомнишь о твоих отношениях с отцом, вообще разговаривать с тобой не буду, — говорит он строго и неспешно, чтобы донести до нее смысл сказанных слов. Но вместо ожидаемой им растерянности, на ее лице возникла озорная ухмылка.       — Какой грозный, — протянула она, переходя на шепот. Она все так же ухмылялась, приближаясь к его столу. Медленно обогнув его, встала напротив. Орхан поднял бровь, когда она наклонилась, равняя их лица. — Ревнуешь? — Теперь и мужчина ухмыльнулся, переведя взгляд с темных глаз на губы. — Ты поэтому закрылся в своем кабинете на целый день?       Его рука опускается на ее талию и он притягивает ее к себе, женщина неловко плюхается на его колено.       — Ревную, — сквозь зубы шепчет он и целует ее в шею.       — Я не закрывала дверь. — предупреждает Ифакат, поворачивая к нему голову. Он оставляет поцелуй на ее губах и женщина отвечает на него, со всей присущей ей нежностью, а после кладёт голову в сгиб его шеи и оставляет поцелуй в углу нижней челюсти.       Орхан обнимает ее, прикрывая глаза. Почему-то было плевать, зайдет ли кто-то в его кабинет, станет ли кто-то свидетелем их маленькой тайны. Сейчас хотелось побыть наедине с Ифакат. И пусть весь мир подождет.              — Вот бы всего этого не было, — тихо говорит она, мужчина обнимает ее крепче, положив подбородок на макушку. — Ты не представляешь, Орхан, как сильно я хочу, чтобы мы были только вдвоем… Ты и я… Где-нибудь в загородном доме, подальше от лишних глаз, предоставленные друг другу… — Сердце предательски защемило от этих слов. Тайком и он желал этого, но не был достаточно смел, чтобы признать и осуществить желаемое.       — Я завтра улетаю на два дня по работе. — женщина отстраняется, оставаясь в его объятиях.       — Почему я узнаю об этом последняя? — приподняла она бровь.       — Потому что я хотел сказать тебе это сегодня ночью, — ответил Орхан, погладив ее по щеке. Как же ему мало всего этого, ничтожно мало того времени, что они проводят вместе.       — То есть, ты бы пришел сегодня? — довольно улыбнулась она.       — Разве смог бы я уснуть, не пожелав тебе спокойной ночи? — Она закатила глаза. — Что? — удивился он такой реакции.       — В Антепе тебе это не помешало.       — Я не пришел один раз. Ты теперь всегда будешь напоминать?       — Да, ты ведь разбил мое сердце, Орхан. А женщины с разбитым сердцем очень злопамятные.       Мужчина улыбается, слушая ее, потом опускается с поцелуем чуть ниже левой ключицы.       — Ифакат, — голос его становится ниже, отчего дыхание ее учащается, — не сыскать мне покоя, если я действительно разбил это прекрасное сердце.       — Не говори так, дурак. — Засмеялась она. — Так зачем и куда ты улетаешь?       — В Лондон, запланирована встреча с новыми поставщиками. Чистейшие изумруды, бриллианты, сапфиры… — Она слушала и уже представляла как красиво бы оформила их в украшения, — Что мне привезти тебе?       — Себя привези, Орхан, мне этого достаточно. — Почему-то, ему вспомнилась сказка «Аленький цветочек», которую она читала Фуату, пока Гюльгюн была занята младенцем Феритом. Она каждый вечер укладывала грустного Фуата спать, а он стоял в дверях и наблюдал то за ней, то за Гюльгюн.       На вопрос «Что привезти?», жена ответила желтые бриллианты, чтобы Ферит смог сделать для неё брошь, о которой она давно мечтала.       Разумеется он привезет, но почему Ифакат ничего не попросила? Почему никогда ничего не просит ни у него, ни у его отца?       Орхан не может подарить что-то жене, оставив без подарка Ифакат, всегда относился к обеим одинаково в плане подарков.       Будет ей то, что она хочет. К тому же он давно думал об этом.       — Улетаю я на два дня. Всем сказал на пять. — Она поднимает брови. На самом деле на эти три дня у него были другие планы, но будет ещё время для них. Захотелось побыть с Ифакат. — Послезавтра подойдешь к отцу и скажешь, что поедешь проведать свою тетю в Антепе. Заедешь к ней на часик, чтобы не было подозрений, потом вернёшься в Стамбул. У нас будет целых три дня. — С каждым сказанным словом глаза ее словно начинали светиться, а улыбка становилась шире, — Потом ты приедешь вечером, а я утром, чтобы не возникло подозрений. Сниму нам загородный дом с видом на лес.       — Орхан!.. — радостно прошептала она и бегло поцеловала его в щеку. Потом обняла, вернув голову в сгиб его шеи. Мужчина тоже улыбался ей. Видеть улыбку на ее строгом лице для него самое дорогое, и как же ему приятно, когда причиной ее прекрасной улыбки становится он.       — Все так, как ты хочешь? — она довольно кивает. — Ты только улыбайся, моя ясноглазая, — вновь погладил ее по щеке, попутно заправляя прядку волос за ухо.       — А ты почаще балуй меня такими вылазками… — Они тихо засмеялись.       Идиллию нарушил приближающийся стук каблуков. Она резко подскочила, поправила одежду и села в кресло в углу комнаты. Орхан вернулся к ноутбуку, экран которого успел отключиться.       — Орхан? — не постучав, вошла Гюльгюн. Ифакат только и успела взять папку в руки и сделать задумчивый вид, как и, собственно, он сам. — Ты идешь?       — Я занят. — Он указывает взглядом на Ифакат.       — Ой, Ифакат, — поначалу она не заметила ее, и нервно улыбнулась, — Что ты тут делаешь?       — Сижу, не видно? — Гюльгюн закатила глаза, — Хотя действительно. — Женщина поднимается, легким движением руки откидывая длинные волосы за спину, и подходит к его жене. Отдает ей папку с отчетами, где нужно было рассчитать зарплату рабочим. — Что я здесь делаю?.. — Гюльгюн может справится с документами, а Ифакат выспится, — Рассчитай, утром отдашь сначала Орхану, а после господину Халису на подпись.       — Но… — Растерянно начала блондинка.       — Гюльгюн, ты же спрашиваешь, почему я все контролирую. Теперь и я начала задаваться этим вопросом. Зачем все делаю я? Хоть раз проконтролируй ты. Хорошо справишься, будешь заниматься этим сама. Доброй ночи, — Женщина улыбнулась, и вышла, на секунду задержав взгляд на мужчине, который проводил ее глазами.       — Орхан, как я успею? — возмутилась жена, когда дверь за Ифакат закрылась, — Как это рассчитывается? Я не хочу. — Жалобно буркнула она, пробегаясь взглядом по бесконечным цифрам.       — Гюльгюн, тогда бы не злила ее со своими претензиями.       — А я не права?       — Ифакат лишь выполняет поручения отца. Думаешь, у нее есть желание контролировать всех? Будто ты не знаешь отца… Разве он спрашивает? — вздохнул Орхан, тоже возвращаясь к работе, — А отчёт тебе придётся сделать. Утром я улетаю.       — А почему я получила его ночью в последний момент.       — Я отправил ей его час назад. Половину она сделала, на ее примере закончи вторую. Все проценты там указаны. За час справишься.       — Уф… Зачем я пришла, — буркнула она, усаживаясь в кресло, где недавно сидела Ифакат.       Мужчина взглянул на супругу, а голову кружил аромат рыжей бестии, что остался в помещении.       — И как она все успевает? — буркнула жена, отвлекая его от работы. — Только минут двадцать назад вышла от отца.       — Что сделала? — переспросил он, не понимая, послышалось ли ему.       — Уж не знаю, что она там делала, но когда она все успевает, если ты скинул этот отчет только час назад? Она выполнила работу за полчаса, такую же половину буду делать всю ночь… — Вздохнула она, но Орхан уже не слушал, плечи словно сжали чьи-то руки.       Почему она не сказала, что была с отцом? — Настроение у Орхана испортилось.       — Только внимательно. Без ошибок. — предупредил он, проверять после времени не будет.       — Хорошо, Орхан. Хорошо. — Раздраженно бросила она, изучая содержимое документа.       Женщина явно была недовольна тем, что придётся сменить теплую постель на кабинет. А это лишь сотая часть того, что контролирует старшая невестка.