***
2 декабря 2022 г., 10:03
Хэ Сюань не верит в божеств. Не то, чтобы она была яро против них. Хэ Сюань понимает, что кому-то не хватает силы характера, смелости или решимости, поэтому они находят её в вере, просто ей никогда это не нужно было.
Зато ее младшая сестра уверена, что только Боги могут ей помочь. Проблема в том, что ей катастрофически не везёт с мужчинами, и все отношения в итоге распадаются.
– Только благословение Богини любви поможет мне, – канючит сестра, а Хэ Сюань тихо вздыхает.
Она бы и сама уже сходила в этот храм, но их общество потихоньку начало отказываться от веры в Богов. Боги войны, плодородия или других аспектов, которые просто жизненно необходимы, ещё были популярны, но вот любовью люди решили пренебречь.
В итоге по всей стране осталась лишь парочка действующих храмов Богини любви, и неизвестно, где они находятся.
Хэ Сюань направляется в другой город – ей нужно навестить больную родственницу. Хэ Сюань редко покидает родные места, поэтому слегка плутает по лесу и уже выбивается из сил.
Хэ Сюань раздвигает ветки и, о чудо, перед ней предстаёт заброшенный храм. Местечко не самое красочное, но хотя бы здесь можно отдохнуть.
Хэ Сюань садится на каменное возвышение и блаженно вытягивает ноги. Чтобы скоротать время, она обводит взглядом руины: от стен и алтарей остались одни каменные обломки, зато статуя практически целая. Хэ Сюань наклоняется к табличке и читает выбитый в камне текст: Цинсюань, Богиня Любви.
У Хэ Сюань мурашки бегут по телу. Бывают ли такие совпадения без чьего-то вмешательства? Даже у неё по этому поводу появились сомнения.
Рядом ещё одна табличка (как им и статуе удалось так хорошо сохраниться?), наверное, это слова молитвы. Хэ Сюань тихонько читает:
– Богиня Любви — с талантом рождена, Богиня Любви— как ветер вольна, Богиня Любви — добрее и честнее нет, Богиня Любви — прекрасный самоцвет, – Хэ Сюань морщится, – и что это за глупые стишки?
– Глупые стишки? Ты призываешь меня, а потом ещё оскорбляешь?
Хэ Сюань замирает, её сердце пропускает удар. Она медленно поворачивается, чувствуя, как холодеет кровь внутри. За спиной стоит девушка с темно-каштановыми вьющимися волосами, одета она в очень непрактичное для таких мест длинное платье без плеч, перехваченное под грудью лентой. Нежный наряд украшает цветочная вышивка, а на руках, шее и в волосах блестят украшения. Она явно не пробиралась через лес, да и не могла она так тихо и быстро прокрасться мимо Хэ Сюань. Всему этому должно быть логическое объяснение!
– Кто ты? – Хэ Сюань выдавливает из себя слова.
– Ты серьезно? Ты призываешь меня, но не знаешь, кто я? Так уж и быть, представлюсь. Я восхитительная и прекрасная Богиня любви Цинсюань, – вместе с этими словами она изящно кланяется, слегка отводя руки назад. Платье красиво развевается на ветру, а сама Цинсюань гибка и изящна, глаз не оторвать.
На мгновение Хэ Сюань верит незнакомке на слово – настолько она прекрасна, элегантна и притягательна. Действительно Богиня Любви, ведь с одного взгляда начинаешь бессознательно тянуться к ней. Хэ Сюань трясет головой, сбрасывая наваждение.
– Почему я должна тебе верить?
– А ты много девушек видела, которые расхаживают по лесу…так? – Цинсюань указывает на своё тело, ведя ладонями вниз, – всё равно не веришь, да? Ну что за последователи пошли.
Цинсюань картинно вздыхает, смотря на лицо со скептично поднятой бровью. Она поднимает руки так, что между ладонями образовывается круглое пространство. Вдруг воздух в этом кругу начинает идти вихрями, пространство белеет, а после внутри появляются картинки. На них счастливые пары радостно улыбаются, женятся, некоторые уже воспитывают детей. Цинсюань хлопает и упирает руки в бока.
– Ну что? Теперь веришь?
– Что… ты такое? – ошарашенно на выдохе произносит Хэ Сюань.
– Мне представиться ещё раз?
– Нет, я не в этом смысле. Я честно скажу, что не являюсь твоей последовательницей и случайно наткнулась на этот храм, но моя сестра… она верит в тебя и обращается к тебе каждый день перед сном, но она не знает молитв, да и храма у нас в городе нет.
– Вот как, занимательно, – улыбается Цинсюань, – и что же просит твоя сестра?
– У неё проблемы в отношениях. Мужчины постоянно бросают её, хотя она хорошая девушка.
– Как банально, – зевает Цинсюань, – ты ведь понимаешь, что проблема не в мужчинах и не в том, что она какая-то не такая. Она слишком зациклена на отношениях, наверняка, думает, что без них ничего из себя не представляет. С такими мыслями хорошего партнёра никогда не найти.
– Я-то понимаю, – нехотя соглашается Хэ Сюань, – но она не слушает. Не хочу, чтобы она всю свою молодость провела в грусти и ожидании прекрасного принца.
– Ладно, есть у меня один проверенный способ, – соглашается Цинсюань, – но только из-за того, что ты хорошая сестра.
Хэ Сюань облегчённо выдыхает. Подумать только, она доверяет решение проблемы Богине. Возможно, Хэ Сюань уже тронулась умом, раз спокойно воспринимает всё происходящее и даже просит помощи. Главное, что проблема решена…
– Но есть одна загвоздка, – прерывает Цинсюань поток мыслей, – сейчас мало людей верит в меня, из-за этого мои силы ослабли.
– Что-то можно сделать?
– Да, моим силам нужна подпитка, и ты мне в этом поможешь.
– И чем же? – недоуменно смотрит Хэ Сюань.
– А как ты думаешь, что может лучше всего зарядить Богиню Любви? – хитро улыбается Цинсюань.
– Я не знаю… поцелуй?
– Ха, от поцелуя я могу твоей сестре лишь на один поцелуй и наколдовать. Мне нужно нечто большее… от чего люди приходят в экстаз.
– Говори прямо, – Хэ Сюань хмурится.
– Какая ты глупая, – Цинсюань подходит очень близко и кладет ладонь на щёку Хэ Сюань, – я имею в виду секс.
Хэ Сюань замирает от шока, а Цинсюань наклоняется, соприкасаясь лбами, гладит лицо и тихо шепчет:
– Ты мне сразу понравилась, у тебя такое непоколебимое выражение лица, строгий взгляд, осанка… от тебя веет силой, но сдержанной и разумной силой. Ко мне в храм часто приходят женщины, но большинство из них просят парня или мужа. Зачем, эти мужчины такие грубые, невоспитанные, неумелые, а ещё от них воняет. То ли дело девушки…
Хэ Сюань даже согласна с Цинсюань: мужчины тоже её никогда не привлекали, и одна мысль о них в качестве партнёра вызывала отвращение. Впрочем, девушки её тоже не притягивали. По крайней мере, Хэ Сюань так думала до этого момента.
Цинсюань прекрасна, у неё нежные завораживающие изгибы тела, она двигается словно в танце, много улыбается и смеётся. На её подвижное миловидное лицо хочется смотреть и ловить каждую эмоцию, а её прикосновения мягкие и шелковистые. Кто бы мог подумать, что типаж Хэ Сюань – это распущенные болтливые красавицы, подобные лесным нимфам.
– Мы можем попробовать. Если что-то не понравится, можно в любой момент прекратить, – воркует Цинсюань.
– Хорошо, я согласна, – Хэ Сюань сглатывает и слегка хрипло шепчет.
Цинсюань и не нужно большего. Она легко забирается к Хэ Сюань на колени и утягивает её в поцелуй, пока что без языка. Цинсюань кладет ладони на нижнюю часть спины, хаотично гладит и поднимается до лопаток.
Хэ Сюань теряется. Она не знает, как реагировать на поцелуй, не понимает, куда деть руки. Она пытается пробиться сквозь хаотичность мыслей и сконцентрироваться на ощущениях, понимая, что ей скорее приятно, чем нет.
– Расслабься, ты не в музее, тут всё можно и нужно трогать руками, – Цинсюань смеётся прямо в губы, а после берёт руки Хэ Сюань и кладёт их к себе на талию.
Цинсюань, посмеиваясь отягивает ворот рубашки и покрывает шею поцелуями. Хэ Сюань чуть дёргается от непривычных ощущений, но ей всё ещё приятно. Она осторожно поглаживает талию и от каждого движения всё больше входит во вкус. У Цинсюань нежные изгибы, Хэ Сюань слегка сжимает ладонь и чувствует мягкость тела через тонкую ткань платья. Это ощущение приводит её в восторг, но новые чувства повергают в смятение. Почему так приятно? Что теперь нужно делать? Так и должно быть? Хэ Сюань кружит голову, она теряется.
– Всё в порядке, расслабься. Чтобы ты ни чувствовала, это правильно и хорошо. Просто не думай ни о чём, – Цинсюань как будто читает мысли, она тихо мурлычет, утыкаясь в шею.
От голоса Цинсюань становится спокойно. Она вздыхает, концентрируясь на ощущениях и тёплом теле под своими ладонями и действительно немного расслабляется. В Цинсюань и правда есть что-то внеземное: её тело, голос, мельчайшие движения и лёгкий смех – от всего по телу бегут мурашки и постепенно разливается наслаждение. Хэ Сюань уже увереннее гладит талию, спину, но ещё медлит опустить ладони. Цинсюань что-то одобрительно шепчет, и Хэ Сюань касается бёдер. Для неё это волнительно и трепетно, но Цинсюань блаженно выдыхает.
– Ты так быстро учишься, прелестно, – хихикает Цинсюань.
Она вскакивает с колен и чуть отходит. Хэ Сюань недоумевает, а Цинсюань тем временем развязывает ленту под грудью и лёгким движением платье опускается на пол.
У Хэ Сюань перехватывает дыхание. Под платьем надета лишь лёгкая прозрачная сорочка, которая лишь подчёркивает все прелести Цинсюань. А она лишь ухмыляется, видя растерянное лицо Хэ Сюань, слегка пританцовывает, ведя ладонями по своему телу. Для Цинсюань это будто развлечение: ей нравится, когда ей восхищаются, поэтому её задача – удивить и поразить. Только Хэ Сюань практически сразу проигрывает, даже не сопротивляясь влечению прекрасной Богини.
– Мне нравится, как ты на меня смотришь, – улыбается Цинсюань.
Хэ Сюань отводит глаза: становится неловко, что ей приятно смотреть на Цинсюань, хотя они знакомы лишь полчаса от силы. Что она вообще делает? Как пошло, развязно и… красиво.
– Ну-ну, не надо стыдиться своих чувств, – Цинсюань берёт подбородок и поворачивает голову Хэ Сюань, – если всё по обоюдному согласию, так что в этом плохого?
Цинсюань касается лбом лба Хэ Сюань и гладит по щеке, а та обнимает её за талию, прижимая к себе. Может, её чувства сейчас и находятся в беспорядке, но она точно понимает – происходящее не отталкивает, а Цинсюань сама является инициатором. Тогда перед кем ей стыдиться.
– Ну вот и славно. Знаешь, мне будет приятно, если ты сделаешь вот так, – Цинсюань берёт ладонь и кладёт себе на грудь.
Хэ Сюань инстинктивно сжимает ладонь и слышит тихий вздох. Грудь у Цинсюань мягкая и очень приятная, хочется прикасаться ещё ещё… Хэ Сюань кладет вторую на грудь, а Цинсюань утягивает её в поцелуй, проходится языком по губам, зубам и проникает в рот.
Хэ Сюань тонет в наслаждении, её мозг отключается и перестает думать, что хорошо, а что плохо. Она полностью отдается своим желаниям, задирает сорочку, жадно проводит руками по животу и млеет от прямого прикосновения к коже. Если бы под рукой не пульсировало тепло, Хэ Сюань бы подумала, что перед ней статуя – настолько тело Цинсюань было идеально. Хэ Сюань спускается руками и касается внутренней стороны бедра, сначала мягко гладит, а после, почувствовав одобрительный толчок, обхватывает и аккуратно мнёт.
– Да-да, вот так, замечательно, ты прекрасно справляешься, – Цинсюань томно дышит и шепчет, утыкаясь в волосы Хэ Сюань, чувствуя, как покрывают поцелуями её грудь.
Цинсюань ёрзает, прижимается ближе, томно дышит, а после слегка отстраняется, садится рядом на постамент, кладет руки на плечи Хэ Сюань и давит на них, как будто намекая на что-то. Та быстро схватывает и опускается перед Цинсюань, но пока не понимает зачем.
– Начни с поцелуев, – наставляет Цинсюань, кладя руку на затылок Хэ Сюань и чуть склоняя к себе.
Хэ Сюань чуть неуверенно целует внутреннюю сторону бедра. Кажется, это приятно, но немного непривычно. Она гладит бедра и медленно понимается губами, оставляя алеющую дорожку.
– Да, вот так, а теперь самое интересное, – Цинсюань разводит ноги шире, – а теперь проведи языком между ног, несколько раз.
Хэ Сюань теряется, но нет ни сил, ни желания думать над ситуацией, и она послушно исполняет. Стон Цинсюань служит доказательством, что Хэ Сюань всё делает правильно. Она повторяет, но уже чуть медленнее, чувствуя, как рука сжимается на затылке.
Цинсюань такая хрупкая, кажется, чуть сильнее сожмешь, и на фарфоровой коже останется синяк. Меньше всего на свете хочется причинить ей боль, даже наоборот… Хэ Сюань ловит себя на мысли, что ей хочется сделать приятное Цинсюань, и отнюдь не из-за исполнения желания.
– Да-да, вот так, а теперь прояви фантазию, подключай губы и пальцы, – задыхаясь, учит Цинсюань.
Хэ Сюань старается, она целует лоно и неуверенно касается половых губ пальцами. Цинсюань блаженно выдыхает и закидывает ноги на спину, проводя большим пальцем по позвоночнику.
– Концентируй больше ласки здесь, – Цинсюань указывает пальцем на небольшой бугорок, – мне будет очень приятно.
Хэ Сюань два раза говорить не надо. Она касается губами клитора, проходит языком. Её захлёстывает волна жара и странного осознания: эта девушка, прекрасная, грациозная, слегка вздорная богиня теперь в её власти. Хэ Сюань чувствует наслаждение от того, что ей позволено намного больше, чем другим. И от каждой капли этого чувства жажда разгорается всё сильнее. Хэ Сюань становится напористее, инстинктивно ускоряя темп. Ей хочется, чтобы стоны Цинсюань были громче, а пальцы сильнее сжимали её волосы и плечи. Её состояние сейчас полностью зависит от Хэ Сюань, и она упивалась этим.
И вот Цинсюань громко стонет, сжимая голову Цинсюань бедрами и вонзаясь ногтями в кожу. Хэ Сюань удовлетворённо целует в бедро и садится рядом. Цинсюань обесиленно падает к ней на колени. Хэ Сюань аккуратно гладит по волосам, явно довольная своей работой.
– Конечно, я чувствовала силу, но не знала, что ты такая властная, – чуть отдышавшись, Цинсюань поднимается на локтях.
И только после этих слов Хэ Сюань накрывает волна осознания, что она сейчас только что сделала. Она пытается отвернуться, её гложет стыд. Цинсюань же заливисто смеется, приподнимается и кладёт руки на плечи.
– Не волнуйся, мне всё понравилось, – мурлычет Цинсюань.
– Отлично, теперь тебе хватает сил? – отвечает Хэ Сюань, отводя взгляд.
– Более чем. Даже хватит, чтобы тебя порадовать.
– Развратница, – беззлобно выдыхает Хэ Сюань.
***
– Цинсюань, я знаю, что ты здесь, не заставляй меня говорить эти дурацкие стишки, – Хэ Сюань стоит перед статуей, сложив руки на груди. – А кто это у нас тут пришел, – Цинсюань виснет на плечах Хэ Сюань, обнимая ту, – уже соскучилась по мне? – Хочу узнать, что ты дала мне, – Хэ Сюань ловко выпутывается из объятий, вставая прямо перед Цинсюань. – Что-то случилось? Чего это заинтересовало тебя только сейчас? – улыбается Цинсюань. – Она… – Хэ Сюань набирает воздуха в грудь, – начала пить тот сироп, что ты дала, и уже на следующий день вышла из комнаты. Она была очень бодрой, а после обеда пошла танцевать на лугу. Моя сестра стала больше улыбаться и смеяться, и… на неё действительно стали засматриваться мужчины, – выдаёт Хэ Сюань. – А в чём проблема? Ты же этого и хотела. – Не слишком ли быстро наступил эффект? Ты одурманила мою сестру? Это было что-то вредное? – Хэ Сюань пытается сдержать злость. Цинсюань заходится смехом под недоумевающий взгляд Хэ Сюань. – Я дала тебе витаминный сироп, он помогает восстановить силы и придает бодрости, в нем точно нет никакого дурмана, – утерев слезы, рассказывает Цинсюань, – твоя сестра всегда была такой, просто из-за глупых предубеждений не могла раскрыться. Все, что ей надо было – это поверить в себя, вот где главная магия. Человек, который нравится сам себе, счастлив, он показывает себя настоящего, и на эту искренность обращают внимание, к ней тянутся и в итоге влюбляются. Это такая невинная ложь для помощи, чтобы сработало самовнушение. – То есть ты…обманула меня? И просто так заставила сделать…всё это? – Хэ Сюань щурит глаза, а ее руки на предплечьях сжимаются. Она выглядит суровой. – Эй, не злись, милая, – Цинсюань пытается успокоить Хэ Сюань, – у меня правда не было сил, а как я могла оставить юную и неопытную душу одну на этот извилистом пути? Не мне тебе рассказывать, что мужчины разные думают. Теперь я могу присматривать за ней и за другими юными девушками. – Раз так… – успокаивается Хэ Сюань, – если ты не врёшь, это действительно всё во благо. – Конечно, я же Богиня Любви, – хихикает Цинсюань, – я должна заботиться о людях. Хочешь, и о тебе позабочусь? Цинсюань игриво кладет руки на плечи, прижимаясь к Хэ Сюань. – Второй раз ты меня не проведешь своими фокусами, – отвечает Хэ Сюань, но не отстраняется. – Хи-хи, хорошо, посмотрим, кто в итоге из нас окажется права, – улыбается Цинсюань, чувствуя чужие объятия на своей талии. Хэ Сюань не верит в судьбу, а Боги, пусть они и существуют, не предопределяют будущее человека. Но, кажется, в мире есть место случайным совпадениям, которые кардинально меняют жизнь.
