Отпуск художника

      На улице ярко светит солнце, куча людей, снующих туда-сюда и звонкое пение птиц. Идеальный день. Идеальный он и для одиноко идущего в район порта парня, ведь сегодня начинается его отпуск — чуть ли не первый за все время его самодеятельности. Вот уже который год парень рисует картины на заказ и иногда подрабатывает фотографом, когда совсем заняться нечем. Он идет не спеша и иногда до него долетают обрывки комплиментов и горящие взгляды людей вокруг. Хван Хенджин все еще не верит и не считает себя популярным. Он ведь действительно не такой? Всего то совсем скоро стукнет 30 тысяч в Инстаграмме. Хван Хенджин, ещё, слишком красив для этого мира, может, дело не только в популярности. Он не обращает внимания ни на кого, изредка бросая тихое «спасибо», вскоре доходит до порта. Вид открывается потрясающий: куча лодок и кораблей пришвартованы к докам, сияющее море и один по истине огромный круизный лайнер, будто бы ожидающий на борту одного лишь мистера Хвана. Со светящимися от восхищения глазами и выражением, так и говорящим: «Вау, это потрясающе», Хенджин наконец поднимается на борт, осматривая каждую деталь этого лайнера. Он не может в это поверить. Этот день точно реален?       Хван не уставал на работе, адекватно распределяя время и детально обговаривая все условия с клиентами. Но в один момент его картины не были наполнены жизнью и будто бы похожими друг на друга. Друзья посоветовали набраться сил и морально отдохнуть в какой нибудь стране, на берегу океана. Так он сможет набраться вдохновения и наделать кучу снимков, что в очередной раз украсят стены его комнаты и маленькой студии. Там скоро совсем не останется места и придется решать какие фото убрать в альбомы, для которых тоже заканчиваются полки. Тяжёлая жизнь фотографа.       Распаковав все свои вещи в своей каюте, Хван вновь выбирается на верхнюю палубу дабы насладиться прекрасным синим океаном и далёкими берегами. Он подходит к самому краю, свешивает руки вниз и подставляет лицо тёплому солнцу. Тепло. И так уютно. Хван осматривает людей, подмечая знает ли его кто-либо или совсем никто. Некоторые кажутся подозрительными, возможно, они скоро подойдут к нему за портретами. Как хорошо, что он взял вдвое больше материалов, не слушая своих друзей: «Это твой отдых, Джинни, зачем тебе тратить свою энергию на чужих людей. Ты, получается, вновь работаешь и просто сменил обстановку! Это не дело!». Хван любил Чана, несмотря на его порой лишнюю заботу, они знакомы слишком давно, чтобы разойтись разными путями. Да и они похожи, один — одинокий художник, другой — пишет музыку с еще двумя друзьями. Хван часто включает его песни, пока пишет или фотографирует, или же когда просто гуляет по парку, они помогают расслабиться. На улице уже темнело, постояв еще чуть чуть и насладившись ночными огнями городов, Хенджин возвращается в каюту, готовясь ко сну.        — Добрый день, извините, молодой человек! Я вас знаю! Эм.можете нарисовать меня на фоне этого городка, вон там?       — Добрый, пол суммы вперед, остальное потом. — Хван облизывает губы от начинающегося раздражения — Вас устроит если мы немного сдвинемся, просто солнце будет мешать нам обоим с этого угла? Подождите меня здесь, я схожу за красками.       — Да, да, я согласна, я подожду, идите.       Женщина присела на стул, который приготовила как раз для позирования, и стала дожидаться художника.       Хенджин пулей залетает в каюту, открывая все шкафчики на пути, собирает все нужное в сумку, и, оставляя беспорядок, уходит наверх. Женщина и вправду все еще ожидала его там.       — Садитесь как вам удобнее, я если что, подкорректирую позу, если что то пойдет не так.       — Хорошо. — она расслабляет плечи и опускает руки — Ох, и да, вот первая часть суммы.       Хван убирает деньги в кошелек и приступает к наброскам. Проходит время.       — Вы можете, пожалуйста, не крутиться?       — Простите…       Он раздражённо закрывает глаза. Какое это уже извинение? Практически десятое. Почему его клиенты иногда настолько неблагодарные? Наверное, Чан был прав.       — А вы скоро закончите?       — Еще где то полчаса.       — А почему так долго?! — женщина повышает голос — Разве мы не начали час назад?       Вздох.       — Да, но вы не можете усидеть на месте.       — Вы хотите сказать это я виновата? Выполняйте свою работу.       К Хвану потихоньку приходит озарение. Что за беспредел… Он молча наносит краску дальше, не обращая внимания на шум.       — А можно взглянуть?       — Стойте! Ладно, можете посмотреть, но не забудьте ваше положение. — Хенджин слегка поворачивает мольберт к клиентке, ожидая худшего.       — Что это за безобразие?! Почему мой глаз настолько косит? Вы точно художник? Переделывайте работу!       — И не подумаю, если вы так пытаетесь забрать работу за пол суммы, у вас ничего не выйдет. Извините.       Женщина яростно замахивается сумкой на Хвана, который быстро собирает свои вещи и просто сбегает. Он знал, что она не побежит за ним, но все равно сбегает со всех ног. Ещё и заваливается в первую попавшуюся дверь, возможно, тревожа чей то сон. Он закрывает за собой двери и съезжает на пол, выдыхая с облегчением. В следующую секунду его тело пробивает на дрожь.       — И чем вы тут по вашему занимаетесь?       Хван поднимает глаза и видит серьезный и острый взгляд, направленный на него. За ним явно не следует ничего хорошего.       — Я.эм…пробегал мимо, решил забежать. Может украсть чего хотел. — старается вытянуть из себя что то похожее на улыбку. — Но не вышло. Может, я смогу украсть ваше сердце вместо этого?       Хван почти видит как парень напротив закатывает свои глаза, будто уже уставший от всех этих подкатов.       — Выметайтесь отсюда по хорошему. — он подаёт Хенджину руку, помогая встать. — Надеюсь, вы больше никогда не спутаете каюты.       Дверь за Хваном захлопывается. Ну что ж, разговора не вышло, делать больше нечего, Джинни решает просто пойти к себе и прибраться после того погрома, а еще нужно привести в порядок самого себя. Ну и день.       Два часа занимает все время, пока Хван прибирался в каюте. Уже перевалило за полночь, но ему все ещё нужно было принять душ. С тяжёлым вздохом, сорвавшимся с губ, он включает теплую воду. День был тяжёлым, морально тяжёлым. Он прогонял в своей голове всё, что произошло сегодня, думал о разных вариантах развития событий.      Наконец, мысли его посещает таинственный незнакомец. Таинственный и невероятно прекрасный незнакомец. Он сразу подчеркнул его черты лица: острую линию челюстей, красивый лисий разрез глаз, слегка широкое лицо. Форма. На нем была форма капитана. Такой молодой, а уже капитан, удивляет. Хенджин задумывается и проваливается в глубины своего сознания, бродя по лабиринтам, будто ища что-то важное. Мысль эта казалось столь важной, важнее даже его отпуска. Мысль, что он страстно желает нарисовать этого парня и обязательно узнать его имя. Обычный часовой поход в душ сегодня заменяется двумя часами из-за лишних, но очень важных мыслей.       Уснуть долго не получается, образ незнакомца так ярко впился в его сознание и совсем не хочет уходить. Хван думал, что может нарисовать его прямо сейчас и уже хотел было подниматься за красками, но понимает, что хотел бы видеть его. Он хочет, чтобы тот ему позировал, хочет видеть взгляды этих лисьих глаз, разговоры по душам? вероятно. Завтра он попытает счастья узнать его поближе, с этой мыслью Хван наконец проваливается в сладкий дурманящий сон.       Хван Хенджин достает лучшее из своего гардероба: черную рубашку, может местами рваные тёмные джинсы. Выбирает мягкий аромат духов и вплетает косы в свои волосы, украшая различными заколками. Однако, Хван Хенджин все еще думает, что выглядит как обычно.       Как обычно он выходит из каюты, поднимаясь наверх, и подставляет лицо теплым солнечным лучам. Как обычно осматривает пейзажи вокруг безграничного океана.       Его цель: отыскать незнакомца, и, возможно, поговорить с ним. Попытать удачу. Он направляется к каюте, где они вчера так неудачно (только не для Хвана) столкнулись. Занимает удобную позицию и остаётся ждать. Спустя полчаса оттуда все еще никто не вышел и похоже даже не собирается. За дверью не доносится ни единого шума или голоса. Не тут? Хван Хенджин не был бы собой, если бы так легко расстраивался.       " В начале его карьеры Хенджин часто задумывался о том, чтобы все бросить. В начале он редко получал заказы, а потом и вовсе безграничный поток слова «НЕТ» лился на него практически отовсюду. Людям многое не нравилось, Хенджин понимал, ему требуется больше практики, но руки опускались. Он уходил в артблок на долгие месяцы. К его счастью, рядом всегда кто-то был: Солнечный мальчик с россыпью веснушек, что служил ему вдохновением. Чан, который каждый раз после работы забегал к нему и заваривал самый вкусный кофе на свете. Два друга Чана иногда приходили вместе с ним, играли ему свои песни, Хенджин даже писал обложки для их треков. Все они какой то своей частью были для Хенджина опорой, помогали вновь тянуться к солнцу и были просто чудесными друзьями. Он их очень сильно любит.»       Благодаря прошлому, сейчас он направляется в другое место, где, по его мнению, мог находиться тот парень. Но там его тоже не было. Хван решает прерваться на обед, ведь он так торопился вновь увидеть его новую музу, что забыл обо всем.       Теперь он направляется в переднюю часть лайнера, почти утратив все надежды. Взгляд в пол, или же совершенно в непонятные хаотичные стороны: куда угодно, но не вперёд.             Однако, стоило ему поднять голову, как он мельком замечает головной убор, что маячит где то среди людей и исчезает. Хван ускоряет шаг, надеясь поймать его как можно скорее, убедиться, что это тот, кто ему нужен. Он налетает на впереди идущего мужчину, бросает быстрое «извините» и слышит ругательства вслед. Это его не волнует, не сейчас. Наконец, Хван приближается к своей заветной цели и затрагивает его плечо.       — Это правда ты…       Капитан оборачивается всем корпусом на того, кто смел потревожить его день.       — Вы? Что вам нужно?! — злится, но руку не скидывает.       Хенджин облизывает губы, что резко пересохли от волнения.       — А, простите. Могу я узнать ваше имя? — острый взгляд незнакомца пронзает его руку, и Хван слегка испуганно убирает ее с плеча.       Глаза у парня итак небольшие, но он щурится, пытаясь казаться страшным и строгим. Наклоняется чуть ближе к лицу художника.       — Зачем вам нужно мое имя? Думаете, вчерашний инцидент уже забыт? — голос спокойный, без эмоций.       Хван Хенджин — совершенно ужасен в чтении эмоций людей с первого раза, а вроде приходилось общаться довольно часто. Из-за работы все разговоры казались пустыми: «Можете сдвинуться чуть вправо?» «Поднесите руку к лицу, да, вот так» «Съёмка вышла прекрасной, снимки будут обработаны и отправлены вам в течении двух, трех дней» и много, бесконечно много подобных случаев.       — Ах, нет, но… — его резко обрывают, резко, но все еще без эмоций.       — Покажете себя с хорошей стороны и я подумаю над этим. А пока, прошу меня извинить. — уходит, чуть задевая Хенджина плечом. А на устах на секунду заиграла лёгкая улыбка.       Хенджин расстроен. Хенджин не помнит, что произошло после ухода капитана. Не помнит, как добрался до собственной кровати и принял ли он душ. Так странно, он с затуманенным мозгом раз за разом прокручивал этот разговор в голове, каждый раз забывая ту самую фразу. Фразу, что подтолкнула бы Хван Хенджина к ответным действиям.       Осознание приходит на следующее утро, точнее, очень поздний обед. Ему снился незнакомец. «покажете себя с хорошей стороны»… В голове что то яростно щёлкает, Хван тянется и ловит это что то, крепко прижимая к себе. Урчание в животе прерывает момент осознания и Хван с неохотой вываливается из каюты.       Что он мог показать ему, когда совершенно не знает, что ему нравится. Рандомно ткнуть в карту пальцем может стоить ему полного отрешения и навсегда испорченным отдыхом.       День 0. Так называемый пролог.       Для начала неплохо было бы узнать хотя бы номер телефона своего незнакомца. Вероятность успеха — меньше половины. Однако, у Хвана есть цель, которую он собирается достигнуть любыми способами. После обеда, Хван влетает в свою каюту, открывая все ящики. Искать долго не пришлось, у него была огромная «коллекция» различной бумаги. Найти скотч тоже не составило проблем. Хван принимается писать письмо. «Добрый день, вечер, утро? Не знаю, когда вы это прочтете. Я запомнил навсегда ваши слова. И мне, к вашему сожалению, понадобится ваш номер, чтобы показать себя с лучшей стороны. Согласитесь, что бегать и тратить дни на ваши поиски неразумно — мы ведь скоро прибудем на остров. Пожалуйста, мне это очень важно. Я буду ждать ответного смс на этот номер. Спасибо. Хван Хенджин.»       Отложив в сторону ручку, Хван тяжело вздыхает. Дело сделано, назад пути нет. Он добирается до каюты и приклеивает свое письмо на дверь снаружи, всем сердцем надеясь, что его не сорвут. Возвращается к себе и принимается ждать.       Каждое уведомление с этого момента заставляет сердце парня ускоряться, по совсем неизвестной причине.       Сегодня Хенджин не планировал никаких дел. Выходить наружу и встречаться взглядами с людьми не было никакого смысла и желания, поэтому он остался у себя, засев в ютубе и просто думая о будущем. Хван почти засыпает, когда слышит внезапный звук от уведомления и вздрагивает, почти падая с кровати. Потирая свои сонные глаза, он разблокировывает телефон. Сообщение от неизвестного. Хенджин открывает сообщение, руки слегка вспотели, он знает, что это скорее всего его будущая муза. И да.       «-Вы такой внимательный, Хван Хенджин».       В горле пересохло. Сейчас нельзя торопиться, он постарается быть собой, но важно так же быть максимально вежливым и осторожным в своих словах.       «-Я очень благодарен за то, что вы мне написали. Спасибо. За комплимент тоже. Как смотрите на то, чтобы спуститься со мной завтра в ресторан?.       — Удивите меня».       День 1. Ресторан       От волнения долго уснуть не получается. Сегодня они встретятся. Хван надеется, что они сумеют поговорить достаточно для того, чтобы продумать следующую встречу. Или может ему повезет на этой. Под утро все же удается поспать около трёх часов. Позже, Хван первый идёт в ресторан, чтобы узнать все ли позиции в меню сегодня доступны и сможет ли он их оплатить.       Телефон внезапно вибрирует.       «-Доброе утро, выспались?»       Над ним либо издеваются, либо беспокоятся. Но в любом случае Хенджин был замечен, пока спускался сюда.       «-Доброе утро. Спал я мало, но готов оказать вам лучший прием сегодня вечером. Я надеюсь, вы придёте.» Больше сообщений не поступало.       Позиции в ресторане были доступны все, цены были приемлемыми, если заказывать по одному разу некоторые блюда. Прекрасно. Приближался обед. Раз Хван здесь, он сразу решает перекусить.       Спустя несколько часов.       Хенджин сидит за столиком, ожидая скорого прихода незнакомца. Он нервничает, но старается это скрыть. Вскоре дверь в ресторан открывается. Глаза Хван Хенджина не отпускали приближающийся силуэт ни на секунду.       — Вы все-таки пришли. — не знает, подать ли ему руку, поэтому просто кивает. Его встречают ответным кивком.       — Добрый вечер. Я не настолько жесток, чтобы оставить вас тут одного после согласия.       Хван улыбается: — Я рад. Очень.       Человек напротив слегка улыбается. «у него очень красивая улыбка»       — Я не знаю, какова зарплата капитанов. Но сегодня забудьте о том, что у вас есть деньги, я угощаю.       В ответ незнакомец слегка смеётся и берет меню, внимательно изучая.       — Ваше желание покорить мое сердце ради лишь моего имени, или у вас есть еще какие то цели?       — Я изложу вам свою главную цель, когда наконец узнаю ваше имя.       Странная игра двух молодых мужчин происходит здесь и сейчас. Кто из них победит?       Повисает тишина, лишь шелест страниц меню и голоса других людей нарушают её. Вскоре, парни наконец заказывают себе еду и наслаждаются ей, почти не разговаривая.       — Надеюсь, было вкусно, уже темнеет, мы можем постоять на верхней палубе и насладиться звездным небом под прохладным ветерком.       — Вы человек искусство, Хенджин. Вы начинаете мне нравиться. Хорошо, давайте прогуляемся. Оплачивайте счёт и выходим.       Тишина в этот раз была давящей, хотелось поговорить, хотелось ее нарушить, но где та граница, которую можно пересекать? Хван подходит к бортам корабля, опираясь на них всем телом, и смотрит вдаль. Незнакомец смотрит на него и замечает, как тот нервничает, как ему хочется что то сказать, но они оба молчат.       — Ян.       Хенджин поворачивает голову.       — Простите?       — Ян Чонин. Моё имя.       — Вы…весьма внезапный человек. Почему решили сказать сейчас?       — Перейдем на ты? — ему кивают. — Ты прекрасный человек, Хенджин. В тебе есть что-то особенное, ты очень вежливый и я вижу как ты нервничаешь. Просто подумал, нам надо бы разбавить наши взаимоотношения.       Хенджин часто получал комплименты, но большинство из них было лишь о его внешности и «таланте». А это, оказывается, очень приятно, слышать о себе такое. Он улыбается, на этот раз даже не замечая этого. Улыбается так широко, что снова слышит смех.       — Могу сказать лишь спасибо, слишком мало знаю о ва…о тебе. Извини, мне иногда сложно переключиться.       — Эй, все хорошо. Не заставляй себя. — он слегка касается руки Хенджина, успокаивая.       Они стоят, смотря друг другу в глаза, а на небе сияет яркая полная луна. Разве не идеальное время для того самого вопроса, что засел в голове Хвана с первого дня их встречи.       — Ян Чонин, хочешь ли ты позировать для моей картины?       Чонин замирает резко и не может поверить тому, что только что услышал.       — Делать что?       — Позировать для картины?       — Итак, главный вопрос этого вечера. Почему я?        Ян прокашливается и смотрит на Хенджина будто свысока. Настолько сейчас Хван волнуется.       — В тот день, когда тебя впервые встретил, я был немного шокирован твоими чертами. Честно, я не мог выкинуть этот вопрос и тебя из своей головы весь вечер и ночь… Твои глаза такой необычной формы, они так приятно сочетаются с остальным. Ты можешь стать моим вдохновением на будущие картины.       Какое то время проходит в тишине, но после воздух сотрясает приятный, спокойный голос:       — Почему бы тебе не сфотографировать меня и нарисовать с фото?       Хван хочет ударить себя рукой по лбу, честно. Задавать такой глупый вопрос?       — Это разное, совершенно. Либо ты рисуешь с натуры, с человека что стоит перед тобой, и ты можешь разглядеть все детали и эмоции, либо с фото — безжизненного, не детализированного, это больше подходит для начинающих, да и сама мысль о том, чтобы художнику рисовать с фото? Полная чушь.       — Ладно, ладно, я понял! Ну, предложение заманчивое…а что я получу с этого? — Ян подходит к Хенджину почти вплотную, на что тот только поднимает взгляд на него.       — Приятное время со мной, возможность узнать меня получше, нового друга. Могу сделать фотосессию бесплатно.       — О, ты так себя любишь. Думаешь всем интересно проводить с тобой свое время, а?       — Только тебе.       И снова, все что происходит сейчас, это их глаза, направленные друг на друга и ночная тишина. Оба знают каково решение, оба знают, что ответ «Да», может, поэтому и молчат. У каждого в голове свой план: план как провести завтрашний вечер, какую позу дать для картины, что спросить, налить ли чаю, будет ли их связывать нечто большее…       — Спасибо за свидание, Хван Хенджин. — капитан протягивает руку. Художник лишь опускает глаза вниз.       — Спасибо, что пришли, Ян Чонин. — и пожимает руку капитану, слегка задерживая касание.       Они расходятся в разные стороны. Завтрашний вечер решит многое.       День 2. Финал. Искусство       Хван ускоряет шаг и, как ураган, заваливается в свою каюту. Закрывает за собой дверь и сползает по ней на пол. На губах сама собой расцветает лёгкая улыбка. Он счастлив. Этот молчаливый ответ навсегда оставит след в его жизни. Сегодня вечером они наконец смогут приступить к его маленькой мечте. Хван рисует себе картины в голове, представляя каждый шаг так красочно и ярко. В слегка возбуждённом состоянии он наконец смывает с себя ночной воздух с макияжем и идет спать.       С утра, он перепроверяет наличие всех нужных кистей, красок, листов бумаги. Возится с освещением и слегка двигает мебель.       Ян Чонин в это время, становится немного более неуклюжим. Сбивает стоящий на столе бокал с кофе, который, к счастью, не попал на его форму. Он старается не думать о Хван Хенджине и о том, какие чувства он вызвал в нем вчера. Слишком мешает. Не в рабочее время.       Хенджин пил уже…5 по счёту бокал воды. Скоро придет Чонин. Мольберт уже был установлен в нужном положении, листы вставлены и краски на своих местах. Хван не перестает поглядывать на часы. Когда остается минута, он начинает отсчитывать про себя секунды. Казалось, он вспотел похуже, чем в +40. Но когда трогает ладони — те практически сухие. Дыши, Хван Хенджин, дыши.       Когда он слышит стук в дверь, пугается и кисточки рассыпаются по полу. Черт. Хван старается восстановить свое дыхание и идет открывать дверь. С той стороны — Ян Чонин. Все еще в своей капитанской форме, но у него в руках рюкзак.       — Ну здравствуй.       — Привет…проходи. — Хван улыбается и отходит чуть в сторону. — А зачем тебе рюкзак? Что в нем?       — Ну…- его лицо стремительно краснеет, трудно не заметить. — Там одежда. Обычная, повседневная. Я подумал, может ты захочешь набросать скетчи или пофотографировать.       Хенджин не может сдержать улыбки на такие довольно милые действия. Он отворачивается, собирает кисточки, стараясь скрыть свое лицо, дабы не смущать еще больше. Но, честно, он бы смотрел на него вечность.       — Я буду рад. С твоего позволения, конечно. Но, кажется, ты уже разрешил. Чонин окидывает взглядом комнату и садится на диван.       — Как прошел день? — Хенджин пытается разбавить тишину.       — Неплохо, все было в точности как и в другие мои дни. А каков был твой день?       — Мой…- Хенджин мнется, стоит ему рассказывать абсолютно все? Или умолчать о деталях — Мой был немного нервным, давно я не рисовал людей по собственной просьбе. Чонин слегка смеется.       — Должны мы приступить?       — Да, конечно, садись как удобнее… да, неплохо, только чуть чуть повернись вправо. Главное расслабься. — он улыбается и видит улыбку в ответ.       — А мне… раздеваться надо?       — Ты что титаника пересмотрел? Не надо. Но если хочешь я могу оставить тебя еще на часик.       — Я подумаю.       Хенджин смеётся, берет карандаш, делает набросок. Его пробирает дрожь, ведь Ян Чонин не сводил с него глаз.       — Первым делом набросок, его я уже скоро закончу. Потом начну наносить цвет. Если захочешь, сделаем перерыв на чашку чая или кофе.       — Конечно.       Сидение в одном положении давало о себе знать, тело начинало болеть, но он все продолжал позировать.       — Ты напряжён. — Хван кидает этот факт в лицо капитану. — Не заставляй себя, мы начали не поздно, всю ночь у меня не проведешь.       — Я в порядке.       — Не ври мне. Кофе, чай? — Хван раздражённо откладывает кисти и идет к чайнику.       — Чай. Ложка сахара. — он позволяет себе наконец сменить положение. — Ты всегда такой?       — Заботливый? Нет, почти никогда. Ну, я имею ввиду, что друзей я рисую не часто… последний раз был где то 3 года назад. — Хенджин улыбается, вспоминая как рисовал троих друзей сразу. — Они шумные, я почти не мог и слова вставить.       Чонин насаждается этой атмосферой, пьет чай и изредка трогает мочку своего уха. Привычка такая. Почти все время, пока говорил художник, улыбка не покидала лица капитана.       — Ты прекрасный друг. Пусть иногда и ведёшь себя грубовато.       — А ты до конца жизни будешь упоминать мне нашу первую встречу? — Хенджин садится рядом, не слишком, еще рано нарушать границы дозволенного.       — Ты планируешь провести всю жизнь со мной?       — Конечно! Неужели ты думал, что я предлагаю быть музой для моих картин каждому встречному?       Смех разряжает обстановку и вскоре парни возвращаются к работе.       Половина картины уже была закончена. В мыслях у Ян Чонина рождается план. Он следит за взглядом художника и находит нужный момент. Когда Хван поднимает взгляд на диван там никого не оказалось. Он в недоумении кладет все приборы на место, поворачивает голову и встречается с пальцем капитана. В жёлтой краске, что теперь красуется на его носу.       — И что ты тут решил устроить? Хочешь потратить мои дорогие материалы? Ну, держись.       Ян убегает, а Хван берет баночку с красной краской и идет за ним. Тот оказался весьма проворным. Хенджин испачкал себя всего прежде, чем на щеках Чонина расцвела ярким красным рябина.       Запыхавшиеся, они сидят на диване, что служил для позирования ещё пару минут назад.       — А ты шустрый.       Хенджин хочет встать, попить воды, но ему не дают.       — А могу быть еще шустрее.       С этими словами он резко сгребает Хвана под себя так, чтобы тот оказался под ним.       — Хороший вид.       Ян щекочет его недолго, а после наклоняется, близко. Хенджин не думал, что сегодня вечером будет лежать здесь, с нависавшим над ним Ян Чонином и ждать его дальнейших действий. Но даже если их не последует, оба знали, что не могли оставить все просто так. Ян все же наклоняется ближе, нарушая границу, к самому уху. Его горячее дыхание опаляет кожу и Хенджину невыносимо жарко.       — Спасибо за вечер, Хван Хенджин.       Поднимаясь, он быстро целует того в шею и, пока эффект не прошел, быстро хватает камеру со стола и фоткает.       — Моя лучшая фотография.       — Эй, покажи. Ты что собираешься ее забрать?       — Конечно, с этого дня начинаю свою новую коллекцию под названием «Эмоции Хван Хенджина» или «Хочу поцеловать его, когда он так делает, но придется подождать»       Хван поднимается за ним, но не встаёт. Продолжает приходить в себя.       — Если позволишь, закончим картину в другой раз. — Хван кивает. — Прощай, мой друг.       Хенджин, наконец, идет пить свой 6 бокал воды, возвращает свои мысли под контроль. Смотрит на беспорядок в комнате и вспоминает весь вечер. Дойдя до момента с упоминанием поцелуя, краснеет сильно и выплёвывает всю воду.       — Черт, еще и пол теперь мыть. Чертов Ян Чонин.