Повтор

Ди возвращался домой в крайне отвратительном настроении. Уже в который раз он убеждался в негативном итоге его действий. Он каждый раз чувствовал себя разбитым, после очередного «захода». Каждый раз зарекался повторять. Каждый раз, придя домой, без сил падал на кровать, не желая ни вставать, ни говорить с кем-либо, ни засыпать. Немного иронично. А дома ему лучше не становилось. Дома его ждали горячее какао, тёплый плед и мягкий заботливый голос. Когда он позволил Хэви жить у него? Тот что-то делал для Ди, что-то говорил, проявлял заботу. Вот только сам Ди не хотел ничего из этого. Но выгнать брата из своей квартиры он не мог. Язык не поворачивался. Вот и сейчас, упав на кровать, он услышал поставленную на тумбочку чашку и почувствовал тёплый плед, которым его укрыли чужие руки. Казалось бы, всё хорошо. Тогда почему ему так хотелось разбить первое и сжечь второе, а третье оторвать и отправить подальше? Но сил не было. И всё же, как бы он не отрицал, эта забота была очень приятной и желанной. Однако это — лишь очередной повод избавиться от неё как можно скорее, ведь к хорошему быстро привыкаешь. Ди знает. Ди прочувствовал это на себе. И ладно, если бы это были родители, может быть он даже смирился бы, будь это кто-то из его знакомых, хоть он и мало с кем имел какое-либо дело. Но это, блять, Хэви.

***

Хэви знал, что состояние брата — его вина. В рабочие дни Ди был серой тучей: с одинаковым угрюмым лицом шёл на учёбу, приходил домой, ложился спать… Он перестал высыпаться, нормально питаться… Он устраивал «заходы». Ему плохо. И в этом виноват Хэви. Он был инициатором их отношений, он начинал большинство их ссор, он пренебрегал проблемами Ди… Он тогда ушёл. Хэви прекрасно осознавал, что не может вернуть всё как было, но он пытался хоть как-то помочь Ди. Хотя время от времени казалось, что его забота только мешает. Он помнил, как Ди учился принимать его заботу. Долго, поначалу отнекиваясь, отталкивая. Но со временем всё же доверил Хэви заботу о себе. Поэтому именно Хэви виноват.

***

Ди не хотел знать, с чего вдруг такое рвение снова туда идти, и предпочитал думать, что ему это нужно. Самообман уже вошёл в норму. Он даже не пытался сопоставить еженедельный уход Хэви к родителям и свой новый «заход» в это же время. Он не хотел об этом думать. Он не признавал, что именно в отсутствие дома брата ему так хочется повторить то, что по возвращении зарекается повторять. Прекрасно понимал, что так он себе лучше не делает, но снова и снова устраивал новый «заход». Кажется, Хэви неоднократно пытался об этом поговорить и убедить старшего прекратить туда ходить… Но его слушать особенно не хотелось. Иногда Ди хочется опять туда пойти без возвращения домой. Просто потому, что дома Хэви. И сейчас он снова чувствовал необходимость совершить очередной «заход». Даже если он уже сотни раз зарекался повторять.

***

— Ты опять туда идёшь? — Хэви внезапно появился в коридоре, стоило Ди обуться и уже собраться выходить. — Тебя это не касается, — слабо попытался огрызнуться он. Хэви на это лишь покачал головой. Ди никогда его не слушал. — Ну пойдём, — он развернулся, открыл дверь и отошел в сторону, пропуская брата вперёд. — Ты со мной не идёшь, — возмутился тот, но всё равно вышел из квартиры. — И не собирался, — рыжий закрыл дверь на ключ, — Я в аптеку, крем закончился. Они вышли из дома, идя в одном направлении, за что блондин хотел убить брата. Какого хрена он лезет не в своё дело? Ди давно совершеннолетний и способен сам выбирать, как проводить свой досуг. Даже если это вредит ему. Он в здравом уме туда идёт. — Ты чего так рано вернулся? Это тоже немало волновало. Обычно Хэви оставался у родителей на все выходные и возвращался в воскресенье вечером, а сегодня суббота. — У мамы с папой и так всё хорошо, — послышался негромкий ответ, — Мне захотелось вернуться раньше. Ди не хотел думать о причине этого «захотелось». Это все равно не принесёт ничего хорошего. Но он просто чувствовал, что как-то с этим связан. — С чего бы это? — Может, я не хочу, чтобы ты опять туда шёл? — Тебя это не касается, — Ди повторил попытку донести эту простую мысль. — Ты так думаешь? — Хэви повернул голову, вопросительно смотря на брата. — А что ты сделаешь? — тот остановился, с долей возмущения ожидая ответа, — Трахнешь и уйдёшь? — Во-первых, я больше не уйду, даже если ты попытаешься меня прогнать, — брови Хэви неодобрительно нахмурились, — Во-вторых, я хотя бы не порву тебя. Ди на это было нечего ответить. А может и было что, но он об этом думать не хотел. Или не мог. Во всяком случае, вместо ответа он предпочёл продолжить путь в том же направлении. Тем более, что до аптеки оставалось пару десятков метров, а потом они разойдутся по своим делам.

***

Каждый раз после «захода» Ди возвращался разбитым, но в этот раз было гораздо хуже. Он как обычно без сил упал на кровать, только сейчас он еле сдержал болезненный стон. Было больно даже лежать. Он услышал уже привычный звук поставленной чашки и почувствовал укрывающие его нежные руки. Ему снова так противоречиво захотелось потянуться к ним и убраться от них подальше. Он не двигался. Он, как обычно, лежал с закрытыми глазами и ждал, когда Хэви наговорится вдоволь и оставит его. Или когда Ди заснёт, хоть, поспав в таком состоянии, будет потом примерно так же себя чувствовать. Поэтому он потянул руки к подушке, сминая её и устраивая голову чуть удобнее, пока не почувствовал, как всё те же руки потянули вниз его штаны. — Ты что делаешь?! — Ди подскочил и обернулся на брата. — Всё хорошо, засыпай, — тихо успокаивающе ответил тот, легко поглаживая чужую спину. «Засыпай», — подумал Ди, — «Он так каждый раз делает?» — Отстань от меня, — воспротивился он. — Лежи спокойно, иначе мне придётся тебя связать, — голосом, нетерпящим возражений, сказал Хэви, немного давя на спину, удерживая, не давая подняться. Ди не знал, почему решил не спорить. Он лёг удобнее, размышляя, зачем Хэви могло понадобится снимать с него штаны, но ему в голову не успела прийти и первая мысль, когда… … Он услышал тихое «Блять» и почувствовал прикосновение чего-то влажного к своему анусу. — Тшш… — Хэви успокаивающе огладил напряженную спину, — Надо вытереть кровь. Ди это знал. Только он сам ещё ни разу не озаботился своим здоровьем после «захода». Оказалось, это делал Хэви. Каждый раз, когда старший засыпал. Ни один из его «партнёров», если их можно так назвать, не заботился о том, чтобы Ди тоже получил удовольствие или хотя бы ему не было больно. Каждому было плевать, его просто бездумно трахали. Поэтому Ди возвращался в тот клуб. Ему не нужно, чтобы о нем заботились. Он хотел быть грубо трахнутым вне зависимости от его собственных пожеланий. Но в этот раз всё было хуже. Если раньше Ди хотя бы и кое как растягивали, допуская при этом появление новых трещин на анусе, то сегодняшний «партнёр» не заморачивался даже с этим. После того, как всё закончилось, Ди ещё долго сидел на пятках со спущенными штанами, оперевшись лбом о стену и бесшумно рыдая. И сейчас, пока Хэви аккуратно вытирает кровь и наносит заживляющий крем, слёзы сами непрошено покатились по щекам, изчезая в подушке.

***

— Ты опять туда? — Хэви вышел в коридор, наблюдая за обувающимся Ди. — Не опять, а снова, — огрызнулся тот, — И тебя это не касается. — Я помню, — ответил младший, — И я так не думаю. — Мне всё равно, что ты думаешь. Именно из-за него Ди решил сегодня устроить ещё один «заход». Он никак не хотел признавать, что именно отсутствие дома брата и его заботы вызывает у него это странное маниакальное желание пойти туда. Он предпочитал думать, что устраивать «заход» легче, когда Хэви не прожигает мозг своей блятской заботой. А сегодня он не поехал к родителям. Поначалу это казалось Ди несколько странным, а потом он осознал, что не хочет туда идти. Конечно же он не мог это оставить и просто не ходить. Ему нужно было устроить вынос собственного мозга и в процессе решить идти, просто потому, что «это не зависит от брата». Самому себе что-то доказывать — нормально? — Не ходи туда, — мягко сказал Хэви, подойдя ближе. — Тебя… — начал было Ди, но брат его сразу перебил. — Давай я приготовлю гренки, и мы с тобой что-нибудь посмотрим? — предложил он, — Или я могу заварить чай с мятой, и ты спокойно поспишь? Что мне сделать, чтобы ты туда не ходил? Ди задумался. Казалось бы, сейчас можно получить что-то хорошее и провести спокойный выходной вечер. Но что-то не так. Какая-то его часть просила сказать что-нибудь грубое и уйти, в то время как другая хотела послушать брата и остаться. Третья же хотела самого брата. То, что Ди не хотел об этом думать, не значило, что он об этом не думал. Сколько бы он ни пытался себя обмануть, он хотел Хэви. Во всех смыслах. Желания всех его трех частей можно совместить. — Трахни меня, — озвучил он свое условие, — Трахни меня, и я останусь дома.

***

Хэви стоял, как громом пораженный. Слова брата набатом били в голове, пока он, смотря на такого серьёзного брата, думал, чего на самом деле хотел добиться старший этим заявлением. Возможно, это было условие, от которого Хэви должен был бы отказаться. Он не мог быть уверен, что Ди реально этого хотел. Как раз таки наоборот, он был почти на сто процентов уверен, что брат не хотел этого и, в случае внезапного предложения от Хэви, мгновенно отказался бы. С другой стороны — Ди собирался идти туда, чтобы заняться сексом. Возможно, поэтому он поставил именно это условие. Во всяком случае, Хэви не мог отказать. — Хорошо, — тихо сказал он. Ди и бровью не повёл, лишь быстро разулся и, обойдя брата, направился в свою комнату, быстро снимая рубашку с кнопками вместо пуговиц. Хэви направился за ним, так же на ходу избавляясь от своей футболки. Зайдя в комнату, старший достал из кармана джинс тюбик смазки и, кинув его брату, снял с себя одновременно штаны с трусами, предварительно расстегнув ремень. Хэви последовал за ним, не отрывая взгляда от чужих спины и, чего уж греха таить, ягодиц. Картина действительно была шикарна, и дернувшийся член — лишнее тому подтверждение. Только вот было одно «но»… У Ди не стоял. Хэви прекрасно знал, что ни один из «партнеров» старшего не заботился об удовольствии самого Ди. Знал также, что на грубое обращение к себе у Ди просто не встанет. Видимо, этого он и ждал. Но Хэви не собирался обращаться с ним грубо. Второй раз он на эти грабли не наступит. Он уже давно для себя решил, что будет дарить брату максимум нежности, что хотя бы постарается не допустить боли. Он не будет повторять свои ошибки. Поэтому, когда Ди уже стоял в коленно-локтевой на кровати, уткнувшись лицом в подушку, Хэви, огладив позвонки, мягко перевернул его на спину, нависая над ним. — Я хочу так, — прошептал он, когда Ди открыл было рот для возмущения. Наклонившись ближе, Хэви начал крайне нежно одними лишь губами выцеловывать чужую шею, в то же время выливая себе на палец смазку и аккуратно вводя его в анус. Он продолжал целовать шею, плечи, грудь и очень медленно, нежно, осторожно растягивать Ди. — Да просто вставь уже! — не выдержал тот. — Ещё рано, — шёпотом ответил Хэви. Он обхватил рукой чужой, уже не такой уж и мягкий член и одновременно коснулся одним из пальцев простаты, отчего Ди, повернув голову в сторону, сдавленно простонал. Только сейчас, подняв взгляд на тяжело дышащего брата, Хэви увидел слёзы в любимых глазах. — Тш-ш-ш… — он стал целовать щёки и скулы, где бежали солёные дорожки. Он прекрасно знал, каково сейчас Ди. Знал, насколько тяжело сейчас ему воспринимать происходящее. Знал, что брат ещё помнит его ошибки. Знал, что Ди ждёт к себе грубого обращения, к которому уже привык. Хэви не будет этому потакать. Почувствовав, что мышцы ануса уже достаточно расслаблены, он вылил оставшееся содержимое тюбика себе на член и приставил головку ко входу. Продолжая целовать шею, он сделал первый толчок, чувствуя, как Ди вцепился в его плечи. Хэви аккуратно входил в брата, не переставая двигать рукой по его члену и целовать шею, щёки, виски. Хоть Ди постепенно и расслабился, его руки всё ещё сильно сжимали чужие плечи, оставляя небольшие царапины от ногтей. Внутри него всё ещё было туго, несмотря на регулярный, хоть и болезненный, секс и долгую растяжку. Хэви чувствовал, что долго не протянет, особенно если вспомнить, как давно у него не было. Он предполагал, что Ди тоже осталось недолго, а потому начал наконец двигаться, хоть и очень медленно, стараясь попадать по простате. Уже через минуту Хэви заметил, как сильно сжался Ди оттого, что до оргазма оставалось крайне мало, и Хэви ускорил движение на чужом члене. Когда он почувствовал на руке вязкую субстанцию, сам уже еле сдерживался, а потому быстро вышел из брата, кончая себе в руку. Дотянувшись до тумбочки и взяв салфетки, он наскоро вытер себя и брата, решив, что в душ они сходят утром. — Ты как? — Хэви посмотрел в всё ещё полные слёз голубые глаза. — Нормально, — послышался тихий ответ, — А теперь уходи. — Нет, — резко ответил рыжий, заранее зная, что не уйдёт, сколько бы Ди не прогонял. — Хэви, уйди, — более чётко и твёрдо сказал старший, отворачивая в сторону голову. — Даже не думай, — Хэви лёг рядом, протягивая руки, обнимая брата, — Теперь я уже точно не уйду. Я не буду повторять свои ошибки. На это Ди лишь прижался к нему сильнее, пряча заплаканные глаза. Он тянулся к нему, нуждаясь в его защите, в его заботе, в нём, при этом прекрасно осознавая, сколько проблем это принесёт. Он знал, что не должен поддаваться соблазну, но не мог отказаться от того, что только что получил. А Хэви обнял его крепче, понимая, что будет ещё очень много ссор, разговоров о «неправильности», ревности… Но он готов прилагать максимум усилий, чтобы не повторить свою ошибку. Он позаботится о Ди.