Босс: Конец истории

      

Гарри

             Под золотистыми и голубыми цветами небосвода церкви мы смотрели друг на друга. Фреска над нашими головами мерцала и переливалась под лучами полуденного солнца. Окружённые крестами и запахом ладана, ни я, ни Джесс не обращали внимания на застывшие взгляды статуй вокруг. Мы не чувствовали внимания остальных прихожан, хотя я не мог отрицать, что слышал воодушевлённые вздохи. И пусть я прекрасно осознавал своё внешнее преимущество, не мне принадлежало всеобщее внимание. Дело всегда в ней — в Джессике Кинг. В очаровательном светловолосом чуде.       В уголках её аквамариновых глаз собрались крошечные жемчужины слёз. Я слишком часто их видел и слишком редко источником этих слёз было счастье. По крайней мере, мне хотелось думать, что они от счастья. Будто услышав мои глупые мысли, она улыбнулась. Глаза её прикрылись, а ресницы впитали влагу. Джесс взмахнула рукой и стала пользоваться ею, как веер.       Однако я знал, что никакая потёкшая тушь не испортила бы её красоту.       — Ты неотразима, — произнёс я одними губами и покосился на священника английской церкви. Перебивать мне его не хотелось. Наоборот, я мечтал, чтобы церемония скорее подошла к концу. Не без уважения к сакральности момента. Церковь я уважал, но первобытное желание сделать Джесс своей до конца наших дней, как обычно брало верх.       Стеснительно улыбнувшись, она следом боязливо взглянула на священника. Я сжал её руку сильнее. Пока мою голову посещали различные мысли. Безумные и живописные. Чёрт, происходящее здесь, в церкви, превращало меня в отчаянную женщину, которая наконец нарушила проклятие одиночества.       Шикнув, я постарался вернуть внимание своей невесты. Она, похожая на лукавую лисицу, взглянула на меня искоса, сделав вид, что слушает священника. Был ли я настоящим дьяволом, лишая её благочестия перед Богом? Им я никогда не переставал быть.       — Санторини? — без слов и почти по слогам я задал вопрос, крутившийся у меня в голове.       — Что? — прищурившись, она непонимающе переспросила.       — Куда летим?       Её прелестные глаза заметно округлились.       — Мальдивы? — в моей голове крутились одни острова и мысли о пляже. И я мог назвать пару десятков других мест, которые заменят нам злосчастный Майами.       — Вы, — к нам обратился священник, — Гарри и Джессика, пришли сюда, чтобы вступить в брак свободно и без принуждения? — и он посмотрел на меня.       — Да, — ответил я, и услышал эхо равнозначного ответа Джесс.       Всё происходящее ощущалось правдоподобным сном. Я не представлял себе такую свадьбу. Без своих родителей. Тайно. И на другом континенте. Ни один таблоид понятия не имел, как круто менялся мой статус. Я был чертовски счастлив.       — Гарри, — теперь седовласый мужчина обратился ко мне, взглянув своими пронзительными глазами прямиком в мою испорченную душу, — Будете ли вы любить Джессику, чтить её, заботиться в болезни и в здравии, забыв обо всех других, пока вы оба живы?       — Буду.       Я умел брать ответственность и держать слово. И даже будучи не сильно набожным человеком, свои клятвы я собирался сдержать.       Тихое, но уверенное «буду» Джесс вызвало странные мурашки в моём теле. Я успел лишь краем глаза взглянуть на её чувственное, растроганное.       — Гарри, будете ли вы с любовью принимать детей, которых пошлёт вам Бог, и воспитывать их в вере?       И на этих словах я видел, как мир Джесс на мгновение остановился. Она не скрывала от меня, что хотела детей. А я лишь делал вид, что очарован её стремлением. Хотя на самом деле мог с ней посоревноваться в этом стремлении. В любом случае, мы не вылезали из кровати большую часть свободного времени. Был ли это грех?       К чёрту. Моя жизнь состояла из грехов.       — Буду. — мой ответ заставил Джессику вздрогнуть.       Поэтому свой она произносила неровным, трясущимся голосом. Я вновь сжал её руку, чувствуя влагу между нашими ладонями.       — Согласны ли вы, Гарри Эдвард Стайлс, взять Джессику Элизабет Кинг в законные жёны?       На удивление, вопрос показался мне крайне тупым, ведь будь я не согласен, то не оказался бы здесь при параде с самой красивой девушкой мира. Но своими неуместными ремарками я не собирался портить церемонию.       — Безусловно согласен.       — Согласны ли вы, Джессика Элизабет Кинг, взять Гарри Эдварда Стайлса в законные мужья?       Почему-то ответ на этот вопрос волновал меня сильнее, чем я мог бы предположить. Сначала мне казалось, что вернуть Джесс будет непосильной задачей. Затем само предложение представилось мне обыкновенным бредом сумасшедшего. Пусть я годами носил одиозный статус «завидного жениха Лондона», на самом деле я всегда знал: ни одна в своём уме девушка не согласилась бы даже за все деньги на моём банковском счёте выносить все замашки, которыми я был болен.       — Согласна, — решительно ответила, оставив все мои сомнения позади.       Священник велел нам обратить друг к другу взгляды, скрепить руки контактом, а намерения — клятвами. И пусть мы повторяли кусочки крошечной клятвы за другим человеком, я вкладывал что-то большее в свои слова.       Мне вспомнился наш первый день в офисе, когда Джесс зашла в мой кабинет впервые. Первые несколько секунд я думал, что передо мной очередная пустышка наподобие тех, с кем я «проводил время». Просто кукла с милым лицом и желанием устроиться в жизни хорошо. Сейчас передо мной стояла девушка, наполненная изнутри чем-то важным и чем-то, что я знал лучше, чем правила в своей собственной компании.       Воспоминания о недавней свадебной церемонии не отпускали меня. Федералы не торопились начать свой то ли допрос, то ли просто беседу, пока я сгорал в маленькой белой комнатке со стеклом односторонней видимости. Кто стоял по ту сторону, я понятия не имел и даже гадать не собирался.       «…будете ли вы любить Джессику, чтить её, заботиться в болезни и в здравии…?» — в моей голове возник сухой голос священника.       Я поклялся, что буду. И где сейчас я находился?       На допросе. Потому что моя жена пропала, и не прошло месяца.       Опустив взгляд на экран своего смартфона, который не переставал крутить последние десять минут в своих руках, я обратил внимание на пришедшее сообщение. В последнее время телефон мой разрывался. Идиоты на работе с внушительными зарплатами не могли разобраться в парочке мейлов. До сестры дошли слухи о моём браке, хотя я даже понятия не имел о количестве информационных утечек в прессу. Этим занимались мои пиарщики. Их я тоже вписал в ряды идиотов. Однако сдавалось мне, что любой человек на сегодняшний день попадал в этот список. Потому что я перманентно пребывал в состоянии апатичной злости.       Среди вороха бессмысленных сообщений я внимательно перечитал пришедшее от Джека.       Знаю, что сейчас неподходящее время, чтобы решать какие-либо вопросы, кроме поисков Джессики, но нужно дать ответ организатору путешествий. Он ничего не знает о происходящем и бомбардирует вашу почту уточняющими вопросами по поводу виллы на Мальдивах. Я могу дать знать, что в брони вы пока не нуждаетесь.       Нуждаться в брони свадебного путешествия…       Я без всяких дум уставился на сообщение, перечитывая его раз за разом. Сначала мы планировали вернуться в Лондон, пока моя команда не скинула в прессу новостную бомбу в виде моей внезапной женитьбы. А затем пока мир неугомонно сотрясался афтершоками, мы бы с Джесс на целый месяц залегли на острове. Только она и я. Конечно, мысль о цифровом детоксе пугала меня. Я не представлял, как компания собиралась существовать и принимать решения без моего непосредственного участия.       Все мои мысли, словно муху, прихлопнул стук двери. Агент Харрис вместе с Джеймсом Лэндоном наконец-то решили почтить меня своим бесполезным присутствием. К моему удивлению, в руках Харриса оказалась здоровенная коричневая папка. Неужели полиция пролила каплю пота и потратила своё драгоценное время на поиски Джесс?       — Работа, мистер Стайлс? — спросил Зак, бросив краткий взгляд на смартфон, который я то и дело крутил. Это выдавало мою лёгкую нервозность.       Я ничего не ответил, тихо наблюдая за ними двумя, располагающимися за металлическим столом напротив.       — Знаете, господа, — в диалог со мной решил вступить Джеймс, однако я не сводил взгляда с Харриса и его папки, — мне кажется, мы неправильно начали. И сейчас у нас появилась возможность всё исправить. Согласны? — его глаза обратились ко мне, и я сразу понял, куда дул этот ветер.       — Извините, что без оливковой веточки. — усмехнулся, взмахнув руками. — Хотя мне кажется, что вы подготовились лучше, чем я. И ваша ветвь куда толще.       Они смекнули быстро, проследив за ходом моих мыслей. Смех с прохладным подтоном заполнил это небольшое помещение. И только я продолжал сидеть, не выражая никаких эмоций. Возможно, за прошедшие пять дней я утратил эту способность. Уголки моих губ не поднимались даже в подобие улыбки. Оскал не считался.       — У нас и правда появилась немного информации, а вместе с тем возникла куча вопросов. Не исключено, что вы, мистер Стайлс, способны на них ответить. — Официоз и выточенная осмотрительность в словах Харриса были поразительны. Небольшая часть меня упорно нашёптывала, что ещё не поздно сделать благоразумный звонок адвокату.       — Прошу.       — Хорошо, — Коричневая папка наконец открылась. Джеймс Лэндон следил за моей реакцией, как коршун. — Ночь предположительного исчезновения, возможно, совпадает с вашей последней встречей… — он выражался аккуратно, однако я чуял ловушку в его словах. — Правильно мы понимаем, что вы с мисс Кинг, хотя… Извините. Миссис Стайлс. Вы с миссис Стайлс посетили мероприятие, организованное вашей компанией?       — Корпоратив в честь грядущих праздников. — уточнил я.       — Да, верно… — пробурчал себе под нос Харрис. — К счастью, видео с камер наблюдения мы заполучили.       Я хорошо помнил тот вечер по одной причине. Это был последний раз, когда я разговаривал с ней. Тогда и сейчас наш разговор и… неуместная ссора, словесная перепалка казались мне пустыми.       Зак начал выкладывать передо мной с десяток фотографий. В углу каждой были отмечены дата и время. Всё совпало. На них оказались запечатлены мы с Джесс. Какие-то из общего зала, где проходило мероприятие. Какие-то около бара. Какие-то у выхода. За несколько минут до нашего скомканного прощания. Почти на всех Джессика выглядела уставшей и грустной. И почти на всех мы были в разных частях кадра. Мир не знал о наших отношениях, поэтому нам пришлось играть роли коллег.       Пальцем агент указал на снимок посередине. Джесс стояла у гардеробной и как-то разочарованно смотрела на меня. Я помнил причину слишком хорошо.       — Ей позвонил Нейтон. — я ответил на не озвученный вопрос.       — И это разозлило вас. — утвердительно ответил Зак.       — Мне это не понравилось. — перефразировал, хотя на самом деле, его вариант подходил больше.       — Почему?       Я не сдержал усмешку в пределах своего рта.       — Он был навязчив. Джессика с ним рассталась, а он продолжал с ней связываться. Понимаете, очень много людей пользовались её мягкостью характера.       В том числе и я. Но этого, конечно, копам нельзя было говорить.       — Вы бы назвали себя ревнивым человеком?       Прозвучавший вопрос напомнил мне о некогда присутствующих в моей жизни терапиях с психологом. Грейс была напористей копов и федералов, когда дело касалось вскрытия моей личности. Если в этой папке окажутся её записи, то ни один человек не оправдает меня даже в краже безобидной конфетки. Настолько всё было плохо.       — Не думаю, что это имеет отношение к делу.       — Однако, — Зак перемещает один из снимков ко мне ближе. На нём я держал Джесс за локоть, и несмотря на ничтожное качество съёмки, нетрудно было заметить тень боли и дискомфорта на её лице. — эта фотография наводит меня на мысли, что ваша ревность имеет место быть.       — Не соглашусь. И даже если так, почему вы не задумываетесь над причиной звонка Нейтона?       Агенты переглянулись. Это был невидимый, но чётко звучавший в их головах диалог.       — Вы не знали. — уверенно резюмировал причину их игры в гляделки. Не одни они, федералы, могли считывать людей. Пусть они крутились среди преступников, я рос среди акул. Металлический привкус ошибок я чуял за милю. — При всём при том, что у вас её телефон уже… четыре дня. Штат ваших программистов-хакеров сократили? Или так сложно подобрать четырёхзначный пароль. Подскажу, это день рождения её мамы.       — У мистера Ривера имеется алиби. Вы ведь наверняка продолжаете думать, что это он… — холеный тон Джеймса Лэндона, вступившего в разговор двух взрослых людей, вызвал во мне яркий позыв тошноты.       Я прервал его.       — Это он.       — В ночь предполагаемого исчезновения, — продолжил говорить Зак Харрис, возвращая бразды правления себе, — Нейтон Ривера находился сначала в клубе, а затем… — разложив передо мной очередной ворох снимком, он предложил взглянуть на них. Без особого желания я опустил взор на кадры веселящегося Нейтона в компании двух красоток. По одной из них Харрису стукнул пальцем два раза. — С мисс Эрнандес. — Его глаза скользнули к одной из полностью исписанных бумажек. — Начинающая модель, очаровательная особа, — он зачитывал её характеристики, — живёт с подружкой. И она подтвердила, что ту ночь они с Ривера провели в отеле. Соседка подтвердила, что они заезжали на пятнадцать минут, прежде чем отправились дальше. Мы опросили работников отеля, администратора, и также швейцар подтвердили их пребывание. Даже предоставили список блюд, которые они заказали в номер. Или вам и этого недостаточно, мистер Стайлс?       Я не мог оторвать глаз от фотографии, на которой Нейтон слизывал с живота одной из своих спутниц соль, при этом держа в руке, по всей видимости, шот с текилой. Я не стал говорить, что Нейтон совершенно не похож на человека, проживающего серьёзный, душераздирающий разрыв. Он выглядел как человек, чьё сердце билось ещё сильнее, чем прежде. Однако в голове возникло воспоминание. Когда мы с Джесс расстались два года назад, я ушёл в недельный отрыв. И если мне не изменяла память, себя я забыл между двумя незнакомками. Но мы с Нейтоном не были похоже.       — Знаете, что мне показалось интересным? И нет, это не алиби мистера Ривера. — продолжил Зак, глядя на меня безотрывно. — Вас ведь с миссис Стайлс связывают довольно долгие отношения. И даже эту информацию было очень сложно найти. Несмотря на то что вы человек публичный, интернет ничего толком о вас вдвоём не имел.       — Ваш ресурс — интернет? — рассмеялся я в ответ, покачав разочарованно головой.       — В том числе. — мрачно отозвался Харрис. — два года назад Джессика… на тот момент ещё Кинг обращалась в больницу с… — вновь остановившись, агент нашёл какую-то ксерокопию. — Цитирую: «травмой в области левой брови. Были наложены четыре шва». Ничего себе! — его никому оценочное суждение было ударом под дых. Но Зак играючи, насмехаясь над моим прошлым, продолжал: — Доктор указал, что у пациентки также в ходе осмотра были обнаружены мелкие поверхностные раны на ногах. Маловероятно, что её кот заразился бешенством на один день, чтобы выразить агрессию на своей хозяйке, и вновь выздоровел, став ласковым питомцем. Я ведь правильно выстраиваю причинно-следственные связи?       — Я не нашёл ни одну причинно-следственную связь в ваших словах, агент Харрис.       — Знаете, что мне кажется поразительным и вызывает даже некое уважение к мисс Кинг? — он, будто мне на зло, вновь назвал её девичьей фамилией.       — Думаете, кому-то интересно ваше мнение?       Зак Харрис проигнорировал колкость.       — Она не упомянула ни разу, откуда у неё эти травмы.       Мы смотрели друг на друга не самыми ласковыми взглядами. Я нисколько не был удивлён их гипотезе. И честно уж сказать, идя сюда, прекрасно понимал, к чему будут клонить обе палочки Твикс. Взглянув на Джеймса, я едко усмехнулся.       — Теперь мне понятно, куда уходят налоги американцев. На пропитание доблестных представителей охраны порядка. Браво!       — Продолжим, мистер Стайлс. — Зака нисколько не задели мои слова, — Несколько недель назад, согласно страховке вашей жены и… — теперь настала его очередь усмехаться, — расходованию средств с вашего счёта, мисс Кинг обращалась в больницу. Ей диагностировали сотрясение лёгкой степени. И вновь ни одного упоминания, как была получена эта серьёзная травма.       Они вели к тому, что случайности становились закономерными. Я облажался в Лондоне, оставив Джессике шрам на брови, значит, и причиной её сотрясения был я. Теперь косвенные улики не казались мне пустыми.       — Это следствие автомобильной аварии. Не более. — спокойно отозвался я.       — И вновь находится вполне логичное объяснение. — хмыкнул Джеймс, озорно глядя на своего коллегу.       — Джессика вместе с Мэйбл попала в аварию в связи с внезапным гололёдом. Это произошло в Нью-Йорке.       Зак Харрис подхватил ручку из нагрудного кармана и сделал первую полезную запись в свой блокнот. Конечно, на слово они мне не собирались верить. А если бы поверили, я был бы очень разочарован.       — Вы отправились в больницу сразу после происшествия или вызвали скорую? — продолжая записывать, спросил агент Харрис.       — Мы отправились на следующий день, когда прибыли обратно в Майами. Джессике стало плохо в моём кабинете, и я понял, что последствия вылета в кювет могут быть куда хуже, чем она предполагала.       — Сколько прошло времени между аварией и посещением больницы?       Поразительно! Они вновь копали не в ту сторону.       — Примерно… часов двадцать.       Этого времени достаточно было, чтобы Джесс получила ещё одну травму, например, от меня. Вектор мыслей недотёп, сидящий передо мной, двигался в этом направлении.       — И чем вы, позвольте спросить, были заняты эти двадцать часов?       — Мы вернулись в отель, отдохнули, а утром я отправился обратно в Майами.       — Вы оставили мисс Кинг в Нью-Йорке? Или я неправильно понял?       — Мне нужно было вернуться в Майами.       — То есть вы, мистер Стайлс, оставили девушку сразу после аварии одну в другом городе? Джессика Кинг не жаловалась на самочувствие? Возможно, ей было плохо.       Ей было хорошо. Я помнил ту ночь в совершенстве.       По пути обратно в Майами, где прошла встреча с советом директоров, я раз за разом продумывал свои действия. А после эмоциональной встряски, связанной сначала с аварией, затем со свершившимся безумным разговором с Джессикой, когда мне казалось, что пора ставить точку, я наконец почувствовал, как камень падает с моей груди. Мы выбросили тузы из рукавов и показали друг другу истинные лица. Джесс не забыла меня. У неё просто были свои причины. Свои ошибки, к которым привели последствия определённых событий.       — С ней остался мой телохранитель. Отель был оплачен. Самолёт ждал её в аэропорту Нью-Йорка.       Я позаботился о том, чтобы она с комфортом вернулась домой.       — Кстати, о вашем телохранителе. Фил. — Зак филигранно перепрыгивал с темы на тему. — Он буквально последний, кто видел Джессику перед исчезновением. Мы опросили и его тоже.       Как будто я не знал!       — Он признался, что Джессика Кинг была очень эмоциональной после… корпоратива. Ему даже показалось, что она плакала. Как вы думаете, что могло её расстроить?       Это был я. И мои слова. А ещё совершённые поступки. Я знал, что Джесс многое воспринимает острее, чем мне этого бы хотелось. Поэтому легко было поверить в то, что она, сидя на заднем сидении, проронила несколько ненужных слёз.       — Вы не знаете? Может, у вашей жены был тяжёлый период?       Мне нечего было ответить на этот абсолютно глупый вопрос. Были ли у Джессики сложный период? Наверное, да. Был ли я причиной? Частично. Но не мне давать оценочное мнение.       — Раз её похитили, то период был, мягко говоря, паршивым! — я вспылил. — К чему эти вопросы? У нас с Джесс были свои взлёты и падения, и мы многое пережили вместе. Если вы думаете, что я способен на плохие поступки, влекущие за собой уголовное преследование, вы будете абсолютно правы. На это я ещё как способен. Но если вы думаете, будто я приложил руку к исчезновению своей жены, то ваш учитель по дедукции поставил бы вам двойку!       Пробурчав несколько оскорблений, которых им было бы достаточно, чтобы уже закрыть меня на несколько дней за решёткой, я откинулся на спинку стула.       — Где вы были в ночь её исчезновения?       Вопрос Зака Харриса как гром среди ясного неба прозвучал внутри этих белых стен.       — Вернулся домой. — устало выдохнул, продолжая без особого энтузиазма участвовать в этом разговоре.       — Кто-то может подтвердить это?       — Наверное, только моя охрана. — я пожал плечами, уже догадываясь, что свидетели в виде моих телохранителей не устроит ни Зака, ни Джеймса, ни кого-либо из федералов.       Постукивая кончиком ручки по столу, Харрис, честно признаться, действовал мне на нервы. Да и весь этот разговор был скучным и совершенно неинформативным для меня. Я знал, что у Нейтона вроде как было обеспеченное алиби. Знал своё прошлое лучше эти двух полудурков. И уж точно знал, что не был причастен к исчезновению своей новоиспечённой супруги.       — Вы проверили камеры видеонаблюдения рядом с домом? — теперь в атаку перешёл я.       — Да, — Харрис выложил несколько снимков, на которых оказалась изображена Джесс, выходящая из моего автомобиля. На двух следующих я увидел, как она в последний раз зашла в своей дом, скрывшись за металлической дверью. И только она вместе с похитителем знали, что произошло дальше. — Две камеры смогли зафиксировать, как ваша жена вошла в здание. И ни одна то, как она вышла. Мы проверили здание, обошли соседей, но внутри её точно нет. К нашему огорчению из здания есть ещё один выход. Пожарный. Однако рядом с ним нет ни единой камеры, которая могла бы заснять что-либо полезное. У подъездной площадки мы нашли следы шин автомобиля. Сейчас наши эксперты пытаются определить характеристики шин и автомобиля.       — Что насчёт ближайших камер? Если кто-то подъехал, то на одной он точно должен был засветиться.       Харрис хмыкнул.       — Так как мы не знаем точного времени пропажи, приходится проверять многочасовые видеоматериалы. Плюс ко всему, Майами большой и живой город. Машин, попавших в поле зрения камер, несколько тысяч. Без заключения экспертов мы ищем иголку в стоге сена.       От его бестолковых оправдания у меня закипало что-то внутри. У них было всё на руках, но они предпочли искать виновного во мне.       Охваченный злостью, я холодно заговорил:       — Напомню ещё раз, вы ищете мою жену. Стоит ли мне говорить, что, будучи уроженкой Великобритании, пропавшая Джессика может стать фигурантом мирового скандала? Не думаю, что вашей стране нужны такие проблемы.       — И вновь вы угрожаете. — пробурчал Джеймс, поморщившись, потому что, наверное, представил масштабы бедствия, которые я мог обрушить на их федеральные задницы.       — А вы вновь разочаровываете. Один — один. — я мельком взглянул на сопляка, которому бы рот не стоило даже раскрывать, и вновь гневно посмотрел на Харриса.       — Нам, правда, очень жаль, мистер Стайлс, что с вами это произошло… — начал было Зак, но я остановил его, резко отодвинув металлический стул, чьи ножки неприятно и даже болезненно для ушей, взвизгнули, соприкоснувшись с полом.       Встав из-за стола, я покачал головой.       — Найдите стратегию получше, господа. Потому что вешать на меня то, чего я не совершал, крайне опрометчиво. А ещё крайне опрометчиво везти меня сюда для допроса, пока моя жена, которая в целом всегда являлась гарантом моего спокойствия и останавливала от сожжения этого грёбанного города, сейчас находится неизвестно где.       — Мистер Стайлс… — Джеймс, встав следом за мной, по всей видимости, накопил в себе сил, чтобы рявкнуть, но его остановила рука Харриса.       — Не надо, Джеймс.       — Раз уж, господа, я не арестован, то пожелаю вам удачи в трате бюджетных денег и протирания своих задниц! — я отмахнулся от них и преспокойно направился к выходу.       Выходя, я услышал возмущённый голос Лэндона:       — Он уже наговорил на административное!       — Поверь, это не тот человек, который переживает из-за подобного. И успокойся, в конце-то концов!       У двери меня ожидали трое крепких федералов, которые, по всей видимости, были готовы вмешаться в происходящее. Они провожали меня таким взглядом, что у меня сложилось впечатление, будто они всё прекрасно слышали.       Однако это было абсолютно неважным. Как и все действия полиции.       Стараясь снять лишнее напряжение, скопившееся в моём теле в достаточном количестве, я встряхнул плечами и сделал полудохлую попытку расслабиться. Вопреки всем моим стараниям стены Федерального бюро расследования давили, а косые взгляды только раздражали.       — Значит, не арестовали. — до меня донеслось краткое резюме Мэйбл, возникшей из ниоткуда.       — Я знал, что у них не будет прямых доказательств. Они только и делают, что тратят время. А могли бы направить его на более эффективные методы по поиску Джесс.       — По статистике, самые близкие становятся виновными в таких делах, — обыденным тоном произнесла она. Мэйбл была среди тех, кто попытался клеймить меня «грешником». И обычно я не предавался человеческим чувствам. Я предпочитал не обижаться и не затаивать злость на кого-либо. Однако в этот раз всё обернулось другим исходом.       Утрата доверия со стороны близкой подруги стало болезненным ударом. Словно меня огрели по голове где-то в подворотне, подойдя ещё и ко всему прочему сзади. Ей было стыдно. Поэтому она пришла, поэтому заступилась. Поэтому принялась за поиски Джессики.       — Её родители здесь. Они приехали. — словно заговорив на незнакомом языке, Мэйбл ввела меня в ступор. — Как я поняла, они путешествовали по Штатам и о произошедшем узнали на днях. Дани дозвонилась до них и всё рассказала.       Означало ли это, что в полку «Мы ненавидим Стайлса» прибавилось народу? Не исключено. Тем более единственный совместный ужин, главным блюдом на котором была моя испорченная репутация, закончился скандалом. Джессика, распалённая и отважная, словно подросток, не готова была подчиниться воли родителей и навязчивым советам Дани. Но их попытки казались мне упоительными, ведь… Джесс уже дала клятву перед священником. Мы просто не сказали никому. Хранив тайну, мы играли в гляделки и переговаривались без слов.       — Мне нечего им сказать. — пожав плечами, я обошёл Мэйбл, направившись к выходу.       Её тонкая рука остановила меня.       — Они очень переживают, и думаю, если именно ты расскажешь, как обстоят дела, им станет спокойнее.       — Оглянись, Мэй. — я взмахнул руками. — Мы в гостях у ФБР. Здесь полно величавых агентов, который с радостью погрузят их в дело. Тем более… — задумавшись, я сделал паузу, — …у них есть фабула, по которой они сообщают родителям, что с их ребёнком случилась беда. Я лишён этой вежливой аккуратности. Я не умею врать, обещая, что всё будет хорошо.       — Но, Гарри, лучше о вашей женитьбе им узнать от тебя.       — Как факт нашей свадьбы поменяет то, что Джессики здесь нет?       Мэйбл нахмурилась.       — Может, нам стоит организовать пресс-конференцию? И если за совершённым стоит Нейтон, он поймёт, что натворил. Ему не останется ничего, кроме как вернуть её домой и молить о пощаде. Он трус — мы с тобой знаем.       — Он будет думать только о своей заднице. И почувствовав малейший намёк на плохие последствия, он ни за что не вернёт Джесс. Ею я не готов рисковать. Поэтому Джек организовывает мне собрание совета директоров завтра, и уже там я отдам Нейтону столько, сколько он попросит.       — Это неразумно, Гарри… — спохватилась Мэйбл.       Я не собирался слушать её аргументы, слезливые речи и сопереживающие слова. Убрав руку со своего локтя, я решил покончить со всем здесь и сейчас.       — Неразумно думать, что Джесс этого не стоит.       — Она стоит… — продолжала девушка. В её серо-голубых глазах образовалась печаль, которая была мне знакома.       — Тогда тут нечего обсуждать.       Развернувшись, я направился прочь.       — Гарри! — Мэйбл окликнула меня. — Этому собранию не бывать!       Её отчаянные попытки походили на провокацию.       — Гарри!       Она продолжала тратить силы на то, чтобы привлечь моё внимание. Но я скрылся за одной из дверей, и её голос растворился в стенах Бюро.       Мысленно вернувшись к сообщению, которое прислал мне Джек, я достал телефон из внутреннего кармана пиджака.       «Наше путешествие в силе», — коротко ответил, быстро напечатав.       Я не успел нажать на кнопку «Отправить» — меня отвлёк входящий звонок. Обычно я избегал разговоров с людьми, чьи номера не были сохранены в мои контакты, но что-то останавливало меня от нажатия «отбоя».       Приняв звонок, я молча прижал телефон к уху.       — Мистер Стайлс, — послышался мужской голос по ту сторону. Этого человек я не знал. По крайней мере, он не был мне другом или партнёром в работе.       — Внимательно слушаю, — неохотно отозвался, открывая дверь своего спорткара. — Но только минуту.       — Мудро — соблюдать правила тайм-менеджмента. — прозвучали хвалебные слова. — Думаете, нам хватит минуты, чтобы обсудить судьбу вашей жены?       Я даже не успел завести двигатель автомобиля — моя рука замерла в воздухе. Кроме близких и копов, мало кто знал о ситуации с Джессикой. И каким-то образом, мой собеседник обладал нужной информацией.       — У вас верные друзья, готовые заключить сделку даже с дьяволом, лишь бы ваша возлюбленная вернулась домой.       Так вот с кем Мэйбл подписала договор. Сей факт я ещё даже не успел хорошенько обдумать, да и обсудить со своей прекрасной подругой. Её попытки помочь были похвальны, но иногда чрезмерная забота бывает губительна. Кажется, это был тот самый случай.       — Я могу вам гарантировать её возвращение. — человек, бросавшийся обещаниями по телефону, не вызывал во мне доверия, но та уверенность, с которой он это произнёс, вызвала во мне интерес.       Я усмехнулся его словам. Да, это было показушно, но я не был бы там, где сейчас находился, если бы верим всем дуракам и их обещаниям.       — Уморительная шутка. А ещё если учесть, сколько людей мне это обещает! Не тратьте моё время.       — Хорошо, мистер Стайлс. — его быстрая тактика «отступить» удивила меня ещё сильнее, чем попытка помочь. Этим он не был похож на обманщика. — Однако скажу, что насчёт Ривера вы оказались правы. Надеюсь, это поможет в поисках. Всего хорошего.       Тогда я понял, что был на его крючке. Этот человек бравировал тем, что имел при себе необходимую информацию. Он не оставил выбора. И это было жестоко. Прибегнуть к моей любимой стратегии ведения битвы.       — Значит, она у него?       — Да, и она жива.       Волна эйфории окатила меня с головой. В догорающую во мне надежду подбросили дров. И этот огонь согрел мои кости. Я почувствовал тепло впервые за эти пять дней.       — Сколько? — я задал главный вопрос, ради которого и был организован этот разговор. Спасение Джессики не обещало быть делом благородным. И уж точно её вызволение не будет частью великой благотворительности.       У всего была цена. К моему счастью, деньги у меня велись.       — Как же приятно вести диалог с бизнесменом. Да ещё и с тем, кто ценит время. — я услышал усмешку в его словах.       Но был готов слушать. И был готов ему поверить. Настолько отчаян я оказался.