Ловушка

      Каблуки кожаных ботинок цокали по нагретому асфальту, отсчитывая шаги. Морской бриз не дарил прохлады, лишь качал тёплый морской воздух и волнами разносил его по улицам прибрежного городка. В такую жару странно было увидеть человека одетого полностью в чёрное: куртка, небрежно накинутая на плечи, блестела серебром молний и бесчисленных клёпок; узкие чёрные джинсы и такая же футболка. Очки прятали от солнца взгляд, который остановился на одной из витрин. За стеклом с нежно-розовой надписью «Flower with love» мельтешила фигура, в длинной белой футболке. Макушка продавца ныряла между бесконечных вазонов с разноцветными растениями.       Парень в чёрном подошёл ближе и, облокотившись на ствол дерева прямо перед витриной, с интересом наблюдал, как человек за стеклом улыбался и ворковал, радостно ощупывая трепетные лепестки нежных цветов. Наглая ухмылка наблюдателя расползлась на губах, пальцы сдвинули очки ниже по переносице, а озорной взгляд устремился на прекрасную картину перед ним: парень внутри магазина мягко, по-кошачьи, прогнулся, оттопыривая аппетитную пятую точку, и потянулся за лейкой с водой. Чуть присвистнув и лизнув по губам, человек с улицы подорвался и пошёл прямо к дверям.       Тихий перелив колокольчика раздался над дверью. Чонгук спешно поднялся с колен и вытер руки, чтобы поприветствовать посетителя, но стоило ему обернуться, и лейка полетела из рук, брызгами орошая стеллаж и одежду самого Чона. — Ох, какой ты чувствительный, — незнакомец закусил пухлую губу и взглядом спустился по фигуре продавца, который замер посреди магазина, удивлённо распахнув глаза. — Так рад меня видеть? — посетитель самодовольно ухмыльнулся, сверля глазами мокрое пятно от воды в районе ширинки на джинсах Чонгука. — Вы. Ты… — промямлил продавец и спешно схватился за фартук, чтобы прикрыться спереди, — это просто вода. Чон свёл брови у переносицы, пытаясь понять, то ли он видит? «Нет, нет, это точно ошибка. Он же был такой нежный и мягкий, а этот». — Добро пожаловать в мир цветов. Что вас интересует? У нас завоз свежих астрольмерий, не желаете взглянуть? –Чонгук сделал вид, что этот человек ему никого не напоминает. Он суетливо махал руками, чтобы обратить внимание гостя на растения, которые уже расставлены по залу. — Хмм, — с хитрой улыбочкой, посетитель направился вглубь магазина за торопливым парнишкой, на ходу разглядывая ширину плеч, подмечая, как выгодно завязки фартука подчёркивают узкую талию. — Окей. Покажи мне свой мир, цветочек, –бормотал гость, толкая язык в щёку. — Белые лилии, хотя их аромат не всем нравится, а вот гипсофила, любого оттенка, хит сезона, между прочим, — продолжал экскурсию Чон, не замолкая ни на секунду.       Он безуспешно пытался скрыть волнение, чем ещё больше раззадорил странного незнакомца, который подошёл слишком близко и с наигранным интересом следил за ним. Чонгук замер, осекаясь на полуслове, как только почувствовал на своей шее жар чужих пальцев. Он весь аж сжался и резко дёрнулся в сторону. — Не бойся, цветочек. Такой подснежник я не обижу, — посетитель спокойно подошёл ближе, а Чонгук прижался спиной к стене.       Ему было не смешно и даже очень страшно: человек, который стоял перед ним сейчас — уверенный в себе и даже не прячет похотливых взглядов.       Гость с улыбкой упёрся ладонями в стену по бокам от перепуганного Чона и наклонился ближе. — Будем считать, что я в чудесном саду нашёл самый редкий и самый вкуснопахнущий цветок, — посетитель шумно вдохнул воздух, чуть касаясь носом чужой щеки.        Гость медленно облизнул свои губы, а Чонгук вжался в стену и зажмурил глаза. В нос ударил запах парфюма вперемешку с мятной жвачкой. Чон задрожал, а потом и тихо прошептал: — Отпустите меня, пожалуйста.       На что парень засмеялся и резко отступил на шаг назад. — Не бойся, цветочек. Сделай мне букет из подснежников, –наклонив голову на бок, посетитель хитро сощурил глаза, наблюдая, как судорожно поправил волосы хозяин магазина и забежал за, казалось бы, спасительный прилавок магазина.       Незнакомец вальяжно опёрся на локти, удобно устраиваясь прямо на столешнице перед суетливым продавцом. Чон с небывалой скоростью упаковал букет и перевязал его воздушной лентой. Непослушные пальцы несколько раз нажали не на те цифры, прежде чем повернуть дисплей к покупателю, на что тот лениво поднёс смарт-часы, оплачивая покупку.       Чонгук выдохнул, его ноги дрожали, а по спине стекала тонкая струйка пота. Ещё ни одного клиента он не хотел так быстро выпроводить из магазина. Возможно, в другой ситуации, он бы даже посмеялся над собой, но не сегодня.       Гость схватил букет и, насвистывая на ходу, прошёл к двери. Чонгук проводил его взглядом и тут же стал искать свой телефон, который бросил где-то поблизости, когда в магазине появился незнакомец.       Щёки флориста горели, румянец пятнами расползался по шее, когда парень стремительно набирал знакомый номер. — Хэй, бро, привет. — Чонгук, я сколько раз просил не звонить мне в такую рань, — хриплый голос брата был пропитан недовольством, он явно лёг под утро после очередной бурной ночи. — Такое дело… Ты помнишь того парня, которого я последним подогнал тебе? Чимин зовут, — Чон почти прошептал последнюю фразу и выглянул в окно, раздвигая жалюзи пальцами. — И ты ради этого мне звонишь в такую рань? Мелкий, ты охренел, — брат выругался. — Не помню и помнить не хочу, и тебе советую забыть, он женатик. — Хочешь передëрнуть — я подгоню тебе хорошего мальчика, –откровенно заржал в голос и бросил трубку собеседник.       Чонгук ещё минуту стоял, вслушиваясь в короткие гудки, а потом тряхнул головой. «Может, он перекрасился? А может, это и не он, а моя фантазия?» — парень перебирал в голове различные варианты, но мысль о том, что что-то не так, не отпускала.       Чимин устало потёр пальцами глаза и откинулся в кресле. Его рабочий день сегодня проходил дома, все важные встречи были назначены на конец недели. Можно было себе позволить не напяливать деловой костюм и не лететь в свой выставочный зал. Пусть и последнее время он самолично разгребал заказы и руководил подготовкой предстоящей ювелирной выставки.       Парень провел руками по светлым волосам, прикрыл глаза и хотел было задремать, но настойчивая трель дверного звонка прервала его идиллию. Чимин лениво засунул ноги в мягкие шлепанцы и нахмурив брови пошёл открывать. «Кого черт принёс, знать бы». — Братишка, сто лет, сто зим! — на пороге стоял молодой человек с букетом подснежников. — Мочи! Ты откуда? Почему не позвонил? — Чимин кинулся в распахнутые объятия и радостно заверещал.       Последний раз он своего брата видел год назад, когда сорвалась его свадьба, и они неделю уходили в отрыв, яростно запивая свободу и новую жизнь Чимина. — Да вот соскучился, это тебе! — парень протянул букет светящемуся от радости Паку.       Братья ввалились на кухню, радостно переговариваясь и постоянно похлопывая друг друга по плечам. — А ты все такой же крутой и шикарный, директор Чимин, — брат восторженно разглядывал свою копию, не удержался и потрепал мягкую щёчку. Чимин засмеялся и потянулся за вазой. Дёрнул воздушную ленту и застыл, его взгляд зацепился за бирку с надписью «Flower with love». В голове вихрем пронеслись воспоминания годичной давности о милом флористе, который развёл его и подложил под своего близнеца. — Чёрт, — Чимин разорвал обëртку и слишком резко запихнул цветы стеклянную форму. — Что такое? Не угадал с выбором букета? — Мочи уселся на высокий стул, скинул кожанку на пол и внимательно следил, как брат пытается скрыть нахлынувшую нервозность. — Нет, нет. Всё прекрасно, а запах какой, — Чимин улыбнулся и включил чайник. — Я рад. Иначе этому цветочку несдобровать, — ухмыльнулся гость. — Какому цветочку? — Чимин снова застыл с двумя кружками в руках.       Пак с грохотом поставил кружки на стол и уставился на брата. — Не говори мне, что залип на флориста из цветочного, что в соседнем доме? — голос немного дрожал, блондин не мог скрыть своё удивление и даже некую озлобленность. –О да! Он шикарный: губки бантиком, глазки такие напуганные, ресничками хлоп-хлоп, ну чудо! — брат засмеялся, не понимая, почему этот факт так напрягает собеседника. — Погоди, бля! Ты тоже, что ли? Чимин на это хлопнул себя по лбу и покачал головой.       Рассказ его вышел сбивчивым, Пак активно жестикулировал и нервно прикусывал губу, пока, как на духу, вываливал всю историю брату. Тот откровенно офигевал, причем молча, и в конце заржал в голос. — Ты лошара, конечно, но я так понимаю, что эти братцы стали причиной разрыва брачного договора, и за это я им искренне благодарен. — Посмотрел бы я на тебя в такой истории, — Пак выдохнул и насупился, разлил чай по кружками и стал нервно звенеть, размешивая невидимые крупицы сахара. — Это можно устроить… — загадочно произнёс брат и поиграл бровями.       Необычный случай был толчком, чтобы замутить интересную свиданку милому цветочку. — Что ты задумал? — Чимин откинул ложку и хлебнул чай, который обжёг губы и отрезвил взбудораженный разум. — Давай повеселимся, как раньше? — подмигнул брат, в его глазах засветился нездоровый огонёк, который был знаком не понаслышке Паку.       В студенческие годы парочка братьев не раз после пьяного угара вечеринок просыпались в одной постели, обнимая какого-нибудь симпатичного первокурсника двумя парами рук. -Да брось, ты его не уговоришь! — Чимин был уверен, что скромняга Чонгук даст заднюю или, чего хуже, нажалуется своему братцу. -Спорим, я приведу его сюда? Но у меня будет одно условие…

🌹🌹🌹

      Чонгук ещё раз оглядел магазин и, довольный проделанной работой, шагнул на выход. Он неторопливо закрыл витрину и захлопнул как следует входную дверь. Накинув на плечо лямку рюкзака, Чон было уже собрался к переходу, но тут он буквально столкнулся с незнакомцем, который утром покупал подснежники. Парень стоял и красиво улыбался, разглядывая флориста, что замер перед ним, как истукан. — Привет, цветочек. Не желаешь прогуляться и составить мне компанию в созерцании заката на набережной? — мурлыкающим голосом напирал брюнет.       Чонгук обомлел и приоткрыл рот, он и думать забыл об утреннем госте. Тут вдруг этот незнакомый парень стоит перед ним, вальяжно облокачиваясь на чью-то машину и всем своим видом излучает уверенность. — Так и будешь молчать? Или ты язык проглотил от моей красоты? — резко произнёс брюнет, а Чон сглотнул и тряхнул головой, собирая мысли в кучу. — Мне пора домой. Некогда гулять со всякими, — флорист поправил куртку и попытался обойти странного парня. — Хээй, не будь занудой, цветочек. Я ж с душой к тебе, романтика, закат, все дела, — Чонгук залип на обворожительную улыбку и сразу вспомнил того, с кем был в кафе год назад. «Как же он похож на Чимина. Только тот был блондином, а этот брюнет. Такой хорошенький» — Чон сощурил глаза и присмотрелся внимательнее.       Его не отпускала мысль, что у него временное помешательство на фоне длительного периода без хорошего секса и вообще простого внимания со стороны мужчин. Парень перед ним явно знал себе цену и прекрасно демонстрировал не только отличную физическую форму, но и довольно острый язык, который сейчас бесстыдно скользил по губам. Чонгук вздохнул, вспоминая, что дома его ждёт холодная постель и душ с очередной дрочкой. Флорист взглядом окинул фигуру перед собой и резко выпалил, сам поражаясь своей смелости. — Если это свидание, то я согласен. С тебя кофе и вкусная еда, с меня собеседник и компаньон по просмотру заката, — произнёс флорист, а парень в кожанке довольно ухмыльнулся и протянул руку. — Меня зовут Мин, для тебя просто папочка, — резко произнёс утренний гость. На это Чонгук откровенно рассмеялся, уж больно забавно прозвучали эти слова. — Вот ты уже улыбаешься, цветочек. Прокатимся? — оскалился новый знакомый.       Дверь машины распахнулась, открывая вид на кричаще красный кожаный салон, Чон с ухмылкой запрыгнул внутрь. Внутри приятно пахло мужским парфюмом, а лёгкий бит полился из колонок, когда хозяин авто лишь кончиками пальцев коснулся руля. Чонгук незаметно разглядывал парня, изредка косясь то на коленки обтянутые тканью джинсов, то на тёмную чёлку. Только серьги его поблескивали, отражая лучи солнца. — Нравится? — неожиданный вопрос водителя смутил Чона, он отвернулся в окно и прикусил губу, делая вид, что ему интересны мимо проплывающие дома и толпы прохожих. — Что нравится? — пролепетал Чонгук и выдохнул, принимая более расслабленную позу на сидении авто. — Ты залип, разглядывая меня, цветочек, — Минни склонился над рулём, бросил взгляд на своего пассажира и подмигнул. Щеки Гука вспыхнули румянцем: казалось бы, такое простое прозвище, а внутри после него каждый раз разливалась тягучая нега.       Мин заливисто засмеялся и чуть побил ладонями по рулю. Ему забавно было наблюдать, как парнишка рядом с ним теряется и хлопает длинными ресницами. — Стейк или креветки? — Минни задал вопрос так резко, что от него Гук вздрогнул и повернулся, округлил рот и на автомате пролепетал почти не своим голосом: — Креветки. — Вино или соджу? — Пака веселила вся ситуация, но он старался не спугнуть парня и продолжал мило улыбаться, делая вид, что выясняет предпочтения для предстоящего ужина. — Вино, — уже менее натянуто отвечал Чон, разглядывая нового знакомого, который мурлыкал под нос ненавязчивый мотив. — Ух, цветочек, да ты аристократ! — рассмеялся Минни и задал следующий вопрос. — Сладкий десерт или холодное мороженое? — Мороженое, — теперь уже Гук рассмеялся, принимая эту игру. Машина притормозила у элитного здания, Пак проворно выскочил и открыл перед пассажиром дверь. Он протянул руку Чонгуку и сладко улыбнулся. — Ты здесь живёшь? –Чон с опаской посмотрел наверх. — Мой брат, он тоже любитель красивых видов и шикарных закатов, — Минни сплёл их пальцы и потащил в сторону входа. Чонгук от такого прикосновения занервничал и сжал руку сильнее, чем нужно было. — Не бойся, цветочек, обещаю, тебе понравится, — Пак почти втолкнул растерянного парнишку в лифт на первом этаже здания. Чон и пикнуть не успел, как оказался прижатым к стенке.       Аромат парфюма щекотал нос, а чужие настойчивые губы коснулись шеи. Чонгук лишь охнул и прикрыл глаза, чувствуя, как две крепкие ладони сжимают его талию. — Ты так сладко пахнешь, цветочек. Не могу сдержаться, — горячий шёпот обжигал нежную кожу, от чего тело стало мягким, а ноги подкосились.       Чон любил быть слабым, любил сильных мужчин, способных одним голосом закружить голову до помутнения в глазах. Ему было абсолютно плевать, что того, кто сейчас ласково водит губами по его шее, он знает всего ничего. Минни резко отпрянул и заглянул в тёмные глаза напротив. — Цветочек, ты хочешь, чтобы тебе было вдвойне хорошо? Чонгук сглотнул, пошлые картинки пухлых губ на своём теле и рук сжимающих бедра, мелькнули в голове. — Я хочу, — тихо прошептал Гук. Лифт звякнул и двери бесшумно разъехались в стороны. Минни прихватил его за локоть и опять буквально потащил за собой.        Просторная квартира встретила их бликами вечернего солнца на стенах, ароматом свежих цветов и чего-то вкусного. Запах еды лёгким шлейфом витал по прихожей, от него у Чона разыгрался аппетит. Он снял обувь и огляделся. Вокруг было всё светло и просто, не было кричащей роскоши и ярких цветов. Казалось, всё было наполнено прозрачностью и воздухом, Гук завис, но тут же почувствовал тёплые пальцы на своей руке. — Пойдём, я обещал тебе ужин и закат. Пропустим, будет обидно, — Минни скинул кожанку, белая футболка обтягивала мышцы груди и создавала контраст с карамельной кожей, которая, видимо, совсем недавно получила хорошую порцию загара.       Чонгук опустил глаза, опасаясь, что его спутник заметит нездоровый блеск в глазах или догадается, о чём в данный момент думает гость.       Минни нравилось прикасаться к этому мальчишке, который сам каждый раз кусал губы и отводил взгляд, похоже, что это было взаимно. Симпатичный флорист чутко реагировал, это не могло не радовать. «Значит, и в постели будет отзывчивым и чувствительным» — Пак сжал в своей ладони руку гостя и потянул через гостиную прямо на балкон, откуда открывался чудесный вид на город, утопающий в лучах предзакатного солнца.       Чонгук в восхищении распахнул глаза и подбежал к перилам, он восторженно смотрел вдаль, не замечая ничего вокруг, пока не почувствовал тёплую ладонь на своём плече. Парнишка вздрогнул и оглянулся. Рядом с ним стоял всё также с ослепительной улыбкой новый знакомый. Взгляд его глаз в солнечном свете, казался золотисто-медовым и очень тёплым. –Я обещал тебе красивый закат, вкусный ужин и двойное удовольствие, — с этими словами Минни отошёл в сторону, приглашая Чонгука за маленький столик, на уютный диван, обложенный мягкими подушками.       Чон зарделся от смущения, на столе красовался букет его любимых цветов, вино, креветки и различные вкусности, от количества которых разбегались глаза.       Пак уселся рядом, его рука скользнула вниз по позвоночнику парня и осталась на пояснице. Табун мурашек волной окатил Чонгука, но тепло чужой ладони рассеяло последнее напряжение. Чон спокойно наслаждался видом, ароматом и лёгким ветерком, который ласково касался разгоряченных щёк. Минни продолжал невесомо поглаживать его спину, бедро было непозволительно близко, от этого гость смущённо кусал губы и боялся поднять глаза. — Попробуй, всё очень вкусно, — сладким голосом произнёс Пак и протянул Чону клубнику. — Хочешь, я покормлю тебя? — он придвинулся ещё ближе, чувствуя даже через ткань джинсов, как напряглись мышцы на ноге парнишки. — Я, правда, не кусаюсь, — сочная ягода коснулась розовых губ, а Чон, не ожидая от себя, приоткрыл рот и уставился на губы напротив.       Минни завороженно смотрел, как розовые губы обхватывают ярко-красную ягоду, с которой течёт сок. Чон, чуть смущённо, причмокнул губами, слизав сладкую жидкость, и вновь посмотрел в глаза напротив, в которых плескалось тёмное янтарное море желания, готовое вот-вот выйти из берегов. Чонгук поспешил отвернуться, но тут же почувствовал крепкую хватку на своём подбородке. — Ты так боишься? — Пак пристально смотрел, его лицо было слишком близко, Чонгук непроизвольно охнул и приоткрыл блестящие ягодным соком губы.       Минни, не долго думая, другой рукой нашарил на столе клубнику и провел ею по щеке парня. Гук замер, его знатно потряхивало, а взгляд то и дело скользил по красивому лицу напротив. Он и думать забыл, что этот внезапный незнакомец, похож на Чимина из его прошлого. Рваный выдох, и очередная клубничка оказалась зажатой зубами Минни, который склонился ещё ближе, предлагая принять угощение таким образом. Чон потянулся навстречу, почти коснулся языком сладкой ягоды, как почувствовал руки на своей талии. Они нежно поглаживали изящные изгибы его тела, чуть с нажимом, но не грубо. Сладость сока вновь заполнила рот, когда Минни напористо стал вдавливать клубнику в манящие губы Чона. Тихий стон вырвался из груди парнишки, их губы слились воедино, языки сплелись, а липкая жидкость потекла из уголков губ. Чонгук тонул, у него перехватило дыхание. Казалось, что Минни обволакивал его, утягивал в омут страсти. Руки Пака то сдавливали талию, то сжимали тёмные пряди Чона, губы дразняще впивались, язык нагло скользил во рту. Минни наслаждался и вылизывал рот парня, как будто это был десерт. Наконец оторвался и посмотрел на раскрасневшегося гостя. Чонгук отрывисто дышал, грудь вздымалась, а штаны недвусмысленно топорщились между ног. — Какой ты чувствительный, цветочек, — прошептал Пак и силой сжал локоны парня, оттягивая голову назад, чтобы в очередной раз мокро вылизать шею.       Чон несдержанно проскулил что-то, его вело, а желание росло и скручивалось внизу живота. Пальцы Минни усиленно забирались под футболку и бессовестно, но в то же время так страстно шарили по телу, местами сжимая нежную кожу, от чего Чона прошибала дрожь. Всё горело, а покусанные губы распухли от настойчивых поцелуев, члену было совсем тесно в штанах, а жаркое дыхание Пака опаляло шею на столько, что хотелось скулить. Чонгук цеплялся за плечи Минни и тянул на себя, проваливаясь в мягкие подушки дивана. Тот лишь улыбался и нагло закусывал губу, замечая состояние парня под ним. Большим пальцем Минни провёл по розовым губам Чона, надавил и проник внутрь. — Цветочек, ты хочешь больше удовольствия? — Гуки смотрел во все глаза и отчаянно кивал, зажигая зелёный свет в распалённом страстью мозге Пака. — Тогда закрой глаза и не смей открывать, я доставлю тебя в рай, — с этими словами Минни ловко стянул футболку с Гука, тут же опускаясь губами на грудь и втягивая поочерёдно каждый сосок.       Чонгук стонал, кожа покрылась мурашками, руки хаотично шарили по телу мужчины, очерчивая мышцы и поддевая одежду, чтобы тоже снять. Пак понял без слов, оголяясь по пояс. Подкачанные мышцы красиво играли в свете оранжевого заката, Чонгук снова залип, а Минни облизал пухлую губу и откинул со лба чёлку. Он резким движением расстегнул джинсы на парнишке и рванул их вниз, тут же перехватывая упругую плоть, выбивая очередной стон. Пак действовал уверенно и быстро, через секунду поплывший от ласк Чон уже стоял перед ним на коленях, утыкаясь лицом в подушку на диване. Минни сжимал пальцы на тазовых косточках, продвигаясь ближе, плотнее, демонстрируя свое желание лёгким толчком пахом. Чон несдержанно заскулил и качнул бёдрами в ответ, но тут же ощутил чужие пальцы в своих волосах. Они сжали пряди, отводя его голову в бок, горячие губы коснулись открывшейся шеи. Сладкий шёпот прямо в раскрасневшееся ушко вызвал новую волну тянущего возбуждения. — Как же ты вкусно пахнешь, цветочек, — Пак ощутимо прикусил мочку, а тело Чона мгновенно ответило, опаляя жаром между ног. — Ты такой чувствительный, — шёпот пухлых губ скользил по шее, а наглый язык усиленно чертил узоры по коже.        Чонгук, постанывая, откидывал голову назад ещё больше, упругими ягодицами бессовестно упираясь прямо в возбуждение Минни. Парень рядом в ответ подхватил Чона под животом. Пахом надавил, заставляя Гука упираться сильнее в диван, чтобы удержать их обоих.       Чонгук бесстыдно стонал, ему до помутнения в глазах хотелось уже почувствовать эти наглые пальцы внутри, а не только снаружи. Прикрывая глаза, он потирался задом, как будто прося. Пак резко отпустил его, отчего Гук снова оказался руками на диване. От накатившего желания гулко билось сердце и шумело в ушах. Чон плыл, пока прохладные пальцы не подцепили его подбородок. Голова поднялась наверх и Чонгук застыл в немом шоке. Пока он тонул в ласках Минни, не заметил как на террасе появился ещё один человек. Медовый нежный голос был подобен разряду молнии, которая прошибла все тело и чёткими флешбеками ворвалась в мозг. — Привет, сладость. Не бойся, — Чон смотрел снизу вверх и не верил своим глазам.       Перед ним оказался тот самый Пак Чимин, которого он подложил под брата. Чимин окатил потемневшим взглядом фигуру парня, бёдра которого до сих пор сжимал ухмыляющийся брат-близнец. Минни ловко навис над телом перепуганного флориста и прошептал прямо в ухо, не отрывая рук от круглых ягодиц. — Цветочек, позволь нам подарить тебе двойное удовольствие. Обещаю, мы будем нежными с тобой.       Чонгук замотал головой, усиленно пытаясь избавиться от наваждения, которое тенью стояло перед ним в закатных лучах солнца. До него медленно начал доходить смысл этой фразы. Сплавленный желанием мозг, где-то глубоко кричал «нет!», а тело постыдно прогнулось под жаром чужого. Минни настойчиво тёрся, проезжаясь возбуждением между ягодиц. Чонгук казалось проглотил язык, а в горле всё пересохло, но он смог выдавить из себя только что-то похожее на «да». Светловолосый Чимин облизнулся на столько развязно, что щёки Чонгука тут же обожгло пламя. Под этим горячим взглядом парень забыл, как дышать, лишь кусал щёку изнутри и проглатывал скопившуюся слюну. Чимин ласкал пальцами скулу Чона, водил языком по своим роскошным губам, улыбаясь слишком откровенно. Чонгук весь горел адским пламенем, внизу пульсировало слишком ощутимо, что он качал бёдрами из стороны в сторону, неловко пытаясь скрыть своё возбуждение. Минни заметил его движения и тут же зафиксировал руками бёдра. Он мокрыми поцелуями вылизывал поясницу, собирая мурашки на коже. Чон распахнул глаза ещё шире, ощущая, с каким напором язык прошёлся между ягодиц. Чимин не отпускал голову, второй рукой звонко лязгнул ширинкой, освобождая вставший член. Чонгук был не в силах разорвать зрительный контакт. Парнишка раскрыл губы, сам поразился собственным действиям, на что Чимин лишь хмыкнул и сдавил его щёки сильнее. Пока брат увлечённо изучал ягодицы парнишки языком, он подвинулся ближе, на пробу провёл головкой по розовым губам и тут же вошёл глубже, ощущая как юркий язычок нализывал изнутри, прочерчивая контур его члена. — Ты — сладость, не зря я так хотел тебя тогда, — Чимин двинул бёдрами плавно, улыбнулся едва-едва и запустил ладонь в волосы, сжимая и оттягивая тёмные пряди. Чонгук потерялся в ощущениях: его натурально накрыло от того, что сейчас две горячие ладони развели его ягодицы, а в рот ворвалась возбуждённая плоть.        Парень тихо замычал, чувствуя сзади настойчивый язык, который бесцеремонно проникал внутрь, прорисовывая узоры по тёплым стенкам. Член, прижатый к животу, болезненно ныл, требуя хоть какого-то трения. Чон рукой шарил снизу, но чужая ладонь крепко перехватила его возбуждение, сразу большим пальцем надавливая на уздечку, растирая предэкулят, дразня. Братья переглянулись, чуть кивая друг другу. Чонгук лишь успел сильнее вцепиться ногтями в обивку дивана, срываясь на приглушенный скулёж. В него вошёл Минни.

Резко, одним толчком.

Сразу до упора.

      Замерев лишь на секунду, чтобы метнуть взгляд на брата и сорваться на быстрый темп. Подстраиваясь под его ритм, Чимин вбивался в рот парня, сжимая одной рукой волосы, а другой поддерживая подбородок. Минни тёмными от страсти глазами, призывно посмотрел на свою копию, склонился ниже, разрывая слух Чона своим сорванным дыханием. Он дышал так горячо под шлепки собственных бёдер о порозовевшие ягодицы. Резкие толчки раздвигали нежное нутро, заставляя спину парня под ним прогнуться до искр в глазах. Рука Минни, до этого крепкой хваткой сжимающая сочащийся смазкой член Гука, резко сорвалась. Мокрые пальцы заскользили по всей длине, надрачивая в такт общему ритму. Чимин был на пределе, он поплывшим взглядом наблюдал, как распухшие губы обхватывали плоть, чувствовал, как головка вбивается глубже, срывая загнанный стон Чонгука. Парень, зажатый кольцом рук Минни, дрожал в предоргазменной пытке. Ладонь скользила по бедру, по внутренней части, приподнимала ногу выше. Чон вспыхнул и заскулил, чувствуя, как поменялся угол и на сколько глубже проник тот, что сзади. Он сам был готов уже насаживаться, лишь бы сладкая пытка не кончалась. Два резких толчка в жаркий рот, и Чимин со стоном кончает, сдавливая пальцами скулы Чона. Парень протолкнул орган вместе со спермой, заставляя флориста давиться и глотать. Минни пошло улыбнулся, а сам чёткими, чувственными движениями рук на члене парня довёл того до оргазма. Гук выгнулся дугой, пока партнёр пальцами растирал стекающую жидкость, не оставляя ни секунды загнанному Чонгуку, чтобы прийти в себя. Минни набрал нужный ритм.

Толчок

Ещё один

Глубже

      Чимин закусил губу, рассматривая то, как брат тихо шипел, прикрывал глаза, продолжая двигать бёдрами. В финале тягучими рывками излился в растраханную дырочку парня между ними. Колени Гука расползлись, а тело потряхивало вспышками недавнего оргазма. Слюна стекала по подбородку, руки ослабли и предательски подгибались. Минни заботливо подхватил его снизу и повернув к себе, усадил рядом. Чимин пристроился здесь же, носом утыкаясь во влажную шею. Руки братьев сплелись на изможденном теле Чона, который разомлел от тепла и все ещё плохо понимал, что произошло. Лёгкие поцелуи и трепетные касания убаюкивали, казалось, что всё так и должно быть. Мысль о том, что он только что переспал с двумя близнецами, вспышкой взорвалась в почти сонной голове Чона, который тут же покраснел и распахнул глаза. Он попытался выбраться из объятий, но его не пустили. Первым заговорил Чимин. — Я всегда вспоминал о тебе, сладость. Сегодня я понял, почему.       Минни мягко выцеловывая скулу парнишки, прошептал: — Как только я тебя увидел, то понял, что хочу быть с тобой всегда.       Чонгук сглотнул, ощущая, как стремительно забилось сердце и во рту всё пересохло. Он посмотрел на тёмную макушку слева, потом медленно перевёл взгляд вправо, покосился на блондина, который губами касался его плеча. — Ты будешь нашим парнем, Гуки?