На борту девица!

      Стук в дверь и Чайлд отвлекается от бумаг, поднимая голову:       — Вводи. — пленницу заводят в каюту.       — Сэр?       — Свободен. — и охранник выходит обратно в караул. В каюте молчание. Девушка не удостаивает взглядом капитана, а снова осматривает комнату, из которой так старалась сбежать. Она не думала, что мужчина пожелает видеть её в ближайшее время, надеясь, что успеет придумать хоть какой-то план своих дальнейших действий. Но, видимо, придётся, как всегда, вливаться в ситуацию.       — Смотрю, что после водных процедур, ты не особо разговорчива. — Чайлд же, напротив, не спускает своего взора с девушки. — Придумала что делать со своим прекрасным платьицем, красотка?       Люмин молчала. Конечно же нет. Вместо раздумий, она просто уснула. Но у неё ведь были ещё сутки, если она точно помнила слова капитана в шлюпке. И вообще, капитан позвал её чтобы поговорить об одежде? «Что он…?» — она поднимает взгляд на капитана, а тот, видимо уловив очередной неправильный ход её мыслей, встает из-за стола и идёт в сторону девушки. Блондинка застыла, теряясь в догадках о дальнейших действиях капитана. Когда же он дошёл до неё, то отклонился чуть правее и вручил девушке небольшой комплект одежды, собранный, скажем, с миру по нитке — с пирата по тряпке.       — Вот. Переоденься. А это, — перебирает пальцами ткань рукава её платья, — выкинем за борт. — Чайлд отходит немного назад и опирается на край своего стола, не спуская глаз с девушки.       — Хорошо, спасибо… — та остаётся стоять, дожидаясь каких-либо ещё распоряжений или вопросов. Капитан же молчит, ожидая дальнейших действий от девушки. — Капитан? — до Люмин не сразу доходит, что смена одежды должна произойти не потом, а прямо здесь и сейчас. Она непонимающе смотрит на мужчину, и тот, вздохнув, поясняет ей свои действия.       — Я не вижу исполнение приказа. Или ваша милость предпочитает прилюдное переодевание в трюме у кубрика, где сейчас готовятся ко сну уставшие мужчины? Уверен, для их вечерней разрядки это будет… полезно~. — и ухмыляется.       Она залилась краской, представляя эту ужасную картину и мотает головой из стороны в сторону.       — Нет, пожалуйста! Я переоденусь… Не могли бы вы отвернуться, капитан?       — С чего бы? — весело отвечает тот.       Она смотрит на него, как на дурака. — «Он действительно не понимает?».       — Я отдал приказ. Жажду видеть его исполнение. У тебя явные проблемы с дисциплиной, крошка, поэтому я должен убедиться, что ты будешь слушаться своего капитана. — а затем, переходя на командный, но достаточно спокойный тон, проговаривает чётко, — переодевайся. Немедленно.       Еще ни один мужчина не видел её в таком виде. Кому-либо в принципе запрещалось приходить в крыло покоев принцессы, кроме слуг, учителей, Паймон и, разумеется, Магистра. Вспомнив о Джинн, Люмин снова почувствовала все те эмоции, которые захлестнули её в последнюю их встречу. Смущение как-то, само собой, ушло на второй план. Руки немного дрожат, но пальцам поддаются верёвочки у шеи, на которых держался так и не высохший плащ. Он падает в ноги, и девушка легонько отодвигает его ногой в сторону. Дальше она начала безэмоционально распутывать декоративный корсет, снимая его. Пару движений рук у бедра и молния платья расходится. Оно становится менее обтягивающим. Девушка поднимает взгляд на внимательно-следящего за её движениями капитана и спокойно спускает к ногам своё платье, оставаясь в колготках, коротеньких шортах-панталонах, кои надевались как один из атрибутов женского декоративного белья, и в топике, из-под которого просвечивается очертание уже сформировавшейся округлой груди. Её щёки и уши красные, но взгляд спокоен. Его же глаза, казалось бы, не выражали ничего, кроме холодности. Он словно надзиратель, молча следил за действиями девчонки. Она кладёт платье в сторону и тянется за мужской рубашкой, как слышит немного хрипловатый голос мужчины, — шортики тоже, принцесса.       Учитывая, что девушка была готова к дальнему путешествию и надела под колготы трусы, чего обычно не делали в границах замка (под бесконечными подолами и подкладами было невыносимо жарко. А ведь ещё и колготки!), она спокойно восприняла уточнение капитана и сняла панталоны, а затем и белые колготки, которые уж точно не будут «гармонировать» с её новым образом. Оставшись в одних трусиках и маечке, она стояла и смотрела на капитана, ожидая разрешения на то, чтобы, чёрт побери, уже можно было хоть что-то на себя надеть, а не только снимать.       — Спасибо за шоу, куколка, — подмигнул ей Чайлд и, к её облегчению, отвернувшись от более неинтересной ему картины, отошёл к окну, смотря в ночной пейзаж. Такое поведение капитана её раздражало, но она боялась, что скажи она сейчас ему хоть слово, и тот может отправить её в таком виде гулять по палубе. От одной мысли передернуло. Девушка старалась как можно скорее разобраться с новыми предметами гардероба, пока Чайлд стоял у окна и обдумывал увиденное.       «Чёрт… Она ж поди ещё и девственница. Если выдают замуж, значит ей не меньше шестнадцати. Но, судя по комплекции тела, и не больше. Дрянь… Ещё и вся в белом, ты смотри. Невеста, мать её. На судне с кучей животных». Чайлд злился, потому что Люмин во всей этой ситуации была слишком… слишком светлой, что ли. Он ещё тогда был прав, что никакая одежда не скроет в ней юную леди. Особенно с такими длинными волосами.       Оглянувшись на шуршание, он увидел, что с переодеваниями покончено. «Всё хорошее когда-нибудь кончается. Что ж…». — он подошёл к девушке и, оглядев ту с ног до головы, поднял с пола бывшее одеяние блондинки. — Выходи.       Девушка развернулась и вместе с капитаном вышла из каюты, очень настороженно ожидая указаний.       — Следуй за мной.       Он необычайно собран. Не шутит, даже не называет её какими-то прозвищами. Просто поднимается выше своей каюты на верхнюю палубу, с которой открывается вид на бесконечную гладь моря и звёздного ночного неба. Они подходят к краю палубы, и девушка видит движение руля, маневрирующего в воде от работы румпеля — специального рычага направления движения.       — Это твой последний шанс вернуться обратно. — проговорил тихо капитан, смотря в даль. — Или оборвать концы. Что выберешь, принцесса? — сказал он и, гладя ей в глаза, протянул её одежду. Он хотел, чтобы она сама избавилась от атрибутов своего прошлого, если действительно настроена серьёзно. Коли она просто расплачется, то он высадит её в таком виде в Ли Юэ, сказав миллелитам, что выловил настоящую русалочку. «Может даже удастся получить какое-никакое вознаграждение?», — с толикой печали подумал он.       Девушка смотрела в его глаза и, хотелось верить, что видела понимание. Весь этот обряд, без сомнения, капитан мог бы и не проводить, но, видимо, его что-то связывает с ситуацией беглянки. Она, ещё раз вспомнив события последних дней, берёт у капитана одежду и без сомнений бросает в воду, смотря как предметы дорогого гардероба тонут во тьме ночного моря. Люмин оборачивается на капитана, уверенно смотря ему прямо в глаза, а тот одобрительно кивает на её действия.       — Теперь можно и поговорить о совместном будущем. Пойдем обратно, девчуля. — разворачивается, уходя с палубы. Она идёт за ним, понимая, что теперь у неё нет пути назад. По крайней мере пока компас в её руках указывает заветное направление.       И только дозорный, что смотрел за этой сценой с мачты корабля, неодобрительно хмыкнул, продолжая патрулировать окрестности подзорной трубой.