Ты это сделала сама

      Рядом с Генмой на огромном веере приземлилась девушка. В её взгляде явно читался вызов, а поза выражала незыблемую уверенность в себе и своих действиях. Мужчина лениво повернул голову в её сторону.        — А ты кто?        — Сейчас ведь моя очередь? — Вопрос прозвучал утвердительно        — Ты так страстно желаешь драться? — Не дожидаясь её ответа, он продолжил, — Отлично. Начнем следующий поединок! Спускайся сюда, Шикамару Нара.       Парень стоял облокотившись о перила и внимательно наблюдал за происходящим на арене с высоты, а в его голове шло активное обсуждение: что же делать? Предыдущий бой не состоялся: Канкуро отказался сражаться с Шино и победа была автоматически присуждена последнему. Истинной причины добровольного проигрыша прибывший из Суны генин не поведал и потому создалось впечатление, что можно так просто сдаться. И именно это тогда тщательно обдумывал Шикамару, всё более хмурясь и мрачнея.       Ор. Этот громкий задорный ор знает вся Коноха. Неожиданно он раздался сзади и ленивый стратег не успел среагировать, как по спине прилетел смачный хлопок, которого стало достаточно для потери равновесия неторопливого Нары.        — Давай, Шикамару! Ты сможешь! — заведенный после победы над гением из клана Хьюга Наруто решил приободрить друга и зарядил в спину юноши ещё одним ободряющим хлопком, который стал контрольным. Парень полетел вниз, никак не стараясь смягчить приземление. Ни сгруппировавшись, ни своей тенью, ни чакрой. Парень упал на спину и флегматично устремил недовольный взгляд в плывущие облака на голубом небе.        — "Иногда... Так хочется стать облаком и плыть, куда влечёт ветерок — вот это по мне. Не люблю прилагать усилия. Если бы я стал ниндзя, я бы делал всё, что захочу. Но кто же знал, что придётся столько работать…"        — Что это такое? Ты тоже собираешься уйти? — раздавшийся откуда-то сверху голос девушки заставил расслабившегося от созерцания Шикамару вернуться в реальность, отчего он сокрушенно издал недовольное хмыканье. Ну вот опять. Опять его противник девчонка. — Если ты ты сам не собираешься шевелиться, то я тебе помогу! — несмотря на содержание её слов о помощи, ничего хорошего это не предвещало. И когда Темари разогналась в его сторону, не дожидаясь команды "Старт" от Генмы, парень лишний раз в этом убедился, готовя свои кунаи к обороне.        — Я и забыл, что девчонка смелая. Ненавижу смелых. Мне совсем без разницы: стану я чуунином или нет, но уж точно я не допущу, чтобы меня побила какая-то девчонка, — он издевательски улыбнулся, прямо глядя в её глубокие глубокие синие глаза. Как он и ожидал, Темари взбесилась, поведясь на эту легкую провокацию.        — "Знаю, классному парню не пристало избивать девчонку. Но кто сказал, что я классный? Почему же вечно приходится сражаться с девчонками?! Как проблематично."       В течение поединка выяснилось, что они оба — отличные стратеги. Темари стремилась нанести хоть какой-то урон своему оппоненту, но каждый раз парню удавалось избегать её прямых атак. Темпераментная, прямолинейная, проблематичная... Она действовала открыто, стремительно и резко. Шикамару — полная её противоположность. Но всему есть предел и один бой не мог продолжаться вечно, нужно заканчивать — вечерело и тени удлинялись всё сильнее и сильнее. Темари уже была абсолютно уверена в своей безоговорочной победе, просчитывая их сражение на несколько шагов вперед. Лицо её озарила улыбка. Оказалось, что даже такая стальная девушка умеет мило улыбаться.        Но Нара не был бы Нарой, если бы не дал ей почувствовать её мнимое превосходство над ним, а после не пленил знаменитой техникой своего клана. Ошеломлённая невозможностью двигаться, Темари почувствовала, что её тело словно окоченело и вдруг по воле её повелителя она пошла навстречу к Шикамару, повторяя его движения. Он тоже двигался к ней. Они оба подняли правую руку — ещё немного и он заставит её сдаться своей техникой. Для кого кого, а для Темари это было бы особенно унизительно — проиграть не из-за собственной слабости или недостаточной натренированности. А потому что её противником оказался хитрый ленивый клоун! Но спустя мгновение произошло то, чего не ожидал никто:        — К чёрту всё. Я сдаюсь.       В осадок выпали все до единого наблюдатели, а по трибунам в недоумении эхом прокатилось синхронное "Что?!"        — Я израсходовал почти всю свою чакру на это джитсу. Меня ещё хватит только на десять секунд. Облом, я уже спланировал следующие двести шагов, но моя чакра на исходе, — он прикрыл глаза и взмахнул руками, — Если мне суждено было победить, то следовало меньше напрягаться.       Генма огласил уже для всех очевидный исход под взглядом вновь удивлённой девушки:        — Побеждает Темари!

***

      — Мэндокусай...* — произнесли тонкие аккуратные губы, одновременно выпуская клубы серого дыма. Свободной от сигареты рукой мужчина почесал голову и переместил ладонь на шею, разминая её. Задумчивый взгляд провожал облака на горечавково-синем небе. Этот цвет очень давно не выходил у него из головы, явно ассоциируясь с её глазами. Он, конечно, не влюбился на том экзамене, однако впечатление Темари произвела эффектное и по всей видимости длительное.       Война завершилась три года назад. Это чудовищное происшествие в последствии сплотило Пять Великих Стран, а страну Огня и Ветра в особенности. Этого стоило ожидать, ведь Гаара уже делился с Наруто намерениями о содружестве между государствами. Поэтому, став личным помощником Шестого, Шикамару не удивился, напротив — он предполагал грядущие регулярные командировки в Суну. Радоваться или сокрушаться по этому поводу он не понимал, но не заострял на этом моменте внимание — работа есть работа. Такому балбесу, как Наруто, требуется надежный Советник. Но Шикамару отнюдь не альтруист и согласился на поистине сложную и ответственную работу в больших объёмах он не из товарищеской любви к Наруто — Лист на пороге своего прогрессивного развития. Деревню после двух крупных сражений за короткий срок нужно отстраивать едва ли не сначала и продумывать наиболее эффективные решения для новых поставленных задач. Атака Пейнов, а после и четвёртая мировая война здорово опустошили ресурсы деревни. Не говоря уже о последствиях нахождения у власти Легендарной Неудачницы, с которыми пришлось разбираться напрямую Хатаке и Нара.       Периодическим вылазкам в Суну Нара был даже рад — на некоторое время в его жизни появлялся отдых и разнообразие, он отвлекался, получая разрядку вне стен Башни Хокаге. Одновременно острой, желанной, горькой перчинкой в его жизни стали дальние странствия и девушка с её недосягаемостью, живущей в тех краях.       Темари демонстративно фыркала, дерзила, иной раз выражала напускное безразличие. И Шикамару давным давно оставил бы долгие размышления о неприступной песчаной принцессе и переключился бы на более расположенную пассию. Он герой войны, важная политическая фигура, в конце концов он и просто красивый статный мужчина с острым интеллектом и зрелостью, не присущими его возрасту — это идеальный портрет желаемого мужчины в глазах многих девушек. Но если бы только Нара украдкой не ловил на себе её мимолётные взгляды внимательных глаз. Таким взором не одаривают слабаков, коим девушка открыто называла его.        Конечно, Темари была уверена, что Нара неровно к ней дышит и своими провокациями и выходками она пыталась подстегнуть его к активным действиям, хоть как-то расшатать флегматичного ленивца. Но мужчина не предпринимал никаких попыток проявить симпатию. Совсем. И это раздражало и без того вспыльчивую девушку ещё сильнее.       Она сильная, волевая и мужественная девушка. Куноичи, посвятившая свою жизнь боевым искусствам, рационально направив свои качества в нужное русло. Закалённая жизненными трудностями, она мечтала встретить мужчину сильнее себя: гораздо более решительного, властного, которому она сама захотела бы подчиниться. Который покорил бы её, захватил словно крепость. Но здравый смысл, отрезвляя, подсказывал: не в её характере прогибаться и подчиняться даже любимому мужчине. И мучаясь от собственной дилеммы неудавшейся личной жизни в двадцать один год, трагикомедии добавляла влюбленность в человека, который её идеалам не соответствовал от слова совсем.       — Тупоголовый кретин, — она злобно процедила эти слова и вышла из кабинета Казекаге, грубо прерывая собрание по случаю прибытия делегации из Конохи и игнорируя чьи-то возгласы по поводу произошедшего. Гаара и Шикамару молча переглянулись и проводили взглядом шипящую ругательства девушку, синхронно вздрогнув с другими находящимися в помещении людьми от грома захлопнувшейся двери.

***

      Раскрасневшаяся девушка шла вдоль коридора, насупившись и сжимая кулаки. О брошенных словах она уже многократно пожалела, но подавать виду, что она поступила неправильно, а уж тем более раскаивается — не в её правилах. Слепо таращась перед собой, она не особо смотрела на дорогу, машинально передвигаясь вперед, пока её взгляд не зацепился за знакомые сандалии. Сделавшись осмысленным, её взор сфокусировался и поднялся по высокой фигуре выше. Она уже знала, с чьими внимательными глазами ей предстоит встретиться. Её сердце приготовилось пропускать удары и снова наливать щеки румянцем. Мужчина стоял, подпирая стену спиной и одной ногой, согнутой в колене. Руки его были скрещены, а взгляд устремлён на неё. Вся его поза словно говорила, что он ждал именно её. Лениво оттолкнувшись от стены, он устало потёр глаза и переносицу, сделал пару шагов и остановился напротив.       — И что это было?       — Я назвала тебя тупоголовым кретином, — не мигая пояснила девушка, словно действительно разговаривала с умственно неполноценным. Но Шикамару таковым совсем не являлся, поэтому сказанное прозвучало особенно иронично и девушка хмуро сложила руки на груди. Её губы надменно поджались, — Судя по всему не зря, если ты спрашиваешь об очевидном. Отойди с дороги.       Мужчина покачал головой, закрывая глаза. Если она хочет думать, что как-либо задевает его — пусть думает. Хоть он и находит это увлечение своей возлюбленной странным — регулярно оскорблять объект воздыхания. Он позволяет ей эти шалости, сам удивляясь, что её слова вызывают совсем не агрессию или обиду. Он знал, что симпатизирует сестре Казекаге, но предпринимать уйму усилий по завоеванию особо неприступной девушки, которая, скорее всего, будет ещё и брыкаться. Так хлопотно…       Темари запоздало перевела взгляд с его лица и увидела знакомое положение мужских рук, складывающих печать. По полу зазмеилась тень, за считанные секунды добравшись до неё. Его умения значительно продвинулись, ибо не успела она среагировать, как тело сковало то самое ощущение, что и девять лет назад.        — Я убью тебя, — угрожающе прошипела девушка, — как только твоя техника развеется, клянусь богом, я убью тебя!        — Тц-тц-тц, не богохульствуй, Темари, — от возмущения девушка едва не подавилась воздухом, чтобы с новой силой обрушить на наглеца шквал отборных ругательств.        — Я понял, ты собираешься убить меня. Но... Это проблемы будущего Шикамару, — мужчина пожал плечами, как ни в чем не бывало и приблизился к остолбеневшей куноичи вплотную и склонил голову из-за разницы в росте, чтобы заглянуть в глаза. Но остался стоять ровно в полный рост. Он приложил указательный палец к её губам, выбивая из неё всё желание забить его до смерти. Всегда уверенная в себе, под натиском его интенсивного взгляда она терялась. Его указательный палец следом подарил прикосновение пылающей щеке. Мужская широкая ладонь очертила угол её челюсти и следом удобно расположилась на девичьей шее, давая хорошую возможность притянуть девушку к себе. Но он этим не воспользовался. Темари едва разочарованно выдохнула, ожидая этого жеста и Нара это заметил, еле заметно улыбнувшись. Обычный человек бы не заметил, но он ниндзя и потому её реакция не укрылась от него.       Мужчина наклонился ниже и он почувствовал прикосновение девичьих губ на своих. Не способный выразить сладостного чувства, овладевшего им в эту минуту, он углубил поистине долгожданный поцелуй. Мечтая об этом моменте долгое время, сейчас он наслаждался каждой секундой происходящего, с упоением закрывая глаза. Прежде чем мысли Темари успели вернуться из далеких странствий, руки его обвились вокруг нее, уверенно и крепко, как она давно мечтала. По нервам побежал ток, будя в ней ощущения, которых она раньше не знала и не думала, что способна познать. И нахлынула беспомощность, она почувствовала, что сдается, почва уходит из-под ног и что-то теплое обволакивает ее, лишая воли и желания сопротивляться.       Но всякому мгновению приходит конец, оно не может продолжаться вечно, как и их сражение тогда, на экзамене на Чуунина. С большим трудом оторвавшись от желанных губ, Шикамару отстранился. Как он и ожидал: Темари понравилось, но она ни в жизни не признается. Она пыталась справиться с нахлынувшими чувствами и не дышать слишком громко.        — Ты... Ты понимаешь, что сейчас дал повод для войны?! Ты поцеловал Принцессу! Сестру Правителя! Да ещё и силой! — на языке вертелись ругательства, но вслух она не решалась их бросить в лицо этому мужчине...        — Неправда, — он выгнул бровь, улыбаясь и не скрывая своего явного удовольствия, — Техника развеялась до поцелуя. Я сократил девяносто процентов расстояния между нашими лицами. Остальное ты сделала сама.