Контракт на наши жизни

Этажи огромного здания всё еще порядком пусты, ведь город только начинает просыпаться, а лучи утреннего солнышка еще восходят за горизонтом. Для Феликса это прекрасное начало дня, которое в школьные годы он покорно отсыпал, — становится самым противным и ужасным, ведь теперь, как только начинает светать и столица Кореи озаряется небесным светилом — Ли выходит на работу. Сегодня у него состоится подписание контракта на союз между двумя достаточно большими компаниями. Или не состоится. Там смотря уже как пойдет. Но Феликс поставил себе цель — отдаться в рабство, но получить эту чертову подпись на листочке. Он шел к этому черкашу на холсте четыре года и больше идти не хочет. Устал, все: отдых, лавочка и чай с ромашкой, желательно. Собираясь утром, парень выбрал классический стиль, лишь заменив рубашку на черную водолазку. Если вдруг все пойдет по одному месту, то сразу на похороны можно будет, раз уж во всем черном. Все отчеты за последние полгода работы готовы и лежат на столе в кабинете Феликса аккуратной стопкой. Осталось забрать расчёт прибыли из бухгалтерии и взять распечатку главной схемы самой компании, а там уже что попросят, то и сделаем. Возможно, Феликс бы отдался за эту подпись, но честь он тоже имеет. Отказ с их стороны без лишних расспросов и просьб — хорошо, пусть улетают на все четыре стороны. Поклоняться в пол и целовать натертые кедровым маслом пяточки Ли не собирается — не в его стиле. Твердое нет — это нет. А вот над «Ну... Нет» — можно еще подумать и даже побороться. Бухгалтерия встречает распахнутыми дверьми. За компьютером сидит знакомая личность, занимаясь вычислениями. В стороне еще некоторые рабочие, окутанные полудремой. Да действительно. Пять утра, Ли Феликс, что ты от них хочешь? — Здравствуй, Ёджи, — зовет своим низким голосом, привлекая внимание молодой девушки. — Мне нужны отчёты. Сегодня контракт. — Здравствуйте, господин Ли, — поклонилась вежливо девушка, после открывая тумбу и доставая оттуда кучу бумаг, скрепленных между собой. — Здесь все. Ли приподнимает бровь в удивлении и смотрит на неё с явным вопросом в глазах, который, видимо, из-за усталости Ёджи не замечает, продолжая вглядываться в напряженное лицо босса. — Это что, так много за полгода? — переспросил Феликс, подходя ближе и перелистывая несколько страниц, стал вчитываться. — Откуда у нас такие доходы? Девушка пару секунд находилась в прострации над чем-то увлеченно раздумывая, а после очаровательно улыбнувшись, аккуратно забрала документы из рук Феликса, открывая на определенной странице. — Вот, смотрите, господин Ли, — начинает она. — Видите вот это число? Это то, сколько продано за месяц винных изделий. — В одном из квадратов таблицы было написано: 5080 тыс. шт. — А вот здесь, господин Ли, прибыль за этот же месяц. — В другой колонке было число внушающих размеров: 205994470, 09 вон. Ли прозрел. — М-да… Знаешь Джи, — усмехнулся темноволосый, пропуская локоны через пальцы одной руки. — Пришло осознание, да так внезапно. Девушка на это лишь миловидно улыбнулась, отдавая папку, и поднялась со своего места с тяжким вздохом. Засиделась. — Пойду кофе себе возьму, вы не хотите? — Нет, спасибо. — Феликс вышел сразу за ней из кабинета, краем глаза заметив только пришедшего на работу Чана, который явно не выспался. — Ты лучше иди домой, ладно? Я знаю, что ты еще не уходила. Старший напоследок улыбнулся, собираясь преследовать свою новую, сонную цель. Она сейчас пыталась вставить ключ в замок двери, совершенно не справляясь с такой сложной задачей. Поэтому вежливо поклонившись Ёджи, Ли направился в сторону Чана. — Дай угадаю, Бан Кристофер Чан, — начал Феликс, облокачиваясь на стенку рядом с дверью, которую его заместитель все еще пытался отворить. — Вы ушли сегодня в два часа ночи, сходили домой, легли спать на полтора часика и вернулись сюда сейчас, в пять утра? Крис медленно повернул голову на просиявшего отчего-то Феликса и кивнул, все же распахивая перед собой преграды для вхождения в кабинет. — Я к тебе, собственно, по делу, — Ли прошелся по кабинету, оценивающе разглядывая каждую вещь на полочке. Обычно у Чана много разных побрякушек, он любит путешествовать. — Схема готова? Старший сбросил свое пальто на стул, потянул брови вверх, прикрыв при этом глаза, и открыл первый в столе ящик, доставая оттуда лист А2 с напечатанной планировкой. — Вот, — наконец-то первое сказанное слово из уст заспанного Чана. Победа. — Подойдет? Феликс взял в руки огромный чертёж, рассматривая каждую мелочь и легонько, удовлетворительно кивал. Из этих действий Крис вынес то, что младшего всё устраивает и просто пошел за кофе, собираясь проснуться таким всем известным способом.

***

Феликса, в прочем, все устраивало: свое превосходство во многом, состояние компании, рабочая сила, прибыль и рост. Главное, чтобы будущих сотрудников так же все устраивало, а так можно спокойно присесть на свой стул, выпить американо со льдом и наслаждаться жизнью. Или нет. Коротких два стука в дверь. — Господин Ли, — заглянула секретарша. — Они прибыли. И на этом все прекрасное этот день утратил. Слишком быстро, неожиданно и надолго. Остается только смириться со своим положением, задрав подбородок чуть выше обычного, настроиться на максимально неприятную встречу и забыть значение слова «комфорт». А, ну и оторваться от кожаного стула и выйти встречать гостей. Коридоры, как ни странно, совершенно пусты. Все попрятались по своим кабинетам, выполняют работу, которую им поручил Ли. Лишь Чан стоит около лифта, ожидая босса, ведь будет присутствовать на подписании контракта, ну или не подписания. Как получится. Хотя где-то глубоко в душе Крис знает, что эти люди подпишут согласие на сотрудничество. Его донсен, во-первых, отличный руководитель, хорошо справляется со своими задачами и действует всегда правильно, законно и продуктивно; во-вторых, сам по себе интересный, образованный и умный человек, которого приятно слушать, с кем увлекательно разговаривать; ну и в третьих, он невъебически красив, Чан уверен, что если бы не бизнес по производству вина, которое досталось ему от отца, то Феликс был бы моделью. Заместитель удовлетворительно кивает на уверенный, важный вид младшего и нажимает на кнопку вызова лифта. Через несколько секунд железные двери уже распахнулись перед двумя личностями, пропуская их внутрь замкнутого пространства. Молчание такое странное. Впервые напряжение проскакивает искорками между ними, словно Феликс Чана всего день знает, а не около семи лет. — Страшно? — Есть немного. Вот теперь на душе стало легче, ведь даже когда ты пытаешься казаться сильным и независимым, это не значит, что тебе не нужна поддержка или может вопрос, похожий на такой, который сейчас прозвучал от Криса. Старший умеет поддержать, даже особо не напрягаясь. Около ресепшена наблюдалось три фигуры в черном. Издалека можно было разглядеть лишь то, что одна из них женская, а две мужские. Феликса немного потряхивало, но в целом держался на вид он стойко. Если досконально описывать впечатления, то Ли чертовски нравится красный цвет волос мужчины, который повернут спиной ко всем присутствующим, кроме девушки, сидящей за столом ресепшена. Видимо, понравилась. Уже плюсик. — Приветствую вас, меня зовут Ли Феликс. Думаю, что нам стоит пройти в специально отведённый кабинет, чтобы обсудить все прилежащие вопросы. Проговорил раннее заученную речь юноша. Красноволосый наконец-то среагировал, повернувшись в сторону Феликса и поклонившегося Чана рядом. Проходит несколько секунд напряженного молчания. После еще несколько секунд. Минута. Феликс оглядывает Хвана, тот же самого Ли. Каждый делает для себя какие-то выводы, записывай в мысленный блокнотик, но у каждого на листочке имеется такая строка: «А он подрос…». — У нас встреча одноклассников? — Спрашивает неожиданно для всех Хван Хенджин у девушки стоящей рядом и показательно заправляет красный выбившийся локон за ухо. — Мы же вроде контракт подписывать приехали. Сказать, что Феликс в шоке, ничего не сказать. Он в шоке. Перед ним стоит его бывший одноклассник. Хван Хенджин — тот самый популярный мальчик в школе, который был той еще занозой в заднице. Его постоянные шутки над тем, что Феликс жил в Австралии, знает хорошо английский и имеет плохой корейский акцент — никогда не умолкали. Про голос так вообще. Изменился ли Хенджин? Он повзрослел? Феликс сомневается. Такие люди не меняются, в их генах заложено издеваться над другими. Поэтому Ли мысленно уже разрушил все свои планы, которые успел настроить. Также понял, что подписи ему на листочке не видать. Ну и, собственно, всё. Расходимся. — Здравствуй, дорогой Феликс. — вежливо поклонился Хван, натягивая на свое прелестное личико улыбку. — Рад тебя видеть. «А я тебя не рад» — вот это было в мыслях Ли на данный момент. Бан Чан вообще в ступоре. Он последний раз Хенджина в старшей школе наблюдал, когда тот бегал с темными волосами, завязанными в хвостик сзади. Тогда он был знаменитым красавчиком первого класса старшей школы, когда Крис учился уже последний год. А сейчас… Его образ удивил. Ярко-красные волосы, черная рубашка, галстучек, пиджак на плечах, лакированные туфли и высокий рост. Ну… Идеальный. Тут даже поспорить нельзя. — Взаимно, — проговорил Феликс на чистом корейском, приятным голосом и с правильным акцентом. У Хвана все шутки разом угасли. Когда это его «англичанка» уже успела так хорошо выучить местный язык. — Прошу, пройдемте за мной. У Феликса будто и потрясения от увиденного не было. Все так же поднятая голова, уверенность, стабильность, точные действия, четкость в речи и размеренное дыхание. Словно он уже смирился с не подписанием контракта и просто «наслаждается» встречей. Поднимались на девятый этаж в полной тишине. Ни один не проронил ни слова, словно хранили свой лексикон до последнего. Кажется, что всё идёт к противной кульминации, нагнетающая тишина разъедает уши, а мысли о будущем раздирают твой мозг изнутри. Хочется прочистить горло, сплюнуть сладковатый вкус во рту, нервно закурить сигарету и положить просто огромный болт на этот контракт, ну правда… У Феликса, и так, прибыль ничего, фабрики работают, люди тоже. Самое главное. Ну и зачем ему этот контракт? Он словно не союз двух виноделен подписывает, а смерть себе. Причём добровольно. Кабинет большой. Стол посередине продолговатый, стулья по периметру. Мягкие. Ли как для себя выбирал. На стене картина китайского художника висит, купленная самим Феликсом, когда тот в Пекин летал по работе. Статуэтки на полочках всякие, побрякушки. Окно в пол, огромное, столько света пропускает — закачаешься. — Прошу, коллеги, присаживайтесь. Говорит Ли и проходит на свое законное место по середине. Рядом, слева садится Крис, сразу доставая папки с документацией. Распечатанные копии чертежей всех фабрик и сам контракт, естественно. — Итак, повторю, меня зовут Ли Феликс, — дождавшись, когда все займут свои места, начал Ли. — Я глава компании и всего, что ей принадлежит. Это Бан Кристофер Чан, мой заместитель, правая и левая рука, и даже почка, если понадобится. Чан мило улыбнувшись, открыл первую папку с прибылью и расходами, дожидаясь конца пленительной речи Феликса. А тот, собственно, закончил, просто ждёт, чего-то. Представления наверное. Ну а что? Как вариант. — Что ж, рад знакомству, Ли Феликс, — проговаривает Хван, выделяя слово «знакомству». Вот… Как этого человека обозвать? — Я Хван Хенджин, глава производства красного вина в Сеуле. — Не сложно было догадаться какого именно он вина глава, производства глава, винная глава, глава вина. В общем. Неважно. Волосы у него красные, всё. — Это моя помощница, Ким Дацу. — указал он на девушку. — А это мой заместитель, Ян Чонин. Паренек, что сидел рядом, кажется был совсем молоденький. Интересно. Что же такого он умеет, что попал в заместители к такой важной личности? Как, собственно, получилось так, что Ли не был в курсе с кем собирается подписывать контракт? А все очень легко. Вот этот красноволосый вместо себя посылал этого Чонина, который, кстати, был достаточно умным и грамотным в моменты встреч, но все равно не дотягивал. Упустим это. И сколько раз Феликс не спрашивал про человека, который владеет всем этим винным богатством, ответ был один — его зовут Хенджин и он отличный предприниматель. И если Ли до этого не сомневался в том, что его зовут Хенджин и что он хороший предприниматель и вообще человек, то теперь может сказать обратное. Его зовут Хван Хенджин и это пиздец какой плохой человек, и хрен пойми какой руководитель. Нам продолжают ссать в уши и глаза на каждом шагу. Это не шутка. — Отлично, рад встрече, — очаровательно улыбнулся Ли. — Думаю, что начнём мы. Вы не против? Вежливо спросил Ли, а казалось, что он этого Хенджина уже десять раз туда, обратно. Но нет. Как жаль. — Конечно, начинайте, господин Ли. Отозвался Хван и сложил руки в замок на столе, внимательно глядя на темноволосого перед собой. — Первое, что хотелось бы рассказать о нашей компании и всех ее составляющих это… А с этого момента началась очень «увлекательная» история светской жизни. Ли рассказал обо всем, что только мог знать. Его речь лилась с уст, да так красиво и приятно, что каждый слушал. Даже Чан, который знает это все наизусть, подтверждая при этом, что в высказывание в сторону Ли — «невероятный» — совершенно прав. — Это все, что я хотел рассказать. Ли садится обратно на свое место, закрывая маркер и кладет его на стол, с приподнятой бровью оглядывая всех присутствующих. На лице Хенджина читается то ли восхищение, то ли замешательство. Феликс пока не понял. — Великолепно, — а вот теперь понял. — Меня все удовлетворяет в вашем рассказе. Уточню один вопрос, разве что. Сколько вы этим занимаетесь? — Два года производство развивается в моих руках, до этого был мой отец, положивший начало этому бизнесу. Четко, кратко, понятно. Кажется у Хвана больше вопросов не осталось. Значит все прекрасно, потому что Ли только от его голоса трясёт, как не в себя. Впрочем, дальше все прошло, как полагается. Хенджин достаточно интересно и понятливо рассказал о своей компании и производстве, заинтриговал тем, что если подписание контракта состоится, то Хван обязательно поделится своим фирменным рецептом вина, который ему приснился, как Периодическая система Химических элементов Менделееву. — Насколько мне известно, господин Хван, — неожиданно начал свою речь Бан Чан. — Вы развивали свою компанию сами, как вам удалось это? Ох. Крис. За что его любит Феликс? За ум, логику, умение молчать в определенный момент, чтобы выведать всю точную информацию, а после одним вопросом снести на повал. Самодовольная улыбка с лица Хенджина медленно спадает, на смену ей приходит волнение, но такое мимолетное, скрытое под маской безразличия, что обычный бы человек не увидел. Да только Ли знает эту маску, сам использовал. — Хороший вопрос, — кадык Хвана нервно дернулся, а сам он скрепил покрепче руки. — Множество времени я тратил на компанию. Мне было всего восемнадцать, когда я начал реализовывать свои планы. Деньги были накоплены только к девятнадцати, помогло наследство от покойной бабушки. Таким образом, я смог найти тот баланс, на котором и основал фундамент. Потребовалось множество времени, сил, денег. Но, как видите, я справился. Было видно, что в этом рассказе явно были спрятаны детали. Особенно в заработке средств для начала, но если Феликс упустил это из виду, то Чан — нет. — Заработок денег осуществлялся законным путем? Феликс резко повернулся на своего заместителя, смотря на него с огромным вопросом в глазах. Так резко и прямолинейно. Неожиданно, Чанни-хен, неожиданно. — Немного некорректный вопрос с вашей стороны, но я отвечу, так уж и быть. — вновь вернул на свое лицо зловещую улыбочку Хенджин. — Все осуществлялось в рамках закона. Бан Чан напряженно кивнул на слова Хвана, записывая что-то себе в книгу. Поймав взгляд Феликса, он понял, что тот не верит этому попугаю, но контракт ему нужен. Слишком нужен. — Господин Ли, — вдруг привлекает к себе внимание Хенджин. И всё бы ничего, но что-то как-то противно в груди заныло, будто вот сейчас, вот прямо в данный момент произойдет что-то ну… Жестокое. — Можем ли мы поговорить наедине? Нужно уточнить некоторые детали без лишних ушей. Он ну так смазливо, уверенно улыбнулся, что захотелось сбежать, оставляя все это на хрен, и работать где-то в офисе со спокойной душой. А не вот это вот… — Конечно, — тем не менее отвечает Феликс, заправляя выбившийся локон смоляных волос за ухо и кидая умоляющий взгляд на Чана. — Крис, составь мне список расходов и доходов за любой день этой недели. Можешь идти домой после того, как закончишь. — Хорошо, — он поднялся со стула, оглядывая еще раз всех присутствующих и остановился на Чонине. Совсем молодой парень, что же он тут делает, в этой сфере? — Папка будет на столе в вашем кабинете. — Понял. Пока все «лишние» покидали кабинет, Феликс пытался успокоить свои трясущиеся руки. Этот Хван Хенджин не внушает доверия даже когда вырос, похорошел окончательно и стал состоятельным молодым человеком. Наоборот, теперь он еще высокомернее, эгоистичнее и опаснее. И да, возможно, Феликс бы по уши влюбился, если бы ему было 18, локоны были окрашены в белый, а улыбка не сходила с лица. Но сейчас ему 25, его смоляные волосы аккуратно уложены, в ушах серьги и он мало улыбается. Он не ведется на такое. Ему нужен контракт. Ему нужна прибыль. Больше, выше.