Тройное "я". ННС. III

      Дни за бесконечной работой пролетали быстро. Ночи, что оставались свободными, тянулись бесконечно долго. Фудзимото поймала себя на мысли, что не может уснуть. А это ой как не радовало. Девушке и так не хватало сна, а тут в добавок ещё и… «это». Пришлось ехать к отцу. Оказалось, что у неё бессонница. Да, Касуми догадывалась, но надеялась, что это не она. И это было крайне неудивительно: с таким режимом и с таким мешком и телегой сзади переживанием, беспокойством и ответственностью, вперемешку с нервами, попробуй не заработать бессонницу.       Миядзаки выписал успокоительные и одно снотворное, которое порекомендовал принимать тогда, когда девушке действительно нужно было лечь спать.       «Ещё одни таблетки? Ну что ж… — со вздохом подумала она, принимая очередную кучку лекарств из рук отца. — Ничего нового…»       В ту ночь Фудзимото осталась в больнице, приняв снотворного. И в ту же ночь ей приснился кошмар, связанный со смертью всех дорогих ей людей, включая тех, кто на данный момент был в «Свастонах-Канто». И все полегли от рук Сано Мандзиро.       После такого Касуми боялась спать, но, понимая, что без сна она долго не продержится, из раза в раз принимала снотворное, иногда в двойной дозе, и ложилась спать, моля Морфея принести ей хотя бы кромешную тьму, если хороших снов она не заслужила.       И так изо дня в день, каждым поздним вечером, перед сном, одно и то же, одно и то же. Пока после посещения бывшей базы «Брахман» не прошла неделя, второе поколение «Токийской свастики» собралось в полном составе из командиров и их заместителей тридцать первого августа у святилища «Мусаши».       Все бывшие командиры и их замы были довольны не только старым названием и униформой, но и тем, что им, спустя два года, выпала возможность снова собраться в этом значимом для всех месте. Вместе. И также вместе идти в бой.        — Начинается собрание второго поколения «Токийской свастики»! — подал голос Мацуно, что теперь являлся заместителем главы.        — Ты посмотри как громко и гордо говорит, — прошептал на ухо подруге Бадзи, вновь став заместителем командира нулевого отряда, в который, к слову говоря, входили все члены «Истребителей» и двое немцев.        — Тш-ш, — шикнула девушка. — Не отвлекай его, а то смутишь ещё, запнётся — не дай бог.       Они тихо посмеялись.        — Кто бы говорил, — весело усмехнулся Хакер.        — Какое-то будоражащее чувство, — заметил Аямэ. — На собраниях «Истребителей» совсем не так…        — Ну, тут у нас нет задачи кого-то убивать, — пожал плечами Акио.        — Тихо вы! — шикнула вновь Фудзимото, подмигнув им.       Парни тихо усмехнулись, переглянувшись.       Вперёд вышел Ханагаки Такемити — нынешний глава второго поколения «Токийской свастики». В золотых глазах Касуми тут же воспылал огонь гордости и уважения к этому человеку. Она была рада, что именно он занимал этот пост — и никто другой.        — Для начала я хочу перед всеми вами извиниться, — парень заложил руки за спину и сделал поклон. — Простите, что втянул вас в это, — он выпрямился и продолжил уже чуть громче: — Я проиграл Майки в битве «Трёх Небожителей». Впал в отчаяние, но вот я стою перед вами. Я прекрасно понимаю, что не обладаю качествами главы… Всё-таки глава «Токийской свастики» — это Майки. Но в той битве я понял, что Майки уже другой человек. Мы уже не сможем вернуть его прежнего, — Ханагаки сделал глубокий вдох и крикнул так, как умел только он: — Но я хочу его победить! Я пойду свергать «Свастонов-Канто»! Я обязательно одержу победу! Я не остановлюсь, пока не выиграю! Поэтому, ребята, давайте вернём то, от чего отказались! — парень перевёл дыхание и продолжил: — И это не моя, это «наша» месть!       И тут, на удивление абсолютно всех, Фудзимото, набрав как можно больше кислорода в свои лёгкие и заложив указательные пальцы в рот, свистнула так, что все разом замолчали. Правда, не такого эффекта она добивалась.        — Чё вы на меня уставились, как на пришедшую по ваши души смерть? — она довольно усмехнулась, переведя взгляд на Ханагаки. — Это было потрясно, Такемити!        — Достойная речь, mein Freund (мой друг), для того, кто главой стал в первый раз! — с широкой улыбкой произнёс Хартманн.       Фудзимото, закатив глаза, дала ему хорошенький пинок под зад.        — Ауч! Принцесса?!        — Хватит. Говорить. На. Немецком. Среди. Моих. Друзей! — прорычала та.        — Это привычка…        — Дурная привычка! — влез Бадзи.        — Mais très doux et romantique (Но очень милая и романтичная), — вставил свои пять копеек Хакер, но уже на французском, за что получил недовольный, наполненный яростью взгляд золотых глаз.        — А его ты не ударила?! — негодовал главный немец.        — Она слишком любит меня, чтобы бить, — пропел Хакер.        — И у вас всегда так весело и шумно? — усмехнулся Шиба-младший, глядя на всю эту катавасию.        — Сами «Истребители»… — а вот в глазах Кавараги читались восхищение и уважение этими людьми. — И ещё… эм?        — Эти двое — наши немецкие друзья, — объяснила Фудзимото. — Тоже из тёмной организации. Но это так, сказала вам по секрету, — она всем подмигнула. — Прошу об этом не распространяться.        — Мне ты… тоже это доверила?.. — удивилась девушка.        — Тебе доверяет Такемити, — она поставила руки на бока. — Да и я уверена, что ты ничего такого не сделаешь и не расскажешь, что не требуется.        — Откуда такая уверенность? — поинтересовался Па-чин.        — Она просто похожа на милого щеночка, который вечно будет верен своему хозяину. Ну, или Королеве, — усмехнулся Хартманн, обняв Фудзимото за плечи.       И парень совершил тем самым ошибку. Девушка, воспользовавшись его позой, перекинула немца через себя, ещё и так, чтобы тот приземлился на живот, завернула ему руку, вывернув её слегка, тем самым причиняя боль.        — Ай-ай-ай… — пропищал парень, стараясь не шевелиться, чтобы не причинить себе ещё большую боль.        — Щеночками будешь называть своих сук в Германии, а тут прошу проявлять уважение к моим друзьям и товарищам, mein süßes (мой сладкий), — она усмехнулась.       Бадзи и Хакер присвистнули, зная перевод, а вот Вагнер вздохнул, понимая, что их отряд — самый безбашенный и не боящийся смерти. Оттого самый весёлый и энергичный.       Рюгудзи и Мицуя засмеялись во всё горло: давно они не видели свою подругу в таком хорошем настроении, так ещё и с такой сладкой усмешкой на устах. Сегодняшний день стоил того, чтобы это лицезреть.        — Вроде говорили, что другие языки не используем? — напомнил Акио.        — Вырвалось, — девушка пожала плечами и, отпустив друга, посмотрела на Ханагаки. — Вы меня, черти, отвлекли от самого важного! Такемити. Кто бы что ни говорил и какие препятствия ни стояли у нас на пути, все здесь, кто сегодня собрался, пойдут с тобой до конца. Даже эти обалдуи из моего отряда, — она подмигнула ему, чем вызвала смех у главы и негодование со стороны членов своего отряда. Кроме Бадзи, конечно же. Тот лишь поржал. — Поэтому иди вперёд, ничего не боясь. Одна мысль о том, что за твоей спиной идёт целый отряд убийц, которые, прошу заметить, сражаются на твоей стороне, должна тебя успокаивать и наполнять силами двигаться дальше. Согласись?        — Да даже если бы вы с Бадзи были одни из этого отряда, я бы всё равно шёл вперёд, не боясь, — Ханагаки тепло улыбнулся. — Спасибо всем вам и…        — Если я услышу хотя бы ещё одно «прости», я тебе втащу, — Фудзимото мило улыбнулась.        — Молчу! — парень поднял руки в знак проигрыша, и все засмеялись. Посмотрев на нулевой отряд, он продолжил: — Вам отдельное «спасибо» за то, что согласились помочь нам…        — С вами мы уж точно победим! — весело произнёс Пе-ян.        — С таким-то оружием, — усмехнулся Улыбашка.        — Мы не могли отказать, когда наша глава попросила о таком, — сказал за всех Хакер, обняв подругу за плечи и чуть на ней повиснув. — Куда она без нас? Вы только гляньте на неё! — он начал тыкать её в скулу. — Одни кожа да кости! Ужас!       Прежде чем смех разнёсся по территории святилища, ещё одно тело коснулось земли, и ещё одно тихое «кха» коснулось ушей каждого из присутствующих.        — Я тоже всех вас безмерно люблю, лапы мои, — она мило улыбнулась под смех друзей. — Думаю, вы вольётесь во весь этот коллектив.        — Да они уже влились, — усмехнулся Рюгудзи. — Ты только посмотри на этих двоих.        — Как минимум, — добавил Мицуя.        — Они вечно такие — придурки.        — Зато твои! — заметил Бадзи.        — А этот — их главный, — девушка кивнула на лучшего друга.       Даже если Касуми и называла их придурками, каждого из них она безмерно любила. И остальные — не исключение. Даже Кавараги Сенджу, к её же удивлению, была достойна любви Фудзимото Касуми. Что с неё взять? Эта златоглазка обладала невероятно большим, наполненным до краёв любовью сердцем. И что же за ирония: её главной работой являлись убийства. Она являлась во многие жизни в облике смерти, при этом безгранично любя многих, кто окружал её в её же жизни.        — Знаете, до меня тут кое-что дошло, — подал голос Инуи, всё это время просто стоя и наслаждаясь атмосферой. — Созвать всех бывших членов «Токийской свастики» первого поколения не составит труда. Думаю, может быть, у нас даже будут ещё новички.       В этот момент парень посмотрел на Фудзимото. Уловив его взгляд, девушка взглянула на Шибу-младшего, и тот — без слов — всё понял.        — Твоя мысль ведёт к однозначному «но», — заметил Рюгудзи. — Выкладывай.        — Кто сообщит «Свастонам-Канто» о том, что мы объявляем им войну?        — Ну что, ворвёмся к ним и объявим о войне? — усмехнулся Хартманн. — Ошарашим всех?        — Лучше держать в тайне то, что вы с Анхелем и весь состав «Истребителей» состоят во втором поколении «Токийской свастики», — заметил Бадзи. — Принцесса?        — Это-то верно, — она кивнула. — Но идти кому-то туда слишком опасно.        — Почему? — поинтересовался Кавараги.        — Потому что там куча ненормальных подростков с невероятными физическими силами, и у многих проблемы с психикой, — спокойно ответил Акио. — Ну, не все, конечно, там такие, но всё же.        — В точку! — кивнула Фудзимото. — Именно так. Никогда не знаешь, что они могут с вами с делать.        — С нами? — Мицуя явно уловил правильную нить, которую протягивала девушка.        — Да-а… — она достала телефон. — С вами. Меня никто там не тронет.        — Из уважения и страха? — усмехнулся Кохэку.        — Да-а, — девушка тяжело вздохнула. — Всё так…       Она набрала нужный ей номер и приложила телефон к уху. Все тут же замолчали, погрузив место в мёртвую тишину. Конечно, выключить звуки природы им не удалось, но и отсутствие человеческих голосов тут же камнем навалилось на уши Фудзимото.        — Я удивлён, что ты мне позвонила.        — По-твоему, было бы лучше, позвони я ему? — девушка грустно усмехнулась.        — Нет, я так не думаю.        — И правильно думаешь, — она тут же стала серьёзной. — Коко, есть дело.        — И тебе понадобился именно я?.. — парень недовольно хмыкнул.        — Ну ведь это ты же советник Непобедимого Майки, а не я.        — Что случилось? — его голос тут же приобрёл нотки стали.        — Второе поколение «Токийской свастики» объявляет война «Свастонам-Канто». О, и ещё кое-что… это обязательно передай Майки, окей? — она грустно усмехнулась. — Глава второго поколения — Ханагаки Такемити. Он всё поймёт.        — Хорошо… я всё ему передам.        — Отлично! Огромное спасибо. До встречи, Ко-ко! — девушка протянула его прозвище и закончилась разговор. — Вот и всё. Осталось только дождаться, когда Коко пришлёт… — тут её телефон звякнул. — О, сообщение… — она тут же его быстро прочла. — Девятое сентября. Что ж…        — Скоро битва? — спросил Бадзи.        — Совсем скоро, — кивнул Рюгудзи.        — Да начнётся же война за победу и за отличные совместные воспоминания! — решил подбодрить всех Хартманн, и у него это очень даже получилось.        — Мы идём до конца, — улыбнулась довольно Фудзимото.        — До самого конца, — кивнул Ханагаки, глядя прямо в её золотые глаза.       «Да, — согласилась она мысленно. — Все вместе. До самого конца…»