В двух шагах от постели

* * * Не знаю почему, не могу. Бросить тебя не могу, Жить без тебя и с тобой не могу. Не знаю почему, уже на полпути, твои глаза не дают мне уйти. Почему? * * * Чичерина. "Почему" В дверь номера постучали. Я не сразу поняла что происходит, но почувствовала как Сейя приподнялся. Попытавшись найти его взглядом, я не увидела ничего кроме молочного лунного света, струящегося из огромного окна и своих волос. Взмокших, слипшихся волос, опутавших меня словно паутина. Бледные, тонкие, сияющие нити паутины сплетенной каким-то экзотическим видом паука. Да. Паук. Коварный, ядовитый и конечно же смертельно-опасный. Паутина, в которую я добровольно вляпалась. Накинув халат Сейя поймал мой взгляд. Встревоженный и растерянный. - Что случилось девочка? Это кто-то из обслуги. Неужели не проголодалась? Теплая ладонь скользнула между ног, я прикрыла глаза от удовольствия и может быть даже замурлыкала если бы он...но ничего не произошло. Сейи в комнате уже не было. Похоже Минако не так уж и не права насчет моей замедленной реакции. Ах, ну и ладно. Сейчас бы чего-нибудь вкусненького... Из животика донеслось знакомое бурчание. Вот кто всегда и во всём со мной согласен! Взяв сумочку с журнального столика и достав мобильный, я блаженно растянулась на полу. Трудно сказать почему, но мне захотелось знать: звонил ли Мамору. Телефон включился. Разумеется из-за огромной трещины я ничего не разобрала. Мамору...я не могла не вспомнить о нём, слишком многое нас связывает вот уже несколько лет. Он любит меня. И в тех редких эпизодах дозволенных нам судьбой, мне было хорошо с ним. Мы могли бы жить вместе, могли бы пожениться, если бы наши отношения не остановились на розовой, школьной идиллии. Где мы были не правы? В чём моя вина? И есть ли она вообще? Усаги Цукино выросла, сердце устало биться в ожидании далекого человека и обещанного им "безоблачного" будущего, а юное, горячее тело требовало любви и ласки не взирая на доводы разума. Мамору любил меня, но никогда не обжигал так сильно, как этот чокнутый музыкант. И любовь его похожа на сорвавшуюся гитарную струну. Никогда не знаешь в какую сторону она полетит. До сих пор я чувствую теплые пальцы сжимающие мои бедра, терпкий запах его кожи и аромат Kenzo. Холеное лицо, разворот ключиц, грудная клетка, аккуратные ягодицы — все это выше всяких похвал. Единственное, что раздражает меня - это я сама. Лошадка. Послушная, доверчивая пони! Я могла бы уйти, сказать ему: я никуда не поеду, меня ждет любимый человек. И уйти. Не поволок бы он меня силой, в самом деле! Потом вспомнила его взгляд, упрямо сдвинутые брови, решительную складку у губ: нет, такой бы пожалуй поволок... До сих пор мне кажется, что он внутри меня. Тишину разорвал звонок. Догадываясь кто это может быть, я нажала на кнопку вызова. - Усако! Усако, где ты? С тобой всё в порядке? Что случилось? Я места себе не находил! - взволнованный мужской голос срывался на крик. - Всё в порядке Ма...Я столкнулась с прохожим, впрочем как всегда...и выронила телефон. Он разбился. - Я второй час звоню тебе на домашний, почему ты не берешь трубку? Минако сказала что вы были вместе. Умничка моя.... Всё поняла и не выдала. Ну что же ему ответить? - Мамору, не кричи пожалуйста, со мной и правда всё в порядке. Я уснула в гостинной и не слышала твоего звонка. У меня ужасно болит голова, я проснулась лишь оттого, что мне захотелось пить. Прости, что заставила тебя волноваться. - Усако, милая, прими успокоительное, выпей чаю и ложись спать. Я приеду на следующей неделе. Мне очень тебя не хватает. Я люблю тебя. - Пока Мамору. И я...люблю. Ну вот и всё на сегодня. Мамору...какой же ты дурак! Обхватив голову руками я в отчаянии шептала одну и ту же фразу, пока ход моих невеселых мыслей не прервал дрожащий от злости голос... - Как мне помнится, пару лет назад твоя подруга Минако проходила кастинг на роль одной смазливой, сентиментальной героини...извини не помню названия сериала. По странному стечению обстоятельств я был членом жюри. В итоге она получила эту роль. Сейчас я думаю о том, что она позавидовала бы тебе. По-дружески. Шоу-бизнес многое потерял. В тебе явно пропадает "великая" актриса! Аплодисменты, моя красавица. - в каждом его слове сквозил сарказм и уничижительные нотки. В завершении Сейя издевательски захлопал в ладоши. Его лицо изменилось до неузнаваемости. Мне стало страшно. - Что ты хочешь этим сказать? Не все ли равно тебе, свободную или чужую девушку ты затащил к себе в постель? Ведь ты же спишь с кем попало! Разве не так? Сейя подбежал ко мне. Длинные пальцы больно впились мне в плечи. Мне показалось, что он хочет меня ударить. - Думай что и кому ты это говоришь! - Тогда ответь мне: какие качества ты пытаешься собрать во всех этих девушках? - Те же самые, что и ты! Раз твой дружок так тебя не устраивает, что же ты его не бросишь? Лжешь ему, выдумываешь оправдания...Ты вовсе не ангел, каким мне показалась. Ты обычная девка, которая не знает чего хочет. - Я знаю чего хочу, но обстоятельства иногда складываются иначе. Меня учит жизни особь мужского пола страдающая приступами "мартовского кота" и желанием повыпендриваться любыми способами! - Так значит "обстоятельства" виноваты? - Он ощупал взглядом моё лицо и засмеялся. Он смеялся так долго, что я устала ждать финального аккорда этого хохота. - Думай как хочешь. Я ухожу. И убери руки наконец, мне больно. Оттолкнув его я бросилась искать свои вещи. В голове билась только одна мысль "Задержи меня, не дай мне уйти...". На глаза предательски наворачивались слёзы. Может он и скотина, но он особенный. Никто так не умеет. Только он. Разрезав мою жизнь Сейя разделил её на "до" и "после", прожигая раскаленным прутом вошел в мое тело и мозги. Как стать непохожей на тех девушек сменяющих друг друга, не вызывающих сожалений, не оставляющих воспоминаний? Устроить ему вечер, праздник с большой буквы. Пусть запомнит. Обидные слова бьют не по лицу, не причиняют физическую боль, они ранят душу, бесят и выводят из себя. Он настиг меня у самой двери, я чуть не завизжала от восторга. Взбешенный взгляд говорил о том, что мои стрелы достигли цели. - Боишься, что он увидит синяки на твоем красивом теле? Сейя решительно избегал имени "Мамору", решительно и осторожно - так обычно избегают встречи с гюрзой в пустыне. - Так ты и это слышал? - Его вопли не услышал бы только глухой. - Отпусти. - Никуда ты не уйдешь. Не пойдешь же ты голая по улицам! Схватившись за вырез платья, он с силой потянул за края. Разорванная с треском белая тафта полетела на пол. Моя истеричная веселость сменилась паникой. Сейя ненавидит быть неправым и сбесило его даже не то, что я упрекнула его вопросах нравственности и осудила за определенный образ жизни, а выставила своё глупое поведение так, что он в итоге ещё и виноват остался. А за то, что я предпочла ему другого мужчину, он был готов меня удавить на месте: что Сейя и сделал сжав меня в объятьях с такой силой, что я изогнулась от боли. Вырываясь, я забилась в его руках. Недовольный сопротивлением, заламывая руки мне за спину, он наслаждался моим бессилием. Запястья горели, каждый глоток воздуха давался с трудом. Собрав последние силы, я попыталась ударить его коленом между ног. Наивная! Конечно же он не позволил мне этого сделать, толкнув меня к двери. Удар. Мне не было больно, но со дна души поднималась ярость. Так происходят подводные землетрясения порождающие цунами. Именно этого он добивался. Пусть получит то, что хочет. Оттолкнувшись от двери я бросилась на него как злобная фурия, укусив в плечо. Сейя взвыл от боли. Во рту чувствовался солоновато-металлический вкус крови. Его крови. - Ах ты сука! Щеку обожгла пощечина. В глазах потемнело, из груди вырвался сдавленный всхлип...я упала на пол, прикрывая лицо руками. Запах сигарет подействовал на меня отрезвляюще. Сейя уселся рядом и закурил. Я уверена он смотрит на меня и ждет когда я сделаю тоже самое. Обнаженный, он сидел по-турецки, выдыхая дым казавшийся голубым в предрассветные часы. Лента слетела с волос. Роскошная грива черных, сияющих волос рассыпалась по плечам и спине. Из свежей раны по груди и животу стекала кровь, в темноте казавшаяся такой же черной. Последняя затяжка. Поднявшись, он подхватил меня на руки, а я обняла его ногами. - Ненавижу тебя. Быть с тобой - все равно что сидеть голой попой на вершине проснувшегося вулкана - тепло, но страшно. - на что Сейя не задумываясь ответил: - Неправда. Тебе это под силу, если ты такая же как и я. Долгий и нежный поцелуй отозвался слабостью во всем теле, внизу живота стало горячо и сладко, а в голове - приятно пусто. - А если не такая? - Тогда я разобью твоё сердце. Сначала я просто обалдела от этих слов. Он шутит или как? Сижу в его руках, вся лохматая, рядом валяется несчастное, порванное платье...Я представила как сейчас глупо выгляжу, мне стало так смешно, что я начала хохотать. Хохотать с покатыванием до боли в животе, до икоты и судорог в щеках.