Грешный ангел

flashback 5 лет назад

      Молодой, глупый, и постоянно возбужденный Джин запрыгнул на пассажирское сидение желтого Форда Мустанг, ждущего его на парковке. — Получилось? — спросила Ханна, ее огромные карие глаза светились от восторга.       Хёнджин расстегнул кожаную куртку, показал ей спрятанную бутылку виски. — Поехали отсюда. Продавец как-то подозрительно на меня смотрел.       Ханна включила заднюю передачу, развернулась, и, включив первую скорость, с визгом шин рванула с места. Их отъезд сложно было назвать тихим и незаметным. — Хённи, открой ее. Мне нужно выпить.       Он вытащил бутылку и открутил крышку. Протянув бутылку, она сделала жадный глоток, проезжая на красный сигнал светофора. Ханна Бан без сомнения была самой красивой девушкой, которую Джин, когда-либо встречал. Она уже успела сделать себе имя в модельном бизнесе, но она привлекала его не этим. Она была дикой. Безбашенной. Альфа был в нее влюблен. Девушка передала ему бутылку виски, и Джин сделал глоток. Алкоголь обжигал его горло, заставляя глаза слезиться. Хван моргнул, и пожалел, что не украл в магазине виски лучшего качества. Она заслуживала самого лучшего, а ему совершенно нечего было ей предложить. — Мне нравится, — сказала она. — Спасибо, что добыл его. — Это было легко. — Ты, правда, просто зашел и украл ее на глазах у продавца? — Получается так. — Ты такой плохой. — она наклонилась ближе, и он уловил сладкий цветочный аромат ее духов, смешанный с алкоголем. Он может быть плохим. — Ты хочешь меня поцеловать?       Его сердце замерло, а после ускорило бег. Она отодвинулась, глядя ему в глаза, и следующее, что он помнил, они уже целовались. На ее мягких губах был вкус алкоголя. Его член уже стоял, и упирался в ширинку его джинсов. Он не мог думать ни о чем, кроме нее. Он хотел обладать ею. Трясущейся рукой он дотронулся к ее груди. Он не знал чего ожидать от прикосновения к груди. Сильная пощечина вернула его из забвения, и он убрал руку. — Я не разрешала тебе ко мне прикасаться.       Джин не знал, что ответить. Эта пощечина лишь усилила его возбуждение, он не знал, как с этим справиться, поэтому еще раз ее поцеловал. Он старался держать свои руки подальше. — Хённи — выдохнула она.       Ханна перелезла со своего сидения, и села на него сверху. Членом он ощущал жар у нее между ног. Всего два предмета одежды отделяло его от проникновения в ее тело. Что он почувствует, когда погрузиться в жар ее тела? О боже, он сейчас взорвется. Именно это ему и было нужно — ее пальцы на его теле. Он без проблем кончит от этого. — Завтра. Мне кажется, я хочу, чтобы ты был моим первым.       Ханна Бан была девственницей? Он не понимал, почему это его так удивило. Может, потому, что она казалась такой искушенной. Он думал, она будет опытнее его. Внезапно она пересела на свое место, закрывая лицо руками. — Убирайся. — Ханна? — Мне нужно обо всем подумать. И тебе лучше уйти. И может быть завтра мы увидимся. Или нет.       Он прошел более десяти километров до дома. У него болели яйца, и эта мучительная боль была приятной. Приедет ли Ханна завтра?       Его отец набросился на него, стоило ему войти в дом. — И где ты, мать твою, шлялся? — Не твоего ума дело.       Отец схватил его за куртку. — От тебя несет виски. Ты что, пил? — Может быть.       Отец ударил его в ухо, и Джин взвыл от боли. Он еще несколько лет назад перестал бить его ремнем, поэтому сейчас чаще пускал в ход кулаки, но когда и это не заставляло альфу молить о пощаде, то стал бить его по ушам. — Ты закончил?       Отец ударил его в другое ухо. — Убирайся в свою комнату. Ты наказан. — За что? — За выпивку. Или чем ты там еще сегодня занимался. — Убери свои руки, — Джин толкнул отца и тот ударился спиной о стену. — Я ухожу и никогда больше не вернусь.       Он развернулся, думая, где бы он смог переночевать, но упал от жесткого удара отца. Когда молодой альфа очнулся на полу своей спальни, была середина следующего дня. Его дверь была заперта снаружи на амбарный замок, и окна намеренно закрашены. Он не мог сбежать из своей комнаты. На щеке появился темный синяк, но это было единственным видимым повреждением. Все остальные травмы были под одеждой. Ему было тяжело сделать глубокий вдох, и это объяснялось очередным треснутым ребром. Хёнджин достал свечу, зажег ее и начал капать раскаленный воск на запястье, обжигая плоть, пока она не покрылась волдырями. Когда боль становилась невыносимой, он прекращал свое наказание. Тяжело дыша, он туго затянул кожаный браслет поверх обожженной плоти, тем самым продлевая боль. Джин услышал громкий рев двигателя машины, остановившейся возле его дома. Ханна припарковалась через дорогу от его дома. Она посигналила, и стала его ждать, не заглушая двигатель. Он вылез в окно, прыгнув на крышу, после чего спрыгнул на крыльцо, а оттуда в кусты, перелез через забор и помчался к машине, нырнув в салон. — Я думала ты не выйдешь, — взволнованно сказала она. — Сначала я разозлилась, но потом немного успокоилась. Я увидела тебя, спускающегося по крыше, и мне стало страшно. — Все нормально. Если ты не готова... — Я готова. Соседка сегодня где-то на вечеринке, и я подумала, что мы могли бы... — Как тебе будет удобно.       Ханна улыбнулась и выглядела сейчас скромной и смущенной. Он еще никогда ее такой не видел. Но она и такой ему нравилась. Даже больше, чем дикой и безрассудной. Девушка завела двигатель и рванула вперед. Доехав до общежития, она за руку повела его наверх. Когда они зашли в ее комнату, Ханна посмотрела на него и ее глаза расширились от удивления. — Что случилось с твоим лицом? — она провела пальцем по синяку на его скуле. — Ты подрался? — Что-то вроде того. — О, Хённи, ты такой плохой. Поцелуй меня.       Альфа впился в ее губы, и девушка обняла его. Боль пронеслась по всему его телу, он слегка всхлипнул. — Я могу тебя потрогать? — спросил он. — Можешь трогать везде, где хочешь. — И я могу везде тебя целовать? — Да.       Положив руку ей на щеку, Джин переместил поцелуи на ее шею, горло, уши. Ханна выдыхала, подчиняясь его любознательным губам. Она впилась ногтями в его грудь, попадая точно в синяк, о существовании которого он не знал, доставляя ему смешанные ощущения среднее между наслаждением и болью. Она опять непреднамеренно коснулась его ушиба, но эта боль лишь разжигала в нем огонь. Ханна попыталась снять с него футболку, но он остановил ее. — Сейчас все будет для тебя. — Хённи? — Я хочу сделать тебе приятно.       Джин продолжил целовать тело девушки, раздевать ее, повалив на постель. — О господи! — вскрикнула она, мертвой хваткой сжимая его правое запястье.       Он едва не потерял контроль, когда боль от недавнего ожога пронеслась по всему телу. Он поспешил высвободить свою руку, прежде чем кончит в штаны. — Ты готова? — Да, да я готова. Я вся горю и не могу больше ждать. Пожалуйста, хватит меня дразнить.       Расстегнув молнию, он высвободил член. Он перевозбудился, и знал об этом. Она пошарила рукой под диванной подушкой и достала презерватив, которым альфа тут же воспользовался. Он неуклюже залез на нее, и расположился у нее между ног. Рукой направил головку члена в ее тело. О боже, как же хорошо. Он вошел глубже. Ее тело с трудом принимало его. Джин подтолкнул вперед, от чего Ханна с болью втянула сквозь зубы воздух. — Подожди, — вскрикнула она. — Это больно.       Как это может быть больно? Еще никогда в жизни не испытывал ничего приятнее. Он вошел еще глубже. Ее плоть сопротивлялась его проникновениям. Он старался двигаться как можно медленнее. — Не так сильно, — пожаловалась она.       Но Джин ничего не соображал, мог только ощущать. Его желание возрастало, и он трахал ее сильнее. Еще сильнее. Быстрее. О господи, еще быстрее. Он едва замечал, что она плакала. Он должен был обладать ею, вот и все. Он не хотел причинять ей боль. Она ударила его рукой по плечу. — Хенни, ты делаешь мне больно. Хватит делать это так сильно.       Но ее второй удар, лишь распалил его. — Ударь меня, Ханна. Сделай мне больно. — Что? — Ударь меня. Пожалуйста, Ханна. Ударь меня. Мне нужна... боль. — Ты больной ублюдок, слезь с меня.       Ее удар локтем пришелся прямо по его ребрам, и его тело задрожало от неожиданного оргазма. Он упивался испытываемой болью также сильно, как и удовольствием, пульсирующем в основании члена. — Да что с тобой? — Я не знаю. Прости меня. Я не хотел сделать тебе больно. С тобой все хорошо? — Нет, не хорошо. Слезь с меня! Он вышел из нее, и девушка перекатилась в сторону, упав на пол. — Ханна... — Не подходи ко мне. Убирайся отсюда.       Прямо в расстегнутых джинсах она выставила его из комнаты. Альфа привел себя в порядок и прислонился лбом к двери. — Но я люблю тебя.       Боль, полученная от побоев отца, даже близко не стояла с агонией, разрывающей его сердце. Он сжал браслет на правом запястье, нуждаясь в боли, чтобы вернуться домой. Когда он подходил к дому, где его несомненно уже ждал отец, он увидел непонятный яркий свет вдали. В ночное небо поднимались столбы дыма. Пожар. Вниз по улице пронеслась пожарная машина, а следом за ней скорая. Похоже, по соседству с его домом был пожар. Чем ближе он подходил, тем быстрее билось его сердце, пока до него не дошла вся суть происходящего. Пожар был в его доме. Он пробежал последние два квартала. Не веря своим глазам, Джин смотрел на горящий дом, в трансе подходя к ограде. Из открытого окна его комнаты вырывались огромные языки пламени. Он слышал своего отца,он все еще был в доме и звал его. — Джини! Сынок, где ты? — Папа, я здесь!       Ночную тишину нарушил громкий скрежет и в этот момент крыша дома обрушивается, комнату полностью охватывает пламя. В этот же момент пожарные направили первые потоки воды, смешанные с пеной, в надежде потушить пожар. — Папа!       Молодой альфа рванул в сторону дома, и добрался до крыльца, когда кто-то схватил его за пояс. — Пустите меня! — приказал он, вырываясь со всей силой. — Он все еще в доме. Мой папа. Он думает, я наверху в своей комнате. Я слышал, как он звал меня. Но...

flashback end