Как Коты Воители профессии выбирали

— Баю-баюшки-баю, не ложися на краю. Придет дедушка Бабай и отключит вам вайфай! — пела Листвичка котятам. — Привет, ты чего тут булки отсиживаешь? — заглянула в пещеру Остролистая. — Ой, мам, привет. Я думала, тут Львиносвет. — Львиносвет ушел на охоту, а я детей спать укладываю. Что-то нужно? — нахмурилась кошка. —Да Горелый в город вот ходил, а потом рассказывал, что там все коты больные. — А причем тут мы? Остролистая посмотрела на маму, словно та решила поймать рыбу на дереве. — У. Б. Д. И. Р. — тихо шепнула она, оглядываясь, чтобы убедиться, что Воробья рядом нет. — Так мы работаем на Двуногих, — прищурилась Листвичка. Остри вздохнула: — Эти коты часто воруют деньги. Горелый сообразил и сказал, что пошлет им целителя, а они нам семьсот рублей заплатят. — Я уже стара, — отмахнулась хвостом кошка. — Да они заболели Белым Кашлем, стопудово. Ты сходи там, «дышите-не-дышите», и уйди. Целительница задумчиво хмыкнула, а потом фыркнула: — Ладно, так уж и быть. Но это не самые честные деньги. Ведь они своровали их у Двуногих. — Какая разница? Своровали, украли, поймали, попали?.. Ой, а это уже другие синонимы? В общем, главное прибыль! Наши коты помогают накопить Огнезвезду, в отличие от воинов других племен, пусть и не совсем честным путем. Можешь потом гордиться! — Тогда посиди пока с котятами Медуницы. — С радостью! — кивнула Остролистая. — Итак, детки, сейчас я вам расскажу сказку, как дед…

***

Листви долго металась, пытаясь выбрать. Верность Огнезвезду, помощь У. Б. Д. И. Р. У., или же спасение своего сына, любовь и забота? Почему все коты так быстро согласились на его уничтожение? Материнское сердце еле выдержало такую новость. Никаких организаций! Она поможет сыну и точка, а Остролистой скажет, что их кинули на деньги те больные коты. — Привет, красавица, — послышался невнятный голос сзади, с акцентом. Целительница чуть не подпрыгнула от испуга. — Ты кто? — дрожащим голосом спросила кошка, но потом сразу взяла себя в лапы. — Ты, случаем, не та кошка, которую полечить нас послали? Тут был черный неприметный котик, он пообещал помочь, — рассказал незнакомец. — Ах, да, это я, — выдавила улыбку кошка. — Для начала, приведите меня к другим больным. — Хорошо, милая, — кивнул старик. Листви поморщилась, нехотя последовав за ним. От уличных котов воняло чем-то странным. Они шли десять минут, прежде чем войти в лагерь клана Ора. Так его назвал старик. — Тут мы спим, едим, отдыхаем и вообще забываем о мире снаружи, — сказал кот. — Начни с меня. Жалоб много. Живот болит со вчерашнего дня, сильно, голова кружится и сухо во рту, хотя воду пил. Много пил. Целительница не стала думать, чего бы ему дать, потому что знала эти симптомы. — У тебя диагноз «О. У. Б.», — не думая сказала целительница. — О. У. Б? — Оручих Утренних Будильников. То есть, тебе надо ходить к Двуногим, с утра пораньше вскакивать, начинать носиться по дому и орать что есть мочи. Так каждое утро. Через время все пройдет. — Звучит легко и весело, — хитрая улыбка выросла на морде старика. — Какое интересное лекарство. Спасибо, внученька, помогла старику. — Кто следующий? — ЧУЖАКИ В НАШЕМ ЛАГЕРЕ!!! — раздался оглушительный вопль. — Мы знаем, Асфальт, — цокнула какая-то незнакомая воительница. — Странные у вас имена, — хихикнула Листви. — Может, Асфальту нужен целитель? — Не-не, мне и с блохами хорошо живется, — котик вышел в поле зрения и посмотрел Листвичке прямо в глаза. Он оказался оруженосцем, который совсем недавно начал обучение. Маленький, серый, в черную крапинку котенок, с явным голосом певца. Такой вибрирующий, тоненький, звонкий и выразительный. — У меня есть мышиная желчь, — пожала плечами кошка. — Могу избавить тебя от них. — Ладно, была не была. Они меня уже закусали, давай свою желчь, — нехотя сказал Асфальт, отводя взгляд. Листвичка знала, что кто-то пожалуется на блох, и открыла аптечку. — Воняет, но потерпишь, — приступила кошка. — А почему нельзя ее ароматизаторами мяса наполнить? — нахмурился оруженосец. — Чего-о-о? — протянула Листвичка. — Что это за молодежные штучки? — Ах, вы же привыкли к быту девяностых (я знаю, что тогда уже были ароматизаторы)… — вспомнил Асфальт. — В общем, почему она так воняет, эта желчь? — Если она будет пахнуть приятно для нас, то блохи не слезут. Они убегают из-за противного запаха, — объяснила целительница, профессионально орудуя желчью. — Кстати, — обратилась она к старику рядом. Тому самому, кому помогла в первую очередь, — за услуги можете не платить. — Как это? — хором сказали все коты клана Ора. — А договор? — Оставьте себе. Нам уже не нужно. Помогаю только из доброты душевной — жалко бедолаг, ничего не знающих о целительстве. — А, может, ты нас научишь? — предложил Асфальт, наблюдая за блохой, что падала наземь (этот парень был из тех, кто просто любит жизнь). — ЩЕРБАТАЯ!!! — завопила Листвичка так, что все Двуногие выбежали на улицу. — Хватит орать, кошаки! Спать мешаете, суббота же! — злобно крикнул какой-то подросток, высовываясь из окна. Тут как раз вдалеке появился огонек. Он становился все ближе, ближе и… БУМ! Щербатая, летевшая на ламборгини, вылетела из сиденья и грохнулась прям перед Листви. — Кто звал? — хриплым голосом проскрипела старуха. — Я, — величественно выпятила грудку Листвичка. — Ты на днях жаловалась, что в ЗП скучно. — И? — Нашла тебе работенку. Вот, честной народ обучай целительству. А может, и не честной, они же деньги воруют… А какая разница? Как говорится — не смотри на грехи, смотри на желания! Э, правда, желания могут быть не самыми лучшими, никто и не говорит так, а ты все равно обучай! Щербатая хотела возразить, но кивнула. — Хоть чем-то займусь. — Асфальт, блох я тебе убрала, — объявила Листви. Тут из кустов, служивших лагерю забором, появилась кошка. Это была Искра. Она, даже не спрашивая, почему Листви отказалась от денег и вызвала Щербатую, подошла к оруженосцу. — Простите, что подсматривала, но у меня есть пара вопросов к Асфальту. Котик застыл. — Спой песню «Поорал и пожрал», — попросила Искра. — Сон у Двуногого забрал, Поорал и, чавкая, пожрал. Через пять минут опять Начал громко он орать. — Ух ты, да у тебя голос певца! — обрадовалась Искра. — Слушай, хочешь им стать? — Ну, наверное, — нервно переступил с лапки на лапку котенок. — А выступать на сцене? — Да, но не точно… — Тогда идем! Ты поможешь заработать Грозовому племени деньги! — подскочила Искра. Листвичка застыла на месте. Снова эти деньги! Почему они так ненавидят ее сыночка? Да, он порой вспыльчив и принимает все близко к сердцу. К тому же, поженился с палкой, но это же классно. Не надо быть роботами, похожими друг на друга, надо быть уникальным. Она не допустит, чтобы, какой-то «великий» предводитель стал Звездоцапом. То есть, убивал ради выгоды. — Искра, может, он не хочет? — Ой, да ладно тебе. Огнезвезд как раз устроил концерт. Мы попробуем спеть там, и поймем, что нужно доработать. А потом пойдем к Двуногим, после репетиций и подготовок. Им так понравится песня, что, может, и прибыль в листья посыпется! Листвичка ничего не могла поделать. Оставалось надеяться только на разумность Огника.

***

* * * Было очень шумно. Все столпились в одном кругу, толкались и что-то кричали. Искра с Асфальтом пробирались к сцене, где Воробей с Утесом противно скрежетали в микрофон. — В твоих глазах я вижу свои мысли И дождь поет на ломаном английском, Наверно мы попали в зону риска Слишком, слишком быстро, быстро. И без тебя мой мир теперь немыслим. Бояться больше не имеет смысла. Ты попадаешь в сердце словно выстрел Слишком, слишком; быстро, быстро. Твои глаза, такие чистые, как небо! Назад нельзя, такая сила притяжения. Твои глаза… Останови это движение! Я для тебя остановлю эту планету! — пел Воробей. — А ничего, что эту песню поёт женщина, Воробей? — спросила Синяя Звезда у певца после волны кошачьей мяты и дичи, посыпавшейся на сцену. — Мне пох, — сказал целитель свое, как все уже поняли, любимое выражение. — А теперь моя следующая песня — «Зелёные глаза!». Половинка Луны, эту песню спародировал специально для тебя! Асфальт вылупил глаза и, прочувствовав песню целителя, застыл, слушая, не желая идти дальше. Скрипучий голос Воробья чем-то понравился оруженосцу. — Пойдем! — велела Искра и потащила котенка за собой. Его хвост волочился по пыльной от топота лап земле, а сам Асфальт не сводил взгляда от сцены. Когда воительница с оруженосцем уже были закулисами, к ним подошли коты. Долгохвост с микрофоном в лапах, Дым с гитарой и тем же прибором, и Частокол с барабанами. — Вы чего тут делаете? — спросил Долгохвост. Дым закатил глаза. — Искра, ты чего с этой малявкой водишься? Иди выпей мятного лимонада и туси! Сходи, вон, в «Угорелый Хлебушек». — А это что? — спросил Асфальт. Его глаза искрились от любопытства. — Бар, но тебе нельзя мятный лимонад. Это котоголь, — сказал Частокол, поняв, чего хочет оруженосец. «А вы сейчас, после этих, выступаете?» хотел было спросить оруженосец, но тут Воробья и Утеса вытолкнули со сцены за кулисы, а группа «Длинный Дым Частокола» ушла петь. — О, здарова, — пьяно усмехнулся Утес, хотя не видел ничего. Группа «Взгляд», то есть Воробей и Утес, достали коробочку с мятой и стали жадно пожирать поедать ее. Асфальту стало не по себе рядом со слепыми котами, и он все ждал, когда же можно будет выйти. Хотя он толком и не знал текст песни «Поорал и пожрал», всё-таки нужна была критика. Вдруг снаружи раздались аплодисменты и свисты, Искра тут же толкнула Асфальта. Котик полетел кубарем по деревянному полу и распластался посреди сцены. Зрители ждали. Повисла такая гробовая тишина, что появилось ощущение, будто звук отключили. Никогда на концертах не было так тихо. До этого момента. — Выступает группа «Нужна критика»! — объявила Искра в микрофон. Синька была в таком афиге, что скорей поверила бы, что Крутобок стал меньше есть, чем в новую незнакомую группу. — Вас нет в списке! — возмутилась звездная предводительница. — Мне пох, — повторила любимую фразочку Воробья воительница и начала петь. Асфальт пел более уверенно рядом с… Блин, он пошел с незнакомой кошкой на концерт? Зашибись! Вот они допели, и на котов полетели не мята или восторженные крики, а крапива (это кидал Воробей в Искру, за то, что она своровала фразочку), протухшие мыши и многое другое. — Он поет, как курица горлом! — завопил какой-то кот в толпе. Все стояли, не понимая значения этих слов. — Я имел в виду, что он поет ужасно. Все хором сказали «а-а-а», после чего началась жесткая критика. — Бэ-э-э, — передразнила Искра и повернула гробовик времени пять раз, тем самым она переместилась на пять минут ранее. — О, здарова, — пьяно усмехнулся Утес, хотя не видел ничего. — Привет, — буркнула Искра второй себе, Асфальту, не знавшему о том, как назовут его исполнение, и Утесу, который был слепым и не знал, что происходит. — Слушай, Искра-два, не пускай Асфальта лучше, — посоветовала кошка. Вторая Искра кивнула, а офигевший оруженосец, как Синька совсем недавно, упал в обморок.