Чёрное сердце

«Ничего себе», — думал Замокряхин, выходя из университета. На улице пошёл первый снег. Крупные снежинки медленно ложились на асфальт и тут же таяли. Особенно красиво было наблюдать за снегопадом, смотря на свет от фонаря. На душе сразу становилось легче, забывались проблемы, не думалось о работе, а думалось о детстве. Охватывала ностальгия. Как будто совсем недавно он был маленьким, беззаботным человечком, играл с друзьями в снежки, лепил снеговика из грязного снега, бегал во дворе до тех пор, пока не позовут пить чай. Тогда Замокряхин сам был ребёнком, а сейчас у него есть свой собственный. Но, как и детство, он его упустил.   Замокряхин знал, что всё в жизни возвращается бумерангом, он заслужил того, что с ним произошло. Но ребёнок… Нет, ребёнок этого не заслужил. Он шёл спокойным шагом по территории кампуса и наслаждался тишиной, погружаясь всё глубже и глубже в свои мысли.  — Александр!  Замокряхин вздрогнул и обернулся. Его догнал Макар, что странно, совершенно не запыхавшись.  — Вы… Ты почему трубку не берёшь? Пытаюсь дозвониться уже 10 минут, — голос его был взволнованным.  — Телефон сел, — после небольшого ступора пробормотал преподаватель. — Что-то случилось? Какие-то новости? — Нам лучше присесть. Они сели на деревянную скамейку, которая стояла недалеко от здания, где сегодня была студенческая вечеринка. Руки начали дрожать, но не от холода, а от волнения. — Ты узнал кто он? — Замокряхин, не моргая, смотрел Макару в глаза. Тот глядел куда-то в сторону и, задумавшись на секунду, протянул другу пакет, который всё это время держал в руках, Александр сначала даже его и не заметил. Взяв пакет, Замокряхин заглянул внутрь: там лежал жёлтый зонтик и какие-то бумаги. — На бумагах всё написано, но, если хочешь, я могу сказать тебе сейчас всё, что узнал, — наконец-то промолвил Макар. По всему его виду казалось, что он изо всех сил старается держать себя в руках, получалось это у него не очень хорошо.  — Так говори, — Замокряхин взял его за руки. — Я хочу слышать это от тебя. — Вашего сына зовут… — он сглотнул. — Ким Тэхён, он учится на 2 курсе. Возможно, ты даже ввёл у него пары. У него русые волосы и карие глаза, прямо как у тебя… — Тэхён… Это же друг Егора! — осознание свалилось на него ледяной волной. — Боже… Он всё время был так рядом! Это точная информация? — Стопроцентная.  — Извини за вопрос, я не сомневаюсь в тебе, но… Как с помощью зонтика ты узнал, кто мой сын? — Замокряхин до сих пор держал его за руки, он заключил в этом, казалось бы, незначительном жесте всё, что чувствовал в данный момент.  — Всё очень просто: я отыскал маму твоей бывшей жены — Марии. Долго следил за ней, сначала на улице, потом в магазине. Решил завязать с ней диалог: кстати, очень приятная женщина. Рассказала мне, какие лучше помидоры покупать сейчас. Так вот, я втёрся в доверие, помог донести сумки домой. Там увидел фотографию парня, очень знакомого парня… Вспомнил, что видел его в нашем университете! Всё сходилось, — Макар перевёл дыхание. — На всякий случай решил проверить ваше родство: выследил его в университете и, когда он пошёл на физкультуру, украл зонтик из раздевалки. Потом я подумал: а зачем мне, собственно говоря, зонтик? Как по нему сделать тест ДНК? Сглупил немного. Зонтик очень понравился… И, представляешь, как мне повезло! На зонтике был русый волос, который я сначала не заметил. Отнёс его в лабораторию, а дальше ты знаешь… Замокряхин какое-то время молчал. От такой радостной новости он забыл все слова. Ему хотелось поскорее поделиться информацией с Егором, спросить у него про Тэхёна. Вскочив со скамейки, он искренне, от всей души поблагодарил Макара и отправился прочь из университета. На улице стало ещё темнее, чем было, когда он только вышел из здания. Одинокий фонарь освещал проезжую часть. Посмотрев мельком по сторонам, Замокряхин, погружённый в свои мысли, начал переходить дорогу. Резко из-за поворота выскочила чёрная машина, он повернул голову и замер. Удар.  Снег по-прежнему тихонько падал на асфальт и, коснувшись земли, сразу же таял. На дорогах постепенно образовывались лужи, одна из таких, находившаяся прямо у пешеходного перехода стала алого, кровавого цвета. Автомобиль, пронёсся мимо, будто ничего и не произошло.

••••••

— Блять, чтобы я ещё раз стал бегать за этим идиотом, — Черешкин оттирал свой новый дорогой костюм от рвоты. Его бесило всё, а особенно Чонгук. Именно из-за него он оказался здесь! Хотелось отомстить, увести у него Тэхёна, но тот… — Поставлю ему незачёт по физкультуре, будет знать, как с преподавателями разговаривать. Сука! — он задел пальцем что-то липкое.  Спустя полчаса он вернулся обратно в зал, посмотрел по сторонам: Тэхёна тут не оказалось. Черешкин подошёл к столу с выпивкой и стал заливать в рот всё, что видел: шампанское, чья-то недопитая водка с соком, вино, коньяк. В помещении было очень душно и постепенно начинала болеть голова. Делать на вечеринке больше было нечего. Пробыв в зале ещё немного и поглядев на танцующих студенток (и студентов), он поспешил на воздух.  Пока Черешкин шёл, его шатало от одной стены к другой, а перед глазами всё расплывалось. Выйдя на улицу, он набрал полные лёгкие воздуха и выдохнул. «Ляпота», — подумал физрук и, повторяя про себя эту фразу, еле как нашёл свою машину, сел в неё, завёл и отправился домой. Правда, далеко он не уехал. Выехав на проезжую часть, Черешкин решил немного превысить скорость: ничего же не будет. Ему казалось, что в такое мрачное и холодное время года люди редко выходили из дома, а особенно по вечерам: ни один нормальный человек не захотел бы мёрзнуть, а после всего этого удовольствия заболеть и лечь в кровать с температурой. Поэтому все сидели в своих уютных квартирах и наслаждались жизнью. Но Черешкин не подумал, что кто-то мог засидеться допоздна на работе. Он вообще почти никогда не думал, по жизни был несмышлёным.  И вот случилось то, что случилось: он сбил человека, который спокойно переходил дорогу. Заторможенное состояние резко сменилось на ужас: «Господи, что же я натворил?» Испугавшись в первую очередь за себя, он сильнее нажал на газ и уехал подальше от места преступления...