Ты мое успокоительное.

Джон брел по пустым переулкам и улицам, не желая встречать людей. Сейчас они были противны ему. Да и он сам в этот момент казался себе, мягко говоря, ничтожеством. Идя в своих мыслях, писатель столкнулся с каким-то пареньком и упал на него. Конечно же, парня покрыли 3-х этажным матом. Дж - Да что за фигня?! Иди нормально никак нельзя?! Видишь, впереди человек идет. Аккуратно приподнявшись, Джон поднял голову на паренька. Его глаза расширились до невозможного. В уголках появились слезы. Дж - Линч! Линч - Джон! Они бросились друг другу в объятья. Друзья были готовы сломать друг другу кости, только бы посильнее прижать к себе. Они стояли так минут 5 , тихо произнося имена друг друга и плача. Никто не хотел прерывать такую атмосферу. Джона постепенно отпускала злость, ненависть. Он вновь чувствовал то тепло, что исходило от девушки. Неужели это и есть любовь? Но сейчас писатель не хотел разбираться в своих чувствах. Ему был важен этот момент. Но все же пришлось прервать обнимашки. Л - Джон, я так скучал! Отпуская Джона из объятий, Егор слегка улыбнулся. На сердце писателя начала затягиваться та ужасная рана. Дж - Я тоже очень скучал, Линч! Я думал, что ты вообще не придешь! Журналист тихо рассмеялся. Атмосфера становилась уютной, домашней. Л - Как видишь, я здесь. Вот, рядом с тобой стою. Повисло недолгое молчание. Л - Слушай, а давай ко мне пойдем? Дома чайник нам поставлю, я шоколадные печенья привез. Ну, пойдем ? Протянув руку писателю, журналист снова улыбнулся. Джон вновь ощутил радости той жизни. Той жизни, когда он с Линчем вместе, рука об руку, шли на злого духа и распутывали загадки. Протянув руку в ответ, Джон тоже улыбнулся. И они вместе побежали по пустой улице, чувствуя , как их сердца заполняются радостью и.... Любовью, которая до сих пор не определилась, куда ей идти, а где она уже есть.