Мои пальцы были скрещены

Любовь. Как сладко это слово. Приторное, безумно ядовитое. Люди сходят с ума. Мучают себя загадками, чувствами. Страдают от безвыходности и страха потеряться. Иногда находят в ней счастье. Но как же оно недолго. Жизнь может легко отобрать у тебя всё за что ты цеплялся последними надеждами и обманами своей души. Буквально оторвать последний пальчик от горы за которую ты держался. Жизнь легко отдаёт тебе ту капельку чувств, а потом с такой же лёгкостью забирает. Ей это ничего не стоит, а ты и твоё сердце буквально погибает, гниет, наполняется ядом горя и отчаяния. А ты не знаешь что с этим делать. Тебе хочется рвать волосы, искусать губы до крови, выцарапать на теле каждый живой кусочек, сдирать с себя кожу, вспоминая прикосновения родного человека. Живот крутит, тебя тошнит, но ты не понимаешь от чего. Или от страха одиночества, смешанного с воспоминаниями, понимая что так уже не будет, или от того что ты не ешь днями, потому что не хочешь. Каждый приём пищи, ощущается как удар в горло, кусок не лезет. Ведь весь организм заполнен от начала и до конца утратой. Но это всего лишь тот самый яд, который потихоньку разливается по каждой вене твоего организма. Он ждёт. Ждёт пока ты сдашься. Ждёт пока ты опустишь свои руки и сойдёшь с ума, делая не вообразимые вещи. Ждёт пока он победит и заберёт очередную жалкую душеньку в свою коллекцию. Поставит на полочку или скинет в грязный мешок, наполненный такими же выродками как и ты сам. Каждый раз смотря в окно. Ты хочешь спрыгнуть. Надеясь что полетишь как птица в лучший мир, где жизнь даст тебе второй шанс. Каждый раз когда ты смотришь на нож. Ты хочешь изрезать всю свою руку, заворожено наблюдая за стекающими капельками со своего запястья. Каждый раз когда ты смотришь в зеркало. Ты видишь лишь ничтожное подобие человека. Грязную оболочку. Пустой взгляд, огромные синяки, погрызенные губы. Поднимая рукав своей кофты, ты видишь множество порезов, которые остались от физической боли, от попыток сбежать от невыносимого чувства опустошённости. И хотя раньше это помогало, то сейчас боль заполнила душу до краев. Тебе кажется что скоро она начнёт выливаться из тебя и отравлять всё чего ты коснёшься. Слёзы. А слёзы уже закончились. Солёное море твоего организма иссохло, ещё за первую неделю. Твоих сил просто не хватает. Ты пустой. Единственное на что ты способен это существовать. Не жить, нет. Ты просто находишься в этом мире. Твоё духовное тело было уничтожено, ещё давно. Сейчас твоё физическое тело, просто поддерживает ритм. Сердце бьется, мозг работает, кровь течёт туда сюда, воздух набирается в лёгкие, а ты продолжаешь существовать. И гадать когда же это закончится. Горе быстро наполняет тебя, ты оглянутся не успеешь как поймёшь что оно засосало тебя в свои щупальца.

***

Горе сделало свой первый шаг в его сторону, когда он увидел летящее в неё заклятие. Сектумсемпра. Она просто стояла, она смирилась, она не боролась, она опустила руки и потерялась в мире боли. А он просто напросто не успел. Парень сразу рванул со своего места, но было поздно. Проклятье попало в самое яблочко. Девушка рухнула на землю. Она всё ещё дышала. Всё ещё жила. Её голову положил к себе на колени. Две пары карих глаз встретились. Только одни были цвета горячей карамели. А вторые чёрного шоколада. Парень умолял не оставлять его самого в этом мерзком мире. Слёзы летели ручьём на лицо девушки, он притягивал её к себе, соприкасался лбом, целовал каждый участок её лица. Звал на помощь. Умолял жизнь, дать ей шанс. Просто подарить ей возможность прожить её счастливо. Вместе с ним… А она просто улыбалась. Глаза её были наполнены такими же солёными слезами как и у него. Она смотрела на него, взглядом полным любви и заботы. Девушка не боялась умереть. Она лишь боялась за него, думала сможет ли отпустить её и зажить заново. Когда это все закончится. Но она слишком устала. У неё не было сил бороться и даже надежда на светлое будущее не помогала. Гермиона Джин Грейнджер не выдержала. Сломалась как тоненькая деревяшка. Пополам и навеки. Из последних сил улыбнувшись ему самой тёплой улыбкой и протянув руку нежно касаясь его щеки, она произнесла последние слова: «— Я люблю тебя не…не сдавайся. Будь сильным и прости меня. Я правда устала, я больше так не могу. Просто знай, что я буду…я буду ждать тебя. На нашем месте. Когда-то прийдёт…» Девушка не успела. Она не договорила, но он все понял. Гермиона закашляла кровью, а её веки закрылись. Навсегда. Её лицо озарял покой. А по подбородку стекала кровь. Хотя она была везде. Все её вещи были красными, а тело изуродованным. Девушку возможно и могли бы спасти. Будь она не так ослаблена. Но вот эти приставки «бы» они бесполезны. Гермионы нет. Осталось только тело. Которое находилось в объятиях Тео. Он рыдал, проклинал весь мир, всю жизнь. И кричал. Кричал так громко, что птицы летели с веток от испуга. Нотт не мог смирится. Нет. Она не могла. Не может такого быть. Грейнджер никогда не сдавалась. Девушка всегда шла вверх с высоко поднятой головой, доходя до своей цели. Хотя может она справилась. Доползла до финальной точки. Он не обращал внимания на мир. Он был поглощён ею и тяжёлым чувством внутри, которое пожирало его, не давая и капельки надежды. Теодор не знал сколько сидел возле неё. Произнося одни и те же слова. «Нет..нет! Пожалуйста, прошу. Вернись. Ты не можешь. Я ведь люблю тебя. Просто вернись…» Парень не помнил как его оттащили от мертвой девушки, не помнил как его отправили в Мунго. Не помнил как заснул. Единственное что стало его мыслью это - Гермиона. Последний раз когда он взглянул на неё, девушка была блендой. Она была похожа на фарфоровую куколку. Со шрамами на лице. Дорожка уже засохших слёз, которая немного блестела при свету. Закрытые глаза и кудрявые волосы. Они спутались, развалились на её плечах. Но даже тогда она была прекрасна. Он острожно поцеловал её губы, навсегда прощаясь с этим манящим вкусом и любимой девушкой. Его Гермиона почувствовала блаженный покой. А его ждали муки одиночества…

***

Он проснулся в холодном поту. Парень надеялся что это лишь плохой сон, страшный кошмар. И что когда он повернёт голову в какую-то из сторон на него будет смотреть девушка. Будет осторожно гладить его запястье, таким способом успокаивая его. Но… Этого не случилось. Палата Мунго была пустой, холодной и мрачной. Стены сжимали тебя со всех сторон, как будто в клетке. Он оперся локтями об колени и зарыл свои руки в волосы, сильно их оттягивая, чтобы сосредоточится. Тео шатался туда сюда, пытаясь настроится с этим миром. Воландеморт проиграл, все должны радоваться и жить прекрасно, но не он… Гермиона умерла в войне, оставив его. Как он может быть счастлив зная что не спас девушку, зная что больше не проснётся с ней в одной кровати, зная что больше не поцелует её, чтобы заткнуть. Нотт не выдержал. Его лампочка лопнула, заполняя все мысли гневом. Он ненавидел каждый живой кусочек человечества, ненавидел себя за то что не смог её защитить, ненавидел её за то что она отдалась тому миру. Он винил весь мир в её смерти. Винил себя, винил Поттера, который не смог заставить сидеть её дома, винил каждый сраный кусочек земли, за то что Гермиона умерла. Мысли лишь всё больше наполнялись яростью. Нотт подскочил с кровати. Схватил подушку кинул её куда-то вперёд, стянул одеяло. Он снёс прикроватную тумбочку, а с неё упал стакан с водой. Ударяясь об пол он разбился, так же как сердце Тео. Парень не давал отчёт своим действиям, он просто крушил всё вокруг, пытаясь заглушить голоса в голове, которые кричали ему: «Она умерла! Ты! Ты виноват, что её нет! Смирись с этим! Ты ничтожный!» Его палата все больше становилась похожа на помойку. Куски стекла, перья, занавеска слетевшая с петель, древесины от стула и тумбы. Всё это валялось по комнате, олицетворяя его состояние. В голове был такой же хаос. Беспорядочные мысли, перемешивались с воспоминаниями. Её лицо плавало у него перед глазами, её голос бился в ушах, отдаваясь эхом, которое ещё больше сводило с ума. Он хотел почувствовать Гермионины объятья, зарыть лицо в её кудри, коснутся алых губ, посмотреть в карие глаза, которые мешали ему жить с самого первого курса… «Вылезая из поезда он наткнулся на копну кудрявых волос. Девушка выходила в компании Поттера и какого-то рыжего мальчугана. Она активно о чём-то болтала, задирая вверх подбородок. Маленький кудрявый мальчик был очарован. Он захотел узнать кто она, как её зовут и ему было интересно на какой факультет выкинет её шляпа. И вот. Теодор Нотт сидит за столом слизеринцев, общаясь со своим другом - Драко Малфоем. Мальчишка не особо вникает в разговор, он отчаянно ищет кудрявые волосы, среди детей, которые ждут свою очередь на распределяющую шляпу. Тео нашёл её. Она поднималась по ступенькам, всё так же задирая подбородок. Девчушка села на стул, на её голову опустилась шляпа. Она повернула своё лицо и они встретились глазами. У неё были карие. Только не такие как у него. Его глаза были тёмными, когда же её светились цветом, бурлящей…карамели. Точно! Карамели. Где-то глубоко в душе он наделся что шляпа скажет «Слизерин», но увы она выкрикнула «Гриффиндор». Лицо девушки озарила улыбка, такая тёплая и прекрасная. Её стол наполнился криками и аплодисментами. А сама кудряшка побежала вприпрыжку к своим двоим новым друзьям. И в тот момент его накрыло какое-то странное чувство. Позже на уроке зельеварения, в тот момент когда она отчаянно поднимала руку, чтобы сказать ответ на вопрос Снейпа, профессор произнёс: — Да, мисс… —Грейнджер, сэр. Гермиона Грейнджер. Г-е-р-м-и-о-н-а Красивое имя.» Он скучал по ней. Очень скучал. Парень сидел на полу по середине бардака. Руки были порезаны от разбитого стакана, но его это не останавливало. Слёзы просто стекали по глазам, Нотт не издавал каких-то звуков, хоть и внутри всё буквально разрывало. Он не знает сколько так просидел, пока к нему не пришла медсестра, ужаснулась, влила ему успокаивающие зелье и перенесла на кровать. Засыпал он глядя в потолок, а перед глазами летали сотни картинок Гермионы.

***

Маггловское кладбище. Прямо рядом с родителями… Две могилы и ещё одна яма рядом с ними, готовая принять новый гроб. Девушка лежала в своём любимом белом платье, которое ей досталось от матери. Крышка гроба всё ещё открыта, дабы все смогли с ней попрощаться. «— Пообещай, что если я умру раньше тебя, то я буду похоронена в белом платье. Это мамино свадебное… Я его когда-то тебе показывала. — Гермиона, ты переживешь всё на свете, по этому даже не шути так - парень посмотрел прямо ей в глаза в которых не увидел и намека на шутку. — Пообещай!» Он сдержал своё обещание, хоть и надеялся что никогда его не выполнит. На похороны пришёл близкий круг друзей. Гарри, Джинни, Рон, Пэнси, Блейз, Малфой и он сам. Каждый в руках держал что-то что связывало их и Гермиону. Все были разбиты и поглощены чувством утраты и горя. Некоторые приняли слёзы, а другие такие как Малфой например, стояли оловянным солдатиком, пытаясь скрыть все следы грусти. Гермиона была лучиком света для всех стоящих около неё. Она умела прощать и любить любого человека, даже не считая, то насколько он мог быть плохим или жестоким. Девушка всегда искала причину таких опрометчивых поступков, пыталась помочь всеми силами. Она дарила ту самую капельку надежды спрятанную где-то далеко в душе каждого, за что все были ей так благодарны. Теперь они не знают что делать. Они сломлены, измучены, а на сердцах оставлен огромный шрам «Гермиона Грейнджер» Перед тем как закрыть крышку гроба, Теодор медленно приблизился к её губам и оставил лёгкий поцелуй. Слеза капнула на фарфоровую кожу и скатилась вниз по лицу. — Дождись меня, прошу. - крышка закрылась. А её образ остался лишь в голове парня. Тео положил маленькую бархатную коробочку, которая уже как три месяца всегда была в кармане мантии, внутри которой лежало кольцо, он поклялся себе что как только всё закончится, Гермиона нацепит на палец украшение и пойдёт с ним под венец. Но смерть опередила его, не давая и шанса. Следущей была Пенси. На крышку она положила мантию девушки. Гриффиндорский значок украшал чёрное одеяние, а лёгкий запах Гермионы всё ещё оставался на ней. «Тем вечером Гермиона нашла Паркинсон у Чёрного озера. Брюнетка сидела и смотрела вдаль тихо плача себе под нос. Она не знала что делать как быть. Проблемы с родителями, возращение Тёмного Лорда и осознание того что ей придётся принять метку. Пенси была запутана, озадачена и абсолютно сломлена. Мир не давал ей возможности вдохнуть полной грудью и расслабится хотя бы на секунду. Девушка искренне завидовала людям с других факультетов. Им не нужно было делать выбор между родителями и свободой. Грейнджер тихо подошла и коснулась ладонью плеча слизеринки. — С тобой всё в порядке? - Пэнси резко обернулась и откинула её руку. — Отвянь, Грейнджер. Тебя здесь только не хватало - брюнетка быстро смахнула с глаз слёзы, делая вид что всё хорошо. Гермиона не ушла, она пожала плечами и села возле Паркинсон держа дистанцию. Они просидели так очень долго. Пенси не знала зачем тут торчит, но что-то её останавливало. Вторая же просто сидела рядом, не задавая лишних вопросов. Под вечер стало холоднее и брюнетка начала замерзать, она подумала что Грейнджер уже уходит, но та сняла с себя мантию и опустила на плечи Пенси Паркинсон. А потом быстро скрылась вдали, не давая сказать и слова. Слизеринка не отдала одежду, но Гермиона и не просила. С тех пор гриффиндорская чёрная мантия лежала в недрах тумбочки Паркинсон.» — Я буду скучать по тебе, моя милая Гермиона… - она отошла и стёрла подступившиеся слёзы горя. Рядом с вещицей Пенси, Малфой положил сборник сказок Барда Бидля. Он помнил как она любила их и с каким запалом рассказывала про каждую историю, зная её на зубок. «В субботу вечером Драко решил заглянуть в библиотеку, надеясь что там никого не будет. Он хотел побыть наедине, без докучающих людей и шумных коридоров. Он дошёл до своего любимого места, которое находилось в самом конце, там всегда было тихо и спокойно. Людям туда просто было лень идти, поэтому тот стол всегда был пустым. Но когда он повернул голову, уже готовый заходить и садится, парень заметил знакомую раздражающую копну кудрявых волос, которые принадлежали золотой девочке. Она сидела за столом перелистывая страницу за страницей. Книга показалась ему до жути знакомой и блондин вспомнил детские сказки, что читала мама каждую ночь перед сном. А потом отец узнал об этом. Накричал на мать и провёл воспитательную лекцию про то как это бестолково, что он не должен расти размазней со сказочками в башке. С тех пор, с пяти лет, Драко не заглядывал в эту книгу, засунув её в глубины Малфоевской библиотеки. — Грейнджер, тебе что пять? - раздраженно произнёс парень, а девушка резко обернулась и её лицо озарило лёгкое отвращение. — Отстань, Малфой. Не порть мне настроение своим дерьмовым поведением. — Нет, ну серьезно, кто в твоём возрасте читает тупые сказочки для маленьких детишек? — Между прочим в этих сказочках, как ты сказал, больше смысла, чем в некоторой великой литературе. Ты вообще читал хоть одну историю? — Представь себе. Все ровно не понимаю что ты в них нашла - он закатил глаза и продолжил стоять возле стеллажей. — Ты долго будешь тут маячить? - парень фыркнул, но всё же уселся на стул, не далеко от кудрявой бестии.» — Ты была чертовски умной, Грейнджер - Малфой вяло улыбнулся и дал место для Блейза. Мулат положил два галстука. Один зелёно-серебряный, другой красно-золотой. Они олицетворяли слияние факультетов и странной дружбы между ними. Казалось факультет львов и факультет змей, не могут объединится, но вечная борьба Слизерина и Гриффиндора разрушилась когда в мир попала Гермиона Грейнджер, со своим диким духом и любовью спасать людей. «Забини шёл к своей гостиной после отбоя, пытаясь не попасться на глаза Филчу. Чем он подходил ближе, тем чётче слышал странные всхлипы. Дойдя до двери, парень повернул голову вправо и увидел рыдающую Гермиону, волосы были растрёпанными, в свете луны виднелись дорожки от слёз и красные глаза. — Грейнджер, что ты тут делаешь? - Блейз подошёл ближе и наклонился над ней — Я….не забивай себе голову. честно я не знаю зачем сюда пришла. Ты не знаешь где…Тео? - Грейнджер не могла нормально говорить и постоянно шмыгала носом. — Так, понятно всё с тобой. Давай, подъем - Забини подошел к девушке и руками подхватил за плечи, таким образом поднимая её на ноги. Мулат проговорил пароль, дверь распахнулась. Гриффиндорка впервые была в слизеринском логове, но оно ей не показалось таким уж ужасным, как говорили пару её сокурсников. Где-то в углу сидел Драко на большом кресле, в его руках был стакан с янтарной жидкостью и Гермиона понимала что там явно не тыквенный сок. Недалеко от блондина на диване раскинулась Пенси с какой-то книжкой в руках. Они подняли на неё свои глаза. Во взгляде Драко читалось непонимание, а брюнетка долго вглядывались в Гермиону, которая неподвижно стояла рассматривая гостиную. — Грейнджер, какая встреча. Не ответишь на вопросик? Что это наша золотая девочка забыла в змеином логове? - Малфой нахмурил брови и немного свёл глаза. — Она сидела под дверью и я решил что оставлять даму на холодном полу будет не вежливо - Блейз продвинулся дальше, сел рядом с Пэнси, которая в свою очередь закинула на него свои ноги. — Ты долго ещё собираешься стоять в проходе или всё таки наберёшься гриффиндорской храбрости и сядешь уже куда-то - Паркинсон глазами показала на кресло возле стола, оно находилось как раз напротив дивана, где сидели мулат с брюнеткой. Грейнджер острожными шажками прошлась к месту, опустилась на кожаное кресло и обхватила руками свои колени. — Не хочешь рассказать что случилось? - поинтересовался Малфой. — Боюсь что нет. — Знаешь что тебе сейчас нужно? - Гермиона подняла взгляд на Забини, а он продолжил - алкоголь. Он всегда помогает. Парень протянул руку к столу на котором стояла почти полная бутылка огневиски, палочкой призвал стакан и наполнил его. Он толкнул напиток к стороне девушки. Гермиона взяла его в руку, покрутила его, понюхала и медленно притянула к губам, делая глоток. Горьковатый вкус алкоголя прошёлся по горлу спускаясь всё ниже, предавая немного расслабленности. — Спасибо… До полночи они сидели, пили и разговаривали. По началу атмосфера была слегка напряженной, но чем дальше стрелка часов двигалась, тем спокойней было. Это был первый вечер где они не оскорбляли друг друга, не упоминали семьи, чистоту крови и все плохие события связанные с возвращением Тёмного Лорда. Ребята рассказывали истории из детства, из Хогвартса с первых лет. Нерушимая стена стереотипов и вражды по тихонько начала рушиться, впуская туда новые мысли и знакомства.» — Салазар тебя подери, Грейнджер, я буду за тобой скучать. Надеюсь мы когда-то встретимся на той стороне жизни и сможем споить самого Мерлина - Блейз постоял несколько секунд и ушёл, давая шанс остальным. Но остановился на пол пути, обернулся и горько улыбнулся. Джинни стояла около гроба и крутила в руках маленький, незамысловатый серый плеер. «Рождество в семье Уизли всегда проходило в семейном кругу. На момент празднования Джинни была уже на четвертом курсе, пока её брат и его друзья пошли в пятый. В тот день Джинни чувствовала себя подавленной. Она сама не знала причину. Может это было из-за друзей с которыми ей было сложно найти общий язык, или из её не взаимных чувств к Гарри. Девчушка весь вечер сидела в своей комнате, иногда помогая матери и Гермионе подготовиться к празднованию. Жить в семье где были одни парни, было трудно, поэтому подруга брата, стала для Джинни чем то похожей на старшую сестру, которой она иногда рассказывала свои секреты и делилась своими мыслями. — Тук Тук, можно войти? - Гермиона постучала в дверь и немного приоткрыла её - ты чего весь день такая грустная праздник же, а ты сидишь тут хандришь. Уизли подняла на неё голову, грустно улыбнулась и передвинулась ближе к девушке, когда та присела на кровать. У Джинни с Гермионой завязался разговор, в котором рыжая поделилась своими переживаниями, подруга же просто молча сидела и слушала монолог младшей Уизли. — Джинни, не переживай. Мальчишки не достойны твоих слёз и нервов - Гермиона одной рукой обняла девчушку и притянула её к своей груди. Рука Грейнджер потянулась в карман из которого та достала непонятную для Уизли штукенцию. — Что это? — Это, плеер, маггловское изобретение. Мне его подарили родители на день рождение. Знаешь всегда когда мне грустно, я просто включаю его - девушка потыкала на кнопочки и по комнате распространилась мелодия - просто слушай… Примерно час подруги просто лежали на кровати, смотря в потолок, наслаждаясь новыми строками песен. Грусть младшей Уизли проходила, как и проблемные мысли, которые улетучивались с каждой новой порцией мелодии.» Слёзы лились с бешеной скоростью, а в глазах была туманная пелена. — Я люблю тебя, я обязательно куплю себе новый плеер и накачаю туда все твои любимые песни. Надеюсь там тебе хорошо…- Джинни почувствовала руки на своих плечах, которые бережно оттянули её от гроба подруги. Поттер обнял её и острожно гладил большими пальцем, пока его рубашка становилась всё мокрее и мокрее от девичьих слёз. Рон подошёл к Гарри и похлопал того по спине. Рыжий достал из кармана их любимую колдографию, которая была у каждого члена Золотого Трио. «Конец первого курса. Все детишки возвращаются по домам на три месяца, за этот год каждый нашёл для себя новых друзей, которые скорее всего останутся в твоей жизни навсегда. Ученики Хогвартса с нетерпением ждут встречи с родителями, которых не видели с Рождества, но одновременно их окутывает ощущение грусти. Летом они не будут учить новое заклинание, не будут копошиться в земле на уроке Миссис Стебль, не будут бегать по коридору от старост или Филча. Друзья стоят недалеко от поезда, прощаясь друг с другом, аж на целое лето. Они долго обнимаются, обещают писать и даже договариваются о возможной встрече в Норе. Хагрид приходит к ним, разводя руки для тёплых объятий, трио бежит к нему с искренней радостью. Им грустно что они не увидят милого здоровяка до самой осени, что он не пригласит их попить чай и не расскажет про очередных чудо животных. Из большого кармана Хагрид достаёт фотоаппарат, заставляя тех стать рядом. Секунда. Щелчок. На колдографии Гермиона возмущается на Рона, из-за того что тот не может нормально стать, а сам Уизли пытается отмахнуть от себя муху, которая так надоедливо летает туда-сюда перед глазами. Гарри смеётся, глядя на своих двух друзей, а в сердце разливается тепло и благодарность, за то что мир подарил ему этих людей.» — Она всегда будет с нами, а мы всегда будем её помнить… Гарри подошёл к Тео, опуская руку в свой карман. А через мгновение парень держит драгоценный артефакт, что сможет помочь Нотту, хотя бы попрощаться. — Я нашёл его после битвы, думаю тебе это нужно, передай привет от меня пожалуйста - Поттер вложил в руку брюнета воскрешающий камень, похлопал того по плечу идя к остальным, которые уже уходили. Он держал в руках камень, и на секунду не задумываясь парень крепко сжал артефакт представив её образ в своей голове. Неряшливые кудри, в которые он так любил зарываться с головой, вдыхая его любимый аромат. Она всегда пахла сладко. Ванильно-карамельный гель для душа, смешивался с нотками её цветочных духов. Не сильно пухлые губы, на которых всегда блестел бальзам со вкусом ванили. Небольшой носик, с россыпью мелких веснушек. Её аккуратное тело, на котором были сотни родинок, некоторые как ему казались создавали созвездия, а он мечтал пересчитать каждую. Одну за другой, двигаясь от лица, заканчивая бёдрами. — Тео… - нежный голос девушки прорезал слух. А Нотт стоял и смотрел на такое родное лицо - прости, прости что бросила тебя, но меня все ровно бы не спасли, ведь так? — Гермиона, не хочу я тратить свой последний разговор на ссору, но ты блять чертовски не права, а я…- брюнет опустил голову вниз, пытаясь настроится с мыслями - чертовски скучаю. — Я тоже скучаю и буду ждать тебя на нашем месте, надеюсь ты ещё не забыл его - Грейнджер горько улыбнулась, как бы она сейчас хотела оказаться в любимых объятьях. Тео сделал шаг вперёд, вытянул руку, пытаясь коснутся щеки, но почувствовал лишь неприятный холодок ветра и пустоту. — Но ведь тебя можно как-то спасти. Я умный, я что-то придумаю, вариантов много. Маховик времени, какое-то чудотворное зелье, не знаю, что ещё? Тёмная магия в крайнем случае. Ты не можешь вот так вот оставить меня, что я буду делать, я блин сойду с ума, свихнусь к чёртовой матери! — Тео, проживи эту жизнь как захочешь. Я буду рядом, всегда и навеки. Просто отпусти меня, освободись от оков с моим именем, это будет лишь тянуть тебя на дно, а я хочу чтобы эта жизнь запомнилась тебе прекрасной, полной красок и любви. Сделай всё чего хотел, о чём мечтал. Я же в свою очередь буду наблюдать за тобой, только пообещай что мы не встретимся раньше чем через лет так 50. Не нужно обрывать свою жизнь, за которую сражался, лишь из-за какой-то гриффиндорки. Тео издал смешок: — Ты не просто гриффиндорка Грейнджер…ты далеко не простая. — Обещаешь Теодор? Не наложи на себя руки, оторвись за нас двоих в этом мире. — Обещаю. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю - парень сказал это уже в пустоту, время закончилось, а Гермиона Грейнджер пропала в мире ином.

***

Как помочь человеку, который потерял счастье? «Держись» «Сочувствую» «Всё будет хорошо» Эти слова пролетают из уст буквально каждого, кто сейчас видит Теодора. Но блять. Эти чертовы слова нихера, не помогают. Они не вернут Гермиону, не заставят услышать её смех, не вернут её приятный аромат. Они только ткнут тебя носом в осознание того что, всё в твоей жизни ужасно. Новый день не приносит облегчения, а только навивает ощущение тяжести на своих плечах и полного опустошения. Ты чувствуешь себя ходящим трупом, которого не по своей воле откопали, давая условие «живи». Вот спасибо! Мир поглотили серые краски, всё в нём стало однообразным, безобразным, до тошноты мерзким и ненавистным. Ты живешь как человек с синдромом аутизма. В твоей голове есть запрограммированные задачи, как бы жить чтобы не сдохнуть. Людям ты отвечаешь холодно, иногда несуразно и непонятно. Чувствуешь себя овощем, выкуриваешь пачку сигарет за день, поглощаясь в невесомость никотинового пространства. Людей отталкиваешь, не принимаешь их, на каждую «руку помощи» посылаешь куда подальше. Эмоций как таковых и нет, ты просто постепенно становишься ледяным принцем, в душе которого крутится холодная буря, а где-то в сердце вырастают миллионы сосулек. Ты постоянно запутываешься в колтуне своих мыслей, правда они полностью поглощены кудрявой бестией. В мозгу переливается калейдоскоп воспоминаний, который разбивается, каждый раз пронзая душу новыми осколками. «Первый курс — Салазар, как же меня бесит эта грязнокровка. Ты видел как она сегодня на уроке Снейпа чуть из окна не вылетела, пытаясь на вопрос ответить - Малфой уже минут 5 трезвонил про гриффиндорку, пока Теодор это всё слушал, послушно кивая головой. — По моему, она умная ведьма. Чего ты так прицепился к ней? - первокурсник не понимал своего друга, по ноттовским меркам кудрявая ученица была достаточно очаровательной, а главное смышленой, правда мальчик был в полном недоумении, когда увидел рядом с ней Уизли и Поттера. Эти два олуха вообще не подходили ей, слишком тупые, а при виде книжки корчили такие рожи, что сам Салазар в могиле перевернётся, о чём она вообще с ними разговаривала? О погоде? Тео последние два месяца часто видел её в библиотеке, сидя с очередной огромной книжкой, которую она прочитает за вечер. Парень часто на неё поглядывал с нескрываемым интересом. Нотт не разделял взглядов о ненависти к маглорождённым, его отец не прыскал ненавистью к грязнокровкам, а иногда и вовсе заскакивал в их мир, хоть Тео с собой не брал. Но с другой стороны от своих друзей и их родителей слышал что маглы, чуть ли не дикари. И пока Теодор наблюдал за умнейшей ученицей, ещё больше понимал как те ошибались. А Малфой, как он думал, просто завидовал «выскочке Грейнджер. В тот день Макгонагалл вышла из класса, поэтому ученики Слизерина и Гриффиндора начали шуметь, смеяться, кидаться какими-то бумажками, издеваясь друг над другом. Взгляд Теодора был направлен в сторону второй парты справа, за которой сидела кудрявая ученица. Лицо Гермионы выражало дикое раздражение и недовольство. Она пыталась утихомирить Гарри и Рона, пока те задирали Нэвилла. Она смешно закатывала глаза и бубнила себе под нос, как ему показалось, какие-то незначительные оскорбления. Девчушка повернула голову в сторону змей, встретившись глазами с Тео, подняла брови, вздёрнула подбородок и обратно вернулась за парту. А Нотт в тот момент просто склонил голову и улыбнулся сам себе. К концу урока профессор объявила что учеников ждёт задание в парах, которое им нужно будет сделать до конца месяца, то есть через три недели. Макгонагалл обвела взглядом весь класс и решила для себя что смешает факультеты. — Итак, я вас сама поделю на пары и сразу говорю, факультеты будут смешанные - на это высказывание все ученики недовольно завыли. Слизерин и Гриффиндор не особо обрадовались данной сменой пар - первая пара Рон Уизли и Винсент Крэбб, дальше Дафна Гринграсс и Гарри Поттер, Теодор Нотт и Гермиона Грейнджер - как только парень услышал её имя вместе со своим, он впал в ступор. Тео не понимал ему радоваться или наоборот, как вести себя вместе с ней и не подумает ли она что он слишком тупоголовый. За своими раздумьями парень и не заметил как учительница перестала диктовать пары, а к его парте подошла гриффиндорка. — Встречаемся после обеда в библиотеке, прошу не опаздывать - с задёрнутым вверх подбородком, девчонка повернулась на своих каблучках и вышла из класса. А Тео продолжал тупо пялится в стенку. На удивление для обоих. И Гермиона, и Тео справились со своим заданием на отлично. При этом они сдружились, Гермиона отметила сама себе, что Нотт обладает хорошими интеллектуальными способностям, с ним приятно работать в паре, он умеет слушать и относится к ней хорошо, как для слизеринца. Сам же Теодор, начал ещё больше восхищаться девушкой, думать про неё всё чаще, а его маленькое сердечко, радовалось каждым минутам вместе. Это был последний день Хогвартса в этом учебном году. Дети стояли на вокзале, а кудрявый парнишка, уже прикидывал себе, как будет скучать по гриффиндорской бестии. Целое лето он проведёт без неё и даже знать не будет, что с ней, и как она. Это его сильно расстраивало, но его окликнул Драко и мальчик пошёл за своим другом в свой вагон, мысленно говоря «Пока» для Гермионы». Если собрать все воспоминания Теодора о Гермионе Грейнджер, не хватит и самого большого шкафа в мире. Даже заклинания расширения не поможет в этой ситуации. Парень всегда наблюдал за гриффиндоркой, его взгляд притягивался к ней в любой ситуации, иногда ему казалось что в нем уже на автомате срабатывает нажитая годами привычка «ищи Гермиону Грейнджер». «Второй курс Известие о нападение Василиска на Гермиону, обрушились на голову маленького паренька, как снег в мае. Он не увидел её на совместном уроке по зельеварению, а позже узнал что девчонка превратилась в камень и сейчас как и большая часть маглорожденых, находится в больничном крыле. Он не мог отфильтровать свою реакцию, первое что случилось - шок. Потом - осознание, а позже - полная паника. Мальчик переживал, был напуган и взволнован. Тео не мог сказать, что за этот год они стали друзьями, но дети сблизились, иногда встречались вместе в библиотеке, делали домашнее задание, могли обсудить новую книгу и очень редко, когда никого не оставалось рядом, Нотт просил чтобы Гермиона рассказала про мир маглов, про устройства, музыку, фильмы, книги, достопримечательности и развлечения обычных людей. А она начинала тараторить без устали, понимая что разговор затянется надолго. Малфой часто спрашивал Тео о том, куда он постоянно девается, но мальчишка не мог рассказать всю правду, поэтому просто отнекивался или говорил классическое, уже вызубренное на зубок: «— Читал». Место этих двоих было в самом конце, ближе к запретной секции, туда просто не доходили, тем более так долго в библиотеке вообще мало кто торчал. В первый день Теодор ходил только с мыслями о том, как Гермиона умудрилась попасться под лапы или даже глаза зверя. Он не находил себе места, метался туда сюда, в поисках решения ситуации. Его друг Драко только и радовался, говоря о том, что наконец то на уроках станет немного тише и не будет этой зубрилки. Уже на третий день Нотт все таки не выдержал, он дождался позднего часа и аккуратно прокрался в больничное крыло, подошел к койке Гермионы и просто сел рядом. Тео поначалу ничего не говорил, мальчик молча сидел смотря на подругу, но вскоре решил начать общаться, говорить с ней, рассказывать что она пропустила и что ему скучно без неё и одиноко. Когда парень уже собирался уходить, он осторожно взял её руку и погладил напоследок, впитывая в прикосновение, всю ласку и дружескую любовь. На следующий день возле кровати Гермионы Грейнджер появились желтые заколдованные тюльпаны. Тео был рад, так как маглорожденых расколдовали, друзья воссоединялись, дети радовались, учителя смотрели на это всё с улыбками на глазах. Был уже ужин, когда дверь большого зала открылась, а в проеме показалась кудрявая голова. Девочка заметила свой стол и Гарри с Роном, сорвалась с места и побежала со всех ног к этим двоим. Она вцепилась объятиями в Гарри, радовалась своему возвращению, встрече с друзьями. Малыш Тео сидел за столом Слизерина и молча глядел на открывшуюся ему картину. В сердце неприятно закололо, открылось новое чувство, медленно прорывающее сквозь душу - зависть. Он завидовал очкарику и этому рыжему недоумку. Это Теодор хотел получить её улыбку, её объятия, её смех, искреннюю радость. Это он хотел сжать её в крепкую хватку, не отпускать до тех пор пока дышать уже будет сложно, а руки устанут от напряжения. Нотт буравил взглядом эту троицу, так казалось что у каждого из них будет по одной дырке в голове, от его глаз. А потом когда Гермиона выпуталась из объятий рыжика, девчонка повернула свою голову на змей, а точнее на кудрявого паренька с именем Тео. Они встретились взглядами и легкая улыбка проскочила на лицах обоих. Только после этого, раздирающее чувство внутри Теодора отошло куда-то на дальний план». Как думаете сколько ещё времени Нотт сидел в своих воспоминаниях, он тоже этого не знал. Парень просто сидел посреди своей комнаты в полной тишине, с грузом в голове и раной на сердце. Некоторых в такие моменты посещают мысли: « А что если стереть память, убрать все события, все улыбки, весь смех, дни, недели из своей головы, так же будет проще», но это была точно не ситуация Тео. Он готов был разорвать себе голову, умереть в одиночестве, сойти с ума, но только не очистить разум. Слизеринец никогда бы отрекся от Грейнджер, Нотт всегда будет рядом с ней, даже если и она будет вдали от него. «Третий курс Как-то вечером, эти двое сидели в библиотеке на своем любимом месте, они доделывали домашнее задание, параллельно рассказывая какие-то новости из жизни. — Тео, обещаешь никому не говорить и скрыть это в секрете? - резко спросила Гермиона, парень посмотрел в её глаза в которых не читалось и капли шутки. — Конечно, я сохраню, ты же знаешь я не особо разговорчивый, так что там у тебя? — Не знаю, заметил ты или нет, но иногда я появляюсь на двух уроках одновременно, это не просто так Макгонагалл помогла мне в этом… - она залезла под кофту и вытащила маховик времени, прикрепленный к цепочке. — Стоп, это то о чём я думаю? - парень поднял бровь вверх, а во взгляде читался нескрываемый интерес. — Если ты думаешь что это маховик времени, то да, ты думаешь правильно. Только тише, нельзя чтобы об этом кто-то узнал, я не рассказывала даже мальчикам - внутри у Тео разлилось приятное чувство, она сказала только ему, она забыла про Гарри и Рона. — Это…это. Так круто! Боже я читал о них миллион раз, тебе повезло что ты можешь им пользоваться, я жду всех подробностей про его использование - парень улыбнулся наверное настолько искренне насколько мог, а Гермиона ответила ему тем же. Весь вечер до отбоя, они просидели там же, девчонка рассказывала все про устройство, делилась ощущениями, а Нотт сидел впитывая в себя всю информацию, параллельно любуясь неугомонной гриффиндоркой. Через пару недель в гостиную Слизерина влетел разъяренный Малфой, нос которого кровоточил, а он проклинал Грейнджер. — Что случилось? Что у тебя с носом? - Тео забеспокоился и решил напрямую спросить у своего друга. — Эта грязнокровка - от этого слова у Теодора промелькнуло гадкое чувство внутри, но он сдержался - ударила меня, своим тупым магловским способом, даже палочкой не пользовалась, как же она меня раздражает. — Она тебя ударила? - Нотт не смог унять свой смех, глядя на возмущенное лицо Драко и представление об этой картине, улыбка сама натянулась на лицо, а сам парень сложился пополам от этой истории». Теодор вспоминал все моменты становлений из отношений, сначала было не легко, всегда возможно находился кто-то второй, а парня съедала зависть, возможно даже ревность. Их путь был и правда сложный, но они надеялись что в итоге дойдут вместе до конца. Кто же знал, кто же знал… «Четвертый курс Турнир трёх волшебников, ученики Дурстранга и Шармбатона неплохо устроились в Хогвартсе, некоторые нашли себе друзей, некоторые даже влюбились, Тео было интересно за всем этим наблюдать, тем более когда прошла новость о том что Поттер тоже примет в этом участие. Нотт помнил как Гермиона всеми силами поддерживала шрамоголового, когда даже Уизли от него отвернулся. Это еще больше заставило слизеринца восхитится ею. Он даже в какой-то мере не понимал как в человеке может быть столько всего хорошего, неужели эта девчонка была настолько идеальной, парень не обращал внимания на все эти странные прозвища по типу «зубрилка», «выскочка» он всегда смотрел на неё по другому, Теодор видел в ней другую сторону: нежную, веселую, интересную, умную. Парень видел в ней девушку, которая была развита не по годам, которой был интересен мир, человека который отдавался полностью своим друзьям или близким людям. Гриффиндорка всегда старалась найти что-то хорошое в глубине темноты и всячески показывала это остальным. Просто некоторым этого было не понять. Но помимо брюнета, эту натуру увидел ученик Дурмстранга - Виктор Крам. Теперь она начала всё реже появляться в библиотеке, а если и была, то не с ним, а с Крамом. Это сильно задело Нотта, он не обижался, он просто чувствовал себя потерянным, брошенным, а внутри всё больше и больше начинала прорываться зависть и наверное как Тео потом понял - ревность. Слизеринец часто наблюдал за этими двумя, за их совместном времени, об их привычках, которые появились после длительного общения, за разговорами, незаметными взглядами, намёками, в каких-то моментах даже за прикосновениями. Грейнджер не забывала про Теодора, девушка общалась с ним, всё так же рассказывала истории, просто теперь этого стало в разы меньше, это парню и не нравилось. Он хотел больше проводить с ней времени, узнавать про её жизнь, интересы, услышать историй с летних каникул, может даже поделится своими. С отправления поезда на Лондон, гриффиндорка явно похорошела, стала краше, более уверенней и в ней чувствовалась эта внутренняя сила, её дух и закалка. Этим она и начала ещё больше цеплять Тео, он завидовал белой завистью Виктору, который проводил с ней время, она помогала ему с уроками, они обсуждали что-то новое, а Нотт просто иногда наблюдал за этим, сидя недалеко от них, так чтобы не было заметно. Началось подготовление к Святочному балу, парни искали себе пар, чемпионы тренировались с танцами, чтобы красиво открыть вечер, весь Хогвартс стоял на ушах, девушки думали над нарядами, макияжем, прической. В гостиной каждый вечер ученицы собирались своими компаниями и обсуждали все что только можно. Начиная от сплетен кто кого пригласил, заканчивая своими представлениями об их идеальном платье. Теодор не знал кого пригласить, он особо не был кем-то заинтересован, возможно где-то в глубине души парень думал о Гермионе, но сразу отбросил эти мысли зная что идея плохая. — Интересно, грязнокровку Грейнджер кто-то пригласит или она с учебниками вальс танцевать будет? - одним вечером сказала Паркинсон, многие посмеялись, такие как Малфой или Дафна. А Тео слабенько улыбнулся, чтобы ничего никто не понял. — Сомневаюсь что она вообще осмелится туда прийти, в чем ей приходить? В школьной форме? — Меня даже мучает интерес, вариантов не так много, но думаю один краше предыдущего - слизеринцы долго ещё обсуждали это, бросаясь колким фразами и шуточками, Нотт сидел с краю на диване, слушая это одним ухом и не придавая никакого значения. Наступил тот самый вечер, Тео пошёл на бал вместе со своей однокурсницей Дафной, она сама его пригласила, а парень решил, что лучше она чем ничего. Девушка была привлекательной и многие сокурсники обращали на это внимание, Теодор же в свою очередь не разделял их взглядов. Согласился слизеренец на это, только из принципа «не идти же одному». Все уже находились в Большом зале, он был красиво украшен, оркестр уже готовился к выступлению и непрерывной музыке для всего оставшегося вечера, ученики были в предвкушении увидеть чемпионов и их пар. Теодор всё время пытался найти Гермиону, но её почему-то не было видно и его уже начали посещать мысли, что она и в правду не пришла. В зале стоял гул разговоров, было шумно и Нотт решил выйти, хотя бы до открытия бала. Парень стоял за дверью, разглядывая только пришедших людей. Он увидел Гарри и Рона вместе с сестрами Патил. Рыжий был одет в очень смешной костюм, видимо достался от папы, Гарри не мог унять смех, глядя на своего друга, но всеми силами пытался поддержать, хоть получалось относительно не очень. Где-то в стороне стояла группа когтевранцев, которые о чем то оживленно общались с пуфендуйцами. Но Грейнджер всё так же не появлялась. Прошло наверное минут пять и из-за угла показалась гриффиндорка, она начала спускаться по ступеньками и многие рядом ахнули при виде её. Девушка была одета в прекрасное платье нежно розового цвета, её волосы сегодня не были кудрявыми и торчащими во все стороны, они были аккуратно уложены в красивую причёску, которая открывала вид на девичьи черты лица и профиль, пару прядей были вытянуты из всей картины, но это ни капли не портило вид. На ней был легкий макияж, который только подчеркивал всю красоту. Свет красиво падал на девушку добавляя в неё какую-то магию и притягательность. Теодор стоял, смотря глазами полными восхищения, он не мог оторвать взгляд, который был полностью прикован к гриффиндорке. Девушка спускалась вниз забирая на себя внимание со стороны всех факультетов, кто там стоял. Она даже не поздоровалась с Уизли и Поттером, её сразу перехватил Виктор, взяв под руку и повел к дверям, готовясь к выходу. Он прошептал ей что-то на ухо от чего она сразу очаровательно покраснела и немного посмеялась, отвечая, скорее всего на комплимент. Слизеринец проскочил в зал, ожидая их выхода, он был одновременно и восхищен и расстроен, парень всё так же хотел занять место Крама, прошептать ей приятные слова на ухо, чтобы та залилась краской, посмеяться вместе с ней. Потанцевать, наслаждаться жизнью, музыкой, её смехом. Но Тео понял что сегодня этому явно не бывать. Парень встал рядом с Дафной, где-то сзади них стояли Драко с Пэнси, а Блейз стоял с какой-то пуффендуйкой, про которую Нотт ничего не помнил. Тут оркестр заиграл, двери распахнулись, а чемпионы открывали бал со своими парами. Седрик Диггори вёл под руку Чжоу Чанг, Поттер шёл вместе с Парвати Патил, Флёр Делакур с капитаном когтевранской команды Роджером Дэвисом. Ну и напоследок из-за дверей показались Виктор Крам и Гермиона Грейнджер. Многие взгляды были направленны именно на последнюю пару. В гриффиндорке рассмотрели не только скучную заучку, но и красивую девушку. Некоторые ученицы завидовали Гермионе, так как сами хотели чтобы звезда квиддича пригласил именно их, а не тихую мышь с красного факультета. Вечер был в самом разгаре, все танцевали, веселились, некоторые целовались в углах, чтобы учителя не заметили. Каждый ученик наслаждался этим днём, вместе со своими друзьями и парами. Они кайфовали от жизни, от эмоций, ими был пропитан весь зал, весь воздух и каждый улыбался от этого только больше. Теодору надоела музыка, шум, смех и он решил всё таки уйти отсюда, подальше от всего, туда где будет тихо и никто не будет трогать. Нотт извинился перед Дафной и как можно скорее вышел за дверь, убегая от хауса. Ноги вели его к астрономической башни, он часто сидел там, думал о чём то своём, вглядываясь в звездное небо, воздух там был особенным, не таким как в остальном Хогвартсе, там чувствовалась свобода. Сидя в том месте ты чувствовал себя живым, открытым, у тебя как-будто появлялись крылья, которые давали возможность лететь за горизонт. Тео сделал шаг вперёд и увидел знакомую макушку. Это оказалась Гермиона. Она сидела на полу в своем красивом платье и смотрела куда-то вдаль. Парень тихо подошел к ней, но девушка всё же услышала его. Грейнджер резко повернулась, с неким испугом в глазах, но потом разглядев слизеринца, её взгляд потеплел. — Что ты тут делаешь, ты разве не должна танцевать вместе с Крамом? - начал разговор Нотт, присаживаясь рядом с ней. — Знаешь, мне было весело, правда весело, но в один момент я поняла что это не моё. Слишком много взглядов, слишком много шума, слишком много людей, слишком много всего - она протараторила это буквально на одном дыхании, поворачивая голову на Нотта - я люблю покой, почитать книгу в тишине, посидеть здесь, глядеть на звезды. Так чтобы на меня не смотрели каждые вторые, не шушукались сзади о том, как это заучку Грейнджер, пригласил сам Виктор Крам. — Я тебя понимаю, мне самому захотелось сбежать оттуда и просто насладится ночным спокойствием - Тео прикрыл глаза, немного закидывал голову назад и вдохнул полной грудью, зимнего воздуха - а как же Виктор, ты буквально сбежала от него - по башне пронесся легкий смешок. — Он хороший парень, заботливый, милый, но мне он не подходит, я не чувствую себя с ним, даже не знаю как сказать, особенной может. Я благодарна ему за то, что он показал мне что я могу быть другой Гермионой, красивой, привлекательной, интересной. Но Крам, не заставляет меня чувствовать собой, чтоли. Не знаю понимаешь ты меня или нет, но мне нужно кому-то открыться, а ты меня понимаешь. Виктору не всегда были интересны мои книги или увлечения, ему нравится что я умная и он говорит что во мне есть что-то волшебное, но так и не может сказать что - слизеринец слегка улыбнулся и повернулся к ней. — Я встречал только одну девушку с которой был полностью собой, такой какой я есть, с которой мне становится легко и просто, мои мысли не заняты миллионами вопросами «а правильно ли я делаю?» или что-то в этом духе, я просто нахожусь рядом с ней и чувствую сильное умиротворение в глубине души. И я всё чаще начинаю задумываться о том, что не хочу терять её, не хочу отпускать, я просто хочу быть рядом с ней. Все ровно в какой роли, просто чтобы она знала кто я, могла положится на меня и доверяла мне - парень говорил это всё с улыбкой на лице, лунный свет падал на него и от этого он становился ещё более привлекательным, от него исходила невероятная энергия и Гермионе нравилось это. — Той девушке сильно повезло, с твоих уст, я могу сказать что она прекрасная и ты замечательно к ней относишься. Ты прекрасный парень Теодор. Когда я только начинала с тобой общаться, я думала что ты такой же мерзкий слизеринец как и остальные, но в итоге ты стал для меня человеком на которого, мне иногда так хочется быть похожей - они оба смотрели друг другу в глаза, сидели под лунным светом и впитывали каждый момент этого вечера в свои воспоминания. — Гермиона - ты удивительная девушка, помни это всегда - Нотт почувствовал холод,осторожно достал палочку из кармана и наложил Согревающие чары, от чего воздух сразу стал теплее и приятнее. На это Грейнджер легонько ему улыбнулась, отвернула голову и продолжила смотреть вдаль ночного неба. Эти двое ещё долго сидели там, просто в тишине, никто из них не хотел разрушить этот момент, эту тишину, это умиротворение, которое заполонило всю башню. Их пальцы в процессе оказались слишком близки к друг другу, поэтому Тео, на свой страх и риск, осторожно потянулся кончиками к руке девушки, кладя свою руку на её, она даже не шелохнулась, но он разглядел её очаровательную улыбку». Четвертый курс наверное у Тео ассоциировался с самыми теплыми воспоминаниями, никакой войны, никаких Пожирателей Смерти, тогда было спокойно и хорошо. Главной их проблемой тогда было не получить плохую оценку или быть засечными Филчем. Тогда было всё так легко и просто, жизнь была другой, а потом уже разделилась на до и после. Но эти моменты грели душу каждый день, в каждую тяжкую минуту, когда ты думал что все потеряно именно эти фрагменты не давали тебе упасть, они поднимали тебя, намекая что когда-то всё будет так же замечательно, как было раньше, как было до войны, как было до появления Воландеморта. «Пятый курс Они переписывались летом, отсылали друг другу письма и писали о своих каникулах, делились своими историями, переживаниями. Гермиона рассказывала что Гарри был весь на взводе из-за Воландеморта. Тео всё знал, его отец напрямую связан с этим мерзким гадом, Нотт старший сразу после приезда его сына домой, сказал что всё лето Теодор проведёт в Европе, в одном из Ноттовских особняков на Севере Франции. Слизеринец знает что его папа всегда заботится о нём, после смерти матери парень стал для него всем, Нотт старший посвящал себя всего в жизнь своего единственного сына, свою жену он любил безумно и её потеря стала для него переломным моментом, но он понял что не один у него есть его первенец, наследник, а главное самый важный человек на данном этапе. Мужчина не отказывал сыну ни в чем, радовал его, баловал, защищал и надеялся что тот никогда не окунется в темный мир, тот в котором были Пожиратели Смерти. Как только Нотт старший узнал про возвращение своего «господина», сразу же принял решение, что летом Теодора не будет в Британии, он сразу же сделал всё чтобы пребывание во Франции оставило хороший отпечаток на Тео. Мужчина всеми силами пытался оберечь своего мальчика, не дать тому запачкать руки, отец лучше примет удар на себя, но не в коем случае не отдаст сына в лапы этой мерзкой ящерицы. Теодор любил отца, он ценил его, уважал, хотел стать похожим на него, мужественным, статным, но таким же открытым к своему ребенку, Нотт старший был для слизеринца главным человеком в жизни, он помнил все ценные моменты вместе, все прожитые дни, все подарки, папа всегда отдувался за двоих родителей и пытался вложить в сына по максимум, насколько это вообще возможно было, мужчина не заменял маму, он просто пытался сделать так, чтобы Теодор не чувствовал утраты, не ощущал зависти к другим детям, что они растут в полной семье, не тосковал по матери, хоть и у самого Нотта старшего часто бывали грустные вечера когда он вспоминал свою любовь, первую и последнюю. Так и не получилось ему полюбить кого-то ещё, но тот и не старался, всё его сердце было отдано малому с кудрявыми волосами, которые достались ему от мамы и шоколадными глазами, которые отец подарил своему сыну. И Тео, и старший из семейства помнили Миссис Нотт. Она была прекрасна, у неё были русые кудрявые волосы, зелёные глаза, манящая улыбка и невероятный смех, который заставлял смеяться всех кто его услышит. Женщина была доброй, любящей, она любила эту жизнь, а та любила её, Нотт всегда искала во всём что-то хорошое, что-то доброе, что могло скрасить все плохие поступки человека, наверное этим она и зацепила отца. Они были счастливы вместе, дополняли и отдавались друг другу по максимуму. Эта пара была необычайно красивой, а главное лучезарной. Женщина никогда не опускала руки и всегда поднимала на ноги своего мужа, даже когда все думали что их судьба уже предрешена. Возможно Тео видел в Гермионе свою маму, девушка была слишком на неё похожа, не внешними критериями, а именно внутренним миром и взглядом на бытие. Он думал что если бы эти две женщины встретились, то однозначно подружились и сделали бы так что все кто находился рядом с ними засияли новыми красками. Теодор скучал по маме, по их прогулках в поместье или магловском Лондоне, именно она привила ему любовь в тому миру, переступила через все стереотипы и показала жизнь обычных людей, без магии, волшебных палочек, квиддича. Его мать покинула его рано, но с ней было слишком много воспоминаний чтобы вот так просто забыть. И скорее всего именно поэтому ему нравилась Гермиона, из-за её схожести к родной маме. То что парню нравится гриффиндорка он понял не сразу, скорее всего это произошло как раз после Святочного бала, хоть и анализируя все свои чувства к ней, испытывать симпатию к золотой девочке он начал ещё с самой первой их встречи. Его лето прошло в письмах, рассказах о Франции, успокоении Гермионы про наступление Воландеморта. Он писал ей что очень бы хотел, чтобы она как нибудь посетила с ним семейный домик на севере. Парень писал ей про это место, а она заливалась восторгом, иногда говоря что завидует парню, но тот понимал что это совсем не со зла. Первый день в Хогвартсе запомнился не очень хорошо, новость о Амбридж, не обрадовала учащихся, но Драко как всегда был за свое, поэтому сразу решил вступить в дружину. Золотое трио были возмущены и на взводе, Гарри постоянно говорил про Тёмного лорда, а новую директрису это приводило в ужасное бешенство. Теодор старался просто не думать про что-то плохое, он любил и ценил каждый момент, разговор с Гермионой, парень знал что влюбился, знал это и немного боялся, Грейнджер всё таки была золотой девочкой, а Нотт просто слизеринцем, с которым она по странным событиям подружилась. Эти двое всё больше начали проводить времени вместе, сидели в библиотеке и чаще всего засиживались там на очень долгое время, что их приходилось выгонять, но уходили они оттуда с улыбками и смехом. Гермиона иногда румянилась от проницательного взгляда Теодора, а паренька это только и радовало. Ему нравилось каждое проявление в его сторону. Это была уже суббота, все начали сбегать в Хогсмид, но слизеринец и гриффиндорка договорились провести этот день вместе, не просто сидеть за учебниками и болтать, а погулять и насладится вдвоем этим выходным. Тео придумал куда поведет Гермиону, он нашел это место на третьем курсе, когда ему было скучно и одиноко, парень часто туда ходил, там была прекрасная атмосфера и чувство покоя, спокойствия. Они встретились после того как все ушли, во дворике. У Гермионы уже покраснели щеки и нос от холода, поэтому когда Теодор её увидел, он не сдержался и пропустил небольшой смешок, на что получил легкий удар в плечо, а после ещё сильнее залился смехом. — Не смейся! - громко заявила Гермиона, но все ровно улыбнулась. — Ладно, ладно. Ты готова? Я надеюсь тебе понравится это место, для меня оно многое значит - Теодор ожидал её реакции, а девушка кивнула в ответ и спрятала свои руки в рукава мантии. Грейнджер следовала за Тео, держась с ним на одном уровне, хотя он был выше и делал широкие шаги, все ровно пытался подстраиваться под небольшую гриффиндорку. Всю дорогу они просто болтали о чем только можно, иногда шли в приятной тишине, смотря по сторонам. Нотт постоянно поглядывал на девушку, у неё были красненькие щеки, немного потрескавшиеся губы от ветра, кудри развивались, а сама она просто смотрела по сторонам, время от времени улыбалась, не понятно от чего. Друзья пришли на место, это было уже глубокая осень, поэтому на поляне было прекрасно. Разноцветные листья чередовались в цветах. Тут даже запах был другой, атмосфера отличалась, с этого холма открывался прекрасный вид на осенний Хогсмид. Ближе к обрыву висели на двух деревьях качели. — Боже, Тео, где ты откопал это место? - Гермиона глядела и осматривала все вокруг не скрывая восторга и улыбки, Нотт же в свою очередь просто наблюдал за ней - Тут так красиво, мне безумно нравится здесь. — Я как-то давно ещё курсе на третьем забрел сюда и с тех пор часто хожу и расслабляюсь так сказать здесь. — И ты мне все это время не показывал его? Тут же потрясающе! — Я рад что сумел угадать и тебе здесь нравится - Теодор слегка склонил голову набок и поднял уголки губ. Они расстелили свой плед, который взяли заранее. Достали книги, а Гермиона какую-то непонятную для Тео вещь, она была с экранчиком и из неё торчал белый шнур, который расходился пополам. — Что это? - слизеринец всё же поинтересовался этой странной штуковиной. — Это - плеер, магловское изобретение из которого можно слушать музыку. Мне родители на день рождение подарили, я теперь не расстаюсь с ним. Хочешь послушать со мной? - Нотт на это просто кивнул, хотя сгорал от предвкушения - бери наушник, это вот этот белый шнур и вставляй в ухо. Сейчас включу песню одну, очень её люблю, надеюсь тебе она понравится - девушка в ухо вставила вторую затычку и начала что-то клацать в этой вещице. Весь мир заливает легкая музыка, милые ноты врывающиеся в уши, разливают приятный звук и слова, которые поет солист. «Well I wonder Do you hear me when you sleep? I hoarsely cry Well I wonder Do you see me when we pass? I half-die Please keep me in mind Please keep me in mind Gasping but somehow still alive This is the fierce last stand of all I am Gasping, dying but somehow still alive This is the final stand of all I am Please keep me in mind» Слова такие знакомые и родные. Гермиона тихо подпевает со стороны, она с закрытыми глазами медленно качается в бит, Теодор тоже решает закрыть глаза и насладится этим моментом, вместе с Грейнджер, вместе с девушкой, которая нравится, с той с которой он чувствует себя собой, чувствует свободу и тепло. Он ощущает уют и энергетику, которую раздает гриффиндорка. Парень готов сделать что угодно, лишь бы только она оставалась рядом до конца, иначе он не знает выдержит ли. Теодор слишком привязался к ней, утонул в её глазах, умер и отдался без возврата её смеху, веснушкам и любви, что она раздает всем, даже тем, кому по меркам Нотта не заслужил этого, гриффиндорка прекрасная и Тео понял это и не готов просто так отпускать. Гермиона открыла глаза и повернулась взглядом на Теодора. В тот самый момент, он понял, время пришло. Мир замер, где-то далеко были слышны легкие нотки мелодии. Нотт потянулся вперед к гриффиндорке, коснулся рукой подбородка и притянул её лицо к себе. Он наконец-то коснулся таких желанных губ, о которых мечтал долгое время. Гермиона сначала опешила, но потом ответила на поцелуй. Её губы были мягкими и сладкими, от какого-то ванильного магловского бальзама для губ. Поцелуй был нежным и спокойным, её руки зарылись в темные волосы Тео, а его расположились на подбородке девушки. Они не считали время, они просто жили тем самым моментом, не думая о проблемах, эти двое наслаждались временем вместе и утопали в ощущениях. С того дня прошло не так много времени, их отношения не ухудшились, стали только лучше. И может не гласно, но эти двое начали встречаться, пара не обсуждала этого, а просто начала проводить больше времени вместе, целоваться сидя в библиотеке, пока никто не видит, ходить на ту поляну, которая незаметно, но стала их местом. Началом истории и любви двоих. Гермиона иногда была занята тренировками с Отрядом Феникса, это Гарри придумал собрать учеников и тренироваться, готовясь к войне на которую многие закрывали глаза. Грейнджер, как настоящий друг согласилась на эту идею и сама упорно тренировалась и развивала свои возможности. Теодор же в этом её только поддерживал, говоря что она потом будет учить его разным приемам. Девушка же на это согласно кивала, продолжая рассказывать о своих успехах. В один день когда эти двое сидели в своем месте, согреваясь от чар, Гермиона выпалила, что сегодня у неё получился Патронус. Теодор никогда не сомневался в своей ведьме, она была умна, умелая и главное - упорная, но все ровно эта новость стала для него неожиданностью. Данное заклятие давалось далеко не каждому и отнимало много сил, некоторые вообще были не способны на него, так как это были самые мощные светлые чары. Грейнджер активно рассказывала про ощущение покалывания в руках, а потом о необычайной силе, которая выливалась из её волшебной палочки. Девушка в подробностях рассказывала как это сделала и что для этого было нужно. Главное правило - собрать всё самое хорошое и доброе, что было в твоей жизни, будь то это одно событие или человек, но оно должно быть настолько позитивным и ярким, что сообразит из себя целый луч света. Патронусом Гермионы Грейнджер оказалась - выдра. А когда Тео спросил, что же она вспоминала, ответ был прост. Пару вечеров с родителями, посиделки с Гарри и Роном, но перед окончательным ответом она немного замялась, а потом на одном дыхании протараторила. — Большую часть моего света, забрали на себя, воспоминания с тобой, я вспоминала и наш поцелуй, и наш разговор на Астрономической башне, наше первое знакомство, а после почувствовала это всё заново и произнесла слова. Они долго это обсуждали, но вскоре гриффиндорка предложила Нотту, самому попробовать заклятие. Он долго отнекивался, хотя глядя на Гермиону понимал, что продержится недолго. Ему сложно было сконцентрироваться, ярких воспоминаний было не так много, он начал с отца, с давних прогулок с матерью, но все это не помогало и выпускало только маленький лучик света. После неудачных попыток, Теодор собрал в своей памяти все этапы жизни связанные с Гермионой, перед ним появился её образ, её улыбка, волосы, смех. А затем парень произнес эти два слова и из его волшебной палочки, вылетел огромный светлый луч, какого-то животного, отдаленно похожего на выдру, но он отличался от неё. Вскоре они поняли что это было за животное. Патронусом Теодора Нотта оказался - бобер. Все месяцы проходили хорошо, они лучше узнавали друг друга, искали разные стороны, целовались, смеялись, их отношения были прекрасными. О них никто не знал, догадывался - да, но не больше, пара не афишировала, та и не хотела, им нравился их общий секрет. Тайна о которой никто не будет знать и которую никто не сможет сломать. Теодору и Гермионе нужен был их общий покой, общее состояние спокойствия, которое они разделяли между собой и утопали вместе. Но потом милый рай, начал заканчиваться. Поттер все больше кричал о Волландеморте, кричал о том что его нужно победить, как можно быстрее. Гермиона же как его друг была рядом с ним. Нотту время от времени писал отец, с просьбами, чтобы Тео не лез в неприятности и держался центра весов. Слизеренец продолжал общаться со своими однокурсниками, возможно не так часто как раньше, но парню казалось, что их не особо это волнует. Позже случился переломный момент. Обрыв отношений этих двоих. Теодор долго отговаривал Гермиону участвовать в плане Поттера. Попадать в Министерство. Потому что Нотт знал кто там будет. Он знал что там их будут ждать Пожиратели и очень надеялся что его отца там не увидят. Что Нотт старший останется в поместье и спокойно будет раздавать команды домовым эльфам. Но гриффиндорка его не послушала, она рассказала о прекрасном плане и уверила его не волноваться. Она и сама была не в восторге, но Гарри нужно было помочь, хоть это и опасно. Именно тогда слизеренец понял. Их отношения нужно прекращать. Теодор прямой наследник Пожирателя смерти, она же Золотая девочка. Они не смогут играть на две стороны баррикад, как бы им не хотелось. Парень не хотел причинять боль девушке, но знал если они сохранят, то небольшое, спокойное чувство в их сердцах, это может закончится плохо для обоих. За себя Нотт не переживал, его волновала только кудрявая бестия, которая заняла все его». Сейчас лёжа посреди разбросанных вещей, Тео понимает, что наверное это была одна из самых огромных ошибок его жизни и ему бы стоило вернуться в прошлое, поменять этот необдуманный поступок, позволить себе побыть с Гермионой чуточку больше. «Шестой курс Всё лето они не переписывались, их расставание прошло достаточно быстро, но чертовски болезненно. Гермиона пыталась объяснить и прийти к правильному решению, но Теодор все для себя принял и не терпел другого выбора. Ему было больно, обидно. Он терпеть не мог эту восставшую из неоткуда ящерицу, которая мешала им жить. Парень искренне полюбил девушку, давно ещё, задолго до отношений, поцелуя. Слизеренец понимал, что гриффиндорка забрала его ещё на первом курсе, на станции поезда. Но парень понимал что отдаление будет самым лучшим выбором из этой мразотной ситуации. Нотт скучал по перепискам через сов. Скучал по её почерку, небольшой маггловской привычке ставить непонятные скобочки, которые означали какие-то эмоции. Он бы хотел узнать как её дела, как обстоит ситуация в Норе или у неё дома. Услышать очередные новости про магловский мир, но увы это закончилось. Теодор часто сидел около своего стола и черкал непонятные слова на куске пергамента, выбрасывал туда свои чувства, эмоции, много раз хотел выслать Грейнджер письмо-извинение, объяснить всю правду. Но эти листки так не куда и не попадали, а просто пылились в дальном уголке ноттовской тумбочки. Идти обратно в Хогвартс было наверное самое сложное испытание, пытаться не смотреть на кудрявые волосы, не вглядываться в карамельные глаза, не искать в толпе учащихся небольшую гриффиндорку. У слизеринцев в этом году всё стало крайне плохо, Драко хоть и долго скрывал, но не смог вытерпеть груз задания в одиночку, поэтому рассказал свой секрет Теодору, Блейзу и Пенси. У последней в жизни тоже все было плохо, постоянные проблемы с родителями, она не хотела принимать эту чертову метку и вообще вступать в ряды Пожирателей Смерти, девушка хотела обычной жизни, закончить школу и заняться своим любимым делом. Блейзу было легче, поэтому он всеми силами старался поддерживать остальных, парень был энергичной батарейкой для каждого, вселял маленькую, но надежду на хорошое будущее. Так и проходили недели, месяцы, парень не контактировал с Гермионой, он часто поглядывал на неё, через слухи узнавал как она поживает, а девушка в свою очередь делала тоже самое. Они не пытались поговорить, в глубине каждого были отчетливо вырисованы слова извинений, возмущения, признаний, но никто из них так и не решался сказать этого. В один из вечеров пьянства, которое уже вошло в привычку для этой четверки, под действием алкоголя, трое друзей странно смотрели на Тео, медленно переглядываясь между собой. — Та что случилось уже? - парень обвел взглядом всех сидящих, но так нечего и не понял - Вы весь вечер только то и делает, что пожираете меня глазами. Говорите уже и не медлите. — Может уже поговоришь с Грейнджер? - первым отозвался Блейз, Нотта в тот момент как будто холодной водой облили, его лицо приобрело белый цвет, а сам он начал пялится на мулата - Если ты думаешь что мы настолько тупые, что все эти годы нечего не замечали, то ты определённо самый тупой из нас. — Ты думаешь мы не замечали этого? Ладно когда мы были детьми и ты вечно пропадал где-то забивая на нас, но мы начали взрослеть, ты не переставал увиливать от нас, а когда речь заходила о зубрилке ты вообще становился ниже травы и тише воды. Ни разу я не слышала гадости в её сторону из твоих уст - тут уже Пенси подключилась в разговор, а Малфой тем временем просто сидел и анализировал всю ситуацию. — Вы догадались все-таки - Нотту сложно было переварить все это, поэтому он медленно старался собрать свои мысли воедино - я не хотел об этом говорить, как вы себе это вообще могли представить. «Ей слушайте, мне тут начала нравится заучка Грейнджер, да-да именно та, которую вы чморите каждый вечер, я ещё кстати недавно с ней поцеловался». Так вы себе это представили? — Нотт ты все ровно мог об этом сказать, не уверен конечно, что Малфой отреагировал бы прекрасно, но его бы возможно опустило через время. Я так вообще только за провокационные романы - Блейз из года в год, но не менялся, его нрав и шутки будут с ним до конца, но это помогало ребятам, хоть они и не говорили. — Сейчас нас всех что-то, но связывает с Грейнджер - Малфой наконец-то произнес хоть что-то за последние пятнадцать минут, а Тео не поверил своим ушам и выставился на блондина с открытым ртом - заметь, я её даже грязнокровкой почти не называю, но слова о том что она зубрилка и надоедливая я буду тащить с собой до могилы. — Вы ведь больше не вместе, ты все время, которое мы в Хогвартсе ходишь как туча, ты скоро Филча заменишь, чтобы первогодок пугать. Ты с самого первого курса глаз от неё не отводишь, просто мы не хотели затрагивать тебя этими разговорами, нам было как-то не до этого, та мы и не понимали особо, курса так до пятого. — Грейнджер странная, но в прошлом году ты светился ярче некуда и тогда мы начали складывать пазл в своей голове. Ты даже и представить не сможешь как эти двое - Забини обвел пальцем Паркинсон и Малфоя - возмущались и говорили что я совсем умом тронулся, если представил тебя и кудрявую вместе. Пенси потом попустило, но язвительный нрав никуда не денешь, а наша королева драмы даже говорить с тобой не особо хотел, пока я ему мозги не вкрутил. — Хоть она и раздражает, эм, вообщем подними свой зад наконец и пойди с ней поговори, нам конечно проще, чтобы вас нечего не связывало, но ты ходишь как призрак и пить больше начал, обычно в этом выигрывал Забини - поддержку Драко давать не умел, та и гриффиндорку он на дух не переносил, но все-таки события с появлением Темного Лорда сильно отразились на нём. — Я уверен что ей будет лучше, если я уйду из её жизни, так ей точно будет безопаснее. — Самая главная опасность в жизни Грейнджер, это - Поттер, у которого задница на стуле ровно не сидит. А ты уж точно ей ещё больше проблем не наделаешь - Тео точно не знал, что же гриффиндорка сделала этим троим, что они начали к ней нормально относится. Парень не сомневался в добром сердце девушки, но все ровно слышать защиту в её сторону от своих друзей, он точно не ожидал услышать. Не то чтобы Нотт не услышал разговора и советов от друзей, но он не мог подойти к ней. Не мог подобрать правильных слов и все ещё боялся за неё. Поэтому парень как не старался, но подойти так и не смог. Пока в один вечер не застал её в гостиной Слизерина среди Малфоя, Пенси и Забини. Он возвращался с Астрономической башни, обычно он там сидел и курил, часто вспоминая тот самый вечер на четвертом курсе. Открыв дверь Нотт почувствовал запах алкоголя в воздухе, часы уже показывали за полночь и парень был уверен что слизеринцы как всегда засиделись за бутылкой огневиски, но зайдя дальше он увидел знакомую макушку, которая о чем-то беседовала с Блейзом. — А вот и герой любовник пожаловал - на его шаги обернулся Малфой, а за ним и все остальные. — Что тут происходит? - всё лицо Нотта выражало неподдельный шок и непонимание всей этой ситуации. — Тео - взгляд Гермионы был слегка затуманенный, а значит что она тоже пила, девушка улыбнулась парню, как будто они и не расставались. — Забери её и отнеси куда-то. Нести её обратно к гриффиндорцам нет смысла, но это уже твоя проблема - во всем этом, больше всего брюнета смущал Малфой. — Драко сегодня будет спать в моей комнате, а ты неси её к себе. — Забини! Его девушка пусть сам и решает что с ней делать, а моя комната остаётся моей и я не собирался сегодня спать с тобой. — Не нуди, Малфой - Блейз закатил глаза и отвернулся от блондина - а ты наконец забери её уже отсюда и уложи спать, повезло хотя бы что завтра нет занятий, голова у неё будет болеть адски. — Та я пойду, к себе. Спасибо за вечер - язык Грейнджер заплетался, а когда она попыталась стать на ноги, то уже начала падать, пока Теодор не подхватил её. Нотт поднял на руки девушку и пока она брыкалась, начал нести её в свою комнату. Гриффиндорка возмущалась, вспоминала Мерлина и проклинала Тео всеми возможными проклятиями. А парень просто шёл и наслаждался этим. — Всё, сегодня ты спишь здесь и пожалуйста перестань возмущаться - слизеринец положил её на свою кровать, но не успел он отойти как Гермиона ухватилась за ворот его рубашки и притянула к себе. Нотт не удержался на ногах и свалился прямо на кровать, а гриффиндорка воспользовавшись моментом неожиданности залезла на парня и вовлекла того в поцелуй. Глаза Тео расширились, а сам он не мог осознать правдивость всей этой ситуации, но вскоре зацепился руками за талию девушки и ответил на эту провокацию. В их поцелуи не было нежности и медленного темпа, они выбрасывали всю ту злость и обиду, что накопилась за такое длительное время. Пара не отрывалась друг от друга, а только то и делала что создавала бешеный ритм, не только поцелуя, но и сердца. Когда Теодор проснулся, то не сразу понял где и с кем находится, но кудрявые волосы начали жутко щекотать его лицо, поэтому слегка приподнявшись, парень увидел как на его груди лежит гриффиндорка. Гермиона тихо сопит и иногда сильнее сжимает Нотта в своих руках, видимо она не сильно хочет просыпаться. Поэтому парню остаётся только лежать и смотреть на девушку. Между его пальцев крутятся её кудри, а сам парень думает как с ней заговорить, после её пробуждения. Они явно пропустят завтрак, но сейчас Тео об этом не думает. Парень так скучал по Гермионе, по её запаху и теплу которое она давала. Грейнджер повертела головой, а потом резко открыло глаза и подняла на него голову. Но потом пожалела об этом, так как ночные пьянства дали о себе знать. — Доброе утро - глупое приветствие, после стольких месяцев расставания, но это единственное что пришло на ум Теодору. — Что случилось? И почему я в твоей кровати? - девушка одновременно и возмущалась, и было в полном недоумении, поэтому сразу перешла в нападение. — Я сам не знаю, но вчера застал тебя в нашей гостиной, где ты мило беседовала с Драко, Пенси и Забини, а в твоих руках был стакан с огневиски. Я перенес тебя в свою комнату, где ты и заснула. — Мы вчера целовались. - возможно девушке стоило слезть с Тео, но она или не полностью проснулась или делать этого не собиралась, поэтому она просто прорычала что-то и увалила свою голову обратно на Нотта - Мы должны поговорить Теодор Нотт. И пока ты не начал увиливать я сразу говорю, что разговора тебе не избежать - парень скучал по этому командному тону. — Хорошо, но нам нужно встать для начала, так как наше положение сейчас, не самое удобное для разговоров - девушка согласилась, потому через пару минут они уже оба сидели на кровати и каждый думал о том как начать беседу. — Ты поступил глупо, безответственно и вообще ты идиот. Наплел мне какую-то чушь, а потом не весточки. Мне было больно и обидно. Я надеялась что ты хотя бы подойдешь и объяснишь все нормально, но нет же. — Я знаю. Мой поступок нельзя оправдать, но я это сделал только ради твоей же безопастности. Как не крути, но мой отец бывший Пожиратель, он пытается уйти от этого, но зная того чье имя нельзя называть, я не могу быть полностью уверен. Мне не хотелось и не хочется делать тебе больно, просто так мне кажется будет лучше для тебя. — Тео, у меня есть голова на плечах, я спокойно могу сама решать что и как мне лучше, ты не обезопасишь меня этим, но больнее сделаешь. Ты не представляешь как за тобой скучала, ждала чего-то. Мы почти с первого курса были вместе, а потом ты решил отдалится и не появляться в моей жизни, это несправедливо. Я хочу быть с тобой и мне все ровно на то кто твой отец, что может сделать Темный Лорд, просто будь рядом и не уходи. Я уже слишком много обижалась на тебя, чтобы сейчас упускать этот шанс, если ты не хочешь быть вместе, так и скажи, но не решай за меня. - Гермиона поднесла свою руку к щеке Тео и повернула его голову, в свою сторону. У Теодора крутилось множество мыслей, но он так хотел быть рядом с гриффиндоркой, поэтому наплевав на всё и всех, он просто притянул к себе Грейнджер и накрыл её губы поцелуем. Она сразу ответила и переложила свои руки к нему на шею, этот поцелуй олицетворял и передавал все эмоции, которые были у этих двоих. Он длился долго, а те не следили за временем. — Прости меня, Гермиона - это было точкой их ссоры, точкой разногласий, недомолвок, которые окружали парня и девушку - я просто боялся за тебя, потому что люблю и решил что это будет самым верным решением. — Я люблю тебя, Теодор Нотт, мы справимся со всем, но только вместе.» Парень знал что шестой курс был сложным для всех, но все ровно он оставил после себя много хорошего и прекрасного. Слизеринец помнил, как девушка часто начала заглядывать к ним в гостиную, а его друзья начали привыкать к ней и даже Малфой свыкся к её компании, ему было труднее всех, но Гермиона давала всем змеям отдохнуть в своем обществе. Все забывали про свои проблемы, просто наслаждались дружеской обстановкой и небольшим секретным покоем. Наверное именно эти вечера подействовали на слизеринцев так, что в войне, они перешли на другую сторону, не на ту, которая по идее была им прописана, а на ту, которую они почитали нужной и правильной. Они сражались на светлой стороне, на стороне Ордена и ни разу об этом не пожалели. Им было сложно противостоять родителям, но они знали что где-то есть гриффиндорка, которая растопила их черствую душу и приняла такими какими они есть.

***

Наверное он давно принял это решение, ещё тогда, когда в Гермиону попал луч заклинания. Он просто был слишком слабым, чтобы это сделать. Прошло полгода. Полгода со смерти Гермионы Грейнджер. Полгода мук, страданий. Ему нечего не помогало, ни друзья, ни люди вокруг, ни время. Рана росла и разрасталась и в один момент он просто понял что хочет это прекратить. Встретится где-то там или вообще уже в другой жизни, но с гриффиндоркой, с его кудрявой бестией. Целыми днями Тео приходил к той самой поляне, к их месту, уголку покоя и самых славных воспоминаний его небольшой жизни. Парень смотрел на качели, на то самое дерево, около которого они сидели и когда-то поцеловались. Ему мерещился её смех. Он страдал, он убивался. Парню было слишком больно, Тео не захотел больше этого чувствовать и терпеть. В его руках лежала баночка с ядом, которое он приготовил сам, найдя рецепт в старых книгах. Больно не будет, хотя больнее чем было в эти полгода уже быть не может. Крышка отлетает в сторону, Теодор последний раз смотрит на небо, вдыхает воздух и улыбается. Это единственное, что он хочет сейчас сделать. Яд попадает в его организм, веки опускаются. Муки заканчиваются, сердце останавливается, а история этих двоих заканчивается. Они были счастливы. Они любили друг друга, просто жизнь почему-то не дала много времени. Теодора Нотта скоро найдут на том холме. В одной руке будет лежать пустая баночка, а в другой записка, написаная его почерком. На клочке бумаги начеркано немного и никто не поймет что это значит, но это маленькое послание, объяснение и извинение для Гермионы. «Мои пальцы были скрещены»