Подснежник

Двадцать пятое декабря. Четверг. Морозное утро, вполне характерное для этого города. — Что? — поднял взгляд Вова, когда услышал привычное «смотри», нашёптанное другом. Егор молча взглядом указал вниз: он закинул ногу на ногу, хвастая незатейливым рисунком на своей подошве. Вова хихикнул. Его легко было рассмешить, особенно когда речь заходила про одноклассника, делящего с ним парту — ну, было в нём что-то такое, что вызывало улыбку и без определённой причины… По крайней мере, у этого парня. Скрип стула, на который опрокинулся Егор, при этом довольно приподняв самые уголки губ. Возле них встала учительница, недовольная вновь сорванной ими тишиной. Вова выпрямился, поворачиваясь в её сторону, когда та начала монолог о том, как её достал этот класс. — Ай-ай-яй, Володя. — с явным сарказмом покачал головой Егор, прикрыв глаза. В ответ на это, с наигранной оскорблённостью, парень начал свою песню а-ля «да что я-то», перекладывая свою вину на друга: взрослеть никому из них не хотелось. Да и зачем? В распоряжении был целый год. — Год. — вслух подтвердил мысль темновласый, задерживаясь взглядом на Вове. Что будет после? Звонок, вытащивший юношу из размышлений о чём-то своём — Владимир, как обычно, собрал вещи ещё несколько минут назад, несмотря на то, что остальные продолжали писать. — Идёшь? — приподнял одну бровь он, оперевшись на парту ладошкой. — Да подожди ты. — Егор спешно закинул вещи в сумку. — Вов… Куда ты поступать планируешь? — на ходу окликнул друга парень, смотря куда-то себе под ноги. —А чего такое? — задал встречный вопрос Владимир. — Да че ты, интересно просто. Вова протяжённо хмыкнул. — мне город назвать? — Егор утвердительно качнул головой. — Да куда возьмут, туда и поступлю. — усмехнулся парень, пожав плечами. — а ты? — Не знаю, получается. День прошёл незаметно для них обоих: несколько замечаний, выпрошенный у одноклассницы кусок булочки, впоследствии разделённый ими пополам, скучный урок истории, на котором их рассадили, из-за чего Егору только и оставалось, что смотреть на друга издалека. А что ещё ему на уроке делать? Не слушать же лекцию… К тому же, наблюдать за товарищем было необъяснимо интересно. Манера его общения, движения, мимика — всё это казалось Егору чем-то до невозможности… Привлекательным? — Педик что ли? — хмыкнул парень, прийдя к единственному логическому заключению. — Педик. — подхватил Вова, что подошёл сзади. — а кто педик? — Ты. — Егор пихнул того в плечо, слабо усмехнувшись после. — Иди ты. Двадцать пятое декабря. Пятница. Вылезло совсем негреющее солнце. — У тебя девушка есть? — Вова с интересом глянул на несколько уведомлений от незнакомой ему барышни на телефоне друга. Егор закатил глаза. — Да. Твоя мама. — экран потух. — Несмешно. — его друг отпрянул, скрестив руки на груди. — Ты улыбаешься. — озвучил факт Егор, не отрывая взгляда с чужих уст. За ночь размышлений, он более или менее принял свою симпатию к однокласснику. Всё-таки это не то, о чём стоит волноваться. Всё-таки это нечто чисто подростковое. Совсем невинное. Так ведь? Егор выдохнул. — В бк сегодня пойдёшь? — Не смогу. — покачал головой парень. — Почему? — Свидание у меня. — бросил Вова, намереваясь отомстить за упоминание его матери: пусть подобное и не задевало ни одного из них, но оставаться со счётом один ноль ему не хотелось. Однако Егор промолчал. Даже как-то поджался, услышав эти слова. Отчего ему было так неприятно? Очевидно. Кажется, парню стоит дать другу понять, что даже шуток подобных с его стороны быть не должно: хотелось указать парню, кому он принадлежит. О невинности, видимо, не могло идти и речи. Двадцать шестое декабря. Суббота. За окном виднеется небольшой снегопад. Последний день, перед началом зимних каникул. Раздражающий писк будильника. Егор зевает, вытягиваясь на кровати, затем лениво переводит взгляд на календарь: с завтрашнего дня и до конца каникул они с Вовой станут видится значительно реже. С каких пор это вообще его заботит? Рука сама потянулась к телефону, дабы набрать его номер и спросить, будет ли он сегодня в школе. Всё же, последний день, оценки уже были выставлены, так что большинство, скорее всего, решат отсидеться в этот день дома. Сказать честно, он бы и сам не стал просыпаться сейчас, если бы не странное ощущение в груди, заставляющее его желать быть с ним. — Точно педик. — раздражённо выдохнул парень, когда послышались гудки. Через некоторое время, с другого конца трубки раздался его сонный голос. — Э… Ало? — Он явно не собирался приходить сегодня. — Чё звонишь так рано? — Ты сегодня придёшь? — монотонно проговорил Егор, не отрывая взгляд с календаря. — Не собирался вообще-то… — зевок. — Ну так… Раз ты уже проснулся, приходи, похуй. — Зачем? — Покажу кое-что. Вова цокнул. — …Мы не можем встретиться вне шко-- — приходи. — прервал того Егор, отключившись после, дабы точно оставить того без возможности отказаться вслух. Владимир чуть воздухом не подавился от возмущения, хотел было написать ему, мол, «да ну, пошёл нахуй!!!», однако рука не потянулась, вдруг там что-то интересное, а этот дурень после решит, что больше ничего увидеть ему не дано. Обидно же выйдет. Или нет. — Понятия не имею, что ты там хочешь показать, но если это не что-то стоящее того, чтобы проснуться рано утром в субботу, я тебя прибью. — Вова закрыл шкафчик, недовольно продолжив бурчать себе что-то под нос. — Хуй покажу. — выдал буквально первую попавшуюся мысль Егор, издав после мерзкое «хе-хе» басом. — Да ты долбоёб… — просмеялся Вова, дав другу по плечу. Шутка была глупой. Почти как они сами. — Ээ, сам такой. Звонок на урок. В классе людей было ожидаемо мало: две девочки, что тянут ручки выше всех, дабы получить сорок пятую по счёту оценку за день, успешно коммуницируя при этом лишь друг с другом, ещё две персоны, находящиеся где-то сзади и пришедшие, кажется, только чтобы пошушукаться о мелочах друг с дружкой и сходить вместе в столовую, высокого роста парень, по сей день шмыгающий носом и всем своим видом показывающий, что он сам без понятия, зачем пришёл, и ещё две девушки, сидящие впереди Вовы. — Я нехорошо себя чувствую. — Егор выпрямился, обращаясь к учителю. — Могу я сходить к медику? — Иди уже. — не оборачиваясь оставила та. — Подойдёшь к туалету на первом минут через шесть. — прошептал он Володе, уходя из кабинета. Владимир же, последовав его просьбе, наткнулся на вполне обоснованное «нет»: до конца урока оставалось всего семь минут. — Нашёл время. — недовольно оставил тот, а затем полез в карман, дабы написать другу, что он задержится. Благо, учитель обещала отпустить их чуть раньше начала перерыва. Вообще-то, так выйти и должно было. Если бы его и отпустили, темновласый бы постарался как можно дольше тянуть, дабы наверняка успеть ко звонку. Ему нужно, чтобы их нахождение в тет-а-тет прервали, так, на всякий случай. Мало ли. — Еле дописать успел, чтобы не ждал долго. — Вова подошёл к назначенному месту. — Смотри. — подозвал того друг, прикрыв кабинку. — Че такое? Егор чуть двинулся вперёд, накрывая его губы своими. Раздался звонок. В голове зашумело неприятным эхом. Поцелуй? Вова, очевидно, растерялся: сначала замер, широко распахнув глаза, а затем, когда его наконец отпустило, попытался оттолкнуть друга, при этом отвернувшись в сторону, дабы оборвать эту гомосятину. — Ты ёбнулся? — Я люблю тебя. В коридоре послышались голоса. — Ты реально из этих? — с отвращением выкинул Владимир, вытирая губы руками. — А ты меня... Нет? — с искренним удивлением спросил Егор, привыкший к тому, что каждая бросается к его ногам, стоит ему только пригласить. По крайней мере, так считал он сам. — Нет конечно. — честно сказать, Вова просто не думал об этом. Он привык считать, что это неправильно, поэтому даже если какие-то чувства у парня и были, Владимир давил их прежде, чем успевал осознать. — Придурок блять. — из этой самой растерянности оставил тот, поджав губы. Егор... Кажется, разозлился? В туалет забежали парни из старших классов, которым не терпелось сделать затяжку после сорокаминутного перерыва. Судя по голосам, некоторые из них являлись знакомыми Владимира. — Это твои друзья? — перешёл на шёпот Егор, приподняв уголки губ. — Как думаешь, как они отреагируют, если застанут тебя здесь? Таким... — он расстегнул несколько пуговиц его рубашки. Ответа от Вовы не последовало. Рука темновласого опустилась к талии парня, прошлась самыми кончиками по мягкой ткани, а после вовсе скользнула под неё. Владимир дёрнулся, снова отвергнув чужие ласки: из-за кабинки послышался смешок. Юноши с интересом обсуждали что-то между собой, но лишний шум правда мог бы привлечь лишнее внимание. — Сядь. — Егор взглядом указал на туалет. — Ноги из-под кабинки видно. — продолжил он шёпотом. Причём лёгкая полу ухмылка так и не спала с его лица, в целом делая его вид абсолютно спокойным, никак не смущённым с ситуации, даже довольным в какой-то мере. В отличие от Вовы, мимикой ярко выражающий своё недовольство и растерянность, смешанные с желанием въебать другу, да посильнее. Самое обидное — на этот раз, правда была на его стороне. — Когда это закончится, я тебя убью. — прошептал Владимир, тихо поджимая ноги. — Обязательно. — Егор усмехнулся, чуть раздвигая их. К счастью, физически тот явно превалировал оппонента, так что особых сопротивлений не последовало – само собой, помимо бесполезных толчков свободными руками и негодующей мордашки, наоборот добавляющей некого азарта. — Да прекрати ты, блять. — шёпотом огрызнулся Вова. — Расслабься, пока я не перевязал тебе ручки твоим же ремнём. — в это легко было поверить. — Не надо… — почти отчаянно пробормотал парень. — Володя… — Егор улыбнулся, погладил того по голове, вновь разжимая чужие ноги, а после, подошвой чуть надавил на его промежность. — Да чё ты. Раздался обрывистый вздох. — Хватит. — парень попытался убрать его ногу. — Заебал. — в какой-то момент, улыбка спала с его лица. Тот схватился за шею парня, аккуратно сжав её: очень больно, вроде как, быть не должно, однако для задачи перекрыть Вове кислород этого было вполне достаточно. — Урод. — парень сжал зубы, руками пытаясь ослабить чужую хватку, но в ответ лишь получил пинок в живот, вызвавший у него сдавленный хрип. Тихий такой. То ли чтобы его не услышали, то ли потому что дышать нечем было. Тем временем, Егор продолжал нагло исследовать его тело. Расстегнул ширинку брюк Вовы, с усмешкой глядя на привставший половой орган. Нравится всё-таки. — Отпусти. — из последних сил выдавил из себя Владимир, даже сейчас пытаясь въехать тому ногой по морде. На блестящих глазах выступила небольшая бусинка слёз, лицо окрасилось красным от нехватки кислорода, кажется, ещё немного, и тот... — Я люблю тебя. — прошептал парень и ослабил хватку, убедившись в том, что более тот ничего сделать не сможет. Чисто физически. Вова и сам наконец осознал, что не сможет. Даже говорить без хрипа и усилий было трудно, что уж там шевелиться. Он отвёл взгляд в сторону, лишь бы не видеть лица своего... друга? сейчас. Кто знает, может, так это быстрее закончится. — Умница. — Егор прошёлся по его макушке, улыбаясь так довольно, словно не он только что силой раздвинул этому юноше ножки. Он огладил его сквозь тонкую ткань, затем заполз под неё. До звонка оставалось чуть больше минуты, но кого это волнует? Разве что, парней, которые спешно разбежались, увидев время. Однако те не должны их больше беспокоить. Более того, никто больше не должен. Наверняка учителя решили, что те просто свалили с уроков пораньше. Благо, они успели заработать себе подобную репутацию. — Нравится ведь? — Улыбка его стала ещё шире. — ... — Вова нахмурился. Егор спустил его рубашку, прошёлся холодными руками вниз, обвёл какой-то странный узор, известный лишь ему самому, на торсе парня, а затем наконец спустил его низ. — Прелестно. — отметил для самого себя он, аккуратно коснувшись полового органа юноши, после чего медленно начал двигаться: сначала просто зацикленными движениями заставил его встать окончательно, а затем, чуть ускорившись, сорвал первое подобие стона от его друга. — Мне казалось, это произойдёт по-обоюдному. — темновласый прищурился, свободной рукой прильнув к чужим соскам. — Но знаешь... — он слегка опустил уголки губ, из-за чего стал выглядеть в разы... Теплее? Хотя, ни о каком тепле с его стороны не могло идти и речи. — Так мне нравится даже больше. — Больной ублюдок. — прохрипел Владимир, вновь попытавшись выбраться, на этот раз, не побоявшись пойти и на грязные методы, со всей силой дал тому меж ног. Егор же, уверенный в том, что тот наконец расслабился, даже закашлял от неожиданности и оскорблённости. К счастью, этих нескольких секунд хватило, чтобы Вова, толкнув того пред этим, выбежал из кабинки, попутно натягивая на себя одежду. — Подожди… — жалобно протянул темновласый, взглядом провожая друга. Было больно. Двадцать седьмое декабря. Воскресенье. Погода... К чёрту её. Вова не выходил на связь со вчерашнего дня. Заблокировал парня везде, где смог, и закрылся. Идти к нему домой было бы странно, пусть идея взять Владимира прямо перед его любящей матерью и казалась забавной. Егор лежал на кровати, размышляя о чём-то своём. — Подуется и пройдёт. — закатил глаза он, почесав щеку. — Наверное. Однако что он будет делать в случае, если окажется не прав?