Ты не один, мой астронавт

Сокджин присел за стол на залитой солнцем кухне. Поверхности сияли чистотой, шкафчики и холодильник были пусты, цветы с подоконников и хомячок — отданы дружелюбным соседям. Ему предстояло надолго покинуть дом. Было грустно, но лишь чуть-чуть. Ведь это путешествие он проведет вместе с друзьми-коллегами-братьями. Их всегда было семеро. С самого выпуска из академии они объединились в одну команду, стеклись со всех концов страны в единое целое, словно капельки ртути. И вот уже почти десять лет каждый испытательный полет, каждую длительную экспедицию они совершают вместе. Помимо того, что им комфортно и весело в устоявшейся команде, была еще масса рабочих моментов, которые выполнялись тем или иным членом экипажа без лишних слов. Каждый отвечал за определенные функции в полете, дрейфуют они на орбите или высадились на отдаленную неизведанную планету. Взаимопомощь, увлеченность общим делом и безоговорочное доверие друг другу — вот что отличало эту команду от остальных экипажей. Сегодня вечером они рванут за пределы нашей системы. Исследования показали, что на одной из планет, крутящейся вокруг соседнего солнца, обнаружено вещество с небывалым энергетическим потенциалом. Руководство вцепилось в эту новость, ведь запасы энергоресурсов на планете истощаются, а все одиннадцать миллиардов человек по прежнему нуждаются в энергии. Задачей команды Сокджина было достичь планеты, собрать образцы в шести разных ее точках и привезти их на Землю. Всё просто. Тем более им дают сверхновый корабль, который способен домчаться до цели за какие-то полтора месяца. Закинув на плечо сумку с личными вещами, Сокджин еще раз оглядел свою светлую квартиру, поцеловал портрет родителей и вышел за дверь. — Хэй, Джин-хён, прекрасно выглядишь! Выспался? — воскликнул Тэхён, встретив капитана в предполетном павильоне. Ким Тэхен отвечал за манипуляторы и состыковку. Человек с доброй душой и нестандартным, но очень интересным мышлением. — Да, спал как младенец, — отозвался Джин, — а ты как Тэтэ? Пищеварение на нервной почве на этот раз не подвело? — О, нет-нет, всё прекрасно, — чуть смущенно улыбнулся Тэхён. — Вот и хорошо. А где остальные? — Намджун и Хосок внутри, проверяют с механиками блок управления. Чимин и Чонгук в тренировочном. Сказали, что разомнуться, но это больше похоже на соревания кто сильнее и быстрее. — Как всегда, — закатил глаза Сокджин, — а Юнги? — Хён еще не пришёл, — пожал плечами Тэхён, — наверное жена не отпускает. — Скорее уж дочка, — заметил Джин, — вчера я заходил к ним, так она с отца буквально не слезает. И ведь не маленькая уже, пять лет а всё на ручки! — А я не против, — раздался за спиной хрипловатый голос Мин Юнги. Он был вторым пилотом и правой рукой Джина. Всю учебу в академии они прошли бок о бок и знали друг друга настолько досконально, что вслух могли уже и вовсе не разговаривать. — Отпустила всё-таки? — Утром заводчик привез щенка, которого ты подарил нам вчера, — сказал Юнги, пожав руку Джину, — Спасибо! Все в восторге. Она назвала его Утто и я очень надеюсь, что бедняга выдержит бешеный поток ее ласки. — Утто? — удивился Тэхён, — Какое то не собачье имя. — Да пофиг, — махнул рукой Мин, — главное что они подружились. — Идемте в центральный, — сказал Джин, стараясь вернуть себе серьезное выражение лица, — скоро начнется инструктаж. Несколько часов они посвятили подготовке к полету. Руководство, техники, медики-все проводили последние приготовления, проверки и тесты. Команда была готова по всем параметрам. Как обычно. — Я позвоню папе, — сказал Пак Чимин, штурман, картограф и ответственный за навигацию на поверхности, — он обещал посмотреть на взлет. Наверное уже подъехал к базе. — Тебе давно за тридцать, а твой папа всё еще провожает тебя в садик? — поддел друга Чонгук, самый младший, но самый сильный член экипажа, который отвечал за грузы, топливный запас и сохранность образцов. — Не в садик, а в первый класс, дурачина, — смеясь, пихнул его в плечо Чимин и убежал к выходу, чтобы поймать сигнал. — Намджун, Хосок, — окликнул друзей капитан, — всё отлажено? Сюрпризов не будет? Ким Намджун и Чон Хосок были мастерами по технической части. Разбирались как в механике, так и в электронике, постоянно обновляя и расширяя свои знания. В прошлом году за них билось несколько экипажей, предлагая баснословные суммы и кучу привилегий. Но ребята лишь переглядывались с остальными друзьями и посмеивались над этой ситуацией. Ни за какие богатства мира они бы не сменили команду. — Да, хён, — доложил Хосок, — полный порядок. На последних испытаниях уже ничего не выявлено. И сегодня мы перепроверили каждый узел. — Хорошо, — кивнул Джин. — Чонгук, контейнеры закреплены? Нам не нужно чтоб они опять парили по грузовому, как в прошлый раз. — Позапрошлый, вообще-то, — сконфузился Чон, — а сейчас да, дважды перепроверил. — Получасовая готовность, — скомандовал Сокджин, — отдохните пока. Поговорите с родными, если надо. Не увидитесь четыре месяца. — А может и больше, — заметил Чимин, вернувшийся после разговора с отцом, — я изучал ландшафт вокруг назначеных точек сбора и он мне не нравится — слишком рыхлый и бугристый. Одним словом, нам придется попотеть. — Справимся, — заверил его капитан. И все поверили. Они привыкли доверять Сокджину. Потому что за каждым его обнадеживающим словом скрывалась не пустая надежда или желание подбодрить, а проведенные исследования, часы и дни работы и изучения, тестирований и консультаций. Джин всегда был уверен в том, что говорит своей команде, потому что лично проверял каждую мелочь в плане предстоящих полетов. То, что не успевал сделать сам, передавал Юнги. А тот, будучи еще более дотошным, порой подвергал сомнению даже данные Джина. В итоге команда всегда оказывалась готовой к тому, что их ждало. Мужчины разбрелись кто куда. Сокджин вышел из павильона на широкую площадку. Солнце клонилось к закату. Он задрал голову и вдохнул полной грудью. Джин любил этот момент, когда все готово и тебе только осталось попрощаться с Землей. Она, конечно не отвечала ему, но Джин был уверен, что планета всё слышит и чувствует. — Ну, что, старушка, — сказал он тихо, — скоро увидимся. Каждый раз он осознавал вероятность того, что они могут не вернуться сюда. Но от этого каждый вдох перед отлетом казался лишь ценней. Взлёт прошел как по нотам. Джин и Юнги слаженно правили двойным управлением, Чимин корректировал угол, Намджун следил за показателями. — Отстыковка, — скомандовал капитан, когда они покинули орбиту. Тэхён проделал все необходимые манипуляции и корабль, ускоряясь, дернулся. — Набираем скорость, — сказал Юнги. — Плавнее, — велел Хосок, следя за приборами, — не перегружай. Набрав нужную скорость и сверившись с расчетами, Сокджин разрешил экипажу немного отдохнуть. На мостике остались только Юнги и Чимин, которым выпал жребий дежурить первыми. Джин зашел в свою узенькую каюту. К нему постучался Хосок: — Хён, ты в порядке? Я заметил, что ты молчалив сегодня. — Нормально всё, Хоуп, — он иногда звал так друга, потому что когда тот улыбался, то даже самый печальный человек обретал надежду. — Просто волнуюсь немного. Дальняя дорога, да и техника новая. — Техника в идеальном состоянии, поверь мне, — заверил капитана техник. — Хорошо. Значит тревога скоро пройдет. — Если нужно поговорить — мы рядом. Ты знаешь. — Конечно. Дни летели так же быстро, как и их корабль. Дежурили парами по очереди, обсуждали предстоящую работу и оставшиеся дома дела. Слушали музыку и читали книги на электронных панелях. Скучно им вместе не было никогда. — Эх, не хватает кольца с мячом, — пожаловался Чимину Юнги, передав дежурство Джину с Чонгуком, — сейчас бы побросали, размялись. — Да, хорошо бы, — потянулся Пак. Он тоже любил баскетбол. — Как вернемся, привози ко мне семью, устроим пикник. Я на кольцо новую сетку приделал, теперь не сжульничаешь. — Хой, когда это я жульничал? — возмутился Мин. — Не ссорьтесь мальчики, не ссорьтесь, — входя в общий отсек, сказал Намджун, — вы сейчас похожи на моих балбесов, — хохотнул он. — Ты просто отец года, — усмехнулся Юнги, — так мило называешь сыновей. — Ну а кто они? Вечно что-то чудят, ломают, дерутся. А через минуту сидят в обнимку и смотрят какую-то ерунду по телеку. — Братья же, так и должно быть, — пожал плечами Чимин, — я со своим так же рос. — Смотреть на это со стороны родителя — ужасная пытка, — признался Ким, — не знаешь, то ли разнимать, то ли обоим наподдать по мягкому месту. — А я бы не мешал своим самостоятельно разбираться, — в отсеке появился Тэхён. — Ты со своими гипотетическими пятью детьми вообще очень добренький, — хохотнул Чимин, — вот появятся они в реальности, посмотрим каким ты станешь. — Не появятся, пока летать не перестану. Еще лет восемь, а там можно и семью заводить, — спокойно ответил Тэхен, у которого всё было продумано и рассчитано. — Ладно, папаши, — сказал Пак, — обсуждайте тут свои общие темы, а мне, как закоренелому холостяку, нужно хорошенько выспаться. Спустя сорок два дня полета, корабль донес их до границы соседней солнечной системы. Сокджин снизил скорость. Юнги всё внимание сосредоточил на малоизученной части космоса, которую им предстояло преодолеть. Пару раз они натыкались на небольшие поля астероидов, но Чимин во время замечал препятствия на радарах и указывал свободный путь. Так они долетели до орбиты планеты, которую прежде видели только на фотографиях. Она была меньше Земли и отличалась отсутствием водных и растительных масс. Вся поверхность бугрилась серыми и бурыми пятнами. — Завтра высадка, — сообщил капитан, — действуем по плану. Спускаемся в капсуле, укрепляем ее на поверхности. За трое суток объезжаем все шесть точек, собираем образцы. Затем поднимаемся обратно. Юнги, ты остаешься здесь на борту и ловишь нас по завершении миссии. — Посмотрим, — хохотнул Мин. Потом извинился и отчеканил для самописца, — так точно, капитан. — Постоянно поддерживаем связь, — напомнил Джин. Высадка прошла успешно. Капсула, вмещавшая в себя небольшой жилой отсек и транспортную ячейку, опустилась на поверхность в точно назначенное время. В первый же день трое отправились на добычу первого образца в самую ближайшую точку. — Нам ехать около трех часов по прямой, — сообщил Чимин, сверяясь с картой. — Следи за ландшафтом слева, Чонгуки, — попросил Хосок, управляя транспортом. Машина подпрыгивала по кочкам, то и дело сползая по ненадежной почве. Это была тяжелая, но надежная техника, проверенная уже многими полетами. — Похоже наши данные далеко не полные, — настороженно сказал в передатчик Пак, — Джин-хён, тут почва неоднородная и регулярно бывают оползни. — Нам нужно только взять пробы, — напомнил капитан. — Будьте осторожны, а остальным займётся следующая экспидиция, если тесты оправдают ожидания властей. Добравшись до заданных координат, машина остановилась. Ребята задраили скафандры и разгерметизировали салон. Давление на поверхности было сильнее земного почти в полтора раза, поэтому работать было тяжело, несмотря на их отличную физическую подготовку. Быстро определив породу, которую им требовалось собрать, Чонгук наполнил небольшой контейнер ее осколками. Плотные серые камешки переливались слюдяным блеском в мутном свете чужого, темно-желтого солнца. Обратная дорога прошла без проблем. Правда они не ожидали, что темнота здесь наступает настолько внезапно и свет звезд не проходит сквозь марево, отдаленно напоминающее земные облака. — Опасно ездить в ночное время, — заявил Хосок, когда они сняли шлемы скафандров в крохотном жилом отсеке капсулы, — скорее поубиваемся на кочках, чем выполним задание. — Ладно, — согласился Сокджин, — тогда сейчас всем спать, — как только рассветет я, Намджун и Тэхён выезжаем на дальнюю точку. Хоуп, рассчитай сколько нужно топлива, если мы решим заехать на третью, — он указал на карте координаты, которые находились слева от их предполагаемого пути. — Ты хочешь собрать образцы с двух точек за один заезд? Но зачем? — удивился Намджун, — это еще часа четыре дороги. — Зато сэкономим несколько литров топлива. Не забывай, здесь нас никто не заправит в случае чего. Все согласились, но в общую атмосферу проникла некоторая тревожность. Даже Юнги на орбите почувствовал, что что-то не так. — Эй, у вас там всё нормально? — осведомился он, когда все уже устроились на ночевку в своих выимках. — Да, Юнги, — отозвался капитан, обводя взглядом команду, — все в порядке, идем отдыхать. Как тебе планета сверху? — Если честно- не очень, — ответил второй пилот, — она крутится слишком медленно, поверхность похожа на ржавчину, местами серые проплешины. — Хорошо, что нам на ней не жить, — отозвался Тэхён, поёжившись в своем скафандре. — Ладно, Юнги, — сказал Джин, — не скучай там. Связь через четыре часа. — Принято. Утром они отправились, как и планировали, сразу по двум координатам. Удачно заполучив и пометив образцы, они без происшествий вернулись на базу. Джин хоть и устал, но был доволен результатом. Следующий заезд был в противоположном направлении. И они опять смогли объединить сразу две точки. На этот раз поехала первая команда: Чонгук, Хосок и Чимин. В одном месте их поджидала многослойная эрозия почвы. Когда транспорт въехал на неё, колеса прокрутились на месте и машину, поворачивая боком, повело вниз по небольшому склону. Хосок едва справлялся с управлением, чтобы техника не опрокинулась на бок. Чонгук и Чимин навалились на плечи водителя, придавая ему сил. Прямо по курсу виднелся провал неизвестной глубины, поэтому они налегли еще сильнее и смогли вырваться из, летящего в нее, потока в последнюю минуту. Чуть позже, выглянув в окно, они увидели, что черная пропасть была бездонной. — Это просто пиздец! — выругался Хосок. Его лицо блестело от пота, сердце бешено колотилось. — Да, хён, — поддержал его Чонгук, — еще слабо сказано. — Капитан, — крикнул по каналу связи Чимин, — мы сбились с траектории, но смогли избежать падения в задницу вселенной. В целом всё в порядке. Отдохнем пять минут и поедем дальше. — Двигайтесь осторожно, — скомандовал тот, — если будет совсем непроходимо-возращайтесь. — Но образцы… — До темноты осталось четыре часа. Я не позволю вам проводить ночь в месте, где поверхность разъезжается под ногами. И плевать на образцы, если при их добыче пострадает мой экипаж. Джин говорил спокойно, но все чувствовали сталь и напряжение, которое он старался скрыть. — Принято, капитан, — ответил Пак. Потом повернулся к Чонам, — едем медленно. Но вопреки всем ожиданиям, остальной путь прошел без проблем. Они успели набрать крупных экземпляров на первой позиции и свернув ко второй, попали на большую твердую равнину. Хосок сначала осторожничал, но потом немного ускорился. К закату они были на базе. Усталые, голодные, но опьяненные успешно проделанной работой и дефицитом кислорода в баллонах скафандра. — Осталась одна позиция и можешь забирать нас с этого шарика, — ликующе сказал Джин, когда все члены экипажа были в капсуле. Целы и невредимы. — Готов, хоть сейчас, хён, — отозвался хриплый голос с орбиты, — уже соскучился по вашим дурацким шуткам, храпу и пердежу. Ой, переговоры же под запись, — засмеялся он, — простите. Шестеро внизу засмеялись так, что ему и без передатчика было слышно. — Ладно, друг, отбой! — хрюкнув от смеха, сказал Джин. — Хорошая работа, ребят! Всем спать. Точка их последней вылазки располагалась на небольшой возвышенности. Судя по данным, поверхность там была ровной и твердой. Тем не менее Намджун вел машину осторожно, объезжал каждый подозрительный участок и, прибыв на место, пожаловался, что давно не бывал в таком напряжении. Оставив водителя отдыхать, Сокджин и Тэхен поднялись на уступ, где виднелись края большой залежи энергоемкой породы. — Подай контейнер, — сказал капитан, — и придержи меня за пояс. Что-то не нравится мне эта крошка под ногами. Тэхён выполнил всё, как велено и, крепко держа старшего за прочный ремень, внимательно следил за поведением породы. Создавалось впечатление, что под поверхностью постоянно происходит какая-то слабая вибрация. Но вот контейнер был заполнен. Капитан передал его в руку Тэхёну и спустился с ненадежной возвышенности. — Всё-всё, отпускай, — усмехнулся он, — а то кто-нибудь еще подумает… В этот момент почва под его ногами провалилась. Камни, песок, пыль, всё полетело вниз. В глубокую узкую трещину. Джин не успел ухватиться за руку друга, которую тот только что снял с его пояса. — Сокджиин!!! — закричал Тэхен, оглушив всех членов экипажа по внутренней связи, — Капитан!!! Прием, Джин, отзовись! — повторял он. Намджун подбежал, упал на колени рядом с Тэхёном и тоже заглянул в расщелину. Ни дна ни Джина в белом скафандре видно не было. — Что у вас там случилось? — раздался перепуганный голос Чонгука. — Капитан упал в расщелину. Она появилась из неоткуда, — почти паникуя, говорил Тэхён. — Вы можете спуститься? — холодным тоном спросил Чимин. Он никогда не поддавался панике в моменты опасности. Но когда они миновали, давал волю всем своим чувствам. — Веревка в машине, в отсеке C-4, достаньте и привяжите к каркасу кузова, — он чеканил инструкцию, словно зачитывал с листа. — Надо связаться с Юнги, — вставил Хосок, — он должен знать и… — повисла нехорошая пауза, — принять на себя временное командование. Мин велел сделать точно то же самое, что и предлагал Чимин. — Живо! — добавил временный капитан, — если у него пробит скафандр, он может погибнуть от потери кислорода. Быстро найдя веревку, Намджун с Тэхёном привязали ее к каркасу транспорта. — Я спущусь, — сказал младший, — а ты тяни, как только скомандую. Он надежно обернул веревкой руку специальным узлом и перелез через край трещины. Темнота быстро поглотила и его. — Тэхён, не молчи, — велел Мин, — докладывай обо всем, что видишь. — Вижу темные камни, — запыхавшись говорил Ким, — похоже те самые, за которыми мы сюда прилетели. Их тут тонны, — он покряхтел в микрофон, — дна не вижу. Веревка заканчивается через пару метров. Он спустился до самого ее конца. Повисел немного включив фонарик на шлеме. — Ну что там? — не выдержал Намджун, — видишь его? — Нет, — отозвался Тэхён, — хотя стой, вон там что-то светлое! Вижу-вижу! — закричал он. - Он поднял руку! Сокджиииин!!! — завопил Тэ, забыв о том, что динамик его микрофона очень чувствительный. — Не ори! — строго присек его возгласы Юнги, — сколько до него? Ты сможешь дотянуться? — Нет, — уверенно сказал Ким, — Джин видимо съехал вместе с верхним слоем пыли и крошки, лежит на самом дне. До него еще метров семь-восемь. Нам не добраться. Нужна еще веревка. — Тут есть, — с готовностью отозвался Чонгук, — огромный моток. — Намджун, поднимай его, — велел Мин, — сейчас же возвращайтесь на базу. — Топ. ва… не хва… — раздался потрескивающий сигнал с микрофона Джина. — Что? Джин, это ты? Что ты сказал? — Топ — начал по слогам капитан, — ли… во! — Топливо, точно! — повторил Намджун, — того, что мы сэкономили должно как раз хватить на дорогу туда и обратно. Хосок, можешь рассчитать? — Минуту, — отозвался тот. Он стал что-то быстро печатать на узкой панели бортового компьютера, и Через минуту выдал ответ: — вы можете вернуться, забрать веревку, носилки — могут понадобиться, и заправиться всем что осталось. Но боюсь в последнем заезде нам придется бросить машину и около двух миль пройти пешком. Это может быть опасным, потому что к тому времени уже стемнеет. — Значит так, — скомандовал Юнги, — Намджун, сейчас едешь на базу, остановишься за милю. Чимин, Чонгук, Хоуп- подготовьте все и несите на встречу. Пока светло вы сможете отметить безопасный путь, чтобы ночью можно было сориентироваться. — Принято, — доложил Чимин. — Принято, — отозвался Намджун, заводя мотор. Тэхён еще раз глянул на расщелину и задраил дверь машины. Они поехали так быстро, как только это было возможно. Когда прекратилось скользящее падение, Джин на время потерял сознание. Но потом громкие разговоры в наушниках привели его в чувства. Первые слова, что он осознал были произнесены голосом Юнги: «Если у него пробит скафандр…» Скафандр. Кислород. Джин дернулся и попытался проверить датчик на рукаве, но тот разбился от сильного удара. Левое плечо дико болело, видимо перелом- решил он. Еще ломило правые бедро и лодыжку. Преодолев первый шок, Сокджин понял, что со скафандром в целом все порядке. По крайней мере воздух есть. Он слушал переговоры друзей. Тэхён- сплошные эмоции. Чимин молодец-железные нервы. Юнги, всё правильно, дружище. Увидев огонек Тэхена над собой он помахал руками, не в силах встать. Господи, да что ж он так кричит?! Здесь я, здесь! Но связь не работала. На прием отлично, а на передачу-видимо совсем нет. Когда заговорили о поездке туда и обратно, Джин вспомнил о топливном лимите, и постарался докричаться до них. Бесполезно. Постучав по передатчику он молился, чтобы его услышали. На последнем издыхании техника донесла таки одно его слово. И они услышали. И поняли всё верно. Хорошо. Тэхена вытянули из пропасти. Джин остался один в этой черной дыре. Самое время постараться подняться. Он оперся на здоровую руку и сел. Спина цела, шея тоже — повезло несказанно. Встать сразу не получилось. Но спешить некуда, ребятам в одну сторону ехать не меньше часа. Потом заправка и обратный путь. Можно и отдохнуть. Вдруг переговоры в наушнике исчезли. Видимо, техника была повреждена, а он добил ее пока двигался. Темнота, пустота, тишина. Прекрасно, бля! Больше всего Джин не любил сочетание этих трех состояний. Плюс ко всему боль в руке и лодыжке разгоралась как на огне. Решив не двигаться, Джин лег на спину и уставился на тонкую полоску рыжеватого неба. Чужого неба. Обычно Сокджин не думал о смысле жизни и всяких таких вещах. Но сейчас, лежа в черной пропасти на краю чужой системы, он осознал, что хочет домой, на Землю. Если его команда сможет его спасти, то это будет его последний полет. Он найдет себе девушку. Они поженятся и заведут детей. Может даже собаку. Дети ведь любят собак. Вон как обрадовалась дочка Юнги маленькому комочку белого пуха. Парней всё не было. По ощущениям прошло уже часа три. Небо становилось терракотовым. Джин уже не видел своих рук и ног. А что если они передумали? Или, еще хуже, с ними что-то случилось?! Нет, пусть лучше они просто передумают. Это ужасно, но вполне оправданно. Нельзя подвергать риску жизни пяти человек, ради одного. Даже капитана. Джин всё понимал и одобрял решение Юнги, если это было именно его решение. — Всё нормально, друзья, — проговорил он, глядя на тускнеющее небо, — всё правильно. Он почувствовал себя бесконечно одиноким. Навалилась вся тоска по дому, которой он до сих пор не давал выхода. Просто быть землянином. Радоваться возможности дышать воздухом родной планеты, плавать в ее водах и любить ее обитателей. — Земля, мне так одиноко, — шепнул он устремив взгляд вперед через толщу горной породы, — ты где-то там, и я скучаю по тебе. Наверное он всё-таки ударился головой сильнее чем думал, потому что отчетливо разобрал ответ идущий откуда-то издалека: — Но ты не одинок, мой астронавт, — голос в его голове был старым, женским и очень теплым, — ты не одинок. Просто посмотри наверх и прилетай ко мне. Сокджин поднял голову и увидел несколько ярких лучиков от фонарей. Один из низ трепыхался уже примерно на середине глубины расщелины. Кто-то спускался. Это был Чимин. Его отправили вниз, потому что он имел медицинский опыт и мог оказать первую помощь. Но осмотрев капитана и убедившись, что с ним в целом все в порядке, Пак бросился его обнимать. Слезы заливали лицо спасателя и его широченную счастливую улыбку. Он что то говорил, но ни передатчик, ни наушники не работали. Поэтому Джин лишь улыбался в ответ. Добравшись до базы, вправив вывихнутое плечо и наложив тугие повязки, они уложили Джина в спальное место. Он передал полномочия Юнги и уснул. Только на следующий день он узнал, что по пути к нему машина снова попала в оползень, поэтому Чимину с Хосоком и Тэхёном пришлось задержаться. Они откапывали колеса, толкали и двигали транспорт изо всех сил до тех пор, пока не справились. Из-за этого они потеряли полтора часа и остальной путь пришлось делать в темноте, практически на ощупь. — Я так и думал, что с вами что-то случилось, — сказал Джин, выслушав рассказ, — и молился, чтобы вы решили не подвергать себя опасности и не спасать меня. Ведь какова была вероятность того, что вы могли погиб… Он не смог закончить предложение. Пять пар глаз вытаращились на него. Точнее шесть. Юнги таращился через радиопередатчик. — Чимини, — временный капитан нарушил общее молчание, — срочно проверь ему голову. По-моему этот хен сильно ею ударился, раз несет такой бред. — Принято, — отозвался Пак и правда встал и ощупал голову капитана. Потом потрепал по волосам, поцеловал в макушку и сказал: — Даже не смей думать, что хоть один из нас смог бы оставить тебя там, хён! Они приземлились на родном космодроме в точно назначенное время. Руководство и медперсонал встречали прибывших. Первые ради шести драгоценных контейнеров, вторые для того, чтобы оказать помощь, если это необходимо. Но из корабля вышло семь здоровых мужчин. Они говорили о чем-то своем и, продолжая смеяться, передали образцы ответственному лицу. — Но вы сообщали, что было падение, кто-то повредил руку и ногу, — подошел к ним врач. — Мне уже оказали всю необходимую помощь, — сказал высокий красивый капитан. В полете Чимин и Тэхён обследовали ранения Джина. Это оказался сильный, но все же просто ушиб. За сорок пять дней пути всё пришло в норму. За это время они обсудили решение капитана закончить карьеру космонавта. И пришли к выводу, что все семеро уже заслужили уйти с этого поприща. — Неужели мы правда решили закончить с полетами? — спросил Хосок, когда они уже собирались покинуть базу и разъехаться по домам. — Да, — ответил Джин, — мы повидали немало звёзд, сделали так много дел… пора заняться собственными жизнями. — Да, хён, — кивнул Чон, — кстати перед отлетом я кое кого встретил. Пока ничего серьёзного, -засмущался он, — но у нее есть сестра. Как насчет двойного свидания? — А что, неплохая идея. — Так, а мне значит ты об этом сказать забыл? — нагнав их, поинтересовался Чимин. — Не беспокойся, — присоединился к ним Юнги, — у моей жены есть подруга. Смешливая и скромная, правда не особо практичная. Тебе в самый раз. — Ну всё, — загорелся Пак, — завтра всех жду у себя! — он оглянулся на отстающих Намджуна, Чонгука и Тэхена, — с детьми, женами, подругами, собаками и хомячками. — Я маму с собой возьму, — отозвался Чонгук. — Тебе давно за тридцать, а ты всё еще ходишь в гости с мамочкой, Гуки, — засмеялся Джин и сорвался с места, чтобы увернуться от побежавшего за ним Чона. Он любил этих парней. А они любили его. И друг друга. Жизнь собрала их вместе, чтобы они стали вот такой большой и сильной семьей.