Необходимость.

«Я никогда... я никогда не вернусь! “   И вдруг даже трубки, которые, как обещал ему Доктор, обезопасят его, сами начали растягиваться и рваться. Его ноги потеряли равновесие, когда его тело упало вперед на землю, которая была бог знает сколько метров ниже. Он даже не пытался защитить себя, в конце концов, он знал, что его тело переживет это, точно так же, как он пережил все горе и страдания, физическая травма была просто царапиной в этот момент. Его глаза закрылись, он просто ждал, когда это закончится. В конце концов, единственное, что помнил Скарамуш, это удар головой о холодную землю, за которым последовала вечная тьма.   Темнота оказалась на удивление гостеприимной. По крайней мере приветливее, чем Царица, когда он присоединился к предвестникам. Хотя он не мог полностью понять концепцию доброты царицы, он чувствовал себя с ней в безопасности. Он не чувствовал боли, его не беспокоила потеря друга и горе неудачи. Тьма была повсюду, не текучая и не плотная, но Скарамуша это не волновало. Спустя тысячи лет он наконец смог расслабиться. Его время истекло? Он наконец умер? Так закончилась его собственная история? Скарамуш прислушался к безмолвной тьме, когда его глаза внезапно распахнулись.   Как только он открыл глаза, он оказался в том же сером царстве, в котором потерпел поражение. Все было так же, за исключением того, что здесь не было ни Бога Дендро, ни того скромного путешественника, который осмелился убить его. И его гнозис... отсутствовал. Он все еще лежал на том же месте, где был побежден; прямо посреди комнаты, что напомнило ему о его недостатках. Вскоре к нему присоединились боль и дискомфорт. Все его тело дрожало при падении, особенно голова с острой болью, потому что он приземлился на нее первым. «Черт возьми!» — закричал он, ударившись о землю внизу, игнорируя новую боль в руке, насколько это было возможно. Его губы дрожали, и перед глазами начало расплываться пятно. Он вытер наворачивающиеся слезы, но они тут же вернулись. Единственное, о чем он мог думать сейчас, это встать и пойти куда-нибудь, везде, где никто не хотел бы и не мог беспокоить его. «Блять!», он снова закричал, но его голос дрожал из-за слез, струившихся по его лицу. Его руки дрожали от разочарования, когда его глаза смотрели на отражающую серую землю. Он увидел собственное отражение, что разозлило его еще больше. «Этот бог забрал то, чего я жаждал, так же быстро, как я это получил!» Скарамуш свернулся клубочком, крепко обняв ноги, пока жгучая боль не прекращалась.   Внезапно шаги раздались по всему домену, а затем остановились прямо перед ним. Бывшему предвестнику даже не нужно было поднимать головы, он их сразу узнал. Шаги были медленными, но уверенными, и когда ступня ступала на землю, каблук издавал чуть более громкий звук, чем союзка. Не было смысла даже поднимать глаза, он знал, что Дотторе просто смотрел на него своим почти мертвым, но все еще улыбающимся лицом. Дыхание Скарамуша было единственным, что производило шум, пока бывший предвестник не решил нарушить тишину: «Я был так близко...» -- Другой издал мычание и сел рядом с другим, чего марионетка не ожидала. .   Вместо "Как ты себя чувствуешь?" Дотторе спросил: «Надеюсь, ты ничего не сломал, мне потребуются еще более дорогие ресурсы, чем все, что мне нужно для твоего плана». — Он не казался сердитым, что еще больше смутило другого.  — «А я думал, что ты снова будешь читать мне лекцию о том, сколько материалов ты потратил впустую».  — «О, это была пустая трата материалов». Облегченное лицо Скарамуша нахмурилось. — Но я думаю, оно того стоило.  — "Что ты имеешь в виду?"  — «Ну, теперь я знаю, как создать второго Бога, если понадобится. И куда больше внимания направить», — пояснил он, глядя на несостоявшиеся эксперименты ноги.  — «Ты не помогаешь», — усмехнулся Скарамуш. «Я не пытался. Я просто констатировал факт, а вы меня об этом спрашивали.  — Да, да, просто заткнись, — Скарамуш закатил глаза, и у него снова начали появляться слезы.   Между ними было тихо. Бывший предвестник уставился в землю, теперь сидя, в то время как другой предвестник, казалось, восхищался механическим телом предыдущего бога, телом, которое было выше всего, что он когда-либо видел, телом, которое не было естественным. Скарамуш услышал движение Дотторе и внезапно обнял его. Никто из них ничего не сказал, но марионетка ответила на объятие. Единственная разница заключалась в том, что Скарамуш цеплялся за другого так, будто тот мог исчезнуть в любую секунду, а тот спокойно держал его на руках.