.
3 декабря 2022 г., 13:58
Альберт потирает переносицу и прижимается бедром к дверному косяку. В гостиной царит приятный полумрак, нарушаемый только холодным светом Луны из окна и огнем в камине.
Уилл, вытянув ноги, сидит в кресле, что ближе к огню и обманчиво лениво скользит взглядом по строчкам вчерашней газеты.
Не то чтобы он планирует упрощать задачу.
Глупое сердце пропускает удар, смотря на него… Такого.
— Что думаешь насчет горячего вина?
— Как-будто ты когда-то умел его готовить, — он рассыпается весь в этой насмешке. Она не злобная или язвительная, вовсе нет.
Теплые, домашние переливы окрашивают его голос в нечто совершенно иное. Альберт из раза в раз чувствует себя потерявшимся. Особенно наедине.
Уильям потягивается, задумчиво склоняет голову на бок и так манит к себе. Быть подле него, помогать ему во имя высшего блага и очищения страны.
По аристократичному бледный, с проступающими голубыми венами на оголенных запястьях, что так доверительно открыты.
— Тебе необходимо отдохнуть, — словно этот разговор не случается между ними из раза в раз. Словно это не чертово колесо Сансары и все подобное в том же духе.
Уильям бы назвал этот диалог Уроборосом. Змеей, что поедает собственный хвост, и так до бесконечности.
Только… Рано или поздно, их диалоги сойдут на нет.
Альберт знает.
И принимает все что бы не сделал Уилл.
Сонная нега, щелкающие в огне поленья в камине, за окном прозябший и замерзающий от промозглой сырости Лондон.
— Возможно я бы не отказался от бокала красного полусухого, — его голос теряется где-то в районе груди. — Но только не подогретого.
Уилл прижимается к нему головой, в неясном полумраке его волосы отливают чистейшим золотом. Альберту иной раз абсолютно иррационально и глупо кажется, что рядом с ним поселилось божество.
Хотя в Бога он толком и не верит.
Но верит в Уильяма.
А это уже что-то.
Альберт пропускает теплые светлые пряди сквозь пальцы и тянется за бутылкой вина.
Если бы только это помогло загнать его персонального бога в постель и заставить поспать хотя бы пару часов…
