Взгляд не отводи

      Лавочка с вывеской «Белые лилии», несмотря на название, была обставлена атрибутами смерти — на витрине они чернели, словно подзывая за собой. И одинокий джентльмен стоял в нерешительности, зная, что его за этот поступок не похвалят.       Похоронное бюро на его родине были обычным делом. В связи с культом смерти, много кто заранее заказывал гробы заранее. Обычным делом стоило записать, как стоит похоронить самого себя. Чего уж говорить про встречи аристократов, которые целый званый вечер были готовы посвятить осмотру раскопок — и под наблюдение попадали именно египетские мумии. Да, думалось порой бывшему криминальному лорду, смерть порой казалась обезличенной, но не менее опасной... и мерзкой. Тем не менее, было любопытно узнать, как обстоят дела с этим в другой стране. Возможно, у них таких развлечений, но, может, что-то похожее хоть имеется? Поиски искупления имели в нём разные способы и странные пути.       И, должно быть, детектив точно не одобрил бы эти поиски. Но его рядом нет ближайшие пару дней, и тот не будет попрекать в излишних хлопотах. На несколько дней, только и всего, и не будет кто-то считать его ребёнком. Лиам смущённо фыркнул от одной мысли, что этот человек считал его малым дитём. Да, у него пошатнулось здоровье, но чтобы уж не доверять ему в прогулках по городу... впрочем, он и сам себе не доверял. В любом случае, он нашёл то, что искал, в руках держал то, что нужно, и поворачивать назад не было в его правилах.       Колокольчик внутри тонко прошелестел, известив о появлении посетителя. Он с интересом рассматривал внутреннее убранство лавочки. Как и ожидалось — крепко сколоченные гробы, ещё не покрашенные, в шкафах заготовки для всяческих украшений, и почти в самом углу расположен стол, полностью заваленный бумагами и костяным печеньем. Сам владелец лавки, видно, ещё спал на втором этаже здания. Можно было и подождать — с девяти утра он полностью в своём распоряжении, что можно, то и делает. А что нельзя, то скрывает. Как ни странно, несмотря на мрачность интерьера в целом, на полу валялись остатки пресловутого печенья и цветков лилии — хозяин, похоже, чувствует себя здесь как дома. Лиам подошёл к одному из стеллажей, рассматривая траурные медальоны. Видно, даже в этой стране эта мода ещё присутствует.       Или же людям просто нравятся эти украшения, особенно дамы, желающие быть красивыми даже в изысканных бархатных гробах.       На самом деле, он оценивал медальоны не столько по красоте, сколько по цене. Сама основа медальона могла бы быть из более дешёвого металла, важно было его наполнение и датировка. Он непроизвольно сжал в ладони флакон, где был только один длинный золотистый локон. Да, наполнение было важно, как и сама дата смерти покойника. В остальном же не стоит кому-то знать имя усопшего, если только это не предусмотрено владельцем самой лавки. Гробовщики не совсем ведь от мира сего. От размышлений его прервал тихий смешок. Вот оно что. Наконец-то пришёл владелец лавки.       Если он и удивился, то совсем немного, и при этом не подал виду. Для владельца похоронной лавки мужчина выглядел слишком юным, хоть и с седыми волосами до пояса. Одет был прилично, одежда без пятен, как и положено вежливому человеку. Простой костюм с длинным шарфом. Но при этом он слишком открыто рассматривал посетителя, сверкая зелёными глазками - в нём есть ещё детское любопытство. Слишком любит цветы и сладкое, неряшлив. Образ интересный. Привычка анализировать людей иногда полезна в мирной жизни.       На несколько минут воцарилось молчание. Каждый обдумывал, как начать разговор в столь удивительном месте. Владелец всё же оказался непосредственным. — Доброе утро, мистер. Хотите приобрести погребальный медальон, я понимаю? Ну что вы, на таком нельзя экономить. Это праздник, и вы должны выбрать хороший подарок.       Праздник в честь усопшего? Лиам мягко улыбнулся. Детективу эта затея не понравится, но кто говорил, что он будет паинькой? Праздник может быть и личным, или же в компании гробовщика. Гробовщик же в ответ аж просиял, увидев столь прелестную улыбку. Как мало в его жизни было искренних улыбок, только кислые мины и ругательства за спиной. И этот господин просто чудо. Только вот это чудо экономит на такой важной вещи. Непорядок. «Юноша» осторожно протиснулся к нему и ловко достал один из образцов похоронных украшений.       Не зная, к какому событию создаются эти украшения, можно было бы любоваться ими вечно. Особенно этот образец был прелестным. Джентльмен аж затаил дыхание, любуясь им. Серебряное покрытие, узоры, схожие с цветочным мотивом нежных лилий, прозрачная выемка, и только один жемчуг внутри медальона. В такие медальоны вкладывают фотографии усопших и локон волос. Если рассматривать в целом, то выходит не так уж и дорого, но очень красиво. Впервые в жизни что-то связанное с смертью вызвало в нём умиление. Кажется, это отразилось на его лице, поскольку гробовщик быстро зашагал к столику заказов.       Всё было понятно без слов.       Гробовщик вытянул из груды хлама чистый лист и приготовился записывать данные. Что же, это было не самым приятным моментом, но всё же... — Я хочу заказать погребальный медальон на своё имя. Как вы видите, я уже принёс то, что нужно, и точную датировку.       Владелец лавки восхищённо выдохнул. Никогда раньше он не видел, чтобы кто-то заранее заказывал медальон на своё же имя. Но это будет для него опытом. — Хорошо, для начала я должен узнать, как вас зовут, и саму дату. Надеюсь, я не скоро с вами увижусь. Вы слишком хороши даже для смерти.       Лиам помедлил на секунду, потом бережно взял ручку и аккуратным почерком написал всё, что нужно. И при этом хитро прошептал: — Но я также должен знать и ваше имя, как будущий клиент и, возможно, как друг.       Как клиент, но только усопший. Что же, ему нравилось, как это звучит. Гробовщик коронным жестом протянул визитку и всё ещё дурашливо ответил: — Прошу любить и жаловать — ваш покорный слуга Виктор Офеллус, хотя большинство зовут меня просто Гробовщик. Или «Прочь с дороги». Смешно.       Смешно оттого, что вскоре все становятся клиентами гробовщиков, и злить их глупо.       Лиам коротко кивнул и ушёл, надеясь, что это не выглядит как-то странно. Возможно, стоило взять иную датировку, но ведь прошло три года с момента падения и... через пять лет будет самый раз. Да, определённо, это будет красиво. А у этого гробовщика определённо есть чувство юмора.