Письма без ответов

— Я дала тебе понять, что не хочу говорить на эту тему, — женщина ходила около окна, часто поглядывая на улицу. — Зачем ты пришла? — Я хотела поговорить, — ответила Лариса, поднимаясь с кресла. — Возможно, у нас остались какие-то недопонимания. — Недопонимания? — огрызнулась черноволосая, повернувшись. — Спокойно, — блондинка вытянула руку вперёд, чтобы коснуться другой женщины. — Я просто хочу поговорить. — Хорошо, — ответила Аддамс, и села в кресло напротив. — Я внимательно слушаю. Уимс выдохнула, опуская руку и шагнула в сторону Мортиши. Когда она оказалась непозволительно близко, другая женщина поднялась, хватая её за светлый пиджак. — По твоим глазам видно, что ты жаждешь лишь одного, — прохрипела Аддамс. — И если я услышу вразумительный ответ на твои жалкие письма, возможно, я дам тебе это. Лара тяжело сглотнула. Единственное, что сейчас было у неё в голове — это существующий факт того, что Мортиша была близка настолько, что блондинка чувствовала её дыхание на своих губах. Женщина попыталась сосредоточиться, дать достойный ответ на эти неразумные действия, но голубые глаза то и то возвращались к желанным губам. Лара пыталась держать себя в руках, ухватиться за остатки здравого смысла, но то, что она сдерживала с годами внутри себя, отчаянно рвалось наружу. Блондинка сделала тяжёлый глоток собственной слюны и устремила глаза в потолок, прежде чем начать говорить. — Ты права, — начала Уимс, ощущая, как дрожит нижняя губа. — Эти письма, они… Они такие жалкие. — блондинка чувствовала поток слез на щеках. — Я просто хотела, чтобы ты, ты и только ты — была со мной рядом. Я так ненавижу смотреть на то, что ты счастлива не со мной. Я лишь хотела видеть тебя. Эти письма — глупость. Но я больше не могу. Я просто… Просто… — Лариса опускает голову вниз и смотрит на Аддамс. — Я просто до сих пор люблю тебя. Ей хочется плакать, но она смотрит на то, как эмоции черноволосой меняются слишком быстро и единственное, за что она смогла ухватиться — это выраженное сострадание и что-то ещё… Что-то, что скрылось под слоем чёрных глаз. Женщина хочет отойти, но крепкая хватка не даёт этого сделать. — Почему? — спрашивает Мортиша тихим голосом. — Почему? — Что ты имеешь ввиду? — блондинка видит, как черные глаза наполняются слезами, а пальцы ещё крепче сжимают воротник пиджака. — Мортиша, что ты имеешь ввиду? — Почему ты молчала об этом раньше? — её голос ломается, тело сжимается от внутренней боли и недосказанности. — Ты любила его. — Я любила тебя. Лариса замолкает от откровенности. Это казалось чем-то нереальным. Чем-то другим, но когда сейчас, женщина которую она любила и любит, говорит, что отдавала ей сердце в юношеские годы. Обе молчат. Они и не знают, что говорить, ибо и всех слов мира не хватит, чтобы выразить то, что они чувствуют. Они молчат, но ощущают дрожь в теле друг друга. Боль. Обиду. Злость. И то, что они когда-то потеряли из-за своей глупости — связь между душами. Такими разными, но такими схожими. Их молчание продолжается на протяжении нескольких минут, пока за окном не раздается гром. Начался ливень. — Мне, наверное, пора, — шепчет Уимс. — Останься, — умоляет Мортиша. — Я не хочу, чтобы ты уходила, Лариса. Не сейчас. И больше никогда. — А как же… — Лара замолкает, когда Аддамс поддаётся вперёд и целует её. Это было неожиданно. Очень неожиданно. Настолько, что блондинка задыхается, когда поцелуй становится горячим и ненасытным. И спустя пару секунд, она разделяет его, опуская ладони на талию черноволосой. Блондинку трясёт. По всему телу бегут мурашки. Сердце разрывается от этих эмоций и поток слёз вновь вырывается наружу. Ей больно и хорошо — одновременно. Уимс силой заставляет себя распахнуть глаза и посмотреть на Мортишу. Женщина не перестаёт её целовать, словно не может насытиться. Она целует нежно, местами иногда кусает, но это слишком… Слишком хорошо, что Лариса не может себя контролировать. Её колени сгибаются, руки ещё сильнее сжимают талию и она подхватывает женщину, чтобы уложить на диван. — Нет, — отрезает Мортиша. Блондинка поднимает голову. Её глаза наполняются печалью и болью, но ласковое прикосновение к щеке, так успокаивает. — Любовью мы заниматься будем на кровати, моя дорогая, — смеётся Аддамс, в очередной раз целуя бордовые губы. Лара чувствует, как сердце бьётся быстрее. Она так же аккуратно поднимает женщину на руки, чтобы отнести туда, где Мортиша будет чувствовать себя намного лучше и комфортнее. Это не глупость. Это любовь. Когда они оказываются в комнате, блондинка аккуратно опускает женщину на мягкую кровать, нависая сверху. Её ладонь любовно гладит Аддамс по щеке, словно наслаждается прикосновением к этой барышне. Так и было. Она не могла поверить в то, что наконец-то произошло. Когда их наполненные любовью глаза встретились, она не могла, не выдохнуть. Мортиша так красиво выглядела: щеки раскраснелись, глаза расширились от желания, тело извивалось от недостатка прикосновений. Лариса осознала, что никогда не видела чего-то более красивого, чем это. — Ты так и будешь на меня смотреть? — начала дразнить женщина, проводя пальцем по нижней губе блондинки. — Мне бы хотелось, чтобы ты коснулась меня. — Ты невероятна, — подметила Уимс, наклоняясь, чтобы поцеловать белоснежную шею. — Пожалуйста… — выдохнула черноволосая. — Я так сильно хочу тебя… Лариса ждала этого годами. С самого первого момента, когда Мортиша только появилась в её жизни. Женщина пахла мёртвыми розами и блондинка поняла, что если бы выпустили такие духи, она бы обязательно взяла несколько флаконов. Мортиша смотрела на неё другими глазами. Больше не теми, которые выражали обиду и злость. Скорее, привязанность и нежность. Уимс продолжала ласкать нежную шейку, оставляя там заметные отметины. Её кожа была на вкус, как самая сладкая кровь. Внезапно, ей захотелось провести остаток ночи, ублажая женщину под собой, чтобы та выкрикивала её имя в приступах удовольствия. Лариса запустила руку под волосы Мортиши и подняла её голову вперёд, для очередного жадного поцелуя. Черноволосая всё ещё тяжело дышала и Уимс чувствовала её колебания, когда ладонь блондинки скользнула по талии. Но это не заняло много времени, прежде чем Аддамс начала расслабляться в поцелуе. Её язык углубился в рот Ларисы, отчаянно поглощая новые восхитительные ощущения. Ладонь высокой женщины скользнула под чёрное платье, поднимая его вверх, обнажая черные чулки. Блондинка медленно опускалась вниз, параллельно задирая платье до уровня живота Мортиши. Но другая женщина её остановила, притягивая за воротник. — Я не хочу заниматься любовью в одежде. Я хочу, чтобы ты видела меня, и чтобы я — видела тебя, — приказала Аддамс, тяжело дыша. — Всё, что ты пожелаешь, моя любовь, — послушно произнесла блондинка. — Но не могла бы ты перевернуться на живот, — попросила она. — Пожалуйста. Аддамс перевернулась и громко выдохнула, когда горячие пальцы коснулись спины. Уимс медленно тянула замочек платья вниз, обнажая идеальную спину. Её губы тут же целовали открытые участки спины, слушая приглушённые всхлипы Мортиши. Когда замочек достиг конца, женщина неожиданно схватила её за бедра, прижимая к собственным. Аддамс громко застонала, чувствуя долгожданное трение. — Ты выглядишь такой красивой и нуждающейся, — Лариса наклонилась и почувствовала, как черноволосая прижимается к ней сильнее. — Ты только моя. — Да. Твоя, твоя, твоя, — повторяла женщина. Уимс сняла чёрное платье, прижимая Мортишу к кровати своим телом. Губы продолжали целовать шею и плечи, слегка задевая кожицу зубами. Рука скользнула между бедрами черноглазой и женщина застонала, ощущая обильную влагу на своих пальцах. Мортиша уткнулась лицом в простыни, приподнимая бёдра, чтобы предоставить больше доступа к нуждающейся части её тела. И кто такая Лариса, чтобы отказывать своей госпоже? Ладонь блондинки отодвинула резинку нижнего белья и коснулась мокрых складок. Женщина под ней дёрнулась назад, чтобы её пальцы коснулись там, где она больше всего нуждается. Уимс медленно раздвинула половые губы и провела пальцами по клитору, размазывая смазку. Это было хорошо. Очень хорошо. Мортиша задыхалась. Она хотела, чтобы её наполнили до краёв. Блондинка начала водить пальцами по клитору, губами хватая мочку уха и слегка прикусывая. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.. — умоляла черноволосая. Женщина вошла в неё резко и неожиданно. Три пальца погрузились в тепло. Стенки лона Мортиши сжали её пальцы, отчаянно желая получить разрядку. Уимс набирала темп, не забывая ласкать нуждающийся клитор. И когда пальцы набрали нужный темп, горячие выделения брызнули на пальцы блондинки, пачкая ладонь. По Мортише было видно, что ей было стыдно за такую реакцию тела, но Лариса думала совершенно наоборот. — Я довела её до такого блаженного состояния, — гордилась она. Тело черноволосой тряслось от удовольствия. Она всё ещё тихо стонала в простынь, прижимаясь бедрами к чужим. Блондинка ласково завела локон черных волос за ухо, прежде чем поцеловать её в щеку. — Всё хорошо? — спросила она. — Я и правда люблю тебя, — выдохнула Мортиша. — О, если бы я не трахнула тебя, то бы не услышала этих слов? — Катись к черту, а, — рассмеялась женщина. Лариса перевернула её на спину, чтобы полюбоваться результатом. Сама женщина давно сгорала от возбуждения, но прежде чем, заняться своим самоудовлетворением — она обязана прикончить эту женщину под собой. Мортиша подняла бровь, когда Лариса стянула свой ремень с талии и взяла запястья черноволосой. Блондинка быстро зафиксировала руки вместе, заводя их за спину. Потом Лариса начала медленно водить кончиками пальцев вокруг сосков женщины. Мортиша была вынуждена оглянуться на неё. Она прикусила губу. Лёгкое прикосновение к груди — быстро сводило с ума. Аддамс раздвинула ноги ещё шире. Уимс снова обхватила грудь женщины, но на этот раз более крепко. Она провела большими пальцами по соскам, которые теперь напряглись и жаждали, чтобы их ласкали с ещё большим напором. Черноволосая ахнула от прикосновения, выпятив грудь вперёд. Когда Лариса вдоволь насладилась этой мучительной игрой, она стала опускаться вниз, оставляя дюжину поцелуев на теле Мортиши. — Ты решила меня окончательно свести с ума, не так ли? — О, нет, моя дорогая. Я слишком голодна, чтобы отпускать тебя с кровати, с одним оргазмом. — Уимс улыбалась, опуская рот на лоно Мортиши. Женщина вскрикнула, почувствовав горячий язык на своём клиторе. Она была всё ещё чувствительна после первого оргазма, но блондинка обходилась с ней настолько нежно, что минутная боль ушла на второй план. Лариса ласкала её, смакуя сладкий вкус. Она вылизывала половые губы, клитор, вход, который так и хотел сжаться на языке. И она это сделала. Мортиша закричала, когда длинный язык проник в неё, вылизывая смазку с внутренних стенок. Это было восхитительно. Уимс мучала женщину до тех пор, пока не почувствовала вкус собственной слюны. Она уложила ладони на бедра Мортиши и двинула к себе ближе, начиная жёстко трахать женщину собственным ртом. И судя по стонам черноволосой, она была совершенно не против. Когда блондинка почувствовала знакомое трепетание стенок, она перешла на клитор и стала его посасывать, параллельно вновь проникая в Мортишу пальцами. — Боже! — громко закричала черноволосая, выгибаясь в спине. — Не останавливайся, не останавливайся… Лариса скрутила пальцы внутри, доводя женщину до ещё одного оргазма. Аддамс рухнула на кровать, её глаза покрыла белая пелена. — Ты очень вкусная, моя дорогая, — замурлыкала блондинка, любовно проводя пальцами по животу женщины. — Я хочу, чтобы ты, чёрт возьми, села мне на лицо, — заявила Мортиша. — Живо. Лариса улыбнулась. Ей всегда нравилась доминантная часть Мортиши. И она подчинялась и в этот раз. Женщина настолько быстро стянула с себя одежду, что исцарапала плечи и бёдра. Но ей было откровенно плевать, ведь сейчас её волновала лишь одно — сесть на лицо Аддамс и заставить её задохнуться. Женщина заползла ей на грудь и черноволосая застонала от того, настолько блондинка была мокрая. — Ну же, давай, чего ты ждёшь? — дразнила черноглазая. И женщина села ей на лицо, на мгновение теряя самообладание. Это было восхитительное ощущение языка Мортиши на её клиторе. Лариса запустила руку в черные волосы, сжимая их. Её бедра двигались в такт языка черноволосой, но ей было этого недостаточно. Ей хотелось, чтобы она трахнула её двумя, тремя, целым кулаком, лишь бы — эта была сама Мортиша. Уимс быстро освободила запястья женщины и даже не успела среагировать, когда два пальца вошли в неё до упора, надавливая на нужный участок тканей. — Ещё, — потребовала она, опрокидывания голову назад от чистого удовольствия. Но Мортиша любила дразнить. Женщина вытащила один палец, слушая разочаровательный стон женщины сверху. Она поднесла мокрый палец ко рту и облизала, довольно мыча. Блондинка покраснела теперь не только от возбуждения. Она знала, чего именно ждёт Аддамс от неё. — Умоляю, Мортиша, я сейчас умру, если ты меня не возьмёшь, как следует, — скулила Уимс. — Прошу, прошу, прошу… — Кому ты принадлежишь? — неожиданно вырвался вопрос у женщины снизу. Она укусила блондинку за внутреннюю часть бедра, оставляя метку. — Тебе. — Верно. Хорошая девочка. Одна только похвала, заставила желудок Уимс сжаться от возбуждения. Она благодарно застонала, когда ощутила три пальца внутри. Мортиша быстро набрала нужный темп, заставляя блондинку неудержимо дрожать и стонать. Она любила её такой… Нуждающейся. Черноволосая неожиданно протолкнула ещё один палец. Он на удивление вошёл легко и она гордилась Уимс. — Ты так близка к тому, чтобы захватить мой кулак полностью, дорогая, — подметила Мортиша, вновь опуская рот на пульсирующий клитор. Блондинка громко закричала. Настолько громко, что у обеих женщин заложило в ушах. Что-ж, Аддамс проделала невероятную работу, увидев Уимс настолько раскрытой для неё. Лариса упала на бок, пока Мортиша слизывала соки с собственных пальцев. — Ты там жива? — рассмеялась черноволосая, целуя её между лопаток. — Я тот свет повидала, — буркнула женщина. — Это было слишком хорошо, что я даже не ожидала. — А ты во мне сомневалась? — Мортиша коснулась щеки, вновь целуя женщину. — Нет, конечно нет. Просто… Я слишком долго не чувствовала физического контакта с кем-то. — Была верна мне? — предложила она. Блондинка кивнула. — Как благородно с твоей стороны. — Ты так говоришь, будто я — какой-то прислуживающий пёс, — обиженно произнесла Уимс. — О, нет, милая. Я совершенно не то имела ввиду. Просто ты сама понимаешь абсурд данной ситуации. — Да. Мы переспали, а потом неожиданно вспоминается, что у тебя есть муж и дети. Такой себе абсурд, не считаешь? — Гомес… — выдохнула Мортиша. — Он поймет. Он обязательно поймет. — Ты хочешь ему рассказать? — удивлённо спросила Уимс. — Я думала, это будет лишь раз и ты прикажешь мне исчезнуть из твоей жизни раз и навсегда. — Я не хочу, чтобы ты уходила из моей жизни. Мы обе потеряла слишком много времени, чтобы сейчас вновь расставаться, — прошептала Аддамс, лаская щеку блондинки большим пальцем. — Я хочу, чтобы ты была рядом со мной, а не присылала эти глупые письма, в которых признавалась мне. — Ты читала их? — Конечно. Каждое письмо. — Но почему не отвечала? — её голос звучал почти обиженно. — Я хотела, чтобы ты сама лично пришла ко мне. Думаю, ничем плохим эта встреча не закончилась. — И что теперь? — Теперь мы будем жить так, как должны были ещё много лет назад — вместе. Уимс поцеловала её и Мортиша клянётся, что вновь почувствовала вкус её слёз. Теперь это были слёзы благодарности и любви. *** Прошло пару месяцев с того момента. Жизнь Мортиши кардинально поменялась. Гомес принял её такой, какая она являлась на самом деле. Они не стали разводиться. Просто он уехал жить в другое место, оставляя ей все имущество. А дети приняли это спокойно. Раз их мама счастлива, то нечего тут пытаться разрушить её счастье. — Удивительно, что наша судьба сложилась настолько странно, не так ли? — прошептала Уимс, когда Мортиша уложила голову ей на плечо. — Но мы счастливы. Думаю, это самое главное? — Конечно, душа моя. Это определенно самое главное, — женщина опустила руку, чтобы переплести пальцы. — Но меня мучает один вопрос. — Какой? — Как тебе звучит: Мортиша Уимс? — женщина протянула ей кольцо, сильнее сжимая ладонь черноволосой от волнения. — Нет, я пойму если ты откажешь, ведь это наверное, слишком рано и… — Это звучит очень хорошо. Мне нравится, — ответила Мортиша, взяв в руки кольцо. — Думаю, я хочу стать твоей женой. Это было новое начало их истории. — Тогда, Мортиша Уимс, разрешите пригласить Вас на медленный танец? — предложила блондинка, протягивая ей руку. — Разрешаю, — ответила она, сцепляя ладони вместе. Теперь уже — навсегда.