Знаете, профессор, а не пойти ли Вам нахуй?

      Пока Сынмин направлялся на свою так называемую отработку, он прокручивал в голове миллион разных мыслей. И осознание, что ему придётся провести несколько часов в компании с невзлюбившимся ему учителем, вообще никак не красили картину. Уже начиная считать минуты до возвращения в свою уютную комнату, он с ужасом для себя обнаружил, что у него от чего-то очень сильно колотится сердце, будто предвкушая что-то.       Он нахмурился, предвкушать явно было нечего, любой бы понял, что этот профессор явно имел на него зуб. У Сынмина сегодня вообще день почти самого начала как-то не задался, он даже ненароком подумал, может это Чанбин исподтишка там шаманит, желая попортить ему жизнь, но с ужасом быстро отогнал эти мысли, все-таки это уже на паранойю смахивает. Но когда, он по пути встретил ещё и Филча, который отказывался его пропускать, хотя Сынмин ему не раз пытался объяснить, что идёт на отработку, нервишки у Сынмина опять зашевелились. Чертов Филч, совсем из ума выжил. Сейчас ведь даже не время отбоя, а он уже готов был на отработку к себе его потащить. Нет уж, спасибо, он лучше как-нибудь потерпит раздражающего профессора, на него хоть смотреть приятно, чего не скажешь о Филче.       Так, перебирая в голове разные мысли, он дошёл до кабинета перед дверьми, которыми остановился, не решаясь зайти или элементарно постучать. Сердце снова ускорило ритм и билось непривычно сильно. Положив одну руку на грудь, наивно полагая, что это поможет ему успокоиться, он потянулся к ручке двери, но тут она неожиданно быстро распахнулась.       — Долго ты собираешься тут стоять? Заходить будешь? — слегка грубо, хотя «слегка» это ещё мягко сказано, рявкнул Со и недовольно уставился на парня, у которого, кажется, появилась ещё одна новая привычка, связанная с новым профессором, а именно впадать в ступор каждый раз, когда тот слишком пристально на него смотрел.       — И-извините задумался.       — Задумался он как же, так и скажи, не хотел приходить, — недовольно бросил Со, но затем с ухмылкой продолжил, — Но у тебя ведь нет выбора, а у меня есть. Я могу заставить тебя делать все, что захочу. —Последнюю фразу он сказал, точнее продышал почти ему в самое ухо, от чего бедный Сынмин, который не справился ещё с прошлым приступом ускоренного сердцебиения, получил новый. Он ошарашено отступил назад, сжимая ухо рукой, с немигающим взглядом, в котором читался чистый страх, он постарался связать цельное предложение.       — В-вы… не и-имеете права… Потому что… Что…       — Ой, да ладно, ладно, не начинай. Заходи. Я тоже хочу поскорее с этим закончить, — устало сказал Со, будто он был тружеником, который работал на протяжении 10 лет без отпуска, или прославленным мудрецом, которому этот бренный мир теперь казался слишком скучным.       — Что закончим? — Наверное, от страха даже мозг такого сообразительного человека, как Сынмин имел свойство отключаться, потому что он, кажется, вообще забыл причину своего прихода сюда. Со одарил его многозначительным взглядом, хмыкнул и ушёл вглубь кабинета. Отрезвленный увеличившимся расстоянием, Сынмин растерянно помотал головой и нехотя все же пошёл вслед за профессором. Тот сидел в своём кресле и читал какую то книжку. Простояв пару минут в надежде, что и на него обратят внимание, Сынмин начал медленно терять терпение.       — Извините, профессор Со. Но что я должен буду делать? — Чанбин удивлённо на него посмотрел, затем снова опустил голову.       — А ты ещё тут что ли? Я думал, ты убежал. Кстати, рыжие чудики, что выходили сегодня из кабинета Снейпа, пока его не было. Твои дружки? — спокойно, не отрывая взгляда от книги, спросил Со, но уголки его губ дрогнули в полуулыбке, когда он краем глаза заметил растерянное лицо парня.       — Что? — тупо переспросил он.       — Интересно, что будет, если я расскажу об этом профессору Снейпу? — Сынмин постарался сохранить каменное лицо. Чанбин засмеялся. — Ладно, расслабься, я пошутил. Я вообще не думал, что они твои друзья, просто решил проверить. Так, какое бы задание тебе дать,— он, кажется, всерьёз задумался. И после того, как 3 раза обошёл весь кабинет взглядом, он с разочарованным вздохом сказал: — Ладно, вот книжный стеллаж, приберись там, расставь книги в алфавитном порядке и не забудь, что все книги, касающиеся одной темы, должны быть на одной полке. Можешь начинать. — И с довольной ухмылкой снова вернулся к чтению своей, судя по всему, очень интересной книги, раз он не мог оторвать от неё глаз.       — ВСЕ? — с ужасом воскликнул Сынмин, но быстро осек себя. — Ой, то есть имею в виду, все? — чуть тише переспросил он, профессор, который явно получал удовольствие от этой ситуации, хмыкнул.       — Да все. А что? Знаешь, если бы я сдал вас профессору Снейпу, это наказание тебе показалось бы отдыхом. До сих пор помню, как на 1 курсе он заставил меня все котлы в кабинете чистить. Занятие не из самых приятных, я тебе скажу, — поморщился Со. — Хорошо, я после 2 курса ушёл, — Сынмин растеярнно посмотрел на него, и пока мозг успел сообразить что-то, спросил       — Вы не доучились? — Природное любопытство, с которым он ничего не мог поделать, снова дало о себе знать.       — Что? — удивился Со, но затем усмехнулся спокойно ответил. — Нет. Я после 2 курса перевелся в Дурмстранг из-за развода родителей. Моему папаше никогда не нравилась эта школа. — он ухмыльнулся и стал наблюдать за реакцией парня.       Введённый снова в ступор, но теперь из-за откровения учителя, Сынмин уронил книгу себе на ногу. Повезло, что хоть что она была не очень большая, так что трагедии удалось избежать. Он решил, что раз профессор сегодня такой откровенный, может получиться расспросить его ещё о нескольких вещах.       — Вот оно как. А почему вы решили работать здесь? Мне кажется работа, здесь вам явно не идёт, да и выглядите вы так, будто сами недавно из школы выпустились, — язвительно сказал Сынмин, думая, что это должно как-то задеть Со. Но у Чанбина, кажется сегодня было хорошее настроение, и был как-то на удивление очень откровенным, а вообще Сынмин считал его самым непредсказуемым человеком. Каждое его действие или слово вызывали множество вопросов и недоумения у него.       — Ты ведь сейчас хотел мне так комплимент сделать да? — убрал он книгу и уставился на Сынмина, который теперь, кажется, был для него интереснее, чем книга, которую он только что читал. Это можно было понять по тому, как засветились его глаза и как он заерзал в кресле. — Обычно мне наоборот говорят, что я выгляжу старше, чем есть на самом деле. Наверное, это из-за моего взгляда. Говорят он слишком суровый и мрачный, мама постоянно жалуется, что он мне от отца передался, слышал некоторых он даже пугает, — усмехнулся Со, который, сам не заметив как его прорвало на такие откровения.       — А мне кажется, он наоборот… ой — начал было Сынмин, но быстро закрыл рот рукой, чтобы не сболтнуть лишнего, и слишком интенсивно стал перебирать книги. Но Со уже услышал то, что хотел, и, естественно, не упустил шанса подразнить его.       — Наоборот, что? Тебе нравится мой взгляд, что-ли? — не скрывая издёвки в голосе, с довольной лыбой спросил Со, Сынмин вообще пожалел, что он на свет родился и научился разговаривать.       — У вас тут очень пыльно — нашел он, как сменить тему. Но профессору, кажется, это не очень понравилось.       — Да без разницы, все равно скоро уйду отсюда. Мне то что — снова откинулся он на спинку кресла, а Сынмин снова ошарашенно поднял брови. Им вроде не говорили, что новый учитель будет временный. Это что получается у них опять будет Снейп? Эти мысли немного ужаснули парня. Он действительно забыл, что всего день назад просил вернуть обратно Снейпа.       — Уйдёте? Я думал, вы у нас весь год преподавать будете, — как бы невзначай кинул Сынмин. А тут уже ужаснулся Со.       — Весь год?! Спасибо, не надо мне такого счастья. Дамблдор, и так пока меня отпускать не хочет, но на весь год, даже он меня здесь не удержит, — он скривился и, заметив вопросительный взгляд парня пояснил. — Да, я на самом деле не учитель, ты на удивление проницателен, — усмехнулся он — И чертовски прав, работа здесь мне не подходит, даже ты это понимаешь, как меня могли сюда отправить я не понимаю. — Сынмин не ответил переваривая новую информацию, а Чанбин, которого прорвало на новую волну открываний продолжил, — Это практика понимаете ли. Какая к чёрту практика, разве не понятно, что они просто избавиться хотели от меня таким образом? Где ты видел, чтобы мракоборцы практиковались в школе? Они думают я идиот и поверю в оправдание «Ты слишком импульсивный тебе нужно повзрослеть, и набраться опыта». Думают, что я не знаю, что это просто мой дорогой папаша постарался? Сколько раз я ему говорил не вмешиваться. — слегка повысив голос и сжав кулаки, возмущался Чанбин хмуря брови.               А Сынмин понял, что тот даже забыл о его нахождении здесь. И разговаривал, и жаловался сейчас сам себе. Наверное, это то, что у него накопилось в течение нескольких дней. А сейчас, когда Сынмин немного потянул за ниточки, вырвалось все наружу. Не зная, как на это реагировать, он постарался слиться со стеллажом. Нет, ну а что вдруг он снова забудет о нём и он сможет тихо уйти. Не хотелось под горячую руку попадать. Но неожиданно в его голове всплыл вопрос, который вроде как вообще не должен его интересовать, но раз его отец так не любил эту школу, то какой смысл устраивать его здесь на работу? Не удержавшись он снова перевёл взгляд на профессора и случайно задел рукой книгу, отчего та с глухим звуком упала на пол. Со снова сфокусировал на нём взгляд и удивленно уставился так, будто только заметил его присутствие.       — Ой, ты тоже тут. Ты все слышал? Я как-то забыл о тебе. — Он почесал затылок. Было видно, что ему неудобно. Сынмин усмехнулся.       — Больно у вас короткая память для мракоборца. — Почему-то, когда он узнал, что всего лишь временный преподаватель, разговаривать стало легче, но в добавок к этому стало ещё более неловко находится рядом с ним. — Может тогда вы ещё забудете, что назначили мне отработку, и я пойду к себе? Всем же от этого хорошо, — как можно убедительней старался говорить Сынмин. Со ухмыльнулся.       — Очень остроумно, мистер Ким, — почти пропел он последние слова, наверное, опять, чтобы подразнить. — Но я не настолько мягкотелый, и как я могу забыть, что ты мне сказал на уроке. Это было эпично, так что давай, герой, начинай. — И опять милая улыбочка и кудряшки, закрывающие вид на половину глаз. Сынмин сжал кулаки и демонстративно отвернулся.       — Человек, который направил вас сюда, явно не знал, что делал. Вам бы в Мунго поработать, — Чанбин в шоке раскрыл рот.       — Это ты мне сейчас сказал, что у меня беды с башкой? — Сынмин странно на него посмотрел и закатил глаза.       — Нет, просто там от вашей «импульсивности» не осталось бы и следа, — спокойно сказал Сынмин, будто объяснял ребёнку самую элементарную вещь по типу, что зельеварение — это не такой уж и сложный предмет, как все говорят. Со сверлил его злобным взглядом, но на удивление спокойно ответил       — Дерзишь мне, но до сих пор обращаешься на «вы» — Сынмин приподнял бровь.       — А вы предлагаете на «ты» перейти? Ну что вы, как я могу Вы же профессор.       — На уроке, мне кажется, тебя это не особо волновало. — Хмыкнул Чанбин и закатил глаза, затем слегка прищурился и указал на книжный стеллаж — Не важно, просто передай мне вот ту книгу на 3 полке слева, и заканчивай поскорее, я не планировал с тобой здесь всю ночь торчать — Сынмин зло посмотрел на него и глубоко вздохнув повернулся, чтобы достать книгу       — Какую именно? Эту? — грубовато спросил он вытянув её перед собой       — Нет, не эту. Вон ту, рядом.       — Эту? — Он вытянул ещё одну книгу. Со опять помотал головой.       — Да нет же, не эту, вон ту, рядом с ней.       — Эту? — уже конкретно. Начиная злиться, он вытянул учебник, который находился рядом с предыдущим.       — Да нет, с другой стороны, — Ким почувствовал, что ему на нос что-то давит. А, точно, это был клоунский нос, который на него нацепил только что этот недопрофессор.       — Вы снова издев… — Сынмин, который обернулся, чтобы возмутиться, так и замолк на полуслове, потому что Чанбин в считанные секунды успел оказаться у него за спиной и сейчас с едкой ухмылкой смотрел на него. Затем подошёл ещё ближе. Сынмин отодвинулся назад, и зажмурил глаза, все ещё не в силах что либо сказать, а профессор все продолжал приближаться. У самого его уха он прошептал.       — Я имел в виду эту книгу, — и быстро отошёл, с интересом разглядывая ее. А Сынмин так и замер с закрытыми глазами, пока его мозг старался переварить все произошедшее. И только когда перестал чувствовать присутствие Со рядом, смог открыть глаза. Он растерянно смотрел по сторонам, а Чанбин уже стоял на приличном расстоянии от него и спокойно листал книгу, которая, судя по его ленивому взгляду, ему была вовсе не интересна. Шестерёнки в голове Сынмина, наконец, щелкнули, и он понял, что его снова разыграли. Теперь клоунский костюм официально можно называть его именем.       — Вообще-то я вам показывал эту книгу, — злостно пыхтя, сказал Сынмин и поправил свою мантию и очки, которые успели немного съехать в сторону.       — Ой, правда что-ли? Извини, я, наверное, не заметил. — Сынмин закатил глаза.       — Вам так нравится надо мной подшучивать? Выбрали бы кого-нибудь поинтересней. Почему именно я? — бубнил Сынмин, снова повернувшись к стеллажу, меняя местами книги. Ему это занятие не очень нравилось, но сейчас это было единственное, что помогало отвлечься и забыть о взгляде, который прожигал его затылок. Но ему все же пришлось снова повернуться, когда он услышал смешок сзади.       — Ты просто единственный, кого я тут запомнил, — невинно хлопая глазами, сообщил Со, зачесав мешающие волосы назад, которые в прочем тут же снова упали ему на лицо. Это немного умилило Кима, но в лице он по-прежнему сохранял раздражение, смешанное с удивлением.       — Так все из-за этого? У вас что, плохая память на лица? — Со засмеялся.       — Нет. Просто не считаю обязательным запоминать лица людей, которых больше не увижу. — Невольно сердце Сынмина ёкнуло и по непонятной ему причине ускорило свой ритм в несколько раз.       — Но меня то вы запомнили, — тихо сказал он, и даже голос его слегка дрогнул. Но Чанбин, кажется, не обратил на это внимание.       — Конечно, как я мог тебя не запомнить? Я до сих пор помню твоё офигевшее лицо, когда я в первый раз сделал тебе замечание — и слишком громко засмеялся, стирая невидимые слезы. — А потом ты ещё и на урок опоздал, — сквозь смех едва различимо говорил Со. — Ты бы тоже не удержался на моём месте, чтобы не подразнить, — успокоившись, констатировал Чанбин.       — Ты с самого начала просто дразнил меня! — возмутился Сынмин, вскочив на ноги, от чего несколько книг, которые лежали у него на коленях, упали.       — О, значит, мы уже перешли на ты, — ухмыльнулся Чанбин.       — С темы скачите. — сквозь зубы процедил Ким.       — Ой, да ладно, будь проще. Весело же было, — невинно пожал плечами он. А Сынмин в край потерял терпение.       — Шутка? Для тебя все это шутка? А то, что меня впервые за шесть лет отчитали перед 2 факультетами, для тебя шутка? Что я впервые на отработке и что впервые вычли баллы — для тебя шутка? Да, возможно, так и есть. Но для меня все иначе. Для меня все это имеет огромное значение. И то, что ты ради своей прихоти из скуки решил мне жизнь попортить, вовсе не смешно! — на грани срыва орал Сынмин.       — Не воспринимай ты все так близко к сердцу. Все бывает впервые. — усмехнулся Чанбин — Баллы, если хочешь, я верну. Можешь даже идти сейчас к себе, не будет отработки. Скажешь, что я пошутил, — предложил, как ему казалось, логичное решение Со, но Сынмина это разозлило ещё больше.       — Делаете мне поблажки, — хмыкнул он. — Но они мне не нужны. Я сам заработаю свои баллы обратно. И уходить с отработки я тоже не буду. — Гордость — страшная штука, но без неё было бы совсем худо. Только вот что делать, если её слишком много? Со так и застыл, раскрыв рот в изумлении. Он не думал, что для парня это имеет такое большое значение. То есть он вообще не думал. Просто хотел немного повеселиться.       — У тебя что, синдром отличника? С тобой вообще кто-то дружит? — На самом деле он это говорил не со злым умыслом. Ему не казалось, что в этом есть что-то грубое, но Сынмин думал иначе.       — Да знаете что? — парень ближе подошёл к нему, тяжело дыша через нос. — Друзей у меня предостаточно. Да, у меня синдром отличника. — Ещё ближе. — Да, я люблю быть во всём идеальным. — Ещё один шаг. — Но это то, что должно волновать Вас в последнюю очередь. — К моменту, как он это сказал, он стоял уже почти вплотную к Со.       — Полегче, парень. Из-за чего ты так злишься, я же извинился. Вообще-то, я тоже здесь жертва мог бы войти в моё положение. Но в любом случае, прости еще раз, я не специально… — он замолк, подбирая подходящее слово, — шутил над тобой. Ты мне просто сразу показался интересным. — Ким в удивленно раскрыл глаза приподнял бровь и не смог сдержать лёгкой улыбки.       — Мерлин Великий, ну, сразу так и сказали бы, что влюбились, — победно улыбнувшись решил подразнить Сынмин. Он сам не понял, почему ему так польстило, что Чанбин назвал его интересным. Но после его признание он, кажется, немного остыл. Его плечи расслабились, и он перестал сжимать кулаки, только ухмылялся, радуясь, что заставил Чанбина смутится. Точнее он думал, что тот смутился, но Со, кажется, о чем то задумался. Нахмурив брови и закусив губу, он встревоженно на него посмотрел       — Я как-то даже не задумывался. Ты думаешь, дело в этом? — нерешительно спросил Чанбин, будто Сынмин мог знать ответ на этот вопрос. А сам Сынмин, кстати, кажется, превратился в восковую фигуру из-за столь неожиданного вопроса. То, что Чанбин мало того, что не смутился так даже отрицать ничего не стал, сильно его поразило. Он ведь в шутку ляпнул это, кто же знал, что тот так серьёзно отнесётся к этому. Он не слышал больше ничего вокруг, кроме своего сердца, которое слишком громко стучало в ушах, из-за чего хотелось закрыть их руками, лишь бы не слышать это. Ему кажется, даже дышать стало тяжелее. Неожиданно в помещении стало очень душно и жарко, щеки буквально пылали, от чего хотелось приложить к ним что-нибудь холодное. Мысли в голове путались и смешались с огромным количеством рецептов разных зелий, которые он по привычке начал вспомнить, чтобы отогнать волнующие сердце и душу мысли. Ладони вспотели, а они стояли все также близко друг к другу, и если один их них сделает шаг ближе, то они смогут коснуться друг друга. Но ни тот, ни другой этого не делал. Сынмин потому что был в ступоре и потому что окажись они ещё ближе, то его сердце покинуло бы его прямо здесь и сейчас, а Чанбин потому что думал, что снова обидел Сынмина и решал, как бы помягче разъяснить ситуацию. Он начал.       — Ой прости, я наверное не так выразился. Я не имел ввиду ничего странного просто, я сам не до конца понимаю, что происходит. Я никогда не думал о таких вещах, мне никогда никто раньше не нравился. И я до сих пор не уверен почему у меня сердце так бешено колотится каждый раз, когда вижу тебя. Я не знаю, почему в первый же день решил сделать замечание именно тебе, ведь как ты и сам говорил, там все что-то между собой обсуждали. Я понятия не имею, почему мне хочется дразнить именно тебя, почему не вызываешь раздражение как все остальные, почему я расстроился, когда не увидел тебя на уроке, и почему я так обрадовался, когда ты запыхавшийся вбежал в кабинет? Я не знаю… — растерянно говорил Со, где-то заикаясь и слишком долго думая, как бы правильно подобрать слова и не обидеть. Ему отчего то было важно, чтобы Сынмин правильно его понял. Не мог же он действительно влюбится да? Это звучало слишком абсурдно. Чанбин чувствовал себя сейчас очень глупо, как 15 летний подросток, который неловко впервые признается кому-то в чувствах. Температура в его теле сейчас была бы пригодна для того, чтобы расплавить даже вольфрам, наверное. А если бы был конкурс, у кого быстрее бьётся сердце, то он однозначно был бы единственным победителем. Ну вот опять его тело начинало так странно реагировать, и, как неожиданно, снова только в присутствии Сынмина. Казалось к Чанбину, медленно приходило осознание, и когда Сынмин подал какие-то признаки жизни, Со с надеждой уставился на него, а Ким не знал, что сказать. В горле пересохло, перед глазами все плыло, а в голове из-за каши не было ни одной ясной мысли. Но постепенно и к нему пришло осознание, что ему только что, кажется признались в чувствах? И главное, кто? Профессор, которого он, вроде как, возненавидел с первого дня. Кажется, потому что он сам не был уверен, что испытывал по отношению к Со. Да, тот был раздражающим, доставлял проблемы, но тогда по какой причине он всегда ищет его во время завтрака, обеда и ужина, почему хоть и отрицает этого, но ждёт его урока с трепетом в сердце, почему так обрадовался, когда сказали, что вместо зельев будет ЗОТИ? Почему несмотря на то, что его тогда задело замечание Со, решил признать первый свою неправоту. Почему он так расстроился, когда Чанбин сказал, что возможно скоро уйдёт, и почему он сейчас готов визжать от счастья, как влюблённая школьница? Слишком много вопросов и ни одного ответа. Точнее ответ есть, но он был настолько абсурдным и неправильным, что вызвал у Сынмина приступ смеха. Чанбин, который не понимал причину его смеха, странно на него смотрел.       Что смешного он сказал? Но Сынмин так долго смеялся, что и Со сначала тихо прыснул, а затем вовсю начал смеяться вместе с ним. Со стороны это выглядело, наверное, странно, но Сынмина это волновало в последнюю очередь. У него на душе сейчас была так легко, и он, кажется, был готов поделиться своими мыслями, которые не первый день его мучили. Немного успокоившись, он посмотрел на Чанбина, слегка улыбнулся и снова сократил расстояние. Теперь между ними были какие-то жалкие сантиметры, которые при желании или при одном неловком движении каждый из них мог сократить.       — Вы слишком много говорите, профессор. — Сынмин первым потянулся к нему, но Чанбин отодвинулся чуть назад. Ким посмотрел на него возмущенно и обиженно.       — Я… Я не могу… Я профессор… Я старше. Я не могу так. Ты ведь… Точнее, я не могу… — Будто пойманный в ловушку зверёк пытался найти пути отступление Со, потому что он действительно не мог так поступить, Сынмин был неразумным подростком и возможно, его признание его растрогало, но это ведь не означало, что он тоже ему нравится. Нет, если он сейчас поддаться соблазну, это будет выглядеть так, будто он его использовал. Да и вообще Чанбин и сам, все еще не до конца был уверен, что к нему испытывает. Но он уже давно не подросток и не будет идти на поводу у своего, возможно, сиюминутного порыва эмоций. Но Сынмина такой расклад дел не устраивал, совсем. Он снова подошёл ближе.       — Для мракоборца ты больно не решительный какой-то — Со глубоко вздохнул, но на этот раз не отступил.       — Я рациональный и осторожный. Как и полагается мракоборцу, — фыркнул он и отвернулся, чтоб хоть как-то избежать зрительного контакта.       — Тогда тебе недостаёт смелости. — Сынмин понял, куда нужно давить. Это как брать на слабо какого то. Чанбин ещё раз вздохнул.       — Я не хочу, чтобы ты жалел, — тихо сказал он, еле шевеля губами. Сынмин развернул его лицо к себе и серьёзно сказал.       — Я буду желать, если сейчас ничего не сделаю. Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать ничего и жалеть, думая, как бы все могло обернуться.       — 10 баллов Когтеврану за находчивость, Мистер Ким, — усмехнулся Со.       — О, так вы, оказывается, умеете не только отбирать, профессор, — хмыкнул Ким, и они снова тихо засмеялись.       — Я правда не хочу, чтобы ты потом жалел, но если… — Сынмин перебил его первым, потянув на себя, но, наверное, слегка не рассчитал силу. Их зубы стукнулись друг об друга, от чего они оба отскочили, прижимая руку к ушибленному месту. Первым не выдержал Со. Он звонко рассмеялся. Сынмин кинул в него сердитый взгляд, Чанбин засмеялся ещё больше.       — Мне кажется, у нас с самого начала все пошло не так. Даже сейчас все не как у обычных людей, — все ещё посмеиваясь, сказал Со. Сынмин закатил глаза.       — Это ты запорол наш первый поцелуй. Обязательно было столько нудить? — прошипел он, но тут же покраснел от собственных слов. Чанбин ухмыльнулся и снова притянул того к себе.       — Дай мне ещё один шанс исправиться, хорошо? — и нежно поцеловал в висок.       — Постарайтесь в этот раз не облажаться, профессор. Я очень это не люблю.       — Очень постараюсь, — выдохнул он ему в самые губы и нежно коснулся их своими и чмокнул. Затем прошёлся по нижней губе языком и слегка пососал её. Сынмин закатил глаза и сам толкнулся чуть глубже. Со ухмыльнулся и перехватил инициативу на себя. Прижимая парня ближе к себе, Сынмин обхватил его шею руками. Неопытность и подростковая несдержанность умиляли Со. Он улыбнулся, из-за чего Сынмин укусил его за губу. Чанбин тихо шикнул, когда почувствовал немного металлический вкус во рту. Он подхватил парня на руки и посадил на свой стол, снова с жадностью впиваясь в его губы, иногда проводя языком по языку младшего, от чего тот едва слышно стонал. Сынмин запустил руки в пушистые волосы Чанбина, которые так долго манили его. Сколько раз он думал о том, какие они на ощупь. Все было, как он и предполагал, мягкие, гладкие и пушистые, словно облочка. Чанбин стал покрывать маленькими поцелуями его лицо, стараясь уделить внимание каждой частичке на его лице. Руки хаотично бродили по его телу и нежно посасывал мочку его уха. Дышать становилось все тяжелее, казалось, в помещении катастрофически не хватает кислорода.       — Ты так вкусно пахнешь, — между короткими вдохами хихикнул Со, оставляя лёгкий поцелуй на губах. Опустился к шее, принюхиваясь, будто вампир. — Очень сладко пахнешь, — провёл он кончиком носа от уха до воротника рубашки и снова поднялся к шее, чтобы покрыть её тысячами мелких поцелуев, изредка позволяя себе слегка прикусить её, но так, чтобы следы не остались. Сынмин откинул голову в сторону, чтобы открыть тому больше пространства, и, прикрыв глаза, хмыкнул.       — Вы говорите стремные вещи, профессор, — Затем язвительно добавил: — На извращенца смахиваешь.       — А ты опять нудишь, — закатил глаза Со и снял очки Кима, при этом не упустив возможность чмокнуть его в глаза, которые он все ещё держал закрытыми. — И вообще, это ты меня совратил. — Сынмин тихо засмеялся и снова запустил руку в его волосы, нежно проводя по ним, прижимая ближе к себе и иногда оттягивая их назад.       — И что нам делать дальше? — через некоторое время начал Сынмин. Каждый понимал, что долго избегать этой темы у них не получится.       — Не знаю, я все ещё не уверен. — Тихо сказал Со, Сынмин нахмурился и просто промычал, затем немного отстранился и спросил       — Получается, когда ты уйдёшь, это будет значить конец? — Бесцветным тоном спросил Ким. Со вздрогнул и тоже чуть отодвинулся.       — Я не знаю. — снова повторил он — Это все моя вина. Ты просто хотел новых ощущений, а я просто взял и… — снова начал самобичевание Со, Сынмин его перебил.       — Это не так, — и потянулся к нему за поцелуем. Но тут вдруг в дверь кто-то постучал, и пока парни успели среагировать, в кабинет ворвался профессор Снейп и это, наверное, был первый раз, когда Сынмин увидел, как обычно безэмоциональное лицо профессора вытянулось в удивлении при картине, которую он увидел перед собой. Первым среагировал Сынмин. Он с тихим «черт» спрыгнул со стола и отскочил в другой конец помещения. Профессор Снейп постоял ещё секунды 3 и развернулся со словами.       — Я попозже зайду.       — Что нам делать? Он все видел! — в ужасе чуть ли не заорал Сынмин, а Чанбин, до которого только начало все доходить, перевёл растерянный взгляд с Сынмина на дверь, за которым только что исчез зельевар.