Вынужденный жить

- Хаширама! - Черноволосый мужчина мелко вздрагивает, когда понимает, что Мито проснулась. Несносная Узумаки еще в подростковом возрасте, а после и беременная первенцем клана Сенджу была невыносима, но после того, как Хаширама стал отцом второй раз, все стало еще хуже. - Иду! - Отставляя сакадзуки, даже ни разу не опустошенное, он слегка нервно поднимается из-за низкого столика, разминает пару секунд ноги, а после поднимается на второй этаж их небольшого дачного домика. Мадара, с которым он решил разделить свое небольшое празднование, лишь ухмыляется и тоже отставляет пиалку. Оставшись в одиночестве он невольно вспоминает причину того, почему они сегодня собрались. Тонкие веточки сакуры опускаются с дна кувшина на стол и колышутся на ветру. Черноволосый вглядывается в маленькие розовые лепесточки и вспоминает как сам с утра собирал эти самые цветы. Потому что ОН любил запах этого нежного и ранимого дерева. В их доме, где они жили, росла сакура и поздними вечерами ОН любил сидеть на скамейке, вглядываясь в яркие цвета заката. - Извини, что долго, - Хаширама присаживается напротив и слегка нервно улыбается. - Напомни на чем мы остановились. - Ты двинул свою воодушевленную речь и хотел напиться. - Учиха смеется и взяв в руки сакадзуки, присматривается. На легких, с трудом заметных волнах, колышется нежный розовый лепесток. Резко поставив пиалку на деревянную поверхность, мужчина отворачивается. Пить больше не хочется. Воспоминания душат и сдавливают стальными тесками сердце, вынуждая прикрыть отливающие красным глаза. Учиха и Сенджу отстроили деревню достаточно быстро и объединив кланы, сделали так, чтобы война закончилась. И единственное, что гложило друзей и глав кланов - это отсутствие их пятого товарища, что пропал три месяца назад и так и не объявился. Наруи Узумаки ушел поздно вечером, сразу после того, как новоявленный Хокаге отпраздновал в близком кругу рождение первенца. Пропал и не выходил на связь уже довольно долгое время. Красноволосый был единственным из группы друзей, кто не переехал в Коноху, а продолжал жить в летнем лесном домике, принадлежащем его родителям. Будучи шиноби с высокими моральными устоями, они ждали, догадываясь, что возможно у Наруи есть свои дела и собственная личная жизнь. Но когда Узумаки спустя шесть с половиной месяцев написал коротенькое письмо, что с ним все хорошо, первым не выдержал Мадара и передав временные полномочия советникам, отправился в гости к красноволосому демону. В тайне надеясь, что у Узумаки действительно все хорошо и он просто занят, Мадара спешил как никогда. В доме своего друга и по совместительству учителя он был последний раз в глубоком детстве, но дорогу до хибарки запомнил. Подходя ближе он увидел весь ужас ситуации. Домик находился не далеко от берега и представлял из себя тонкое, с трудом стоящее, сооружение. Когда Мадара отошел от шока и пройдя дальше, не почувствовав никаких барьеров, попытался зайти внутрь, дверь со скрипом и громким столкновение отвалилась, открывая вид на пыльный коридор. Не проходя дальше он развернулся, следуя в сторону пирса, на котором, как он помнил, в детстве любил сидеть Узумаки. И он был там. Сидя на самом краю, он вдумчиво вглядывался в воду. Его красные волосы, распущенные, слегка колышутся от несильного ветра, открывая вид на нежно-белое хаори, длинные рукава которого безвольно лежат в доль спины. Подходя ближе, Мадара замечает небольшие черные швы старого хаори и понимает, что не такое уж оно нежное и новое, если столько раз рвалось и штопалось. Мадара знает, что Узумаки уже давно почувствовал его и поэтому не страшась подходит и садится рядом. Они молчат, отчасти потому, что Наруи немой, а Мадара не хочет рушать момент. Спустя какое-то время Узумаки поворачивает лицо в его сторону и Учиха невольно любуется, как в темно-синих глазах, наполненных болью, отражается кровавый закат. - Нару-чан, - начинает Мадара и улыбается, когда красивое юношеское лицо кривится от произношения. Узумаки смотрит на него в упор и все мысли вылетают из головы. Такое чувство, что он не воин, а сопливый мальчишка, что снова сидит перед отцом, отчитываясь. - Почему ты пропал? Почему ты снова оставил меня? Красноволосый отворачивается и снова вглядывается в даль и Мадара понимает, что он и сам не знает, почему продолжает жить в старой хибаре и раз за разом отталкивает его. Учиха аккуратно опускает руку на, первый взгляд, хрупкое плечо и наслаждается непониманием, а после и красными скулами юноши. - Доверься мне. - Синие глаза распахиваются от удивления, а после юноша, сидящий перед ним, покрывается красными пятнами смущения. Мадара в этот момент понимает, что это самое прекрасное, что он видел. Это были его последние слова и мысли в тот вечер, потому что потом стало не до этого. А уже утром, проснувшись, он решается помочь Узумаки собрать вещи, но единственное, что берет с собой красноволосый - это небольшой глиняный горшок с отростком сакуры. Прибыв в деревню они празднуют его возвращение с друзьями. Узумаки знакомится с первенцев Хаширамы, которому уже пол-года, и становится его названным крестным. Мито Узумаки, будучи из того же клана, одобряет выбор мужа. И уже после, глубокой ночью, когда все в квартале Учиха спят, они высаживают из горшочка сакуру, огораживают небольшим заборчиком и клянутся, что никогда не бросят. Потому что Учиха любит только один раз в жизни. *** - Дядя Нару! - Мальчишка прыгает на красноволосого юношу и с визгами кружится вокруг него. Хаширама слегка нервно смеется и отталкивая сына, пожимает Узумаки руку. - Извини за него, - Сенджу треплет собственные волосы и щелкая сына по затылкам, отправляет его на тренировку. - Просто он действительно давно тебя не видел, вот и соскучился. Проходя в дом, они присаживаются друг напротив друга. Наруи, одетый в обычные черные штаны шиноби и гэта, поправляет оранжевое хаори, что все также носит только на плечах, и протягивает Сенджу свиток. Его красные волосы, что заделаны в высокий хвост и серьезное выражение лица, указывает на то, что весть там не самая хорошая. И это оказывается правдой. - Ты уверен? - Сенджу серьезен как никогда. Потому что информация, что добыл Узумаки очень важна. Хаширама разливает зеленый чай и вдумчиво вглядывается в зеленые листочки, что хаотично носятся в водовороте. - Мы будем поддерживать Узушио до тех пор, пока они не падут или сами не откажутся от нашей помощи. - Сенджу серьезен и поэтому Наруи верит каждому его слову. Они расходятся поздно вечером и Наруи, зная, что Учиха все еще на задании деревни и дома его ждет только пустота, направляется в сторону тренировочных полигонов. Там он встречает Акиру, что с остервенением для своих четырех лет тренируется. Он бесшумной тенью спускается с дерева, направляясь в сторону мальчика. - Дядя Нару! - Парнишка бежит в его сторону, но резко останавливается, когда в паре метров от него в землю втыкается кунай. После Узумаки будет карить себя только за то, что расслабил бдительность. Единственное оружие, что он взял с собой, были несколько десятков сенбонов. Верная катана была оставлена дома. Отряд из Кирикагуре приходил не за ним, а за первенцем главы клана Сенджу и первого Хокаге деревни Скрытой в листве. Но мальчишка, знающий тайные знаки шиноби разведки, убегает за помощью в сторону деревни. Узумаки не дает ни одному из врагов последовать за мальчиком. Когда Хаширама вместе с Тобирамой прибегают на помощь, то видят лишь несколько десятков тел и прибитые сенбонами к дереву красные волосы. Отряд, отправленный в преследование, находит лишь разорванное оранжевое хаори. *** Возможно в том, что он немой, есть определенный плюс. Он никогда и ничего им не расскажет. Такие мысли посещали его именно в те моменты, когда боль была уже невыносима. Это была его самая жестокая смерть из всех. Они держали его в глубокой, наполненной холодом пещере. Руки были связаны толстой веревкой за спиной так туго, что он даже локтями не мог двигать. Щиколотки обжигали толстые холодные металлические браслеты, что скреплялись между собой толстой цепью и переплетаясь, прибивались к камню. Отрезанные волосы неприятно лезли на лицо. Синий, чисто небесный цвет глаз наполнился кровью. Его и так стройное тело исхудало, покрылось гематомами и фиолетовыми кровоподтеками. Их было пятеро и каждый из них был по своему извращен в пытках. Кто бил, кто резал, кто просто издевался, думая, что он их слушает. Но самое страшное произошло с ним сразу, как только его раненого втащили в эту пещеру. Они всю ночь наслаждались его телом и душой, а после, оставили на три дня одного, восстанавливаться после надругательств. Это был единственный раз, когда он позволил себе пустить слезу. Потому что мысли о том, как Мадара ненавидит его, посещали его постоянно. Наруи понимал, что даже если его и вытащат из глубины пещеры живым, то вместе с Учихой они уже не будут. Он ненавидел себя за то, что позволил разорвать темную рубаху с вышитым на спине веером, ненавидел за слабость и ненавидел за всю ту боль, что принесет своему, уже бывшему мужу. А потом они оставили его одного и не приходили слишком долго. Когда он в очередной раз потерял сознание, то его стали посещать иллюзии. Мадара с красными, как кровь глазами, наполненные страхом и болью, вбежал в пещеру. В следующий раз его посетили образы его друзей. Каждый приходил к нему. Они что-то говорили, но он их не слышал. Когда он пришел в себя последний раз, то увидел сидящего рядом Учиху. Он сам лежал на мягком футоне, переодетый и вымытый. Но он мог бы поверить, что это не иллюзия, если бы не обжигающий холод, который он чувствовал постоянно в пещере и во-время пыток. Прикрыв глаза он попытался снова провалится в беспамятство. В следующий момент он проснулся уже на холодном пирсе... *** Учиха выплывает из своих мыслей как раз в тот момент, когда Сенджу теряет терпение. Он медленно встает и выходит из особняка друга, направляясь в сторону собственного клана. Он сам знает только часть страшной истории, что привела к смерти его мужа. Ястреб, заставший его за сотни километров от Конохи, принес весть от Хаширамы. Учиха сразу бросил задание и помчался в сторону деревни, чтобы найти посмевших напасть и похитить его мужа. Прибыв на место он сразу взял дело в свои руки. Тобирама, уважающий Наруи не меньше чем своего старшего брата, оживил своей новой техникой один из самых хорошо сохранившихся трупов и потребовал информации. Когда они узнали примерное расположение их логова, прошло уже семь дней. Их было всего пять и они довольно быстро расплавились со всеми. Когда Учиха самый первый забежал внутрь горной пещеры, то в шоке замер. Его муж лежал на холодном полу голой и избитой фарфоровой куклой. Обжигающие слезы с тихим стуком соприкасались с щетками на груди. Подойдя ближе и упав на колени перед красноволосым, он смог увидеть все кровоподтеки и гематомы, что украшали тело любимого им человека. Когда его дрожащая рука прикоснулась к тонкой шее и нащупала пульс, он смог с облегчением выдохнуть. Наруи даже во сне отодвигался, шипел и сопротивлялся. Это резало по сердцу сильнее куная. Именно тогда красноволосый напомнил ему не шиноби, а обычного сломанного юношу. Накрыв мужа походным плащом, он позволил подойти только старшему Сенджу. Тот, как врач, ничего не высказал. Только побледнел и долго-долго сидел над уже умирающим Узумаки. Когда Наруи можно было транспортировать, то Учиха снял броню и подхватив легкую, но самую драгоценную ношу, прижал его к груди. Когда Узумаки пришел в себя первый раз, то лишь смотрел на все и всех стеклянными глазами. Мадара не отходил от него ни ночами, ни днями. Наруи прожил всего три дня, после того, как его вытащили из того ада. Когда красноволосый погиб, Учиха впервые потерял самого близкого себе человека и, сразу после похорон, покинул клан, Коноху и друзей. Правда, потом вернулся сразу, как только понял, что Наруи такого бы не хотел. *** - Привет, Нару-чан, - Девушка выглядела грустной, уставшей и недовольной. - Что? - Наруто огляделся не сразу понимая, где он. Все синяки пропали, исчезли. Вся тяжесть с души ушла и стало так легко, как ни было еще никогда. - Но как? - Ты чем-то недоволен? - Да! - Узумаки извернулся в объятиях лицом к девушке. - Я не собирался умирать! - Не переживай, мой милый, ты исполнил долг передо мной. - Аматэрасу грустно улыбнулась и потрепала Узумаки за короткие красные волосы. - Я думаю, что тебе больше пойдет блонд. - Что? - Голос Наруто задрожал. - Не переживай, ты с ним еще встретишься.