Возвращайте книги в библиотеку вовремя

Возвращайте книги в библиотеку вовремя

      Был пасмурный дождливый вечер. Лиза лениво зевала, прикрывая рот кулачком. После горячей ванны её тело источало приятный аромат, тонкий кружевной пеньюар прилип к её влажной коже. Ведьма надпила чай из чашки и войдя в библиотеку посмотрела на список людей, бравших у неё книги. Напротив имени была дата, когда книга была выписана и дата, когда книгу нужно было продлить или вернуть.              — Так-с, посмотрим, — устало шепнула Лиза, всматриваясь в имена и даты.              Всё было в порядке, пока её глаз не зацепился за одно имя.              — Так-так...вот уж не ожидала чтобы Эми... — (она имела ввиду Фишль) – Она ещё два дня назад должна была вернуть книгу.              Ведьма точно помнила, что мнимая Принцесса Осуждения не захаживала к ней накануне. Лиза хотела спустить ей это с рук: как никак она любила Фишль, которая очень бережливо обходится с книгами и до этого момента всегда возвращала их вовремя.              «Может-таки дать ей поблажку? — подумала ведьма, — Хм! Вот уж нет! Им дай одну поблажку, и они тут же распоясаются!» — и сказала игривым голоском, — Извини, маленькая принцесса, но я вынуждена тебя наказать.

***

      В тот вечер Фишль не могла оторваться от книги. От той самой книги, которую она запамятовала вернуть в библиотеку. Она полулёжа-полусидя располагалась в глубоком мягком кресле и с увлечением читала. Ночная рубашка заманчиво съехала с её молодого плечика, но юная принцесса не торопилась её поправить — настолько вниманием девушки завладело чтение.              Тогда же ворон Оз, сидевший на жёрдочке возле теплого камина, подал голос:              — Миледи, вам не кажется, что пора уже спать?              Фишль промолчала, дочитывая до точки.              — Не трожь меня, Озвальдо... — и продолжила читать,              — Не поймите превратно, госпожа, но вы ведь завтра не проснётесь.              — Ну а ты мне для чего? Разбудишь.              — Миледи...              — Цыц! Не мешай! Исчезни до утра, пожалуйста!              И раздражённая Фишль снова углубилась в чтение.              Оз вздохнул и, махнув крыльями, исчез в своём тёмном подпространстве, в которое часто уходил, когда Фишль не желала его видеть.              Но всё же, как ни бывает интересна книга, а усталость рано или поздно возьмёт верх. Вот и Фишль, устав читать, лениво зевнула и захлопнула книгу. Девушка потянулась, и ночная рубашка ещё сильнее съехала с её плеча, оголяя левую грудь.              «Думаю, мне действительно пора бы уже спать…»              Фишль бережно положила книгу на прикроватную тумбочку и ещё раз потянувшись, нырнула в постель, завернувшись в одеяло. Это был тяжёлый день и юной принцессе действительно хотелось спать. Ночник над кроватью потух сам по себе и сон пришёл мягко и незаметно, растворив её сознание в мире сладких грёз.              Не прошло и часа, как погода за окном переменилась: мельницы начали более агрессивно вертеть лопастями; ночное небо затянули густые тучи; поднялся страшный ветер. Завывая между узкими мондштадтскими улочками, он со страшной силой громыхал ставнями на окнах. Сон Фишль был потревожен. И тогда же из-под её кровати разлилось мистическое сияние. Это свечение она не заметила и продолжила спать дальше.              Буквально из деревянного корпуса кровати начали вытягиваться продолговатые отростки, напоминавшие собой молодые веточки. Эти гладкие отростки потянулись вверх и начали изгибаться над спящей Фишль.              Из-под кровати послышались булькающие звуки; света становилось всё больше и тогда же оттуда вытянулись продолговатые голубые щупальца, излучавшие то самое свечение. Пять, шесть…восемь…двенадцать. Все они примешались к деревянным отросткам, образовавшим над кроватью спящей принцессы что-то вроде купола.              Сквозь сон Фишль уловила тонкие сладковатые нотки и, почесав носик, начала ворочаться во сне, от того тепла, которое излучали пульсирующие над ней щупальца. Тотчас же двое из них обвились вокруг кистей рук девушки и быстро выгнали её из мира снов.              — Что?! — стоило Фишль издать хоть звук, как множество щупальцев тут же пришли в движение, повернув к ней свои кончики.              Фишль, как опытная искательница приключений, поняла это, и задержала дыхание, чтобы не слышно было даже как она дышит. Но было уже поздно. Щупальца запрокинули её руки вверх, и она повисла перед ними. Они обвились вокруг её молодых, упругих ножек и цепляясь за её ночную рубашку, начали обнажать её тело.              «Что делать? Что это за дрянь?.. Я чувствую, как они обвивают мои ноги… и живот!..»              Одно из щупалец подтянулось к самому лицо Фишль, и она увидела на нём приклеенную записку, автора которой она сразу узнала по маленькому круглому почерку.              «Лиза!»              На покрытом сверкающей слизью листке бумаги было написано следующее:       «Приветствую тебя, маленькая принцесса! Извини, что тревожу тебя в поздний час, но должна тебе кое о чём напомнить. Может ты запамятовала вернуть мне книгу, которую ты с таким желанием искала и нашла в моей библиотеке? Надеюсь, у тебя была веская причина не вернуть её два дня назад. Мои верные посланники, любезно напомнят тебе вернуть мне её этим утром. Буду рада видеть тебя на пороге своей библиотеки!       

Пурпурная Ведьма»

      «Как я могла забыть?»              — Л-ладно, — робко обратилась Фишль к щупальцам, — я всё поняла, я верну книгу утром… М-можете теперь отпустить меня?              Но щупальца никак не отреагировали на обращённые к ним слова. Одно тонкое щупальце приблизилось к лицу девушки и ткнулось кончиком в ей в щеку.              «Тёплое…»              Вопреки, быть может, представлениям читателя, но щупальца источали нежный приятный запах, были тёплыми и приятными на ощупь, а не мерзкими и холодными, как можно было бы подумать. После прикосновения, они оставляли слизкий след, который ещё некоторое время излучал странное тепло, словно к телу приложили грелку.              Щупальца сорвали с Фишль её ночную рубашку, и девушка предстала пред ними полностью голой. Прекрасное, гладкое тело юной принцессы быстро покрылось слизью от прикосновений щупалец.              — Оз!.. мх! Оз! Спаси меня!.. мхах! Оз! —Фишль звала на помощь, но за пределами деревянного купола, в котором она была заперта, её не было слышно.              Щупальца обвили её ноги и развели их в стороны. Любое сопротивление было бесполезно, оставалось только отдаться той участи, которую ей уготовила Лиза, отправив к ней это странное существо.              Слизкие и тёплые щупальца, обвиваясь вокруг ног всё выше и выше, неумолимо приближались к промежности Фишль. Она почувствовала между ягодицами влажные прикосновения, распространившиеся на всю спину. Её маленькую грудь обвили тонкие щупальца, сдавливая соски. Всё тело юной принцессы начало отблескивать от тёплой слизи.              — Х-…хватит!~ Не надо! Ньях!~..м-мх!~              «Как это ни отвратительно…но…что-то в этом есть…» — Фишль смутилась от того, что ей стало приятно: всё её тело начало словно вибрировать, а тонкие тентакли, ласкающие её соски, так и вовсе начали сводить её с ума.              Проникновение было неотвратимо. Одно щупальце, по форме напоминаюшее угря, легко проскользнуло в узкое влагалище Фишль. Это не было больно, поскольку хоть у юной принцессы и не было любовника, но у неё была богатая коллекция интимных вещичек продолговатой формы. И в этот момент Фишль не пожалела о том, что столько лет тренировала себя ими.              — Чт-! Ньягх-ха-а!~ Мгх!~ Куда ты залез?! Мньях!~              «Мне не больно…но это мерзко…он…оно…такое горячее…эти щупальца сводят меня с ума! Я не знаю, что это за существо, но эти щупальца прекрасны! Это так грязно, но так приятно!»              Фишль начала активно сопротивляться: она раскачивалась и расталкивала жавшиеся к ней тентакли, поэтому, чтобы её остановить, два сильных и толстых щупальца обвились вокруг её талии и подавили сопротивление.              — Оах!!~ Кх! Пожалуйста, хватит!~ Я чувствую, как оно, ньях!~, как оно извивается во мне!~              Чуть ниже пупка у бедняжки начал выпирать бугорок и по мере того, как щупальце-угорь вкручивалось вглубь её влагалища, бугорок этот выпирал всё сильнее.              Тогда же Фишль взбодрили слизкие поглаживания второго щупальца-угря между её ягодиц.              «Что?! Нет! Оно не посмеет!»              Но тентакли изогнули её тело и второе щупальце-угорь легко проскользнуло через её анальное колечко.              — М-мнья-ях!~ Оа-ах!!~ Хва- ах!~ Хватит!~ Пожалуйста! — изумрудные глазки Фишль налились слезами, которые быстро подхватили и всосали тонкие щупальца, извивавшиеся вокруг её шеи.              Ненадолго, в глазах Фишль потемнело от боли, когда одно щупальце-угорь достигло «потолка» и упёрлось в шейку матки, а второе беспощадно углублялось в её кишечник. Но тогда же все тентакли покрылись новым слоем слизи, которая имела эффект анестезии и быстро обезболила тело юной принцессы. Для Фишль не осталось никаких других ощущений кроме блаженного удовольствия, которым она проникалась от каждого действия её слизких, продолговатых любовников.              — Я вас ненавижу! А-ах!~ За всё то, что вы делаете! Ньях!!~ Оах! Но- мхах!~ Но мне та-ак хорошо!~              Фишль резко запрокинула голову от наслаждения и её тело содрогнулось от безудержного оргазма. Два щупальца-угря начали издавать вибрирующее урчание, как реакцию на сокращения мышц девушки во время оргазма, чем только сильнее свели её с ума. При всей отвратительности этой сцены, всё же, наверное, во всём Тейвате в этот момент не нашлось бы человека, которому было так же приятно, как Фишль.              Юная принцесса почувствовала, как начала непроизвольно мочиться. Горячие брызги намочили кровать и бурлящий сгусток щупалец, извивавшийся на ней, начал словно нежится под этими брызгами.              Одно щупальце-угорь интенсивно надавливало на шейку матки, но Фишль не ощущала боли от этого, а чувствовала только новые позывы к оргазму. Второе щупальце-угорь делало поступательные движения, толкаясь в её попку, заполняя голубоватой слизью всё внутри. От каждого нового толчка, слизь с булькающим звуком выдавливалась наружу.              — А-а-ах!!~ Мгха-а!! Должна д-держаться! Не должна снова…! Ах!~              «Да-а! Как мне хорошо-о!»              Фишль снова разразилась стонами, которые не могла подавить. Её разум помутился от цепочки множественных оргазмов, содрогнувших её тело. Щупальца, реагируя на это, начали двигаться более агрессивно: они сдавливали её соски; обвивались вокруг её тонкой шеи, вызывая лёгкую асфиксию.              «Я не могу больше! Они сделают из меня кашу! Я сейчас сломаюсь пополам! Не хочу больше кончать!»              — Ах!! А-ах!!~ Нья-яах!!~ Хватит! Не надо! Пожалуйста!! Остановитесь!              Забрызгивая всё вокруг голубой слизью, тентакли-угри выскользнули из интимных отверстий Фишль и юная принцесса разразилась болезненным грудным стоном. Она ощутила, словно тяжёлая глыба, давившая ей на грудь, была поднята, и она смогла вдохнуть полной грудью. Всю постель забрызгало голубой слизью и интимными выделениями Фишль.              Щупальца опустили её на слизкую, но тёплую постель и одно гладкое щупальце ткнулось ей в нижнюю губу. Сначала Фишль даже не заметила этого, но после до неё дошёл страшный смысл этого толчка, но было уже поздно — щупальце, не получив сопротивления, проскользнуло в горячий ротик юной принцессы и ловко нырнуло в горло и даже глубже.              — Мф! М-м-м! Мф-ф!              Фишль почувствовала нежный сладковатый вкус и совсем не ощутила давящего чувства от атаки щупальца. Оно углубилось в её пищевод и начало заполнять его тёплой жидкостью, попадавшей в желудок Фишль.              Сначала девушка цеплялась руками за эту тентаклю и пыталась её извлечь, но в конце концов сдалась и, закатив глаза, насладилась сладким вкусом и странными вибрациями, которые источало это щупальце. Сделав своё дело, оно с влажным звуком выскользнуло изо рта Фишль, и девушка вот-вот бы извергла всё содержимое желудка на свет божий, но подавила в себе этот позыв.              У юной принцессы совершенно не осталось сил. Она не смогла даже открыть глаза. Фишль без сил провалилась в сон и разомкнула очи только, когда было уже совсем светло. В одно мгновение перед глазами предстали все события минувшей ночи. Она резко подорвалась с подушки и быстро окинула комнату взглядом.              — Что?-…              Всё было чисто: постель была сухой и почти не смялась за ночь; ворон Оз всё так же дремал на жёрдочке, вернувшись из своего подпространства. От описанного выше безумия не осталось и следа.              «Уж не приснилось-ли мне всё?..»              Фишль опустила глаза и увидела себя в своей объемистой ночной рубашке, съехавшей с плечика и обнажившей левую грудь. Девушка прикрыла грудь и поникла, замерев в глубокой задумчивости. Она посмотрела на книгу, лежавшую на прикроватной тумбочке, и сразу же вспомнила что́ было причиной, всего случившегося безумия. Но было ли всё это реальностью или сном? Или, может, это были страшные галлюцинации?.. На всё на это Фишль не смогла найти ответ.              — Подъём, Озвальдо! — прикрикнула Фишль тоном принцессы Нирваны Ночи, — Пред нами постало великое бремя возвратить древний фолиант в библиотеку Мискатоникского университета!              — Надо же, — начал Оз, сонно раздувая перья, — вы всё-таки вспомнили, что надобно возвратить вашу книгу в библиотеку госпожи Пурпурной Ведьмы.              — Ах ты, предатель! Ты знал и не напомнил мне! — обиженно крикнула Фишль надевая чулки, — Я очень разгневана на тебя! Даже не смей обращаться ко мне!              — Как скажете, миледи, как скажете. — равнодушно вздохнул Оз.       

Конец!