Собрать себя заново

"Узнать свое отражение в черной земле - Из цветов и травы собрать себя в единое целое. И впервые увидеть СВОЕ отражение в зеркале"

Малая книга путешествий: "Темные эльфийские дороги".

      — Мне недавно доложили, что видели на площади светлого эльфа вместе с темным. Не ты ли это случайно был? — спросил Берси.       Он зашел в комнату, не постучавшись, распахнув дверь неожиданно, словно намереваясь помешать чему-то. А застал Блара в одиночестве, лежащим на кровати и бессмысленно уставившимся в потолок.       — Не я, — ответил он безразлично.       — Странно, неужели есть еще парочка таких же сумасшедших, — предположил Берси и, не дожидаясь ответа, протянул лист бумаги. — Есть задание.       — Что делать? Расскажи, лень читать. — Блар неохотно принял сидячее положение.       Берси недовольно цокнул.       — Украсть оружие. Завтра владелец отлучится в другой мир, самое время для кражи.       — Я могу и сегодня, разве владелец помеха?       Берси хмыкнул и сел рядом с самоуверенным внуком.       — Владелец — дракон. Хранителя поля убивать запрещено, а договориться с ним точно не выйдет. Кража в его отсутствие — единственный вариант.       — Хозяин — дракон? Я отправлюсь на Велесово поле? В Старый Мир? Чье это оружие и кто заказчик? — возбуждено тараторил Блар.       Берси протянул листок.       — Рисунок ножа. Остальные вопросы оставь при себе. Раньше ты не интересовался зачем выполняешь работу, — недовольно сказал он. — А теперь только и слышно — а для чего? А зачем? А кому это нужно? Нужно! Нашим заказчикам нужно, а как они оружием распоряжаться будут, не наша забота.       — Это все? — спросил Блар, засовывая задание в карман.       — Дракон попросил знакомого охранять поле в его отсутствие. Что делать с временным охранником решай сам, — бросил Берси, закрывая за собой дверь.       Еще в детстве Блар в совершенстве овладел умением сдерживать восторг и волнение. Контролировать эмоции — основа его работы. Владение любым видом холодного оружия — записано в крови проклятых дроу. Сильное тело и сообразительность делали его умелым исполнителем. Ввиду малого возраста и недостаточного опыта, для сложных заданий он пока не годился. Но он блестяще справлялся с работой попроще — достать нужную вещь, проследить за кем-нибудь или передать секретную информацию.       Первое задание в Старом Мире. И наконец-то надежда увидеть Атли. За те полгода с последней встречи, он часто пытался, используя прочитанный и однажды опробованный метод, попасть к нему снова. Но увы, то ли метод пригоден для использования один раз, то ли возле Атли образовалось защитное поле, не дающее при всем огромном желании к нему приблизиться. Он часто ходил на озеро, но вероятно Атли не мог вырваться из-под защиты светлых.       Следующим вечером, с помощью Берси, он проник в Старый Мир. Блар много слышал о нем, но побывал всего раз. Он оказался рядом с нужным Велесовым полем. Поле это он часто видел во снах.       Слегка измененный, разряженный воздух, как подтверждение — дракона нет в этой реальности. Но дракон оставил охранника. Блар еще не знал, как с ним поступит. Одинокая фигура сидела перед широким полем и тихо шептала, будто бы общалась с кем-то невидимым. Белая накидка, короткие светлые волосы, острые эльфийские уши.       Блару хватило нескольких секунд понять, что перед ним светлый эльф. В эти несколько секунд испытал он и печаль об Атли, и воспоминания о нем, и любовь необъятную. В секунды осознал — он любит своего светлого эльфа, своего милого Атли, а этого светлого ненавидит.       Голова закружилась, подступила тошнота и желание, аж ноги подкашиваются. Лишь одно желание — перерезать светлому горло, чтобы кровь красным окрасила руки, и волосы его стали короче до плеч… хоть у это альва волосы уже короче до плеч…       Блар качнулся, но устоял на ногах. На него обвалился страх, смешанный с упоением возмездия за всех дроу. Он должен совершить нечто неизбежное, нечто неподвластное его воле. Казалось, он должен исполнить непонятно кем предначертанное, исполнить заложенную в него задачу, ради которой он и был рожден. Он убьет светлого эльфа.       Блар неслышно приблизился к альву. Мгновение и два эльфа лежат на земле. Лезвие к тонкому горлу, и слышно испуганное дыхание светлого, стук венки под лезвием ножа. И глаза, эти глаза Блар раньше видел. Нет, в них не ненависть, а принятие. Принятие и его, и лезвия, и темного неба, и стонов умирающих сородичей, и дыма горящего леса. Его постоянный кошмар проявился в реальность, но проявился в другое время, в другом месте и обстоятельствах. Остались прежними лишь два главных действующих лица. Светлый и темный эльф.       Светлый эльф дотронулся до щеки темного и улыбнулся. Нож упал в траву. Дроу легонько коснулся губ смеющихся, погладил короткие волосы, уткнулся носом в шею. Альв сильно руки на спине закрутил, обнял — не отпустит.       Раздевали друг друга медленно, наслаждались прикосновениями дрожащих от волнения пальцев и прохладой ночного ветра. Дроу дотронулся до порозовевшей от волнения щеки, нежно поцеловал прозрачные ресницы, рукой зарылся в мягкие волосы. Изящные руки альва легли на сильные плечи, тонкие губы оставили поцелуи на напряженной шее. Два эльфа целовались, слегка прикасаясь губами, чтобы отпрянуть, в глазах друг друга утонуть, словно в неожиданно ставших доступных других вселенных.       Блар и Атли лежали возле поля. На нем сотни лет назад произошла битва. Битва часто снится Блару, о ней детально всё знает Атли. Минуту назад они оба не существовали, а были обезличенными эльфами, будто представителями каждый своей расы.       — Почему волосы остриг? — спросил Блар.       — Мне нравится. А тебе?       — Мннн… — промычал темный, соглашаясь, и носом зарылся в новую стрижку.       — Что ты здесь делаешь?       — Я на задании, — прошептал Блар. — Не предполагал, что дракон тебя оставит поле охранять.       — Нас знакомая Верховная познакомила. Ты знал, что драконы принимают облик представителя человеческой расы? Он пришел с вопросом о закрытом пространстве первых драконов. Я рассказал об озере, ведь я теперь о нем много знаю. Озеро не только миры соединяет, еще и во времени способно перемещать. Тебе интересно? — спросил Атли неожиданно.       Блар поцеловал светлую макушку.       — Да, интересно. Что ещё узнал?       — Ты из рода проклятых эльфов. Я знаю, но не боюсь. У меня есть для тебя подарок. Он принадлежал твоему сородичу. — Атли спешно полез в сумку.       Блар насторожился. Он не планировал скрывать от Атли, чем иногда занят до наступления рассвета, но и желал, чтобы светлый дольше оставался в неведении. Для их сложной ситуации, это точно станет еще одним препятствием.       Когда Атли достал нож, Блар незамедлительно вынул рисунок оружия. Одного взгляда хватило, чтобы понять — задание он провалил. Неизвестно кому подарок от Атли он не отдаст.       — Мне сон приснился. Я был темным эльфом, а этот нож мое оружие. Так странно, словно во сне я был тобой. — Атли сжимал рукоятку ножа.       Блар взял нож, покрутил, рассматривая сложный рисунок.       — Мне дракон рассказал — на поле до сих пор качаются тени умерших воинов, но они не всем видны. Я пытался поговорить с ними, хотел узнать о твоём сне, об оружии.       Блар восхищенно смотрел на светлого, подмечая, как из робкого, наивного эльфа он стал более рассудительным, бесстрашным.       — Я тоже без дела не сидел, — спохватился Блар. — Я на озеро каждый день ходил. И заметил некоторые особенности. Не знал я, что оно и временем управлять может. Видел, как цвет меняет в зависимости от полноты Луны. Вода вкусная при Луне полной, а самая мутная, когда Луны не видно на небе. При холодной погоде вода не остывает, а самая чистая была лишь раз, когда зацвела волчья ягода. В ту ночь я бутылку воды и набрал, может пригодится?       Атли тоже смотрел на Блара с изумлением. Куда подевался грубиян и невежда? Блар и наблюдения провел за озером, и выводы сделал. Добавил он знаний, не записанных в книгах.       — Если воду на поле вылить? — спросил неожиданно Блар. — Ты говорил — вода изменяет пространство и время. Может, тени умерших захотят с нами поделиться чем-нибудь полезным.       — Да, попробуем! — воодушевился Атли, взял из рук Блара бутылку и вылил поодаль.       Пару минут ничего не происходило, оба успели приуныть и разочароваться в предположениях. На поле было так же спокойно и безмятежно, только ветер чуть усилился. А через мгновение сильный поток воздуха закружил перед эльфами. Ни светлый, ни темный не могли отвести взгляд. Прикованные, смотрели они на ветер.       Ветер кружил и кружил, обретая форму, очертания огромного существа. Существо это было древнее самой Земли и пространства, в котором пожелало воплотиться. Оно не произнесло ни звука, но в головах каждого из эльфов одна за одной вспыхивали картинки. Картинки объединялись в одну сплошную, живую.       Блар и Атли увидели, как далеко-далеко, в отдельно выделенном облаке, на белой перине скучает это самое существо. Оно безмерно устало от могущества и всеобъемлющего знания о себе, о всех мирах и населяющих их еще живых и уже мертвых. Решило существо встряхнуться и разделило себя на две части. Одну часть наделила жаждой к познанию, умом и красотой. Другую — жаждой к опыту, страстью и любознательностью. Будут ли эти части любить друг друга или ненавидеть, жить в мире или вечной вражде — решать им.       Две части обладают самостоятельностью и не зависят от создателя. Но есть еще одно условие успешного замысла скучающего древнего существа. Чтобы жизни двух разделенных частей проходили интересней, каждую новую жизнь будут они поочередно воплощаться то в светлую, то в темную суть. В итоге снова и снова, перемешивая светлую и темную части, они объединяются, и более не скучно их создателю.       Последняя картинка потухла, развеялся и образ необъяснимого существа. Два эльфа смотрели не на своего основателя, а друг на друга. Блар всю жизнь, оказывается, ненавидел не светлых эльфов, а самого себя. Атли жаждал познать темных эльфов, хоть обладал информацией о них с рождения.       — Нам нельзя быть порознь, — сказал серьезно Атли.       — Да, нам не выжить друг без друга.       На физическом уровне их долгое расставание — это смерть. И понимали они — пока находятся в Старом Мире, у них нет возможности быть вместе. Есть обязательства у Атли стать Верховным. Проклятый род не отпустит Блара — умелого исполнителя.       — Нам надо уходить из Старого Мира, — уверенно заявил Атли.       — Искать Новый Мир? Думаешь он существует? — спросил Блар.       — О нем я ничего не знаю, — неожиданно жестко ответил Атли, злился сам на себя за беспомощность.       Блар его обнял. Он гладил светлого по голове, осыпал подбадривающими словами и нежными поцелуями. Договорились несмотря ни на что встретиться недалеко от пещеры дракона ровно через три дня. Если один из них не придет — второй будет ждать еще три дня, не сходя с обозначенного места. А если и через три дня кто-то из них не покажется, то попробовать связаться любым способом. Передать записку через знакомую Верховную, попросить помощь у дракона, каждое полнолуние ждать у озера.       Заснули возле поля, прижавшись друг к другу. Тени павших воинов в эту ночь двух эльфов не тревожили и сны наслали о новой жизнь в далеком Новом Мире. *****       Атли надел на плечи небольшой походный мешок с вещами, закрыл дверь комнаты и направился в кабинет отца. Он не хотел врать. Он уйдет из дома не предателем, а останется любящим сыном.       К его удивлению, отец оторвал взгляд от бумаг и поднял глаза на сына.       — Уходишь? — спросил он спокойно.       Атли кивнул. Он топтался на месте, не зная, как объяснить, что сказать. Отец наверняка не поверит невероятной информации о могущественном создателе, о светлой и темной его части.       — Если понадобится помощь, двери дома всегда открыты. — Старший эльф подошел к сыну и обнял. — Мы не прощаемся.       У Атли выступили слезы, он обнял отца в ответ. Несомненно, отец понимал, может чувствовал, как по чуть-чуть меняется его привычный Старый Мир.       Берси не находил себе места с утра. Его феноменальная интуиция подала сигналы тревоги в тот вечер, когда Блар ушел на Велисово поле. Предчувствие перемен никак не покидали его мысли, а теперь и крутило тело — не к добру.       — Куда? Вот же упрямый! — крикнул он, заметив крадущегося вдоль кустов малинника, внука.       Блар на крик не остановился, а прибавил шагу, пытаясь избежать острых колючек на кустах и не переломать во всю цветущие ветки. Берси пришлось применить пару трюков из молодости. В два стремительных прыжка он нагнал внука и повалил на землю.       — Не отпущу, — зло выкрикнул он в ухо поверженному внуку.       — Не сегодня, так завтра — все равно уйду, — придавленный большим телом, зло прошипел Блар.       — Упрямый мальчишка! Да вы и дня не продержитесь. Альвы охоту настоящую устроят, а дроу и вовсе убить могут.       — Мы справимся, — прохрипел Блар, безуспешно пытаясь разжать тиски бывшего лидера проклятых дроу.       — Берешь всю ответственность на себя? — спросил Берси, ловко поднимая внука с земли.       Блар кивнул. Он поправил походный мешок и обнял деда. Берси обнял его в ответ и сказал укоризненно:       — Ох и натворили же вы балбесы дел. Старый Мир точно не будет прежним. *****       Возле пещеры дракона было спокойно, неуверенность и страх отступали. За последние несколько дней Атли узнал ошеломляющую информацию — удивить или смутить его было трудно. Блар появился ближе к вечеру. К пещере дракона его перенесло знакомое озеро. Хоть и пришлось дроу провести в нем целый день, его желание было услышано. Быстрые объятия и первые неуверенные шаги.       — В каком направлении пойдем? — спросил Атли. — Если верить оракулам, то следует держаться северной стороны.       — Я тоже думаю, стоит идти на север, — подтвердил Блар. — Луна поднимается и заходит на севере. Может, она и является светилом для мира, который мы ищем.       — Интересно! И как в твоей голове рождаются необычные идеи? — спросил Атли, восхищенно смотря на Блара.       — Тебе тоже это доступно. Не забывай — я и ты одно целое.