Камелия

Ах, как же манили платья, как же манили. Этот горький привкус зависимости растаял на языке, словно шоколад, который женщине подарила подруга. - Ну и ну! Какие гроши за такое качество! - удивлённо вздыхала Люмин, а Лиза не могла ей ответить. Не хотела, но была вынуждена легко хохотнуть по всем правилам этикета. - Милая, давай отложим этот журнал, - произнесла она. Подруга послушала и кивнула, в самом деле убирая кипу бумаг на столик. - Знаешь, я тебе так завидую, - продолжила Люмин, мельком поглядывая в сторону расшитого золотом платья, нарисованного пером на обложке, - такие богатства и возможности! "Такая скупая и пустая жизнь," - покачала головой Лиза и искренне улыбнулась наивности молоденькой девушки, ещё даже не видевшей мир. Люмин была ребенком, она любила этот свет и радовалась всему: её замечательным маменьке и батюшке, брату и даже мужчине, который вскоре станет её мужем. Люмин была лучиком света, дающим надежду такому погруженному во тьму человеку, как Лиза. - О чем ты? - но она делает вид, что не понимает, потому что таковы правила этого общества. Лиза любила эту маленькую девушку, она правда не хотела, чтобы чувства - хрупкие, такие хрупкие, - разбились в дребезги под гнётом скучной жизни высшего света. Люмин поднялась с дивана и смешливо посмотрела в ответ. Что нужно отдать этой девочке, чтобы она никогда не закрывала свои ясные глаза? Лиза готова была подарить все деньги, которые у неё были. Люмин схватилась за полы своего платья, сатин блеснул в свете люстр, заструился в воздухе дымкой, когда она раскрутилась вокруг себя. - Твой муж так влюблён, так мил! Он прекрасен! - она остановилась, подняла глаза к потолку, и в этот момент Лиза правда испугалась, что её причёска рассыплется. Что золотистые кудри разовьются, и упадут на плечи, словно волосы неопрятной женщины. Но Люмин это не волновало. - Он любит тебя, и это очень романтично! У Люмин так блестели глаза, что Лиза не могла ничего ей ответить. Она просто сидела, подперев голову рукой, и надменно глядела на неё. Снизу вверх смотрела так, словно возвышалась. Но это было банальным воспитанием. - Да, он такой. Красавец, богач, завидный жених, - осторожно перечислила она. И Люмин счастливо засмеялась, казалось, испытывая радость за них двоих. Да будто это её муж был красавцем-богачом-завидным женихом, выкупившим её из борделя. Непосильным трудом Лиза заставила себя не плакать от умиления. Люмин... Лиза не простит себе, если с этой девочкой что-то случится. Она не простит себе, если не сможет уберечь её от жестокости, которая в любой момент может свалиться непорочному чаду на голову. Эти мысли разъедают её, расползаются, словно заражение, по мозгу. Они остаются с ней, когда Лиза улыбается, когда смеётся, когда ласково гладит девочку по волосам. Они остаются с ней, когда Люмин, радостно щебеча, под руку с братом уходит домой, и только тогда затихают, словно прошедший мимо шторм. - Здравствуй, милая, - Дотторе ласково целует её в лоб, и Лиза улыбается теперь ему. - Здравствуй, - она тут же подскакивает, пересаживаясь поближе к мужчине, и воркует, - Как же прошёл твой день? Не то, чтобы ей было интересно. В её мыслях стоит только картинка с Люмин, которая з а в и д у е т. Лиза слышит, как Дотторе что-то отвечает, но благополучно пропускает это мимо ушей. Она трепетно целует его. Чувствует, как он наслаждается, и её глаза наливаются слезами. Нет причины. Никакой. Но она продолжает думать о Люмин. О её золотистых глазах, пылающих от восторга. О её детской непосредственности. И эти мысли разгораются снова и снова, и каждый раз с новой силой. Лиза вцепилась в Дотторе так крепко, будто её с силой тянут в противоположную сторону, желая оторвать от него. Она не понимает этого, не понимает, что по её щекам струятся слёзы. - Лиза? - слышится приглушённо. Лиза улыбается. Она прячет лицо в его рубашке, в воротничке, который накрахмалили прачки, и качает головой. - Что случилось? "Что случилось?" - переспрашивает она, и горький привкус зависимости вновь тает на языке. - Подари мне платье, - отвечает она, не контролируя свои слова, и её совершенно ровный голос не вяжется с огромными градинами слёз и сопливым носиком. Как хорошо, что Лиза не наносит косметику - давняя привычка. Дотторе гладит её. А Люмин права: он влюблён, он богат и романтичен. Но а Лиза просто зависит от него. И, даже зная, что он не выбросит её, словно игрушку, она всё равно боится этого. Зачем? Зачем он соглашается и идёт на её поводу? Лиза сжимает его крепче, льнёт, словно кошка. Он перебирает в руках её волосы.