Неудачная копия

      Большой тёмный стол был завален отчётами и планшетками: бессистемно на левой половине и в виде организованных стопок и башенок на правой. Тем, кто превращал хаос в порядок был Тагор, внимательно читающий сейчас очередной отчёт.       Тая незаметно переступила с ноги на ногу. Они с Натом уже минут десять стояли в кабинете начальника отделения, а он до сих пор так и не посмотрел на них. Только указал им на место перед столом, как только они зашли, и снова зарылся в документы.       Она покосилась на Ната. Тот остекленевшим взглядом смотрел, не мигая, прямо перед собой и медленно дышал. Тае вдруг захотелось проверить, не заснул ли он с открытыми глазами, но такой возможности не было.       — Вы уже со всем разобрались? — Тагор, наконец, закончил свои дела и откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы в замок поверх округлого живота.       Нат моргнул, возвращаясь в эту реальность:       — Всех, кого вычислили, задержали.       — Кого ещё ты в это втянул? — Тагор сверлил Ната пристальным взглядом и медленно крутил большие пальцы вокруг друг друга.       — Из внешней поддержки: Исследовательский институт Ио и анклав Миу. Я тебе потом отдам зашифрованные дата-блоки с нашими гарантиями безопасности на хранение. С нашей стороны: пара ковбоев. И Джиббс.       Тагор крепко сжал челюсти и подался вперёд:       — Зачем? — он шумно втянул в себя воздух, останавливаясь посреди предложения, и нахмурился. — Он в порядке?       — Да.       — Я не тебя спрашиваю, змей изворотливый. Стажёр Чжи, — Тагор перевёл взгляд на неё.       Тая почувствовала, что сейчас не та ситуация, когда стоит выкладывать вообще всю правду:       — Да, он сейчас доставляет нейтрализованного преступника сюда.       Она решила не рассказывать про то, что Джиббс обзавёлся длинным шрамом на скуле, предчувствуя, что иначе Тагор действительно взорвётся. В целом же патрульный был в порядке и, кажется, даже доволен этим приключением.       Тагор чуть смягчился и снова сфокусировался на Нате:       — Что ещё надо по делу?       Тот активировал свою планшетку, сверяясь с подготовленным списком:       — Твоё разрешение на допрос всех задержанных в нашем отделении. Внутренние указы на анализ данных, который проводил кибер-центр. Заверение под всеми запротоколированными коммуникациями. Запросы на обработку публичных данных с ретрансляторов и станций связи.       Тагор махнул рукой, подзывая Ната к себе, и забрал у него планшетку и стопку листов цифровой бумаги с уже написанными указами:       — Всё задним числом?       — Да, я проставил нужные даты.       Тагор только кивнул и скривился так, словно съел что-то горькое, но голоподпись под всеми листами проставил и все документы на планшетке заверил. Он остановился на последнем, с разрешением на транспортировку и допрос, и дотошно его перечитал ещё раз.       — Когда их привезут?       Нат замер, так и не забрав у него документы:       — Тебе там делать нечего.       — Я сам решу, что мне делать в моём отделении. У вас тут пятеро психопатов, которые перерезали восемнадцать граждан — и это только то, о чём мы уже знаем. Все бодрые, свежие и злые. И вас — три четверти от нормального человека. Вы на себя в зеркало смотрели? По вам медпункт плачет. Они вас просто сожрут живьём в допросной и выйдут сухими из воды.       Тая понимала, что начальник отделения прав. Нат тоже:       — Через полчаса привезут первого.       Он забрал у Тагора планшетку на время, чтобы открыть там нужный раздел, и тут же вернул её обратно:       — Вот актуальная информация.

***

      Появление Тагора в контрольном центре допросных заставило местных сотрудников суетиться — полковник хоть и достаточно часто бывал здесь, но всегда находил, к чему придраться. В этот раз он только отмахнулся от них и занял угол комнаты, бок о бок с Натом и Таей перечитывая материалы по делу. Последнего задержанного — Игоря Алуру — должны были доставить в течение ближайших пяти минут.       Тагор перебрасывал стилус между пальцами, пока в голове представлял себе схему, по которой может пойти допрос, когда понял, что больше не может выдерживать буравящий его взгляд. Чёрный стержень ещё раз перескочил с фаланги на фалангу и остановился, указывая в сторону стажёра:       — Чего?       Тая ойкнула и прикрыла лицо планшетом, только глаза остались сверкать над его краем:       — Извините. Я. — Она замялась. — Я не ожидала, что вы тоже будете проводить допросы.       — Когда на всё отделение осталось всего девять следователей, то приходится и мне периодически дела брать по старой памяти. Ты про допросы что-нибудь знаешь?       Тагор перестал её слушать почти сразу же, как Тая начала отвечать. Он расслышал достаточно ключевых слов, чтобы понять, что эта тема ей нравилась и теории она знала много. Вот только этого было недостаточно — к такому теоретику нужен в пару хороший практик, чтобы было откуда опыта набраться. Тагор мельком глянул на кресло в углу: Нат устроился в нём, каким-то нечеловеческим образом переплёл руки и ноги и тихо спал, уткнувшись лбом в коленку.       Привезли последнего задержанного, но с началом допроса не торопились. Тагор объяснил это тем, что преступникам нужно ещё немного помучиться от неведения, а самим следователям — дождаться результатов поиска от кибер-центра. Он сверился ещё раз с последней информацией, которую прислал аналитический модуль: пока что нашлось сорок три совпадения по всей Федерации. Из них двадцать семь граждан уже мертвы, но только пятеро умерли независимо от действий пойманных ими маньяков. Тагор потёр лоб, глядя на эти данные: все естественные смерти начались задолго до серий убийств. Словно они послужили стимулом.       — Вы что-нибудь уже успели нарыть по мотивам? — Тагор снова посмотрел на стажёра Ната. Та больше походила на испуганного зверька, чем на будущего следователя. Отпусти такую в одиночку в допросную камеру — и от неё там и косточек не останется.       — Нет. Бихевиорист из кибер-центра разбирал поведение одного из них по имеющимся логам. Судя по временным меткам сигналов, управляющих синтиками, это была она — Летиция Суон, — Тая открыла нужную карточку, показывая ему. — Марк сказал, что она могла делать всё это, чтобы таким странным образом самоутвердиться. И что тут нет никакого религиозного контекста.       Тагор попытался понять, откуда в кибер-центре взялся бихевиорист, но не вспомнил никого подходящего. Он вообще старался не лезть туда: ковбои были слишком странными по его меркам, и он не понимал, как можно менять своё тело не из-за необходимости, а из прихоти. А учитывая свой характер, он ещё и боялся, что рано или поздно сорвётся и выскажет этой железной братии что-то, чего говорить не стоило бы. Не хотелось из-за подобной глупости терять сотрудников — а они были лучшими специалистами на этой планете, и он знал это.       Он был не особо удивлён тому, что Нат таскал своего стажёра в кибер-центр, как на работу, — следователь и сам там проводил слишком много времени. Наверное, это было правильно: если девушка научится работать с разными людьми, то это избавит отдел от многих проблем в будущем. Тагор очень некстати вспомнил, что ему ещё рассматривать жалобу на главу пятого отдела, который отказывался принимать заявление от кого-то, кто по его мнению был слишком обвешан имплантами. Глава отделения покачал головой, отгоняя лишние мысли, и снова сфокусировался на текущем деле.       Он обратился к Тае, указывая ей на очевидную дыру в рассуждениях:       — Религиозный контекст вы не нашли, но не все фанатики мотивированы религией. Чем отвратительнее поступок, тем более возвышенное оправдание ему потом придумают. Все остальные мотивы отпадают: из-за участия синтиков кражи не подходят, права собственности, профессии и круги общения у всех погибших также различаются — это не убийство с целью заставить кого-то замолчать или навредить конкретной организации. Погибшие вообще никак между собой не связаны и ничего не происходило ни до, ни после их смертей. Остаётся фанатизм, красивая сказочка о спасении людей и мира — как раз для тех, кто с жиру бесится и хочет свою значимость почувствовать. — Тая смотрела на него, не мигая, и кивала, соглашаясь с его словами. — Нат, хватит прикидываться спящим. Почему не зафиксировал эту версию?       — Отвали, — Нат плотнее прижал лоб к колену и сильнее обнял себя руками. — Какая разница — это бы не помогло с их поимкой.       Тагор развернулся и чуть пнул кресло, на котором сидел следователь:       — Потом себя пожалеешь. У меня плохие новости.       Нат поднял голову и уставился на него красными припухшими глазами:       — Только не говори, что были нарушения.       Тагор молча кивнул и показал два пальца. Нат со стоном опустил голову обратно на колени:       — Кто?       — Лука Резнов — тот самый, которого с дерева снимали, — составил встречный иск за необоснованное применение силы: он не сопротивлялся, даже когда на него наручники нацепили, а его всё равно попытались сразу лицом в землю уронить. Ещё и куртку порвали, когда он от них рванул. Утверждает, что ничего не понимал и просто испугался. — Тагор раздражённо цокнул языком: — Ну кто ж так топорно работает. — Он открыл карточку следующего задержанного. — Вторая — Франческа Корт. А вот она явно готовилась, нутром чую. Хитрая змея — тебе понравится, как она выкрутилась: при задержании не сопротивлялась и позволила себя загрузить в транспорт, а потом на полпути попросила водный раствор каких-то солей. А ты сам понимаешь — если в стандартной аптечке нет, то откуда такое в полицейском транспорте возьмётся? Теперь она подала встречный иск за неоказание медицинской помощи. У неё в медицинской карточке и правда какое-то редкое заболевание есть, из-за которого после стресса ей нужно пить этот раствор, иначе у неё могут начаться судороги. — Тагор глубоко вздохнул. — Вот только по виду она здорова как бык, и никаких судорог у неё не было. Такое чувство, будто она специально у своего врача выбила такой диагноз — как раз для подобного случая.       — Специально, говоришь? — Нат оживился. — Дай угадаю — она из внешней службы безопасности?       Тагор быстро проверил и кивнул:       — Тоже думаешь, что это она всё придумала?       — Зачем?       Тагор обернулся на подавшую голос Таю. Та тоже открыла карточку Франчески Корт на своей планшетке и просматривала её биографию. Она задумалась над чем-то и свою мысль не продолжила.       — Стажёр, если есть, что сказать, — говори. Не трать наше время.       Тая подняла на него взгляд:       — Извините. Но, — она снова посмотрела на фотографию задержанной, — зачем ей всё это? Она красивая — безумно красивая. Умная — за одну внешность такую должность не получишь. А ещё хладнокровная и расчетливая — не запаниковала в критической ситуации. Да и то, что вы сейчас сказали про то, как она заранее приготовилась, чтобы потянуть время в случае задержания, тоже многое о ней говорит. Если не знать про убийства, то получается, что она практически идеальный гражданин: здоровый, трудолюбивый и востребованный профессионал с высоким индексом социальных коммуникаций. Чего ей не хватало?       Тагор плотно сжал челюсти — он тоже каждый раз, глядя в очередное дело, задавался тем же самым вопросом: чего им всем не хватало? Почему они начинали убивать себя или окружающих, ломать чужие жизни и делать всё то, что уже нельзя исправить. И за тридцать с лишним циклов работы здесь он так и не нашёл ответ.       — Снаружи, может, и красивая, а нутро прогнило насквозь, — Нат распутал руки и сел нормально, чуть ссутулившись. — Золотце, не пытайся таких понять — это нелюди в человеческой шкуре. Будут улыбаться, даже когда у самих руки по локоть в крови. — Он прикрыл глаза, опуская голову ещё ниже. — И будут ведь доказывать, что были правы, что так они якобы делали мир лучше.       Тагор, чуть прищурившись, смотрел на него — ещё не хватало, чтобы он сломался именно в этот момент. Хоть нынешнее дело и совсем не похоже на то, с чем они столкнулись девять циклов назад, но никогда не знаешь, когда призраки прошлого начнут хватать тебя за руки.       Это проклятие приходит к большинству полицейских — рано или поздно ты начинаешь верить в то, что действительно можешь спасать и защищать людей, можешь делать этот мир лучше и безопаснее. А потом очередной отморозок походя протягивает свои грязные лапы к кому-то близкому и дорогому тебе, и ты понимаешь, что на самом деле не можешь ничего. Тагор потёр висок, собираясь с мыслями и вознося короткую молитву Вишгар в благодарность за то, что напоминание о его собственном бессилии не превратилось в призрак, а до сих пор живо и относительно здорово. И, судя по событиям последней пары часов, работает даже лучше своих коллег.       — Вот вы вдвоём с ней и поговорите первым делом.       Тагор дошёл до протоколов задержания и увидел там поножовщину, которую пытался устроить Хамор Цай. Он заскрипел зубами, с трудом удерживая себя в руках и напоминая себе, что бить подозреваемых нельзя. Он тяжело посмотрел на Таю, и та сжалась в кресле, поняв, что её маленький обман раскрылся. Подчинённых бить тем более было нельзя, поэтому Тагор только зло фыркнул и снова уставился в планшетку:       — Я вначале зайду к Резнову — раз его придётся отпустить, то, может, он расслабится и расскажет чего полезного. А потом к этому вашему Цаю. — Он раздражённо дёрнул носом и пообещал самому себе: «Он у меня кровавыми слезами умоется».

***

      Франческа Корт выглядела так, будто находится на великосветском приёме: одна нога закинута на другую и расслабленно покачивается, рука изящно опирается локтем на спинку стула и легко поддерживает голову. Нат быстро окинул её взглядом: стройное, тренированное тело, пышные тёмные волосы, огромные голубые глаза. Наверное, она и правда была красивой, но совсем не в его вкусе. А если добавить сюда знание о том, что она вытворяла, то она сразу переносилась на уровень ниже даже тех синтиков, которых эксплуатировала для своих преступлений.       Из допросной убрали стол и активировали разметку зон безопасности для убийц, вот только в фиксаторы и наручники Корт, в отличие от её подельников, не заковывали. Нат поставил бок о бок два стула точно в том месте, где они должны были быть, если бы соблюдались все меры предосторожности. Он медленно обошёл их и сел, собирая разбегающиеся мысли, — его сейчас на ногах держало только жгучее желание увидеть, как этим подонкам просверлят черепа после вынесения приговора. Он бросил взгляд на Таю — она и правда выглядела немногим лучше. Ему хотелось сказать ей что-нибудь ободряющее и подержать за руку, чтобы успокоить, но не при этом чудовище, которое сидело перед ними.       — Франческа Корт, персональный идентификатор EZ-16-218216-92. Вы же знаете, почему вас задержали?       Женщина даже не повернула голову в его сторону, делая вид, что увлечена разметкой на стенах.       Нат зачитал ей список обвинений и был вынужден в конце добавить:       — Из-за того, что при задержаниии были допущены нарушения, рассмотрение вашего дела откладывается до тех пор, пока не будет удовлетворён ваш встречный иск.       Корт, наконец, посмотрела на него, чуть изогнув бровь:       — Медцентры не позволили бы кому-то вроде вас, — она изогнула пухлые губы, буквально выплёвывая эти слова, — арестовать нас. — Она чуть прищурилась так, что пушистые ресницы прикрыли глаза. — Вы заключили с ними договор. Но я ни за что не поверю, что они позволили вам творить, что угодно. Дайте угадаю. — Она повернулась к ним всем корпусом и чуть подалась вперёд. — Вы ограничены во времени, а на рассмотрение встречного иска вам потребуется не менее тридцати часов. Вы просто не успеете ничего сделать, как должны будете меня отпустить. Именно поэтому я сейчас не закована, — она покрутила кистями в воздухе, — вы не имеете на это права.       Ната нисколько не удивило то, что она обо всём догадалась только по косвенным признакам, — разве что им потребуется не тридцать часов, а больше сорока. Он даже не изменился в лице. Это было очень просто — ему не то, что реагировать на что-то было тяжело, но даже дышать хотелось уже через раз. Зато вот Тая обиженно наклонила голову, только подтверждая догадку задержанной. Нат покосился на неё и непроизвольно покачнулся в её сторону.       — Замечательно. Раз вы уже обо всём догадались, то давайте упростим жизнь всем нам, — он отдал планшетку Тае, чтобы ей было, чем занять руки. — Давайте представим, что некая гражданка — пусть её имя будет Джейн Доу — работает в системе безопасности медцентра. И вдруг, по каким-то причинам, она решает, что ей нужно убивать других людей. Придумывает для этого сложную схему, ищет единомышленников. Вы, с высоты вашего профессионального опыта, могли бы как-то прокомментировать её поведение? Или даже предположить, что её сподвигло на это?       Корт чуть задрала голову, глядя на них сверху вниз:       — А с чего вы вообще взяли, что эта гражданка Доу кого-то убивала?       — С того, что её поймали буквально за руку.       Корт демонстративно медленно поправила волосы и облизнула губы, глядя ему прямо в глаза. Нат чуть наклонил голову набок, устав от этого затянувшегося спектакля. Он сейчас как никогда понимал Тагора — иногда люди очень сильно раздражают.       Гражданка Корт едва заметно поджала губы и перевела взгляд на Таю. Та завороженно рассматривала её широко раскрытыми глазами. Корт медленно растянула уголки губ, стараясь изобразить тёплую улыбку:       — Ты же Тая Чжи? Как там поживает Томас? Не хочешь принести ему новые инструменты?       Нат почувствовал, как Тая буквально одеревенела и невидящим взглядом уставилась в пол, и напряг память, ища там упоминание хоть какого-нибудь «Томаса». Лучше всего подходил под эту ситуацию Том — один из старших братьев Таи.       Нат изучил её личное дело в тот же день, когда она подала документы на стажировку: всю биографию от рождения до окончания Академии, не забыв про друзей и родственников до третьего колена. Он привык всегда проверять, с кем ему предстоит иметь дело, чтобы случайно не наткнуться на какой-нибудь неприятный сюрприз вроде тщательно скрываемой клептомании или наследственных заболеваний психики. Поэтому он знал, что у Таи был старший брат — одна из тех потерянных душ, которые по глупости или под дурным влиянием пробовали синтетику, а потом их семьи выворачивали кошельки, чтобы спасти их с помощью дорогостоящей реабилитации. Вот только для Тома это оказалось слишком тяжело, и он покончил с собой, воткнув себе в горло какой-то острый инструмент во время трудовой терапии.       В это время Корт, явно довольная результатом, снова обратила внимание на Ната. Ещё до того, как она открыла рот, он догадался, чего именно она добивалась: она хотела вывести их из себя, лишить опоры под ногами, столкнуть в их личные бездны. Цель её была проста — сделать так, чтобы они не смогли нормально допросить остальных задержанных и совершили ошибки, из-за которых пришлось бы отпустить и их тоже. Он незаметно поджал пальцы на ногах и постарался абстрагироваться от её слов, но удар всё равно достиг его:       — А вы ведь тот самый Улиссон? Надеетесь, что хотя бы эту девочку сможете защитить? — Корт с наигранной задумчивостью прижала палец к подбородку. — Вряд ли у неё такой же звонкий голосок, как у Реи. Интересно, как она будет смотреться в кадре? И поместится ли в стандартный почтовый контейнер?       Никакая подготовка не помогла. Бездонная пропасть распахнула свою жадную пасть у Ната под ногами, и он рухнул в неё с остановившимся сердцем. Его тело подобралось, и ему оставались доли секунды, чтобы взвиться пружиной и свернуть шею этому голубоглазому монстру, что капал ядом на старые раны, когда камеры в допросной комнате с тихим щелчком перефокусировались, сходясь на Корт точно чей-то пристальный взгляд.       Нат медленно вздохнул, словно пробудившись ото сна, прикрыл глаза на секунду и снова взял себя в руки, оставляя позади приступ беспомощной ярости. Он по выработанной за долгие циклы привычке раз за разом прокручивал в голове тихий голос из далёкого прошлого: «Я всегда смогу спасти тебя. Мне нужно всего 0.014 секунды, чтобы оценить опасность, и 0.32 секунды, чтобы поймать тебя, если ты сорвёшься вниз». И эти, пусть и странные и неуместные сейчас, слова успокаивающей мантрой снова дали ему опору, как и всегда. Старый ужас развеялся, оставляя на своём месте обнажённую клыкастую злость. Он ещё раз бросил взгляд на камеры. Она наблюдает и она снова успела спасти его.       Тая рядом тоже пошевелилась и повернулась к Нату. После того, как спало первичное оцепенение, у неё в глазах горела практически осязаемая ярость. Они оба зло оскалились, копируя друг друга, и обернулись к задержанной. Та недоумённо округлила глаза и попыталась отодвинуться.       Тая медленно облизнулась, сужая глаза:       — Неплохая попытка. Знаете, это даже забавно. — Нат беззвучно хмыкнул, услышав свои интонации в её голосе. — Вы настолько уверены, что по сделке с медцентрами мы должны вернуть вас обратно.       Франческа Корт вцепилась руками в стул под собой, не понимая, что происходит. Её лицо удивлённо вытянулось, и она плотно сжала губы.       Нат чуть откинулся на спинку стула, не сводя взгляда с начинающей паниковать убийцы. Тая удивила его уже дважды за последние несколько минут: и когда нашла в себе силы снова взять себя в руки, и когда придумала этот блеф и решилась обмануть задержанную, чтобы выбить из неё хоть какую-то информацию. И он готов был подыгрывать ей в этой игре до конца:       — Ваши навыки не настолько уникальны, чтобы вам простили всё, что вы сделали. А особенно то, как вы их подставили. Вы не думали, что им проще избавиться от вас, чем допускать хотя бы минимальную вероятность, что вы выживете и проболтаетесь?       — И помните, — Тая сменила оскал на тошнотворно-сладкую улыбку, — сотрудничество со следствием вознаграждается меньшими страданиями на суде и во время исполнения приговора.