Научи меня жить

      Знаете, что действительно может погубить любого человека? Нет, не наркотики, не суицид, не несчастный случай, речь не о том. Я говорю о стагнации. О том периоде жизни, когда ты уже не отличаешь дни между собой, когда для тебя события либо слишком похожи между собой, либо цикличны. И страшно то, что ты не замечаешь этого. Или не хочешь замечать. Рано или поздно ты окажешься в таком дерьме, в такой яме, выход из которой слишком долго искать. И дальше в ход идут и алкоголь, и, возможно, вещества, а может, и суицид. Всякое бывает.       Я не могу назвать свою жизнь скучной, наоборот. Она полна новых открытий, исследований, изучения тайного и сокрытого, того, что тревожит умы многих людей. Еще в детстве, с упоением засматриваясь по телевизору документальными фильмами про древние цивилизации или про раскопки динозавров, я сообщила родителям: я буду археологом. Разумеется детскую мечту не восприняли всерьез и лишь смеялись, но меня уже было не остановить. А дальше все как и везде. Учеба, институт, поездки на раскопки, участие в научных выставках… Только вот ребенок во мне все еще теплился надеждой: а вдруг есть где-то что-то совершенно новое? То, что еще не обнаружили? Грандиозное, легендарное, я бы сказала. Хотелось быть первооткрывателем. Однако мечта тихо угасала за рутиной и я, казалось бы, уже позабыла о ней совсем, но очередное возвращение в отчий дом после командировки перевернуло мою жизнь с ног на голову.

***

      — Ева, — матушка выглядела озадаченной: — Недели две назад пришло письмо от Гюнтера. Твоего дяди, — я замерла с ложкой супа у рта. Об этом человеке я слышала немногое, его образ был тайной, сокрытой во мраке. Он ни разу не пытался со мной связываться и я в какой-то момент, даже забыла о его существовании. До сегодняшнего дня. — Ты… ты его вскрывала? — Нет. Гюнтер писал последний раз много лет назад, ты была еще ребенком, и конверт оказался без обратного адреса. Он тогда сообщил, что уезжает в какую-то долину и на том пропал. Мой брат скрытный человек. Мы уже думали, что в принципе больше ничего от него не услышим… Но в этот раз он адресовал его лично тебе. — от любопытства и волнения у меня задрожала рука. Наспех опустошив ложку, я отодвинула тарелку. — Где письмо? — мать окинула меня осуждающим взглядом. — Ты не доела. — Я доем попозже, честно. — тяжелый вздох и конверт оказывается у меня в руках. Слегка пожелтевшая бумага, и, опять же, обратного адреса на нем не оказалось. Я даже расстроилась слегка. — Я буду рада, если ты поделишься содержимым. Надеюсь, оно без дурных вестей. — Сплюнь. Это почерк дяди на письме? — мама кивает и терпеливо ждет. Я не заставляю ее долго ждать, и вскрываю конверт чистым ножом для мяса. Интересно, сколько оно вообще шло? «Ева, Последний раз, когда мы виделись, ты была совсем маленькой девочкой. Возможно, ты и не помнишь меня уже, но я не забываю о своей семье. Когда-то ты рассказывала мне, что хочешь стать исследователем, изучать наш мир и его тайны, то, что было сотворено в прошлом. Разгадывать странное и непонятное, а, порой, и вовсе необъяснимое. И я надеюсь, что твоя мечта сбылась, потому-что у меня есть для тебя место, где ты сможешь это все реализовать. Ты можешь не поверить мне и продолжать заниматься тем, чем занимаешься сейчас. А может в тебе заиграет дух авантюризма и ты приедешь в нашу долину. Уверен, для тебя она станет раем исследователя! Указания, как проехать в наш город и как меня найти, я написал на внутренней стороне конверта. После прочтения, сожги его, и само письмо, пожалуйста. Передай своей маме привет и объятия, я живой, здоровый и полон сил. А вот передавать куда ты едешь — не стоит, хорошо? Надеюсь на твое благоразумие. Надеюсь, вскоре мы увидимся.

P.S. Не бери много вещей, только самое нужное. Помимо письма найдешь мое фото — отдай его моей сестре. Пускай хоть знает, как я теперь выгляжу.

С ожиданием скорейшей встречи,

Дядя Гюнтер.»

***

      Разумеется, матушке я сообщила только часть информации из письма. Ну и фото отдала. Зато теперь я сама в курсе, как хоть выглядит мой дядюшка, а выглядит он импозантно. Особенно мне понравилась шляпа. Как он и попросил, письмо с конвертом были сожжены, хотя мама сильно возмущалась. А еще пришлось выдумать очередную неотложную командировку, в которую мне срочно надо уехать. Честно говоря, лжец из меня так себе, не удивлюсь, если она поняла, что я выдвигаюсь в долину к дяде. Но свои догадки она оставила при себе, что сильно упростило мне жизнь. Хотелось избежать долгого и тяжелого разговора о том, что она не хочет потерять еще одного члена семьи. Я не планирую уезжать туда на многие годы и совсем не проявляться. Обязательно буду писать. Гораздо чаще, чем мой дядюшка.       Меня терзали любопытство и волнение. Что из себя представляет долина? Что за город Пеликан? Какие там люди? И какой он, мой дядя, которого я даже не помню? Его указания я тщательно записала в дневнике, который купила специально для этой поездки. Оставалось только разобраться с работой, отменить свое участие в нескольких выездах, собрать вещи и купить билеты. И двинуться в путь. Звучит легко, на словах, но свой отъезд я запланировала через пару недель. Посмотрим, что из этого выйдет.

***

      Две недели пролетели как пуля в висок. Маршрут оказался чуть сложнее, чем я предполагала: сначала самолетом, потом поездом до долины. А там уже дойти до самого города через горы пешком. Я искренне надеялась, что не попаду под кампнепад или обвал какой-нибудь. Было бы грустно и очень тупо погибнуть, так и не добравшись до места назначения.       Пришла я в себя, когда уже села в поезд и он тронулся с места. До долины ехать всего пару часов. И почему-то именно в этот момент, я испугалась. Не когда поднималась на борт самолета, не когда ехала в аэропорт в такси… А именно сейчас. Я взвешивала все «за» и «против», старалась думать логически и почему-то в моей голове ни разу не возник вопрос: «А точно ли дядя в этом городе?» Или «А сколько шло это письмо? Дата не стояла, вдруг ему уже несколько лет?» Наверное, так выглядит отчаяние человека, который уже находится в стагнации: он сначала хватается за любую возможность вырваться из своей рутины и почувствовать что-то новое, а потом уже думает головой.       Стараясь успокоиться, я позвала стюарта и заказала себе жасминовый чай. Через минут двадцать мы уже выехали из города и поезд мчался на всех порах. За окном вечерело, солнце уже скрылось за рваными вершинами гор, алел огненный отсвет на полосках облачков. В своих путешествиях я побывала во многих местах: и в горах, и в пустынях. Но сегодня этот вид был каким-то особенным. Мне казалось, что в моей жизни начинается новая глава, а, может быть, и целый том.       Вынув из рюкзака дневник, я решила записать все события от начала и до конца. Как пришло письмо, как я добиралась до перрона и свои эмоции. Однажды, я напишу мемуары или книгу о своем путешествии и исследованиях, и для этого обязательно нужно все фиксировать.

***

      Я проснулась, когда поезд уже начал замедляться. Часы показали мне девять часов вечера, но снаружи уже стемнело так, словно началась глубокая ночь. Стало тревожно: а вдруг по пути со станции в город нет света? Дядя писал про проход через небольшой перевал, с которого будет лестница вниз. Я взяла фонарик, на всякий случай, но все равно стремно… Подхватив рюкзак и спортивную сумку, я поспешила в тамбур, чтобы мое путешествие не закончилось пропуском своей станции. А то я могу.       Когда я сошла на перрон и моя огромная железная гусеница унеслась в ночь, я тихо выматерилась. Никакого света. Вообще. Ни одного фонаря. Даже будки с дежурным по станции не оказалось. Телефона дяди нет. Возможно вы зададитесь вопросом, почему я не выбрала билеты так, чтобы приехать засветло? А я отвечу: билетов просто не оказалось на ближайший месяц. Судя по всему, в этот город весьма непросто попасть. Был вариант ехать автобусом, но трястись почти восемь часов мне вот вообще не улыбалось. Что ж. Таков путь. Будем решать проблемы по мере поступления.       Вооружившись фонариком, и, затянув потуже лямки рюкзака, я сошла с перрона и перешла через пути. Дядя писал, что справа я увижу двухэтажное здание с стеклянной крышей, это местная баня. И если пройти прямо, то будет дорога в город. Собственно, так и оказалось: справа я увидела нужный ориентир. Уже неплохо. Дело осталось за малым.

***

      Наконец, спустя минут пятнадцать пути, я увидела впереди спуск и лестницу. Как и писал дядя, виднелась синяя крыша первого домика местных. Спустившись, я бодро пошагала вперед, но резкий звук шелеста кустов в слишком опасной близости от меня заставил чуть ли не подпрыгнуть на месте. Хорошо не заорала. — Кто тут? — постаралась звучать убедительно, но вряд ли получилось. Дерганый свет фонарика мне вообще не помог выявить источник звука. Ничего не видно. Может, это зверушка какая ночная… Убедившись, что больше ничего не шумит, я все же вернулась к своей цели войти в город. Дядя дал указание найти либо дом мэра, либо местный салун, в котором мне должны помочь. Наконец, я увидела редкие огни улиц. Вот я и в Пеликане. Тьфу, кто так город называет, ну…       Он оказался… совсем крошечным. Я бы городом это постеснялась называть. Скорее деревней. В письме дядя указывал последние два ориентира: старый клуб по правую руку от тропинки из гор, и, прямо напротив входа в этот клуб, спуск к местному магазину и городской, кхм, нет, деревенской площади. Там и будет салун «Звездная капля». Собственно, ТЗ было четким донельзя и уже через десять минут я стояла перед дверьми местного бара, как я поняла. Из здания были слышны смех, музыка и голоса. Сейчас я ощущала себя словно каким-то путешественником в глубинке. После большого мегаполиса все такое… спокойное вокруг. Такое мирное. Надеюсь, скелетов в этой деревушке не очень много или я вовсе о них не узнаю… — И вот я ей… — что там дальше я не расслышала, так как едва не получила в лоб дверью. Согласна, стоять тупить и ждать, когда поставят шишку не самая лучшая затея. Благо я успела отскочить в сторону. Из салуна вышли двое молодых юношей, и их диалог прервался, вестимо, из-за меня. Я приветливо улыбнулась. — Привет. Эм… Хорошо, что вы вышли, может вы мне поможете. Я, Ева, и я ищу местный музей. Или библиотеку, как будет удобнее, — парни переглянулись, смерив меня недоверчивыми взглядами. — Ну, привет. Знаешь, я бы вот напрягся после таких заявлений от совершенно незнакомой девушки, в ночи, на улице… — честно говоря, я даже не подумала, как это может выглядеть со стороны и тихо усмехнулась. — Мы не в курсе про новеньких в городе, а на туриста ты не очень похожа. — Сэм, какое тебе вообще дело до того, кто этот человек? — раздраженно произнес брюнет, выуживая пачку сигарет. — А меня еще душнилой называешь. Музей на той стороне реки. Там, дальше. — Спасибо. Попробую найти, — я не хотела напрягать их своим присутствием. Неловко вышло. Прямо зарисовка «как пройти в библиотеку?». — До свидания. — Постой, — блондин, который Сэм, наконец, улыбнулся, — прости, просто к нам нечасто приезжают новые люди. Я Сэм, это Себастиан. Рады знакомству. — Говори за себя, — парнишка похожий на эмо из 2007 закурил. Сэм фыркнул. — Брось. Давай проводим девушку. — Не-не-не, спасибо, я, наверное, сама как-нибудь доберусь. До города добралась, музей тоже найду! — Сэм нахмурился, но спустя пару секунд рассмеялся. Я же напряглась. Честно, жизнь меня как-то научила не доверять незнакомым парням в плане «проводить». Еще заведут не туда, тюкнут чем-нибудь тяжелым, а потом в газетах заголовки «Труп девушки был обнаружен в лесу». Ну нафиг такие приключения… — Мы не обидим, честное слово! — Говори за себя. — Заткнись, блин. Короче, Ева, да? Я просто работаю в этом музее как раз. Пошли, — парень бодро зашагал дальше по улице. Меня уже не спрашивали, согласная я там или нет. В целом, неплохая стратегия, рабочая. Себастиан тяжело вздохнул, скинул пепел с сигареты и неспешно пошел следом. Я поняла, что отнекиваться больше смысла нет. Звать еще кого-то мне бы совесть не позволила. Помолившись на благоразумие моих новых знакомых, или хотя бы одного из них, я поспешила их догнать.

***

      До музея идти оказалось бодрым шагом минут пять. Я уже и не помню, когда последний раз была в столь маленьком поселке. Тут все рядом, считай, под рукой! Удобно! Сэм успел немного рассказать про себя и свою семью. Про своего отца, который год назад вернулся с войны, про младшего брата Винсента. Себастиан же не проронил и слова за весь путь. Молчаливый какой… — Собственно, вот и музей. Ну, до встречи! Ты к нам надолго? — я кивнула. — Честно, я понятия не имею. Но надеюсь, что я тут задержусь и цель моего приезда будет оправдана. Спасибо за помощь и увидимся! Сэм с улыбкой подмигнул мне и парочка пошла прочь. Что же, все не так страшно, как я себе напридумывала. Но осторожность никогда не помешает. Развернувшись к двери, я замерла: сейчас я увижусь с дядюшкой. Уф, надеюсь, он хотя бы предполагал, что я решусь приехать. Набрав в легкие побольше воздуха, я постучала в массивную дверь. Ответом мне была тишина. Хмыкнув, я повторила стук и отошла подальше на всякий случай. И на этот раз, увидела свет в окне. Щелкнул замок и дверь слегка приоткрылась. — Вы время видели? В такой час нормальные люди уже дома сидят, телевизор смотрят… — Дядя Гюнтер?       Дверь резко распахнулась, отходила я не зря. На пороге возвышался человек с фотографии, только не в костюме и шляпе, а в пижаме и в ночном колпачке. Он казался мне огромным, почти под два метра ростом… Жаль я не видела выражение его лица из-за отсутствия света. — Ева? Ева, это ты?! Ты приехала! — меня схватили в охапку и крепко обняли. От неожиданности я аж сумку уронила… — Я уже и перестал надеяться, что ты решишься! Письмо-то я писал полтора месяца назад! — Кх… Д-давай зайдем в дом и обсудим это за чашкой чего-нибудь горячего, — похлопав дядю по спине, я, наконец, расслабилась и поняла, что сейчас просто упаду. — Я очень устала с дороги…