Вместе. Рука об руку.

Меня зовут Луна, я младшая дочь короля Оттона, принцесса Андраза, а еще я по уши влюблена в одного очаровательного путешественника по имени Нот. Поэтому сейчас, позабыв о манерах и этикете, я, вцепившись ему в руку, бегу босиком по траве, ветер дует мне прямо в лицо, разрушая прическу, над которой все утро мучилась моя старшая сестра, солнце ласкает меня теплыми лучами, а в голове приятная пустота, ведь я держу его за руку. Нот приехал к нам во дворец 3 месяца назад, и с самого первого дня завладел моим сердцем и разумом. До сих пор в мелочах помню тот день, когда он впервые явился в Большой Зал, где отец встречает наших гостей. Помню, тогда он ехидно улыбнулся и заверил всех, что не пробудет у нас больше 3 дней, ведь у него душа путешественника, и ему становится плохо всякий раз, когда он пытается где-то укорениться. Интересно, сказали бы ему тогда, что в ближайшие 3 месяца он и не выйдет никуда из дворца по собственной воле, какой была бы его реакция? Этот вопрос настолько меня заинтересовал, что я резко остановилась (из-за чего мы чуть не врезались прямиком в дуб, возле которого и бегали) и задала ему свой вопрос. — Думаю, хорошенько бы треснул этого человека, назвал бы сумасшедшим и рассмеялся. Всё строго в такой последовательности — улыбнулся он. Я заулыбалась тоже. Рядом с ним всегда было так хорошо. Вот он — подумала я — момент, когда я могу признаться в своих чувствах. Сердце резко забилось в бешеном темпе, дыхание сбилось, а руки и колени начали дрожать. Я мечтала произнести эти 3 слова с той прекрасной ночи, что мы провели вместе. Но сейчас почему-то молчала. Куда же делась храбрость, которой так восхищается Сол? Видимо, мое неловкое молчание затянулось, и Нот решил продолжить разговор, но неожиданно изменил свой тон на серьёзный: — Знаешь, иногда моя тоска по свободе становится невыносимой. Я замерла. Из легких будто вышибли весь воздух. — Правда? Нот кивнул и тяжело сглотнул. — Особенно по ночам. Я скучаю по тем временам, когда спал под открытым небом, когда каждый день видел новые города и деревни, заводил новые знакомства, когда утром вдыхал соленый аромат моря, а вечером взбирался на вершину какой-то горы… — он посмотрел на меня так задумчиво, как не смотрел никогда до этого, словно решал стоит ли ему произносить следующие слова — В минуты полного отчаяния я жалею, что не уехал из дворца со своими товарищами два месяца назад. Вот и все. Если он продолжит говорить, мое сердце будет разбито. Не знаю, заметил ли он, как я побледнела, но следующие его слова были уже другими: — Но потом я вспоминаю тебя, воскрешаю твой образ, твой голос в своих мыслях и понимаю, что все было не зря. Луна, я не жалею ни об одной секунде, что провел рядом с тобой. Более того, я хочу, чтобы эти секунды превращались в часы, часы в дни, а дни в годы. Я хочу прожить свою жизнь с тобой, взявшись за руки — с этими словами он взял мои руки в свои — у меня есть идея. Она зрела в моей голове уже давно, но я боялся… очень боялся твоей реакции, Луна. Он неуверенно, но со взглядом, полным надежды, посмотрел на меня. А я как можно более приветливее кивнула, улыбнулась и надеялась, что вселила тем самым в него хотя бы немного уверенности. По-видимому, свою цель я достигла, потому что Нот сделал глубокий вдох и затараторил: — Луна, давай сбежим. Зная принципы твоих родителей, они никогда не разрешат нам быть вместе, они и сейчас закрывают на нас глаза только потому, что уверены, что то, что между нами — временно. На меня словно вылили ведро ледяной воды. Я не могла произнести и слова, а Нот уже не думал останавливаться. — Подумай, как это будет прекрасно! Я покажу тебе весь мир, мы будем путешествовать. Вместе! Я закрыла глаза. Сделала глубокий вдох и представила. Да, это было бы прекрасно, но… — Для тебя. Это будет прекрасно только для тебя. Нот, ты никогда не думал, что я этого не хочу? — В сердцах я выдернула свои ладони из его рук. Я словно перешагнула невидимый барьер и после длительного молчания не могла остановиться. — Мне нравится моя жизнь! Убегать из дворца? Ты серьезно? Я принцесса, Нот! И мне не безразлична судьба моего королевства! — в этот момент я не лукавила ни на грамм. — У меня есть долг, и я не могу совершить такой детский, эгоистичный, необдуманный поступок! Этот дворец, Андраз, моя сестра — это мой дом. И я не собираюсь менять его на неизвестность, даже если рядом будешь ты! Я остановилась, как парализованная. Я очень-очень-очень сильно жалела о своих словах. Но вместе с тем осознавала, что это чистая правда. Нот был не столько поражен моим вердиктом, сколько опечален. Будто он предполагал, что события могут принять такой поворот, но старался не думать об этом. Будто это было его самым большим страхом, который я безжалостным образом превратила в реальность. Он смотрел на меня так, словно я ударила его ножом в спину. Много раз. Смотрел на меня глазами, в которых была собрана вся вселенская печаль. А потом, бросив напоследок холодное «Я понял», ушел. И даже не обернулся. А я сидела (и когда я успела упасть на колени?) возле могучего дуба, который видел, как мы впервые искренне улыбнулись друг другу, как взялись за руки, неуверенно обнялись… Который был свидетелем нашего первого поцелуя, а сегодня стал свидетелем разрыва. Собрав в себе крупицы достоинства я встала и направилась к единственному во всем мире человеку, который сможет сейчас меня поддержать и, возможно, даже дать совет — к своей старшей сестре.