Гордость Веснински

Каждый последующий день был слишком сильно похож на предыдущий. Завтрак, занятия, обед, прогулка, ужин, душ, сон. И всё это исключительно под надзором врачей и телохранителей. Небольшой группке людей представленных к Нату, было просто напросто запрещенно отходить от своего нового господина. Первое время приходилось довольно тяжело. Каждая попытка отказаться от еды или воды пресекалась. Стоило Натаниэлю хотя бы раз подумать об отказе, как его насильно заставляли доедать и допивать всё, что было в тарелке или стакане. А всё это было исключительно для ребенка, ради следующего лорда Морияма.

***

Детский плач раздавался в одной из душных комнат. Ичиро держал в руках конверт нежно-голубого цвета и улыбался своему малышу. Уставший Натаниэль сидел в кресле неподалёку от колыбельки, периодически поглядывая в сторону своего ребёнка и мужа. — Он так похож на тебя. — Разбавил плач и крики ребенка японец. Омега на это только не очень довольно закатил глаза и откинулся на спинку того же кресла, желая чуть чуть вздремнуть. — Орёт так же как и ты. Успокой его! — уже как то раздражённо сказал японец и, впихнув в руки Ната конверт, он ушёл, довольно громко хлопнул дверью, оставив Ната один на один с плачущим ребёнком. Тяжело вдохнув, Нат стал успокаивать сына, при этом не вскрывая конверт, мечтая поскорее успокоить ребенка и пойти лечь спать.

***

Пятилетний мальчишка сидел на руках у одного из своих отцов, рассказывая очередную историю. Лицо Натаниэля не выражало ничего от слова совсем, хотя нет, на нём было видно тень раздражения. Всё, чего сейчас хотел омега, это поскорей отдать сына нянькам и больше не вспоминать об этом маленьком комке энергии. Внезапно малыш замолчал, сжав в своей маленькой ручке запястья отца. Слезы показались в уголках глаз. — Папочка, ты опять поранился? — Громко всхлипывая, спросил ребёнок. — Да, Таро. Я неудачно упал. — Безразлично ответил Натаниэль. — Только не говори папе. — Почему? — Заботливо поглаживая красные полоски на запястье отца, будто желая забрать у него всю боль, которую он чувствует, спросил Таро. Только он не знал, что душевную боль его отца уже ничего не сможет забрать. — Не хочу его беспокоить. — Мастерски изображая чистейшую любовь к мужу, сказал Нат натягивая рубашку, скрывая под чистой белой тканью ладонь. — Ты же знаешь, что он очень много работает? Именно поэтому он сильно устает, так что давай не будем ему говорить. Пусть отдохнёт, хорошо? Кивнув, Таро спрыгнул с колен отца на пол и побежал к шкафчику с игрушками. Полки из темного дерева были битком заполнены всевозможными куклами, машинами, конструкторами и подобной детской чепухой. Схватив любимого зайчика за ушко, ребенок принес его отцу, желая хоть раз увидеть на его слишком для омеги безразличном лице хоть тень искренней улыбки. Не той, что видит дедушка Натан или другие гости. Не той, что вечно стирает деда Стюард. Не той, что загорается, когда папочка Ичиро расстегивает свою рубашку.

***

- Сегодня какой-то особенный день? - Убегая от нянек, спросил своего отца Таро. - Да. Пять лет назад умер твой дедушка. - Подхватив сына на руки, Натаниэль отнес его обратно. - Молодой господин, вы же не пойдёте на столь важное для вашей семьи мероприятие в таком виде? Давайте не будем растраивать вашего отца, хорошо? - Девушка лет двадцати принялась бережно одевать малыша, будто он был фарфоровой куклой. Её нежный голос разливался по комнате, обволакивая и успокаивая. Её длинные светлые волосы были заплетены в немного небрежную косу, которую очень любил Таро, когда был совсем крохой. Элизабет, так звали девушку, с первых дней жизни малыша получила звание самой любимой и заботливой нянечки, которой можно было доверить не только досуг и здоровье Таро, но и сердце. - Но мой дедушка жив. - Недоумевая, возразил малыш, обхватывая руку Элизабет и заглядывая ей в глаза. - Он не умер! - Ну у вас же не один дедушка. - Рассмеявшись, она погладила по голове Таро. - Господин Натан жив и здоров, но вот отец лорда... Бывший лорд Морияма умер за несколько месяцев до вашего рождения, господин. - Все врачи говорили, что он умрет ещё раньше, но Кенго был силён, он обманывал саму смерть. - Только Элизабет в доме лорда знала, как же сильно Натаниэль ненавидел всех, кто его окружал. Но именно это знание сделало девушку особенной. Она мало того, что молчала, так и помогала своему господину. Искренняя любовь к Таро впустила её в змеинное логово, а уважение к Натаниэлю дало власть, которой Элизабет никогда не потеряет. - Мне очень не хватает господина Кенго. Остальные слуги и няньки купились на спектакль двух актеров. Шпионы, что были везде, уже побежали докладывать Ичиро о поведении его супруга. Довольная улыбка исказила губы японца и, покинув кабинет, он направился прямиком в спальню сына. Альфа уже предвкушал жаркую ночь в объятиях начавшего менять свой буйный характер омеги.

***

— Думаю, что мы смогли прийти к согласию. Надеюсь, что подобный способ решения проблемы вас устраивает. Я сообщу о следующем собрание. Одобрительные возгласы слышались со всех сторон, но перекрывались головной болью. Всё, чего хотел Натаниэль, это поскорее уйти, но он организатор, поэтому должен был уйти последним. Ему никогда не нравились подобные правила, но нарушить их он не посмел бы. — Вам не хорошо? — Внезапно спросил один из гостей, мягко дотронувшись до плеча омеги. — Мистер Абе, ваша задача заниматься контрабандой, а не донимать меня. — Довольно высокомерно ответив, Нат скинул чужую руку и подошел к окну. Проводив господина задумчивым взглядом, Абе покинул зал, скрываясь за дверями, но не успели они закрыться за последним гостем, как внезапно распахнулись. Стюард с кофе и сигаретой в руках прошёл в зал и сел на ближайшее кресло, выжидательно глядя на племянника. - Как Таро? - наконец разрушил тишину британец. - Только давай не о нём. - раздражённо постукивая пальцем по подоконнику ответил Нат. Резко развернувшись, он подошёл к дяде, сев на соседнее кресло и схватив чужой кофе, сделал большой глоток. - Всё готово? - А ты сомневался? - Усмехнулся мужчина. - Я сделаю для своего племяничка всё что угодно, чтобы хоть раз увидеть твою искреннюю улыбку. Теплые пальцы альфы приподняли уголок холодных губ Ната, но подобное движение даже близко не напоминало улыбку. Скорее холодный оскал собаки, что была готова порвать любого за своих щенков. Но омеге было плевать на своего так называемого сына. Натаниэль не был ни человеком, ни собакой, ни кем-либо ещё. Он был никем и ничем. Пустышкой, что должна послушно выполнять все приказы своего лорда. Но рыжий Морияма всё ещё чего-то желал. И сейчас... сейчас он хотел прижаться к своему дяде, забыть обо всём, обо всех своих проблемах, заботах, скинуть все маски и... и просто напросто заплакать. Перестать быть грозным сыном Мясника, милой и отзывчивой сучкой лорда, добрым отцом... И просто стать собой. Хотя бы на пару жалких минут, но вспомнить своё имя, сделать то, за что его осудит весь мир, не включая его дяди. Кроме этого уже немолодого британца, что с усталым взглядом смотрит на самого родного ему человека, пьёт кофе, причитая что он в сто раз хуже чая на родине, что гладит своего племянника по голове, все так же причитая: "всё будет хорошо, ты справишься, я верю в тебя". Но Натаниэль опять откинул в сторону обсолютно все свои желания. Вновь забыл своё имя. Забыл, чтобы вспомнить через пару месяцев. Вспомнить и больше никогда не забывать. Образовавшуюся тишину прервал рингтон телефона. Номер Элизабет высветился на экране. - Документы у меня. - Тараторила девушка. Сонный голос Таро слышался совсем рядом. В несвязном детском лепете можно было разобрать несколько вопросов: "А куда мы идём?", "А где папочка?", "А папа не будет ругаться, что мы так поздно идем гулять?". Нежный голос Элизабет просил быть тише, говорил, что малышу не о чем беспокоиться, шептал, что всё будет хорошо. - Тебя не заметили? - Пытаясь трясущимися руками надеть пальто, спросил Натаниэль. Внезапно теплые руки обхватили его сзади, заставляя вздрогнуть. Стюард помог племяннику надеть пальто и, мягко поддерживая, повел его на улицу. Элизабет в это время рассказывала, как ей удалось усыпить охранников, как она пробралась в кабинет Ичиро, как она сейчас собирает Таро, чтобы сбежать и остаться незамеченной. Лепет малыша становился всё более несвязным. Он будто спал на ходу, пока кошмар пожирал его. Мальчик не мог понять, почему обычно доброе лицо Лиз исказила гримаса ненависти. Таро хотел вырваться из крепкой хватки няни и побежать к отцу, ведь папа всегда говорил, что Ичиро самый добрый и умный человек на свете. Но внезапно время как будто остановилось. Незнакомая женщина в черной одежде показалась из коридора и взяла Таро на руки, побежав на улицу. Элизабет бежала позади, и только сейчас Малыш заметил, что косы нет. Короткие волосы были схвачены в хвост на затылке, челку держали несколько заколок. С каждой секундой мальчик всё больше понимал, что это конец. Что отныне он не младший лорд Морияма, он Таро - сбежавший японец, что отныне должен был стать другим. Должен стать Хэтвордом.