Нарисуй мне рассвет

Темная камера с голыми стенами. Локи давно утратил счёт времени. Мобиус рядом, он слышит биение его сердца. Мобиус ещё верит, что их спасут. Локи уже не уверен в этом. Ужасно хочется пить. От мыслей о еде становится плохо. От любого движения перед глазами темнеет. Агент держит в руках бесполезный ТемПад. Сигнала нет. Можно только играть во встроенные игры или рисовать. Аккумулятор почти разряжен. Мобиус ловит на себе взгляд Локи. — Тебя обязательно найдут, — говорит он еле слышно. — Тебя найдут, Локи. Мороз пробегает по коже от этих слов. -Нас. Не меня, Моби. Нас. — Конечно, — улыбается мужчина. — Прости, малыш. Иди ко мне, ты снова дрожишь. Давай, я согрею тебя… Руки Мобиуса холодные, он тоже трясется от холода. На цементном полу нет ни одного места, где можно было бы устроиться удобнее. — Б-15 засекла наши координаты, я уверен. Отряду просто нужно время, чтобы добраться сюда. Милый, мы продержимся ещё несколько дней. Ты такой сильный… Локи прижимается к Мобиусу. Он старается не думать ни о чем. Запах собственного пота вызывает приступ тошноты. Снова камера, снова голод и темнота. Он уже был в таком месте, но тогда было легче: он был один. Теперь же они попали в плен вместе. Становится холоднее. Локи понимает, что близится ночь. Ночью будет мороз. Локи боится, что Мобиус не переживёт ещё одну ночь. На камнях появляются кристаллики инея. Локи с трудом глотает слюну. Если Мобиус умрёт, он сойдёт с ума. Он не сможет быть здесь, быть рядом с его телом и оставаться живым… Локи снова и снова возвращается к мысли о том, что в ТемПаде должны быть острые детали. Мобиус гладит его по спине. Он будто читает его мысли. — Я с тобой, мой мальчик. Я люблю тебя, слышишь меня? Не вздумай сдаваться. Ты никогда не сдавался, верно? Локи смотрит на ТемПад. Он вспоминает почему-то детство. Объятия Фригги. Мимолётный теплый образ. Мобиус гладит его и поправляет его волосы. Грязные, слипшиеся от пота и крови. Он и забыл, что у него была разбита бровь. Боль уже прошла, притупилась на фоне всего остального. Экран ТемПада — единственный источник освещения в камере. — Моби? — говорит бог тихо. — Да, мой мальчик? — Нарисуй что-нибудь? — просит Локи. Он слышит знакомый звук, почти забытый за последние дни — Мобиус смеётся. — Нарисовать? — уточняет он. — Да, как ты умеешь, — говорит бог. — Нарисуй мне рассвет. Солнце и траву. И кузнечиков. Помнишь тот пикник? Комок подступает к горлу. Мобиус тогда испёк пирожные. Это было так давно, будто в другой жизни. — Нарисуй рассвет, Моби… — просит бог. Мобиус берёт ТемПад поудобнее, его пальцы дрожат. Он рисует. Локи знает, что от этого батарея разряжается ещё быстрее. Это уже резервный заряд. Ещё немного и они будут в полной темноте. Локи не знает, увидит ли он свет ещё когда-нибудь. Мобиус нажимает кнопку и рисунок проецируется над экраном. Солнце и трава. Примитивный рисунок, но такой тёплый. Экран начинает мерцать. Локи смотрит на лицо Мобиуса. Он хочет, чтобы это было последним, что он увидит, перед тем, как их окутает кромешная темнота. Когда экран гаснет, Мобиус плотнее прижимает Локи к своей груди. Бог закрывает глаза. * * * * — Локи? — голос Мобиуса. Локи не понимает, где именно он находится. Здесь тепло, всё кажется слишком ярким. На мгновение, он думает, что умер, но потом понимает, что в Вальгалле вряд-ли будут плюшевые кролики на прикроватных столиках. Он видит Мобиуса. Мужчина сидит на краю его койки. На нём больничный халат, как и на самом Локи. Бог замечает тонкую трубочку капельницы идущую к его руке. — Как ты, мальчик мой? — спрашивает мужчина. Он бледен, Локи видит, что ему тяжело сидеть и говорить. — Я в норме. А ты? Мобиус, я не думаю, что тебе можно вставать, — говорит бог. — Ты нарушаешь правила… — Я здоров, детка. А Кейси принёс тебе этого кролика… Локи понимает, что сейчас заплачет. Лицо Мобиуса было последним, что он видел, перед тем, как погрузиться в абсолютную темноту. И это лицо стало первым, что он увидел очнувшись. И это лицо, этот взгляд полный любви и тепла намного лучше, чем любой рассвет.