Не играй с временем.

Вай была готова разорвать каждого в этом убогом месте. Ей было плевать, как она сейчас выглядела в её голову была осознание. Сейчас её больше всего интересовала сама мадам Бабетта, и, если бы она не хотела от неё что-то узнать, разбила бы этому йордлу голову вместе с её тупым мозгом, который она имела. Почему она сразу не сказала ей о Паудер и этом… Вай должна была подтвердить то, что узнала. — Это правда? – спросила Вай, проломив дверь к матери борделя ногой, а йордл, спокойно посмотрела на неё и перевела взгляд на выбитую дверь. - Если ты о двери - то не переживай, я её восстановлю, - спокойна вернулась к делам женщина. Вай такой расклад не понравился, и девушка скинула всё со стола, пристально посмотрев на Бабету. - С деньгами Силко куда легче, правда? – рычала Вай, что совсем не понравилось женщине. - Когда-нибудь острый язычок перережет ей горло, - вздохнула женщина, имея ввиду Матильду, откидываясь на спинку кресла. – Так чего ты хочешь от меня, раз всё знаешь? Вай ошарашенно встала на одном месте, смотря на женщину в недоумении. - Вы знали, что она трахаеться с Силко и ничего не сделали?! – почти закричала Вай, пытаясь всё обмозговать. Она не могла поверить, что её младшая сестра так низко поступила со своей семьёй. Для Вай, Паудер будто измазалась в дерьме голышом, и вытерла тоги о надгробие Вандера. Спать с врагом, это кому такое в голову придёт!? Она бы просто отмудохала какого-то старикана или забила его до смерти, на этом дело бы закончилось, хоть сестра и дулась бы на неё целый год если не два, но Силко?! Это, блядь, всегда должен был быть Силко!? Почему Паудер не нашла какого-то другого старичка!? Она бы согласилась бы уже и на это, чем признать то, что её сестра втоптала в грязь всю их честь, жажду мести и воспоминания о Вандере. - А что я смогла бы сделать? – спросила женщина спокойно. – Она бросилась на него сама, и сама соблазнила. Я пыталась его оградить от твоей сестры, но она только строго зыркнула на меня велев не вмешиваться, поэтому я больше не вмешивалась. Да и она очень сильно нестабильная была раньше, если ты не заметила, Вайолет. Ребёнок страдал, и у неё начинался нервный срыв при каждом упоминании вас всех, но не сейчас. Общение с Силко на удивление дало ей некую стабильность. Она стала хорошо питаться, перестала волноваться, стала лучше спать…. - Ты издеваешься? – всё также кричала Вай. – Она глупый ребёнок, который ничего не понимает! Она скорее всего захотела достать информацию или убить его, но попала в ловушку! - «Она себя вообще слышит? – удивилась Бабетта. Да, ей было жалко Вай, но она понимала Джинкс, и то, что в этом бою она останется на стороне мужчины, так как он явно её любил, как и она его и в отличии от Вай и остальных не пытался сдерживать или контролировать, наоборот, похоже он хотел держать её на расстоянии пока не сдался её напору. Жаль только, что сестра ничего вообще не видит. - Вай, не лезь в это, - предупреждающе сказала Бабетта, - Твоя сестра изменилась, и теперь она совершенно не ягнёнок, которого стоит защищать, и скорее всего вам нужно будет от неё защищаться, - Вай хотела возразить, когда в комнату зашёл посыльный, удивляясь, что дверь была на полу. Вай почти грозно посмотрела на парня от чего тот быстро опустился и постучал по выбитой двери, испугавшись. - Я от Силко, - сказал парнишка, протягивая письмо Бабете. Женщина не успела его взять. Вай вырвала из рук парня письмо, показав мальчишке знак валить отсюда, что тот и сделал, испугано оглядываясь. Вай не церемонясь открыла письмо, а Бабетта только вздохнула. Она увидела золотое клеймо. (Если клеймо на печати было золотым, то Силко нужна была комната для любви с Джинкс).  Вот уж невовремя. Озарение. Бабетта нахмурилась, теперь смотря на всё под другим углом. Матильда не была такой уж и дурой, чтобы распространять информацию о любовнице Силко, и письмо пришло как раз вовремя. К тому же им больше не нужен бордель, чтобы заниматься сексом. Это всегда было условием Джинкс! Джинкс. Бабетта посмотрела на Вай, ужаснувшись. Она готова была распрощаться с семьёй на своих условиях, прежде чем её поймают. Как же она раньше не поняла - Джинкс хотела не поссориться с семьёй, а раздавить их отношения, и сжечь все мосты. Что ж. Бабетта, смирно села в своём кресле, расслабившись. Больше нет никаких своих или чужих. Она будет молчать до конца, ведь только это залог выживание в этой буре, которую устроит Джинкс. И смотря на бушующие волны, она бы сказала, что теперь могла гордится малявкой. - Чёртов Силко! – сказала Вай, рассматривая изящный почерк мужчины, который приказывает подготовить комнату для него и Джинкс – Паудер. Вай посмотрел на Бабету почти пугающе, но до Силко ей было очень далеко. – Я вернусь сегодня, и только посмей их предупредить. Нужно уровнять шансы обеих сторон. Она не допустит ненужной резни. - Я не участвую ни в каких махинациях, Вайолет. Я наслышана о дирижаблях, поэтому если ты приведёшь всех Поджигателей с собой, то уверяю тебя, это будет последнее что ты сделаешь, - теперь женщина была серьёзна, а её тон кожи стал чуть-чуть темнее заставляя Вай три раза подумать, прежде чем сунутся сюда с Поджигателями. Она знала одно нерушимое правило подгорода, которое придерживаются все хим-бароны и каждый урод улиц. Бойня в борделе запрещена всем. Только глава всего подгорода как Силко, мог прийти лично, чтобы разобраться с кем-то или убить кого-то, но только чтобы не было напрасных жертв и это бывало крайне редко, но если некоторые типы, которых хотят прикончить, заседают там надолго, то по окончанию денег, сама шлюха могла перерезать клиенту глотку по приказу матери борделя. Вай только кивнула, уходя.

***

Экко в ярости разнёс комнату, когда Клеггор и Вай стояли около окна, глядя на весь этот беспорядок. Парень был в бешенстве и почти не сдерживал слёз. Как она могла! Он в это не верил. Майло уже давно слинял на своё любимое свидание, присоединяясь к компании, которая явно была его достойна - где он был почти королём, особенно если он приносил им всем денег больше, чем все могли как-то нелегально или легально заработать. - Это точно? – спросил Экко повернувшись к Вай, смотря девушке в глаза. Она не хотела ему говорить, но если Паудер захотела причинить ему боль, то лучше он будет к этому готов. Вай кивнула. - Да. Она бегает в бордель уже некоторое время, —сказала Вай, и Экко снова с ноги прописал по стулу. – Сегодня ночью у них забронированная комната. - Стоп, - сказала резко Клеггор, - ты же не хочешь туда…. - Я пойду, - сказала Вай, посмотрев серьёзно на Клеггора. -  Она может быть в опасности или она принуждена к этому… - Но наблюдать за своей сестрой в такой интимный момент… «Я не смогу», —сказал Клеггор бледнея, на что Вай фыркнула. - Чего я там не видела. Я постоянно сталкиваюсь с сексом везде и всюду… — Это не одно и тоже! – возразил Клеггор, пытаясь достучаться до Вай. – Это будет происходить с твоей сестрой! Силко, которого ты ненавидишь больше всего в этом мире, будет трахать, а возможно и насиловать, принуждать, бить, и унижать Паудер. И ты там не властна! Тебе придётся стоять и смотреть пока всё это не кончится, и только тогда побежать к ней, и не факт, что она этому обрадуется. Вай сцепила зубы Клеггор вздохнул, увидев в глазах сестры решимость. - Не уверен, что ты выдержишь. Вай: - Я выдержу… - Можешь не ходить, - сказал Экко, посмотрев на брата. – А я обязан. Она моя девушка, и я имею права посмотреть с кем она мне изменяет. Парень ушёл больше ничего не сказав, Вай помялась на месте всего секунду, но потом также пошагала вслед за коротышкой, в полной уверенности. Она выдержит всё что увидит, не догадываясь, что шла на самое интересное представление. - Смотрите не пожалейте об этом, - сказал Клеггор, смотря теперь на своё отражение в окне. Парень был уверен, что они совершали ошибку, но ничего с этим не поделаешь. Он всмотрелся в окно, рассматривая, как играют дети, спорят некоторые поджигатели, и наконец-то его семью, что направились к выходу из их огромного укрытия. Парень снова вздохнул, а его взгляд привлёк блеск в отражении. Клеггор нахмурился, присмотревшись к стеклу, а точнее к отражению, замечая позади себя какого-то парня в чёрном костюме с капюшоном, что прикрывал его лицо. Парень наставил на него пистолет и Клеггор улыбнулся. - Я знаю, что это всё не по-настоящему, и что я умер, - поднял руки Клеггор, и медленно развернулся к своему убийце. Он вспомнил это ещё вначале своего пути, и просто жил в своё удовольствие, смотря, как его друзья росли и становились полноценными людьми. Он за это благодарен хоть было и больно осознавать всю ситуацию, но похоже всё закончилось. Он не хотел верить в конец, а когда Паудер изменилась, он знал, что конец неизбежен, рано или поздно. – Можешь хотя бы снять маску и показать, кто меня убьёт. Считай это последней просьбой. Мужчина, а точнее парень снял капюшон, позволив Клеггору увидеть сначала до боли знакомый цвет волос, от чего Клеггор с удивлением вздохнул, когда парень снял с себя и маску. - Вот как, - сказал Клеггор, уводя взгляд в сторону окна. – С Пау… Нет. С Джинкс всё будет хорошо? Парень кивнул. - Хорошо, - улыбнулся Клеггор, снова устремив взгляд в до боли знакомые глаза парня. – Только целься в голову. Парень кивнул, выстрелив. Пуля попала точно в цель, разбивая тело Клеггора на осколки стекла, и на пол свалился старый сгнивший скелет. Парень снова надел капюшон, и попрощался с этим добрым здоровячком, ушёл.

***

Вай и Экко зашли в офис матери борделя, и Бабетта только вздохнула. Она устала от драм, и она надеялась, что Вай будет умнее и не отзовётся на приглашение сестры, но она пришла и привела с собой еще и этого мальчика, который только иногда захаживал к одной девушке, которая никогда не болтает много. Экко слегка смутился, увидев её. - Он там? – спросила Вай, и Бабетта кивнула, молча включив трансляцию с комнаты. - Его сопровождает Севика, Ран и два не гласных головореза, и они очень опасные Вай, - предупредила Бабетта, но Вай только отмахнулась, рассматривая как этот урод курил свою сигару ожидая прихода Паудер. Экко аккуратно включил звук, удивляя йордла, но она тактично промолчала на счёт этого, но не могла не напомнить: - Предупреждаю вас - если вы только дёрнитесь в сторону комнаты Силко, на вас я объявлю охоту, - предупредила женщина и это был не пустой звук. Все знали, что это всегда чревато огромными последствиями. Вай и Экко только кивнули, услышав, как дверь в комнате Силко захлопнулась. Все дружно посмотрели в монитор, заметив Паудер, что уже не выглядела как она сама. Она была одета очень вызывающе, но и скромно: короткий топ, и полосатые штаны, её любимые ботинки, а также её любимые две косички.

***

- Ты не торопилась девочка, - ухмыльнулся мужчина, и Джинкс посмотрела на мужчину взглядом невинного запуганного кролика, что смотрел на огромного льва перед собой, готовящегося его сожрать, внутри чувствуя пульсацию возбуждения. О, она она не думала о сохранении своего здравомыслия, ведь она явно будет этим наслаждаться, и знала, что он сделает то, о чём она его попросила. - Слово, - кратко напомнил он ей, чтобы убедиться, что она не забыла о их разговоре в кабинете и какое они слово выбрали для её безопасности, хоть он знал её лучше всех и то, что она его забудет через некоторое время, поэтому он не полагался на это совершенно. Он полагался на свой контроль и внимательность. - Шимер. - Хорошо, - сказал мужчина, а его глаза наполнились похотью и тёмной энергией замечая её невинную игру.

***

Бабетта только стукнулась лбом об стол, услышав этот диалог. Вай и Экко не слишком увлекались БДСМ хоть и знали, что это такое, и о значении слова явно не догадывались, но женщина, проработавшая почти сотню лет в разных сферах обслуживания тел, прекрасно знала. – «Джинкс, почему ты выбрала именно это? – почти хрипела про себя женщина, но глядя на этих двоих рядом, она знала ответ. Джинкс играла очень грязно и опасно, и она явно была беспощадна. Что ж. Бабетта откинулась на своё кресло готовясь к настоящему шоу насилия и драмы.

***

- Напомни нашу договорённость, - сказал буднично мужчина, закуривая сигарету, смотря на дрожащую Джинкс перед собой, что изображала из себя саму невинность. Она краснела, опускала глаза, теребила пальцы, будто реально боялась того, что должно произойти в этой комнате, заставляя его нутро гореть и бунтоваться против этого. Она такая красивая, а эти глаза что наконец уставились на него, опустив голову в бок, изображая ангелочка пробуждало в нём что-то страшное. Что-то первобытное. - «Контроль». - Ты зовёшь меня, когда тебе захочется и моё тело принадлежит тебе. Ты делаешь со мной что хочешь, а взамен не трогаешь поджигателей, - сказала нарочно Джинкс. Она сжала свои плечи руками изображая страх, когда внутри неё всё клокотало от жара возбуждения. Он никогда не любил курить при ней, но не сегодня. Сегодня она будет для него всего лишь маленькой трусливой, отчаянно плаксивой игрушкой для секса. От этой мысли у неё уже плыла картинка в глазах. Он возможно её ударит и не раз. Джинкс замаскировала свой вздох от этого дикого предположения, отвернувшись, всхлипнув. Она уже чувствовала дискомфорт у себя в штанах, а её клитор стал изнывать, что его никто не трогал, но со стороны было видно, что она сжалась будто от дискомфорта всей ситуации. «Бабетта хотела ударить себя по лицу, так как девушка шикарная актриса и у неё явный талант делать из себя жертву и обвинять в этом остальных. Экко готов был бежать в ту комнату и спасать Паудер, от этого тирана, как и сама Вай, но девушка удерживала и себя, и его, напоминая себе о последствиях. Она должна посмотреть, через что проходила Паудер из-за них, и исправить это. Она явно испытывала стресс от изнасилования, и никто явно ничего не видел. Сколько же ей пришлось пройти прежде, чем они узнали? Теперь всё её поведение было обосновано, и, почему она так обходилась с Экко тоже. Она считала себя недостойной его. Огромный поток вины накрыл как Вай, так и Экко, что не замечали её чувств боли и страдания. Они хотели её защитить, а в результате не смогли этого сделать. Она не могла им открыться, и страдала от Силко молча. Скрипя сердце, Вай продолжила смотреть, нее представляя, как она сможет сдерживаться при соитии Паудер и этого ублюдка». - Отлично, ты всё помнишь, - холодно сказал мужчина, заставляя её дрожать. Его голос такой страшный и грозный, будто он скоро перекроет ей кислород, был для неё будто ударом между глаз. Внутри всё скрутило, а пульсирующая отразилась боль от чрезмерного возбуждение, это грозило, что она сорвётся и начнёт его умолять взять её прямо сейчас и тут на ковре, когда она должна была отыгрывать недотрогу, которая всё это не любит. Хотя для неё и был соблазн это сделать, представив, как вытянуться морды Экко и Вай если она встанет на колени и начнёт его умолять сделать ей больно и… но она хотела взрыва и треска. Она не сорвётся, плюс она всё равно получит удовольствие так что… Терпеть. - Итак, напомни правила, - сказал равнодушно Силко, рассматривая её тело, похотливым взглядом. И да он раньше смотрел на неё как на кусок мяса, но всегда украдкой и любовь всегда сопровождала этот взгляд, но сейчас там была только похоть дикого зверя. Он готов причинить ей боль. Джинкс сглотнула. - Я не говорю вам нет, - Джинкс ещё раз сглотнула, чувствуя сухое горло. – Вы не остановитесь если я даже буду умалять вас об этом, - Джинкс давались мучительно эти слова. Она хотела уже приступить к делу, но в том и был её самой большой сейчас кайф. Она сейчас над ним не властна, она кукла в его руках, и когда начать командовал он. – Я всегда называю вас папа, и всегда глотаю. «Вай побледнела, как и Экко от услышанного. Эти правила приходилось выполнять Паудер? Вай почти не закричала в монитор, какой Силко мудак и как она размажет его морду своим кулаком, за то, что он очернил слово «Папа» для Паудер У них был только один отец и это «Вандер».». Силко скрыл своё удивление за маской безразличия, хотя все эти правила Джинкс придумывала на ходу. Они выбрали только стоп слово, а остальное, как она сказала ему, дело импровизации. Но Силко уже чувствовал, как он возбуждён. Ему уже было больно из-за этих ужасных узких брюк. Силко сначала сомневался в этой игре так как не любил над ней доминировать, за редким исключением, но теперь он переживал, что сорвётся и покажет своей маленькой девочке, какой внутри него сидит страшный и уродливый монстр, особенно, когда его голова кружилась от такого сильно контроля, что она всучила ему в руки, перелаживая снова всю ответственность на него. Он сейчас владел ею – он это видел по её глазам, что туманились похотью вытесняя невинность. Она отдала ему всю себя, и зверь в его груди клокочет и рычит от нетерпения, облизывая свои острые зубы, ожидая вкусного и сочного мяса, зная, что она этого хочет - накормить его с рук и плевать, что он мог её укусить. - Хорошо, начнём сразу с домашнего задания, - сверкнули голодом его глаза, а его ноги раздвинулись, намекая на то, что это её место работы. – Сними свой топ и на колени. Силко свободно затянулся дымом, а Джинкс стеснительно стала снимать с себя верхний слой одежды, закрывая свою грудь руками, а на щеках появился яркий румянец. Силко ухмыльнулся, а его пенис будто в ответ на этот жест дёрнулся. Мужчина поманил её пальчиком, указав дважды на место посередине своих ног. Джинкс на этот жест облизнула губы, заметив, как он сразу проследил за её языком. Он явно позволял ей играть в свои игры, а его глаза продолжили жадно рассматривать её, не говоря и не делая ничего, будто то, что она закрывалась руками от него, это просто прелюдия. «Вай сжала кулаки и встала с места, а её глаза выражали ненависть от того, что она знала эту позу и что именно мужчина хотел от её сестры. Она ненавидела этот вид: полу обнажённая сестра перед этим похотливым чудовищем на коленях. Ей было больно на это смотреть. Экко даже не моргал, смотря в экран. Он был в замешательстве от своих внутренних чувств – он хотел Паудер, а тату которые открывались перед ним были самым ярким элементом, заставляя его желать её, но то, что она была обнажена не для него, просо заливало его эмоциями боли и предательства. И самое отвратительное то, что не он был у Пау самым первым мужчиной, а этот урод, который её не достоин». Джинкс не сопротивлялась, а только стыдливо опустила глаза, осторожно, чуть не упав на пол, запутавшись в собственном топе направилась к мужчине, располагаясь у него между ног на своих коленях, не поднимая на него взгляд, когда рука твёрдой хваткой вцепилась в её челюсть. Пальцы мужчины сжились как железо, всё ещё с запахом дыма, и он силой заставил смотреть на себя. - Не забывай про уважение, девочка, - сказал грозно мужчина, и Джинкс только сглотнула, теперь смотря в эти разные дикие глаза, когда рука опустилась на её горло ощутимо сдавливая. – Не забывай, ты моя. – прошептал Силко, и он видел там - в её глазах эту похоть и страсть, которую она прятала за чёлкой. Она еле сдерживалась, осознал Силко. – А теперь покажи, как моя маленькая дочь умеет работать своим ртом, - провёл большим пальцем по её пересохшим губам, надавливая, заставляя Джинкс открыть рот. Он глубоко затянулся, после чего наклонился к ней, будто готовый поцеловать её губы но вместо этого, выдохнул дым в её открытый рот, от чего она закашлялась, попытавшись отстраниться, но он не позволил ей этого сделать. - Приступай, - шептал его ласковый тембры голоса, от чего всё внутри неё растаяло. Джинкс потянулась к его брюкам, дрожащими руками, и пуговица за пуговицей, она оттягивала этот момент как могла, когда её глаза наполнились слезами. Силко постучал по её лодыжке ботинком, давая понять, что он может дать ей перерыв если нужно, но она дважды сжала его колено, намекая что если он остановится, то она его пристрелит. «- Я его убью, - крикнула Вай пытаясь выйти из комнаты, когда её остановила Бабетта. - Тебе лучше не нарушать их уединение, иначе навредишь ей, - напомнила ей женщина и Вай остановилась в дверях, возвращаясь, к своему наблюдательному посту, обливаясь болью и ненавистью к себе за слабость, что не смогла и не может защитить сестру, смотря как она снимала штаны этого ублюдка, показывая искреннюю боль и печаль. Как она плакала от этого. Клеггор был прав – зря она пришла, она не должна была это видеть. Экко сжимал кулаки, а его лицо было почти застывшее в гримасе ненависти. Паудер страдала, и он это видел, и ничего не мог с этим поделать. Когда что-то внутри него проснулось». Джинкс уже была на грани своего возбуждения, а внутри просто горело от жажды. Огонь наслаждения разливался везде, скользя плавным потоком по её коже, языками пламени затрагивал её нервы, а мерцание усиливало ощущения, танцуя вальс с её внутренними желаниями. Её слёзы были совершенно не от страха или чувства опасности, подавления, а от перегрузки желания. Так она просто оторвала одну пуговицу, не успев её правильно расстегнуть, осторожно придвинулась, и спустила его штаны вместе с нижним бельём. Силко только помог девушке, приподнявшись, рассматривая как Джинкс застенчиво смотрела на его толстый член. Он до сих пор к этому не мог привыкнуть, и первая его реакция была подавление чувства, что нужно прикрыться от её глаз. Хоть он головой и понимал, что это уже прошедший этап, и это глупо с его стороны, нервничать. Но он её любил её, хоть та любовь (отца к дочери) никуда не пропала и теплилась на задворках его сознания, прочно вшитое в его систему, но новая прошивка от Джинкс, сплеталась с этой нитью невинной любви, заставляя его любить её ещё больше, и желать без остатка. Он ей даст всё чего бы она не пожелала. «Вай почти кричала чтобы Паудер её услышала. Чтобы она не делала этого, не наклонялась к нему, чтобы никогда не оскверняла себя им. Экко брезгливо сморщился, вспоминая о всех поцелуях, что она с ним делила, а тошнота подступила к горлу вспоминая тот солёный вкус любимых конфет Паудер. Жанна, пусть то были конфеты. Пожалуйста». Силко увидел, как она сглотнула, смотря на него, и как её глаза стали расфокусированы, будто в бреду. Она высунула язык и лизнула его, пробуя снова вкус его естества, очерчивая головку языком, полностью теряясь, смотря на него глазами нежной покорной лани. Силко больше не колебался. Он больше никогда не будет колебаться, ведь если нужно он остановиться. Её слово - и он будет её, если она захочет - он сделает, если она пожелает - он это исполнит. - «Услада для глаз», - улыбнулась прозрачное существо, смотря на этих двоих. – «Сегодня вы отдадите то, что будет принадлежать мне, навсегда». Прозрачная суть, дотронулась до двери замораживая её время. Если те дети всё же захотеть всё сорвать, то у них это не получится. Ей важна была эта ночь. Силко откинулся на спинку дивана вдыхая дым, схватив рукой её волосы, позволяя пока что привыкнуть к нему. Его голова уже гудела, а её неловкие и неумелые движение напоминали ему что она его. Он так не хотел ничего менять сейчас, хотел дать ей время поиграть, но он видел пыл и страсть в её глазах, и он помнил, как она ненавидела то, что не может делать правильно. - Хватит игрень, малышка, пора по-настоящему попробовать меня, - сказал строго мужчина, опустив её вниз, заставив проглотить его почти полностью. Джинкс упиралась в его колени руками, была шебутной, стараясь отстранится, но он ей не дал этого сделать. – Расслабь горло, иначе поранишься, - прорычал мужчина, почувствовав, как она подчиняется, а её борьба уходить из её дрожащих рук. - Ещё, - сказал мужчина, затягиваясь дыбом, поднимая и опуская её голову. – Дыши через нос иначе задохнёшься. «Вай отвернулась. Эти слова и то, что она видела жгли её душу. Экко, смотрел не отворачиваясь, пытаясь запомнить всё, что он видел. Он ненавидел этого мужчину и сейчас он забирал Паудер у него, трахая так как он об этом мечтал всё время. Он забирал то, что принадлежало ему. Он ненавидел Силко. Он обязательно его убьёт. Бабетта хоть и была поражена представлением Джинкс и на одну секунду усомнилась в происходящем, и в чувствах пары друг к другу, но это быстро улетучилось, когда она заметила, что Джинкс наслаждалась процессом, а мужчина был полностью сосредоточен на ней, чтобы не причинить ей боль или не навредить её горлу, стараясь удержать маску безразличия и холодного мужчины. За такой огромный опыт, который позавидовать мог только такой же старый йордл, что работал шлюхой, она уже давно научилась различать настоящую боль и жестокое обращение с девушками, поэтому она расслабилась, и даже готова была похлопать Джинкс, что на краткую секунду, она заставила её поверила в опасность происходящего, но ей повезло с партнёром, он её уважал и Всеми силами пытался сгладить углы». Джинкс быстро потерялась во всём этом безумии, она думала, что сможет красиво отыгрывать овечку над которой могли измываться и пользоваться как надо, но она не ожидала, что просто потеряется в контроле Силко над ней. Он так давно её не контролировал, что она почти забыла, какого это - не думать о последствиях и прыгать с головой. Её мышление сократилось только до базовых настроек, - дышать, когда нужно, и развиваться в амёбу, слушая его команды. Послышался стон, заставляя Джинкс чувствовать себя просто волшебно. Она даже себя не трогала, а от его голоса и пальцев в её волосах, когда нехватка кислорода била в голову, украшая иногда её зрение фейерверками так как она забывала периодически дышать, она чувствовала себя на болезненной высоте будто готова была сама стать снарядом. - Хорошая девочка. Моя хорошая девочка, - прохрипел мужчина, уже не держа её голову, когда она сама делала всё правильно, опускаясь погружая его в себя полностью, не замечая своих непристойных звуков, и тошноты от неприятного покалывания в горле, но это её не волновало, она просто чаше сглатывала, когда он был внутри, что ему также похоже нравилось. - Не забывай про руку, - напомнил он ей, чтобы дать её горлу отдых. Джинкс сразу подчинилась, понимая, что стало намного легче. Её слёзы всё ещё продолжали капать с глаз, пока она теперь смотрела на него, посасывая головку, будто это было что-то вкусное. Её рука быстро массировала всю его длину не останавливаясь. Он знал это выражение лица, оно было почти таким же когда она пробовала крем с тортика, подаренным им ей на её первый день рождения, что она проводила под его опекой. Силко стукнул ботинком по её ноге предупреждая за ранее, что больше он сопротивляться не мог позволяя ей выбрать, как она бы этого хотела, и она выбрала. Она, как кошка отдыхающая на теплом месте, прикрыла глаза, поднялась к его основанию нежно посасывая, позволяя ему наполнить свой рот, не позволяя своей руке сделать передышку. Силко вздрогнул, испытывая своё облегчение будто она поместила в его голову свою бомбу и взорвала всё его существо, его рука сжала её косу, а стон вырвался изнутри его грудной клетки. Она всегда будет его смертью, и неважно в какой вселенной или временной шкале. Он быстро пришёл в себя, замечая, что она не отстранилась от него. Послышались глотательные звуки, и он усмехнулся, погладил её по щеке в более ласковой манере, будто отец хвалил дочь за хорошее домашнее задание. - Молодец, милая, проглоти всё, - прохрипел мужчина, почёсывая её теперь за ушами, где ей всегда нравилось, заставляя девушку стонать, и содрогаться от её собственного оргазма, удивляясь с такого феномена. Она похоже слишком сильно пере возбудилась и его слова буквально довели её до предела. Джинкс не отстранялась от мужчины несмотря ни на что, и пыталась очистить его, наслаждаясь его вкусом сладкого странного сиропа приправленным послевкусием мерцания, ммм…. Он не думал похоже даже опускаться. Её сильный старик! Мозг Джинкс пытался работать, но она поняла, что просто не в состоянии, она была как пьяная и готовая на всё девчонка из бара, которую уводили парни для собственного развлечения, поэтому она схватила его за колено стукнув три раза. Силко посмотрел на свою девочку и увидел этот кайф в её глазах, но её рука просила его об обратном. - «Помоги мне», - почти умоляя глазами, сжалась её рука на его колене. – «Ударь!». Силко отпустил волосы Джинкс, маленьким стуком бортника по её ноге привлек её внимание. - «Куда», - повис немой вопрос, и Джинкс отстранилась от его всё ещё стоячего члена, убирая свою чёлку оголяя левую щёку. Силко никогда её не бил, что бы не случилось, но она этого хотела, ей нужно сейчас же прийти в себя, иначе она просто станет хныкающим от наслаждения и нужды желе на полу, чем та, кому это не должно нравится. Силко выполнил её приказ и её мозг включился, а её щека алела от пощёчины. «Ублюдок, ублюдок, ублюдок, - кричала в монитор Вай. Она хотела вырвать всё, что находилась у этого урода между ног и скормить это его собакам. Он издевался и бил её сестру, она должна всё это остановить, но там возле комнаты была Севика, и Ран и ещё Жанна знает кто, они были на треть выше в искусстве драк, чем она или Экко, она не могла рисковать безопасностью сестры. Экко не верил в то, что видел. Он был подавлен и его эмоции готовы били кричать от обиды и боли, которую наносила ему Паудер с каждым кивком её головы между ног этого ублюдка. За что она так с ним, неужели нельзя было сказать про то, что он её схватил и заставлял такое делать. – Не верь ей, - шепчет его голос внутри него, но он не хотел слушать. Она была жертва, а не виновником. - Неплохая сноровка, и хорошая техника, - хмыкнула Бабетта, заставляя присутствующих в шоке повернутся к ней.  – Девочка хорошо научилась сосать член, что тут такого? Главное, что она не причинила себе боли, - пожала женщина плечами. – Поверьте, травмы от этого бывают очень болезненными и их долго лечить. Вай бы точно дала в лицо матери борделя за такую дикость слов, когда её младшую сестру отрахали в рот, но произошедшее на экране заставило её переключить своё внимание» Силко схватил её за волосы притаскивая к себе, заставляя красиво изгибать шею, почти злобно на неё смотря. - Если ты думаешь, что это всё, что я от тебя сегодня готов получить - то ты ошибалась, - хрипел мужчина и Джинкс почти ухмыльнулась вспоминая, где она находиться, но теперь она знала лучше. Она потеряется в своём экстазе, если они займутся сексом, но это будет лучше всего! – На кровать! Джинкс вздрогнула когда её волосы отпустили, и она опустила постыдно голову, держась за свою раненую щеку, хотя пощёчина не была такой сильной и мерцание в её теле давно излечило её лёгкий ушибы, что её бесило, но она не могла упустить шанса показать, как ей больно. «- Они идут к кровати, - сказал со смесью страха и предвкушение Экко. – «Она никогда не принадлежала тебе, она всегда была его, и сегодня ты в этом убедишься», - шептал его собственный голос, а мутные воспоминания, были готовы выскользнуть из чего-то плотно закрытого. - Нет, нет, нет, Паудер, - прохрипела Вай, а с её глаз потекли слёзы» - Снимай штаны и ботинки, - никакой романтики или ухаживаний, как он обычно бы сделал, а просто холодный приказ. Она слышала на себе его взгляд, и знала, как он изнывает по ней и как он хотел раздеть её сам. Он всегда любил прислуживать ей, и она чувствовала это и сейчас. Он стоял около неё как тень в её мастерской, он был сейчас с ней рядом. Он любил её, и от этого её голова снова стала кружиться. Джинкс спустила штаны, швырнув их в сторону, куда полетели и ботинки с нижним бельём, представ перед его голодным взглядом обнаженной, замечая снова эту тьму внутри него. Она опустила глаза направляясь к кровати. - Медленно, - прорычал мужчина, обнимая сзади Джинкс заставляя её вздрогнуть и выпрямиться. Он повернул её, схватил и кинул на кровать, а она в ответ только попыталась прикрыться, бормоча знак несогласия. Силко подошёл к ней, и забрался на кровать забывая даже снять свою кроваво красную рубашку, штаны и ботинки он давно уже снял, а Джинкс только стала сопротивляться сильнее в его сильных руках, прекрасно зная, что выбраться из его хватки ей не составит особого труда ведь он ей это позволит сделать. «Вай готова была выбежать, но теперь её сдерживал Экко, чувствуя что-то не ладное. Да ему было очень плохо и больно, от этой картины, но что-то пробуждалось от этого. Воспоминания, которые он не мог вспомнить всё это время будто просились наружу. Ему нужно это, он должен причинить себе боль смотря на эту чудовищную картину. Он должен был вспомнить, что он забыл, а всё что он видел, разбивало ему сердце как это было в прошлом… - Отпусти! Он её сейчас… - Нет, Вай, - сказал Экко, смотря на неё с печалью в глазах. – Тут что-то не так. Тебе придётся выдержать это до конца, прошу. - Ты спятил!? - Прошу, - сказал парень и она, сжав зубы осталась на месте, стараясь больше не смотреть, но её предательские глаза всё возвращали её к этой картинке. Она впервые жалела о своём выборе это увидеть. Как она вообще после этого посмотрит в глаза Паудер». - Нет, нет, нет! – она брыкалась, кусалась и царапалась до крови, пока её руки небыли перехвачены и её тело не развернули. Она теперь лежала на животе, а он был сверху. Когда он успел положить под неё подушку для удобства, она и не заметила. Сказочный мужчина. Но на этом её брыкания не успокоились, и эта сцена была полностью похожа на то, как овечку пожирает злой волк. Джинкс вздрогнула, когда Силко снова погрузился в неё отпуская её руки что вцепились в простыни, а его рука схватила её за горло и приподняла навстречу к нему, а толчок вышиб из неё крик вместе с воздухом. Силко накрыл своей рукой её напряжённую и дрожащую руку сжимая её, намекая, что он готов остановиться и дать ей перевести дух, и она сжала его руку в ответ, прося не останавливаться, помогая ему понять, что с ней всё хорошо – расставив ноги для удобства этой позы. Она погладила его кожу руки большим пальцем, и мужчина расслабился, отпуская своего дикого зверя выливая всю сваю любовь и страсть на тело Джинкс. Он был груб. Он впервые был груб и дикий, будто бешеный, вталкивался в неё, заставлял задыхаться, а его слова ужасно прекрасные, сжигали все мосты сознания, и всё это сопровождалось бешеным темпом его бёдер. Его зубы впились в её кожу, заставляя её сжаться внутри, а стон вырвался вместе с криком. Её шею он сжал ещё крепче, от чего она пускала слюни, изгибаясь в талии. Его губы оставляли следы засосов отмечая её как свою. Пальцы сжимались на бледной коже бедра, оставляя отметины, будто он был готов заставить всех понять, что она принадлежит только ему одному, когда её руки покоились на его предплечье, сжимаясь с такой силой, после каждого толчка, что оставались фиолетовые следы её отзывчивости. Они принадлежат друг другу, и никто этому не помешает. Джинкс по началу пыталась изображать крики просила его остановиться, но когда он отпустил свой контроль, полностью овладевая её телом, двигая как куклой, играя с ней, наслаждаясь ею, она просто забыла обо всём, и уже стонала, как самая элитная проститутка борделя, но её это не оскорбляло, ведь она была ею только для него, и не для кого-то другого. Он принадлежит ей, и пусть весь мир сгорит в пламени! Джинкс теперь царапалась и кусалась от страсти, а не изо показушного сопротивления, полностью включаясь в процесс позабыв обо всём. Он снова выключил её мозг, также как и свой собственный, позволяя ей перевернуть на спину, оставлять на нём отметены её страсти, желая большего. - Не останавливайся! -  кричала Джинкс, закрепив свои ноги за его спиной, помогая ему своими бёдрами. – Чёртов старик! Блядь! Ещё! Ещё! Не останавливайся! Силко её не слушал, он был просто сосредоточен на её теле и на ней, слова сейчас были в его головы простым гулом. «Вай стояла, не веря в то, что видит. Её сестра сейчас была полностью погружена в удовольствие с этим мужчиной, хоть тот и был с ней груб и по началу она этого не хотела. Она не могла понять, что изменилось. Экко только молчал, а увиденное заставило его сердце разбиться на осколки. «Ты думаешь он меня заставляет? Ты думаешь, что я так просто уйду от него к тебе? – воспоминания пробилось из-под толщи его спящего сознания, а удар от кулака Джинкс снова заставил челюсть болеть. – Некого спасать, коротышка. Я дома». Парень почувствовал сильный ожог внутри, а его желудок скрутился. - Она никогда и не подвергалась насилию, Вай, - сказала Бабетта, теперь не скрывая правду. Джинкс явно взорвала все мосты. – А всё что вы видели — это просто её игра на публику. Джинкс никогда не подвергалась опасности с его стороны. - Но то, что я видела… - Вай пыталась абстрагироваться от стонов её сестры. - Она сжигает мосты, Вай, - сказала Бабетта, будто втыкая в её душу нож. – Она делает больно вам, как это сделали вы с ней, и похоже хвастается своим мужчиной. Она больше не хочет возвращаться домой, Вай. Она таким способом сказала, что уже нашла свой дом. Экко отвернулся будто его снова ударили по лицу, услышав эти болезненные слова. Вай содрогнулась, услышав кличку Силко от Джинкс, когда та похоже испытала оргазм». - Папа! – воскликнула Джинкс, наслаждаясь процессом, цепляясь теперь за его плечи, а он только продолжал доставлять ей удовольствие, как зверь во время спаривания. - Джинкс, - прорычал её имя мужчина, когда она сжалась вокруг него, и он улыбнулся, шлёпнув её по бедру, схватив её снова за челюсть притянув для поцелуя, полностью укутавшись в тепле её тела, изливаясь в неё, чувствуя будто вся жизнь уходит из него через его член. Оргазм полностью отключает их мозг, и они проваливаются в эйфорию будто на мгновение исчезая из этой реальности. Джинкс пришла в себя спустя время заметив, что её мужчина всё ещё лежит на ней, но спустя пару мгновений он также стал шевелиться отстраняясь, смотря в её удивлённые глаза. - Давай в следующий раз будем более нежными, - сказал Силко присаживаясь рядом с её измождённым телом, и то, что она была уставшей и измождённой, было не пустым словом. Она так давно не чувствовала себя такой живой, что уже забыла каково это - чувствовать усталость на вкус. Она захихикала и попыталась вскочить, бросится на Силко, но её ноги стали желе, не слушались, поэтому она сразу рухнула на кровать, привлекая внимание и тревогу Силко, однако она начала искренне и свободна смеяться. - Джинкс, что случилось? – спросил с тревогой мужчина, поднимая и помогая сесть подростку, который всё ещё искренне хихикает. - Ты похоже нажал внутри меня на кнопку «отключить ног»! - хихикала Джинкс, обнимая мужчину за шею притягивая его к себе. - Чёрт, я не знала, что в тебе это есть! Ты был таким страстным, я ничего не могла сделать, буквально! - Я сорвался, - нежно улыбнулся Силко, смотря на неё. – Но даже так, я бы остановился если ты того пожелала. Его взгляд, влюблённый и восхищённый ею, всегда заставлял её краснеть, хоть этот взгляд он и бросил в последний раз перед своей кончиной, но она тогда чувствовала её любовь. - А точно, стоп слово… - хихикнула Джинкс стараясь перевести тему, чтобы не краснеть как маленькая девочка, но потом реально нахмурилась, будто в раздумьях, - а какое оно, кстати, было?! - Джинкс! – почти перепугано и нервно воскликнул Силко, понимая, что она похоже вообще об этом слове забыла. - Стоп, ты даже в таком состоянии себя контролировал? – посмотрела почти возмущённо Джинкс. Но теперь её подстёгивал интерес узнать, что же будет когда контроль вообще исчезнет из его головы. Силко поцеловал несносную в нос, и она обняла его ещё крепче, нежась в его тепле тела. - Не совсем, просто вбил в голову - если услышу «шимер» от тебя, моё тело остановится несмотря ни на что, - сказал застенчиво Силко. Такой способ контроля он выработал гадами, и оно помогало ему выжить в шахте. Одно слово и работа прекращалась и все бежали на выход, из-за опасных токсинов, газа или ещё какого случая. Слова были от чего-то разными, иногда и просто восклицание. — Значит мне просто нужно постараться сильнее, - промурлыкала Джинкс на ухо мужчине, - чтобы в твоей головке не осталось даже этого рефлекса. Джинкс наклонилась и поцеловала мужчину в губы, просовывая язык в его рот, почти мягко мурлыча от его податливости. - Люблю тебя, - сказала Джинкс разорвав поцелуй, смотря в его глаза яркими сиянием, когда её радужки глаз треснули и осколки скатились с её глаз, позволяя ему увидеть эти прекрасные глаза его маленького убийцы, что выстрелил в его грудь и остановил его сердце. Он даже тогда подумал, что глаза у неё очень красивые. - Я тоже тебя люблю, - притянул мужчина её ещё раз к себе целуя мягко и нежно, как только он мог это делать. Как она это любила. Возможно, та пуля, остановившая его сердце, была для него самым романтичным признанием в любви от неё. Он бы не жалел если она снова остановит его сердце, ведь оно принадлежит только ей.

***

Экко сжал кулаки, но не смог больше на это смотреть, он выбежал из кабинета матери борделе, чуть не сбив с ног какуюто местную шлюху. Он бежал, не останавливаясь и не хотел принимать эту реальность, ему было плохо и больно, а с каждым шагом его голова наполнялась всеми отвратительными воспоминаниями. Экко смог добежать до какого-то мусорного контейнера, и его вырвало. Было настолько плохо, что кружилась голова. Она его любила. Она любила этого урода – Силко. Парень закричал, пугая местных наркоманов по близости, что сразу постарались уйти из этого переулка, подальше от странного парня, что вёл себя опасно, но ему было всё равно, его голову всё продолжали наполнять воспоминания, а сердце полностью разбилось как это произошло в прошлом. Его тело покрылось трещинами, и вся корка стекла заблуждений спала, представив настоящего двадцатипятилетнего парня. Он глубоко вздохнул, а его облик видоизменился – больше шрамов, тату на лице виде песочных часов, на голове вместо его белых дредов, был белый ирокез, когда одежда осталась прежней. Ему повезло, что сама одежда была всё равно большой и его, хоть и не сильно заметные, габариты тела поменялись без дискомфорта. Экко вспомнил всё, что он натворил и как Джинкс сломала его часы. Ему нужно их отремонтировать и на этот раз просто сделать то, что он не мог сделать раньше. А именно поставить жирную точку в их жизни. - Джинкс, - почти скривился в злости парень, стукнув в стену кулаком. Вся эта сцена с Силко до сих пор была перед глазами. Она будто глумилась над ним. Было же всё прекрасно, и они все жили тут отлично, так почему даже и в этом цикле она выбрала быть Джинкс, выбрала Силко, а не его. Но теперь это было неважно. Он вспомнил всё, и на этот раз он не даст Джинкс разрушить этот мир. Парень развернулся, направляясь по переулку в одно конкретное место. Ему нужно, пока Джинкс занята своим уродом, убить того лысого доктора, а после и того механика трёхрукого и чем скорее, тем лучше. Пока тот не стал тем, кем он является.