Километры

Володя, входя в свой до боли знакомый и уже, как ему самому казалось, вызывающий галлюцинации кабинет, резко захлопнул за собой дверь и, полный разочарования в новом проекте и его исполнителях уселся за рабочий стол. И пожалуй единственное, что останавливало его навязчивую идею разгромить собственный кабинет и перестрелять к чертям всех, кто попадется ему под руку, был долгожданный звонок от Юры. Они ещё на прошлой неделе договаривались созвониться по Скайпу, но многочисленные дела Володи и иногда уж слишком навязчивые и бестактные клиенты Юры яро мешали их планам. Но вот, наконец-то он услышал заветный звук вызова Скайпа, и, на всякий случай заперев дверь, ответил на звонок. Перед ним возникло лицо его самого любимого и ценного человека – его Юрочки. Он сидел в своей спальне с кружкой, наверное чая в руках, укутанный тёплым пледом, и радостным, хоть и немного уставшим взглядом смотрел на не меньше, чем он уставшего Володю. Но вскоре их немую тишину нарушил сам Юра: –Привет, Володь, я тут подумал тебе позвонить... У тебя же вроде закончился рабочий день, да? – в глазах Юрки блеснуло сомнение, но посмотрев на настенные часы, он на всякий случай ещё раз убедился в верности своих подсчетов и вновь обратил свой взгляд на Владимира. Он в свою очередь, засмотревшийся на такого простого и немного смущенного Юру, наконец вернулся в реальность и слегка торопливо выдал: –Да-да, конечно, не волнуйся. Но как видишь, я, к сожалению, пока не дома. После их неловкого приветствия, к их же удивлению, разговор пошёл как по маслу, но они и не заметили, что каким-то неведомым образом он ушёл в сторону пошлостей. Хотя оно и понятно, ведь для них обоих отношения на расстоянии значили не только тягости такого общения, но и полное отсутствие физической близости. Вскоре после таких разговоров, накатывающее Володино возбуждение дало о себе знать, да и в пикселях экрана можно было разглядеть донельзя алые щёки Юры. Володя уже знал, что хочет от него услышать но всё-таки решил выбить из колеи своего возлюбленного: –Юр, знаешь, я безумно хочу увидеть, как ты делаешь себе приятно... После лёгкого шока Юрка всё-таки что-то сообразил: –Володенька, а когда это ты успел стать таким инициативным? – после этой фразы он конечно же выдал свою фирменную лисью ухмылку. После Володя немного обдумал сказанное собой, но опоздал: перед ним, в этом маленьком экранчике, казалось уместилась вся существующая сексуальность, и это был уже не тот взъерошенный невинный шестнадцатилетний Юрка, а вполне зрелый мужчина, уж слишком горячо снимающий с себя кофту. –Нет, ну вы на него только посмотрите, сам же приказал раздеваться и сам же раскраснелся, как помидорка – пролепетал улыбающийся Юра. –А как тут не раскраснеешься? – рассмеялся Володя – ты в зеркало то давно смотрел? Да я красивее тебя никого не видел! Эти слова возбудили Юру намного больше Володиной просьбы и он невозможно медленно начал спускаться от своих накаленных и уже изласканных сосков вниз, аккуратно сдёргивая с себя домашние штаны. Володя, будучи не в силах сдерживаться, смотря на эту прелестную картину, потянулся к как назло сильно затянутым ремнём брюкам, но пианист по ту сторону экрана его опередил: –А ведь сейчас не твоя очередь – он ухмыльнулся и продолжил свои провокации с ещё более эротичным тоном – раз уж ты так желаешь увидеть, как я вытворяю такие непотребства, то хотя бы будь добр, сдерживайся. Владимир Давыдов, привыкший сам отдавать приказы, хоть и был ошарашен таким высказыванием, но почему-то захотел подчиниться его своеобразному приказу. Он, немного поёрзав на стуле и приняв более-менее удобную позу, положил руки на стол так, чтобы его евреюшке было видно послушание. Юра же совсем обомлел от такого Володи, но продолжил извиваться на кровати. А вскоре за штанами на пол отправились и трусы. Юра неспешно коснулся своего давно стоявшего члена и после до жути соблазняющего зырка на покорного Володю начал всё быстрее и быстрее двигать руками. Юрины вздохи, казалось, мог услышать не только Володя, а ещё кто-нибудь за дверью. Конечно, был уже поздний вечер и все сотрудники за исключением охранника на вахте давным-давно разошлись по домам, но Володю всё равно пугала мысль, что кто-то может услышать такого Юрочку, его Юрочку. –Ох, Володенька, как же я хочу, чтобы ты сейчас был здесь, хочу чувствовать всего тебя, я... – его перебил собственный стон. А Володя тем временем места себе не находил и буквально молил Юру сжалится над ним, ведь наблюдать такую картину ему приходится далеко не каждый день, а упускать возможность насладиться моментом в полной мере совсем не хотелось. И вот, среди уже привычных помех, он услышал заветные слова, помешанные с неимоверными вздохами и стонами: –Ладно-ладно... разрешаю. –Хаа, Юрочка, что же ты со мной делаешь – он наконец-то расстегнул свой злосчастный ремень, а за ним и ширинку брюк. Его орган буквально молил о разрядке, а сознание потихоньку начало мутиться от переизбытка ощущений. Вскоре он уже вторил Юриным стонам и лепетал что-то невнятное. Они начали двигаться всё быстрее, а их стоны становились всё громче. И как же они хотели бы сейчас оказаться вместе, на одной кровати, а не быть разделёнными тысячами километров.