Даруй мне покой, о белая змея

"Слушаю, моё дитя -

Вопрошаешь - так внимай!

Нить судьбы твою сплетя -

Покажу её. Взирай."

Яркий свет слепил глаза, наровясь выжечь их напрочь, дабы детские очи не видели больше печали отчаянных страданий. И правда, она ничего не чувствовала, ни боли, ни эмоций. Лишь покой, упоение тем местом, где сейчас ге вздымалась грудь. Все моменты земной жизни позабылись. Развеялись по ветру, и осели на высоком липовом дереве, когда-то сухом и безжизненном, оно налилось древесным соком. В мгновение отрасли почки, э распустились листья, крона наполнилась душистым запахом, пух пронёсся по ветру. В стволе появились дупла, из которых повыпрыгивали белки. Но всё закончилось буквально через минуту, ныне цветущее, красивое дерево вновь согнулось, ветки опустели, листва опустилась наземь, укрыв собой белого волчонка, дремавшего под ним. Устало зевнув, тот вскочил, осмотрелся. Завидев двух людей, тот стремглав помчался к ним. Липа отступила, испуганно обхватив себя руками. В глазах её отразился не маленький белый комок доброты, а огромный зверь, готовый рвать и метать. Очи его налились красным, окровавленная пасть представила чужому взору множество острых, заострёных клыков. Слюна в перемешку чужой кровью стекала с его рта, окропляя собой белоснежную осоку. Монстр, выплюнув кусок чужой плоти, закрыл пасть. С удивлением глянул на обомлевшую девчушку, остановился. Былая злоба и горечь жестокости ушли, сменились трепетом, неподдельной жалостью. Он подошёл к ней, заглянул в глаза, нашёл своё отражение. Ужаснулся, осторожно отступив. Она сделала шаг вперёд, животное с опаской повторило движение. Робко, девочка протянула открытую ладонь - он лапу. И внезапно, при соприкосновении конечностей, руку её обоволокла горечь. Захлопала глазами, от прежнего зверя не осталось и следа. Лишь большой костёр, с трепыхающимся внутри красным пламенем. Но огонь не жёг, лишь приятно обволакивал кожу, играя с пальцами и приятно наделяя их теплом, дикой силой. Касаясь чужой руки, на концах горючих языков, приобретался другой цвет. Из ярко-оранжевого он плавно перетёк в нефритовый. Маленькая вспышка, и уже всё пламя обрело холодный оттенок зелёного. Николь подошла ближе, слегка склонилась над плечом девочки. Липа подняла взгляд, вопросила ответ на незаданный вопрос. -Я не могу ничего тебе рассказать, малышка. Придёт время и ты.. - было начала Ники, но ребёнок её и не слушал, лишь отбежал дальше. Она подбежала к краю опушки и поняла, что находится на отвесной скале. Внизу, на расстоянии десятков метров, было до необычности страшно. Чёрные, обугленные ветки деревьев возвышались над странными существами. У них были длинные рога, хвосты и крылья. Собравшись в кружок, подобия людей что-то яро обсуждали, спорили меж собой. -Кто это? Никки? - Липа указала пальцем вниз, вопросительно глядя на ведьму. Николь вновь последовала за ней, мельком глянула вниз. -Демоны, дорогая моя. -Демоны? А кто это? Что они тут делают? - град вопросов. -Узнаешь со временем. - очередной ответ, не имеющий возможности удовлетворить детское любопытство. Находится в таком месте весьма любопытно. Странные люди, животные, всё тут было дико и необычно. Атмосфера была не такой, как там, наверху? А где они вообще? Наверху или внизу? В этом мире или в каком-то другом? Что она вообще тут делает? Но ответа не последовала и на это. Небо заволокло тучами, большими, мрачными. Земля затрещала под ногами, внушительной силы ветер спутал волосы. Издав болезненный вздох, Николь отскочила назад и исчезла. Стала одним единым с этим жутким небом. -Николь! - всё, что успела прокричать Липа, пока ноги её не перестали чувствовать опору. Определённо, стоять на самом краю обрыва было глупой идеей. Стремительно, быстро, она полетела вниз. Страх и приближение кончины укутали её от макушки до пят. Она не хотела умирать.. Хотя бы не так. И когда небо было уже далеко, наступила темнота. Сильный удар в грудь выбил из неё остаток воздуха и жизненных сил. Она вскочила, дышать было тяжело. Перед глазами плясали чёрные круги, искажая пространство. Не было ни одной возможности совершить хоть малейшее движение, как вскочила, так и упала обратно. Но мириться с этим не хотелось. Собрав волю в кулак, она приняла попытку повернуться. Результата не было. Ещё одна, ещё и ещё. И вот она летит опять, но уже с дивана на пол. Больно ударившись лицом и грудь о паркет, она теряет последнюю возможность дышать. Делает вдох, но кислород просто не заходит в лёгкие. Нарастает паника, сердце колотится как сумасшедшие. Пытается кричать, но выходят лишь сдавленные стоны и неразборчивое мычание. Грудь не поднимается, кровь не бежит, она не чувствует причастности к жизни. -Боже мой! Липочка! Родная моя, что же с тобой?! - громкие звуки шагов бабушки бьют по ушам, заставляют сморщится от боли. Её поднимают и аккуратно садят, прислоняя к дивану. Дыхание нет, она начинает задыхаться. Руки трясутся как у человека с болезнью Вильсона. Глаза бегают из угла в угол, пытаясь скрыться от этих отвратительных чёрных кругов. Вся комната пустилась в пляс, а голову сейчас разорвёт от боли и недостатка кислорода. Кровь побежала по венам, непонятно откуда, но она появилась в горле и запросила выхода. Ничего не понимающая и ослабшая Липа, не в силах бороться с припадком, позволила ей медленно вытекать со рта, капать на рубашку и белоснежный диван, окрашивать всё, что только можно. Сегодня вокруг дивана стоят всеможные тазики, а нескончаемые пачки салфеток тратятся со скоростью света. Возможность к дыханию вернулась, но с ним поднялась и температура. Всё пошло в ход, и травы, и сиропы, и лекарства и травы. Через час она опустилась на один градус, но по истечению пяти минут вновь возросла до 40°. Кажется, Клавдия сегодня поседела во второй раз. Завария малину, она так же приняла львиную долю мелиссы. Дошло до того, что Кацу пришлось спрятать все банки с травами от сердца. Липа заснула. Клавдия перепугалась и сейчас. -Господи Иисусе, она же сейчас умрёт во сне.. Может, стоит вызвать скорую? -Лучше температуру ей опять померяй. Скорая тут не поможет, лишь зря потревожим нашего больного. - в очередной раз успокаивал её Кацу. Градусник в сотый раз оказался подмышкой. Эти пять минут Ефимовна провела очень неспокойно. -38,9.. Падает.. Она падает! - выдох с облегчением. Остаток ночи бабушка провела за контролированием температуры и тщетными попытками найти зверобой. Благо, с первым проблем не было, но уснуть смогла только к утру. Липа спала ночь, спала день, очнулась только к следующему рассвету. Двигаться было всё ещё тяжело, поэтому лекарство принять ей помогла Клавдия. Какова же была её радость, когда внучка изявила желание покушать! Съев пару яблочных долек, выпив сока из того же фрукта, она вновь отошла ко сну. На третий день своей болезни, Липа смогла сесть. На пятый встать, а на седьмой пройтись от дивана к шкафу и не устать! Созвонилась с родителями, пожаловалась на самочувствие. Но о коме умолчала, впрочем, не поделилась увиденным даже с Кацу. Спустя неделю с хвостиком, всё вновь вернулось на свои места. О колдовстве не было и речи, поэтому девочка могла учиться только завариванию трав. У бабушки вновь разыгралось сердце, да настолько, что Липа первый раз в своей жизни делала настойку. -Не переживай, бабуля! Ты за мной сколько ухаживала, дай и мне похлопотать! Так.. Настойка валерианы, плоды боярышника,пустырника и пионы.. Где они были то.. - открыла очередной кухонный шкафича,- Так.. Что тут у нас.. Почки берёзы, бессмертник, зверобой,калина, мёд.. О! Вот и вы, пиончики. Полученную смесь залила корвалолом, тщательно перемешала. Налила в чашку воды, отсчитала ровно 30 капель, слегка улыбнувшись, протянула бабушке. Трясучими, сморщенными руками, она переняла напиток и одним быстром глотком осушила кружку. -Спасибо, Липочка. Пойду посплю пожалуй.. - она приподнялась, держась за стену, побрела к выходу. -Тебе помочь? Дойдёшь сама? - поинтересовалась девочка, смотря на старушку с состраданием. Но ответ был отрицательный, поэтому пришлось вернуться к мытью посуды. Помыла, поставила сушиться, протёрла стол, вытерла с подоконника пыль. Полила цветы амаранта, про которые с этими болезнями все забыли. И наконец, прошла в свою комнату. Опустилась на кровать, достала из-за пазухи книгу, взятую из бабушкиной библиотеки. Слегка протёрла, прошлась по оглавлению. Наконец, взялась за чтение. -Демоны в наше время значительно отличаются от того времени. Раньше считалось, что демоны склоняют людей к тем или иным мыслям, действиям, а ангелы же должны были их от этого отговаривать. Сейчас же, все иначе. Человек имеет полную свободу и никакой демон/ангел не имеет права вмешиваться в людскую жизнь. Под влияние попадают только души умерших, живых же трогать запрещено. Вот как.. Значит, буду спокойна, никакая чертяга меня ничего не заставит делать! -У каждого демона имеется своя сфера ответственности, и каждый из демонов имеет в своем подчинении низших демонов, бесов, чертей и прочих представителей адского войска. Разумеется, вряд ли получится вызвать могущественного демона, но он может послать для помощи магу кого-то пониже рангом. Так же, высшие демоны имеют классификацию в соответствии с семи адскими грехами. Почти как у людей.. Старший управляет низшим.. Семь смертных грехов.. Всё слишком запутано.. -Демон смерти - Азраил. К нему обращаются для того, чтобы избежать гибели или убить врага с помощью магии. Он же покровительствует некромантии. Азраил олицетворение первого греха - гордыня. -Богатство, удача и все материальные составляющие жизни человека находятся под влиянием Айбла. У него можно попросить удачи в любом деле обогащения — причем без каких-либо ограничений по способам заработка, а также разорения врага. Айбл олицетворение второго греха - алчность. -Любовь, страсть и секс находятся в сфере ответственности Вампила. К нему можно обращаться для создания приворота или сексуальной привязки, а также обретения привлекательности и поиска возлюбленного. Вампил олицетворение третьего греха - похоть. -Ненависть, мстительность, гнев и война управляются Воландом. К этому демону обращаются для того, чтобы навести порчу, отомстить с помощью магии врагу, а также обрести помощь в противостоянии сильному сопернику. Волад олицетворение четвёртого греха - гнев. -Демоны могут как отнять жизнь, так и даровать ее. За здоровье и исцеление отвечает Эрнесто. У него можно попросить помощи в борьбе с тяжелой болезнью, если вы занимаетесь черной магией для целительства. Эрнесто олицетворение пятого греха - чревоугодие. -Природными силами и стихиями повелевают Левиафан и Бегемот. У них можно просить помощи для облегчения контакта с природными источниками энергии, а также усилении мощи обряда, в котором важную роль играют стихии. Левиафан -олицетворение шестого греха - зависть, а Бегемот седьмого - лень. Липа аккуратно закрыла книгу и положила на тумбочку, стоявшую рядом с кроватью. Залезла под одеяло, обхватив руками игрушку, представляющую собой чёрного кота с яркими жёлтыми глазами, стала вспоминать, кого видела в коме. Хвосты, рога, крылья. Они все были.. Ну.. Пугающими.. И всё же, отдалённо напоминали людей. Это тоже описывалось в книге, демоны имеют возможность выходить на поверхность и даже жить среди людей. Говорилось так же, что некоторые из старших демонов имеют свои дела наверху, как например у Айбла, клиника, название которой уже позабылось. И причём, стоит она в Питере, значит, можно сходить как-нибудь. Так сказать, удостовериться. Так, соскочили с темы. Кто был то внизу? Как они выглядели? Помнятся только чёрная, да белая макушка. Всё. Липа перевернулась на другой бок, неудовлетворённо вздохнула. Попытки вспомнить видение были тяжелы, и устав от умственной деятельности, девочка заснула. Сны.. Не такие, как раньше. Лишённые красок и радости, в них сейчас фигурировали только кровь и боль. Нескончаемые страдания имели тёмный оттенок, большие рога и чёрные глаза, с красными белками. Но от них так же шла.. Сила?.. Трепет?.. Ночь в сновидениях пролетела незаметно, и как это бывает, на утро вспомнить ничего не получилось. Помнит, что чувствовала, а что видела.. Сплошной мрак.