Скованный любовью

      Ханахаки — болезнь, о которой никто особо не распространяется. Прогрессирует достаточно быстро, а ее лечение поддается лишь хирургическим путем, но после со сто процентной вероятностью грозит полная потеря возможности испытать романтические чувства. Вызывается она именно из-за безответной любви — даже если между ними теплые, дружеские отношения, влюбленный не избежит болезни.       Как проявляется болезнь ханахаки, по мере прогрессирования:       1. Боль в груди и осложнённое дыхание.       2. Кашель и удушье.       3. Откашливание лепестков.       4. Увеличение объема цветов.       5. Откашливание крови, вперемешку с цветами (больной может откашливать целые       бутоны).       6. Остановка дыхания, что уже приводит к мучительной смерти.       Так же иногда встречаются такие симптомы, как: дрожь, понижение температуры, лихорадка, потеря аппетита и галлюцинации.       Цветы могут быть абсолютно разные – розы, хризантемы и другие существующие виды. Но часто речь идёт о любимом цветке возлюбленного.       Никто не хочет встретиться лицом к лицу с этой болезнью. Но одному десятикласснику из Воронежа пришлось с ней познакомиться.

***

      Очередное утро, когда под ногами хрустит снег, хотя календарь ещё не перевернулся на первый месяц зимы. Хочется залезть под одеяло, в надежде спрятаться от этого мира и жуткого холода, от которого Антон уже не чувствует пальцы. Даже теплая куртка, заботливо подаренная родителями, никак не помогает.       Шастун ещё со вчерашнего дня чувствовал наступление рутины, ведь больничный рано или поздно должен был закончиться, а в пятницу он получил эту злополучную справку с освобождением от урока физкультуры на четырнадцать дней. Физру он не любил, как минимум из за того, что курящему довольно таки сложно заниматься спортом. Особенно, когда у этого курильщика стаж три года. Да и в принципе парень он не такой уж и активный.       Сигарета тлела в подрагивающей руке и зелёные глаза сверлили ее. Курить особо не хотелось, а поджечь сигарету утром это уже как некая традиция. Но в один момент показалась девичья рука, которая ударила по руке парня и сигарета упала в снег. Голубые глаза грозно смотрели на друга, сведя брови к переносице — типичный взгляд Кьяры, когда в руках Антона появляется хоть один намек на курение.       —И тебе привет, — улыбается Шаст, смотря на девушку. Разница в росте у них была в сантиметрах двадцать с учётом того, что парень к шестнадцати лет вытянулся под два метра, —Да я не курю, это так, просто, — спокойно обламывает подругу на возможность причитать, уже смотря на серое здание школы.       —Ага, — недовольно произнесла девушка, закатив глаза, —Как тебе идея наш проект у меня дома сделать? А то его уже послезавтра сдавать, а мы даже не садились за него, — переводит она тему, следя за тем, как удивлённо на нее смотрит друг.       —Какой проект? И в смысле у тебя? Твой отец же не разрешал водить в гости даже подруг, — завалил он ее вопросами, но Попова одним движением руки затыкает друга.       —Я сказала, что у нас проект, а у тебя компа нет, ну и все. А проект, кстати, по истории. Сам же вызвался сделать его вместе со мной ещё месяц назад.       Они заходят в здание школы, обсуждая этот проект и что Антону на Новый год нужно подарить хорошую память, а не приставку, о которой он уже полгода мечтает. По итогу Шаст соглашается и уже готовится к тому, что придется отвечать на вопросы Арсения — отца Кьяры — о том, кто он и чем живет.       Вообще, парень находил странным, что за эти несколько лет дружбы он ни разу не общался с отцом подруги и не видел его даже на фотографиях. А сегодня, видимо, произойдет полноценное знакомство.

***

      После седьмого урока подростки закупаются в ближайшем магазине и направляются в квартиру Поповых. С каждым шагом Антон становился все беспокойнее, чего старался не показывать подруге. Сам не понимал чего именно боится, ведь Арсений уже знал о его существовании и сегодняшним приходе, но все таки тревожность присутствовала. Возможно, в этом играла роль того, что Кьяра рассказывала о нем как о серьезном человеке, хотя и свои приколы у него были, которые даже дочь местами не понимала. Когда они доходят к новостройкам, они подходят к одному из подъездов и заходят в него. На лифте они поднимаются на десятый этаж, а там уже заходят в квартиру под номером «46». Квартира выглядела довольно таки уютно — все стояло на своих полках, убрано, даже на ботинках нет ни одного следа от снега. Видно, что хозяева любят порядок, хотя судя по парте Кьяры, у которой в одном месте криво валяется учебник, а в другом приоткрытая тетрадь с ручкой, это не скажешь.       —Пап? — выкрикивает девушка, снимая обувь на сером пуфике. Антон решил последовать ее примеру, но даже не успел присесть, как из дверей одной из комнат выходит высокий мужчина лет так тридцати пяти, —О, ты дома? Это Антон, я тебе про него рассказывала, — она отставляет на полку ботинки и указывает на друга. Отец же уже осматривал парня и пакет в его руке оценивающим взглядом.       —Прежде чем есть чипсы, идите поешьте суп или макароны, — командует мужчина и подростки кивнули. Походу, у того нет настроения или он сильно занят, но сейчас парня волнует явно не это, —И не мешайте мне, я работаю, — после он скрывается за дверью.       Антон с приподнятыми от удивления бровями смотрит на закрытую дверь, из которой скоро стали доноситься различные голоса, но о чем они говорят разобрать было невозможно.       —Нихрена у тебя отец молодой, — шепотом говорит парень, от чего девушка усмехается. Естественно, под «молодой» Антон имеет ввиду не двадцать пять, но по сравнению с его родителям Попов еще подросток, —Нет, серьезно. Сколько ему?       Кроме того, что он молодой, Арсений был ещё и чертовски красивым — уложенные темные волосы, такие же голубые глаза, как у его дочери, официальный стиль (или же он так одевается только для работы, что сегодня была из дома, пока сказать об этом сложно). Рост всего на несколько сантиметров ниже Шастуна, примерно сто девяносто, а телосложение спортивное — это видно даже через джинсы с рубашкой.       —Тридцать шесть, — отвечает она и, дождавшись, когда парень снимет обувь и куртку, ставит чужие ботинки на свободное место на полке, а куртку на свободный крючок в шкафу, буквально вырвав все эти вещи из рук, —И да, постарайся не шуметь, у него походу какое то совещание, — предупреждает Кьяра и они проходят на кухню.       —Мы серьезно будем есть суп или макароны? — с непонимающим видом уточняет Антон, ставя пакет на диванчик около стола.       —Если он узнает, что я ем чипсы, не поев нормальной еды, он меня прибьет, — пожимает плечами девушка, —Можешь не есть. На тебя ему все равно.       Кьяра обедала, а Антон стоял неподалеку и листал видео в тик токе, иногда сквозь смех показывая их подруге, комментируя. Вскоре послышались шаги, приближающиеся на кухню, и Антон уменьшил звук в телефоне на минимум, уже как на автомате — отец Шаста ненавидел, когда его сын проводил время в подобных приложениях.       —Серег, совещание закончилось, все ок, подпиши за меня документы, — говорит он уже находясь на кухне и отправив, отдаляет от себя телефон, —Антон, а ты чего не ешь? — вырывает Арсений подростка из мыслей и тот вздрагивает.        —Да я это, в школе поел, — растерялся подросток, взглянув на мужчину. Вроде как Кьяра сказала, что ему будет плевать.       —Знаю я, какая у вас там еда. Ну как хочешь, – быстро сдается Арсений, даже не собираясь чужого ребенка заставлять что то делать, —Кьяр, нас на выходные зовут бабушка с дедушкой, хочешь поехать? — после этого вопроса девушка скривилась, —Понял. У меня тоже нет особого желания туда ехать. Особенно в такой холод, — с улыбкой соглашается он, —Тогда позвоню, скажу, что у меня на работе завал, а у тебя на учебе, – и после этих слов он вновь утыкается в телефон, а Кьяра моет посуду и подростки собираются уходить в комнату, —Антон, постой. Кьяр, иди, у меня к твоему другу пару вопросов, – дочь кивает и убегает в свою комнату.       Антон по приглашению садится за стол, а напротив садится и сам Арсений.       —Вы с Кьярой вместе? – в лоб спрашивает он, заставив Антона удивлённо округлить глаза, а Арсений так и сидел со спокойным лицом.       —Нет, мы просто друзья уже как... — он запнулся, пытаясь посчитать, —С шестого класса, — по итогу просто озвучивает класс, когда они познакомились.       —Да ладно-ладно, — усмехается мужчина и на его щеках появляется заметная ямочка, которая привлекла внимание подростка, —Просто она мне ничего не рассказывает, да и когда спрашиваю, куда она, говорит, что с тобой. Как то сам этот вывод, что вы встречаетесь, получился, — будто оправдывался отец, —Ладно, иди к Кьяре. И пакет забери.

***

      С момента, когда Антон впервые появился в доме Поповых прошло два месяца и за это время парень стал постоянным гостем – даже Арсений, ненавидящий гостей, привык к парню и относился намного лучше, чем раньше. К тому же когда Кьяра отходит, оставляя друга одного, Попов сам начинает разговор, спрашивая о чем то или же рассказывая. Разговоры получались короткими, но довольно таки уютными и иногда полезными, ведь скоро Шаст стал спрашивать у него какие то советы. Попов и правда со своими странностями, в этом девушка не врала, но они ни капли не смущали Антона, а даже забавляли. Все чаще появлялось желание поговорить с мужчиной как можно дольше и расстраивался, когда Кьяра возвращалась и забирала парня в комнату играть в плойку. Но естественно, старался этого не показывать.       Но так же Шастун стал и частым посетителем медпункта — постоянная отдышка не давала покоя подруги парня. Он мог посреди урока начать задыхаться и иногда кашлять, что привлекало внимание абсолютно всех в классе.       А в начале января, когда парень очередной раз о чем то общался с Арсением, вновь подступил приступ кашля. Из его рта вылетел белый лепесток, мягко приземлившись на стол.       —Это ещё что? — задал Арсений вопрос скорее себе, чем подростку. Аккуратно взяв лепесток, будто боясь сломать, он осмотрел его, —Мне же не показалось? Он появился после того, как ты закашлял? — впервые в его голосе Антон услышал нотки волнения. Голубые глаза забегали от школьника на лепесток, а губы сжались в одну полоску. Было ясно, что он о чем то размышляет. И это «что то» явно не хорошее.       —Я не знаю, – он неопределенно пожал плечами, —Он типа вылетел из меня. Это возможно вообще? — он вновь закашлял и вылетел уже новый лепесток, побольше прошлого.       Последовал тяжёлый выдох.       —Когда у тебя появился кашель и что было до этого?       —В середине декабря отдышка появилась, а уже через несколько дней кашель.       Попов отошёл к окну, а после к тумбе, о чем то думая.       Сказать, что он не волнуется за Антона – это соврать самому себе. За два месяца парень стал что то наподобие приятеля, с которым можно обсудить на разные темы, не смотря на то, что тот младше на двадцать один год, а так же дать какой то совет по жизни. Даже в глубине души был рад, что однажды разрешил дочери привести своего друга домой. На Новый год он даже подарил ему подарок в виде игровых наушников, о которых Шаст мечтал. Тот радовался как маленький ребенок и даже приобнял Арсения, почти сразу отстранившись и извинившись, но мужчина снова притянул его в недолгие объятья.       —Тебе родители не говорили, что бывает, когда безответно влюбляешься? — интересуется Арсений и получает отрицательный ответ, –Знаешь, есть такая болезнь.. Когда ты безответно влюбляешься, то внутри тебя прорастают цветы, которые постепенно тебя... — стараясь заменить слово «убивают» на что то более мягкое, запнулся он, –пожирают, так скажем, изнутри, — не получилось, все так же звучит страшно.       —Вы хотите сказать, что я безответно влюблен и теперь внутри меня растут цветы? — будто приняв это все за шутку, неуверенно уточняет Шаст.       —Да. Если не секрет, то в кого ты влюблен? К моменту, когда начинаешь откашливать цветы, ты уже должен понять.       Антон задумался — он ни с кем не чувствовал себя влюбленным. Или же попросту не знал, какого это. Единственный человек, который ему симпатизировал и хотелось общаться как можно дольше, даже сейчас, когда Кьяра настраивает приставку и переодевается в более удобную одежду, это Арсений. Но признавать то, что ты влюблен в мужчину, старше в два раза, он не готов.       —Не знаю, — соврал он, —Я пойду к Кьяре.

***

      С каждым днём объем лепестков все увеличивался, даже в школе это не обходило стороной и за урок на его и Кьяры парте могло появиться десятки лепестков. И вскоре его маму вызвали к директору, чтобы обсудить его болезнь, про которую ему уже в подробностях рассказал Арсений.       —Шастун, ты в курсе, из-за чего у тебя это? — серьезным тоном интересуется Павел Алексеевич, осматривая ученика, которому было некомфортно под пристальными взглядами директора, классного руководителя и мамы.       —В курсе, — ответил он, стараясь не встречаться взглядами с матерью, которой он так и не рассказал о ханахаки, что преследует его уже второй месяц. Не хотел расстраивать и напрягать, —Но я не понимаю, почему меня и маму вызвали.       —Шастун, на тебя половина школы смотрит, а младшеклассников ты вовсе пугаешь, — напомнил ему директор, –Майя Олеговна, я прошу перевести Антона на дистанционное обучение или вовсе забрать документы из школы. Его судьба все равно уже ясна, — ничего не смущаясь, ставит перед фактом Добровольский и достает уже заготовленные документы.       —Но Павел Алексеевич, мы имеем возможность заплатить за операцию, — начала возмущаться Майя. Ей как никому другому было тяжело смириться с тем, что ее сын скоро умрет, поэтому не собиралась это признавать и забирать документы, хватаясь за любую возможность предотвратить неизбежное, даже при помощи не менее опасной операции, —И мы ее сделаем в ближайшее время.       —Да? А вы знаете, что Антон потеряет романтические чувства? А если кто то в него влюбиться, то в любом случае этот человек будет жертва ханахаки, — подключилась в разговор классная руководительница, что все это время стояла поблизости.       По итогу из школы они вышли со скандалом и с документами на руках. А всю дорогу до дома Антон выслушивал от Майи недовольства, что он как всегда обо всем умолчал.

***

      —Ну и как то так, вообщем, — закончил Антон историю, произошедшую пару дней назад в школе. Арсений молча выслушивал, иногда поглядывая на лепестки, что расположились на столе.       Первые дни Майя не выпускала парня из дома, боясь, что сына настигнет "судьба" где то на улице. Операцию хирурги в их городе отказываются делать — слишком опасно для молодого организма и они не готовы брать на себя такую ответственность. Поэтому родители ищут врачей в других городах. Но сегодня ему удалось пойти к Арсению Кьяре в гости, когда у родителей закончились выходные и им пришлось выйти на работу.       —Да, Шаст, дела, – протянул Арсений, допивая кофе, —Может, тебе и правда согласиться на операцию? Я не думаю, что ты хочешь умереть таким образом.       —Да я вообще уже ничего не хочу. Моя судьба распределена, — устало выдыхает подросток, громко отставляя кружку с допитым чаем на стол.       Он и правда устал. Хотелось, чтобы поскорее болезнь победила и он умер, не доставляя никому проблем. Ни родителям, что хотят потратить огромную сумму на операцию и лекарства, ни Арсению, ведь ощущает, что своей влюбленностью он может испортить что то в его жизни. Часто Антон представлял, как сложилась бы жизнь, если бы он с мужчиной был одного возраста. Может, у них даже что нибудь получилось, если Арсений хотя бы бисексуален. Но этому не бывать и Шастун, вроде как, смирился с этой мыслью.       —Так ты не расскажешь, в кого ты влюблен? — решив не переубеждать подростка, спросил Арсений. Антон лишь отрицательно помотал головой.       А ведь хочется поделиться.

***

      Месяц. Гребаный месяц, который показалось парню настоящим адом. Аппетита не было, сколько в него не впихивали еды, за февраль он поел максимум пять раз, остальное время давясь батончиками и другим подобным, что даже едой трудно назвать. К лепесткам и бутонам прибавилась кровь, что пугало мимо проходящих людей, да и поначалу самого подростка.       Врачи, что анализировали состояние подростка, сообщили, что делать что то поздно. Родители, в особенности Майя, поникли, в то же время стараясь провести больше времени с сыном. Но тот уходил к Поповым, общаясь то с Арсением, то с Кьярой. Родители не настаивали – сыну лучше знать, на что потратить его последний месяц жизни.       —Привет, — переходя порог квартиры, поздоровался Антон с подругой, крепко обняв ее.       Они прошли в комнату Кьяры, по пути парень поздоровался с ее отцом. Они уселись на кровать девушки. На подоконнике лежали лепестки и бутоны, которые Кьяра не решается выкидывать. Боится, что когда ее друг умрет, то останутся лишь воспоминания и подарки. Боится, что ее друг совсем скоро умрет.       —Скажи честно, кто этот человек? Я его или ее разорву, — когда Шаст вновь отплевывает кровь, раздражённо шипит девушка, сжимая руки в кулаки, один из который приземлился на одеяло.       —Даже своего отца?       Он понимал, что однажды придется об этом рассказать хоть кому то. Оставить близких людей в неведении — это самое худшее, что он мог сделать. И если родителям и самому Арсению он не может сказать правду, то пусть знает хотя бы подруга.       —Что? — резко поменяла тон она с гневного на удивлённый, —При чем тут папа?       Разговор прошел тяжело. Но по итогу оставшийся вечер они просидели в объятьях, общаясь на отвлеченные темы.

***

      Антон проснулся от ужасной боли в груди и беспрерывного кашля. Лужа крови растеклась по белому пледу, который будет сложно отстирать. На сегодняшнюю ночь он остался на ночёвке у Поповых и ему постелили на диване в гостиной, так что вместо родителей к нему подбежал Арсений — единственный, кто был дома, ведь Кьяра как обычно ушла в школу.       Боль разливалась по всему телу и будто чьи то руки сжимали горло, не давая вдохнуть. Терпеть это было невыносимо, он сжимал руку Арсения, что говорил успокоительные слова, но это не помогало. Сейчас ему ничем не помочь, так что даже скорую вызывать бессмысленно — оба понимали.       Антон умрет на этом диване, в лужи собственной крови, в перемешку с лепестками и бутонами, пока его за руку держит любимый человек. Никто кроме Кьяры не узнает, в кого на самом деле влюблен подросток и кто виноват в его смерти. Но Арсения он не винит. Он никого не винит кроме себя.       А Арсений никогда не расскажет Антону, что слышал его разговор с Кьярой и что его любимые цветы — белые розы.