1
4 декабря 2022 г., 09:55
Анна.
Солнечные лучи нехотя проглядывают через густые низкие облака. Приоткрываю глаза и потягиваюсь. Сегодня слава богу обошлось без кошмаров. Скосив глаза на будильник замечаю, что проспала почти всю ночь. Часы показывают 7:30. Уже хорошее начало дня… Полежав немного встаю и иду в душ. Горячая вода будит каждую клеточку моего тела и я, стряхнув с себя оставшуюся дрему бодрой походкой выхожу из душа и завернувшись в халат иду на кухню. Быстро достаю из холодильника яйца и молоко начинаю готовить завтрак. Для настроения включаю телевизор. И тут же понимаю свою ошибку. Снова новости о таинственном мстителе в маске по имени V и восхваление нашего «великого» канцлера Сатлера. Если первое вызывает у меня смешанные чувства, то канцлер вызывает резкую негативную реакцию. Я прекрасно знаю, что собой представляет его режим и не хочу иметь ничего общего.
— Спокойно, Анна, ещё 3 дня и ты покинешь этот богом забытый остров и улетишь в солнечный Лос-Анджелес, — Повторяю про себя мантру и успокаиваюсь.
Меня зовут Анна Хэммонд и я модель. Я ненавижу Англию, её Канцлера и Нордфайер. Более 10 лет назад я уехала из Лондона и надеялась, что никогда больше не вернусь сюда. Но ирония судьбы в том, что мой любимый модельер Гордон Дитрих решил представить здесь свою зимнюю коллекцию, а я будучи его музой не могла отказать ему. О своих взаимоотношениях связанных с этим городом я не рассказывала никому, даже ему и своей сестре Иви, которая живет здесь.
Мысль об Иви причиняет мне боль. 10 лет я её не видела… Наверное сейчас у неё своя семья, пара очаровательных детишек, любящий муж… Оладьи из кабачков по выходным и прочие радости семейной жизни, которые мне увы недоступны. По крайней мере точно не в ближайшие годы.
Звонок мобильника вырывает меня из грустных мыслей, и я смотрю на номер. Гордон… Расплываюсь в улыбке и нажимаю на ответ.
— Доброе утро, самая красивая модель Америки, — голос Дитриха заряжает позитивом. Чтобы не случилось, он всегда настроен на лучшее и готов помочь мне в трудную минуту.
— Ты загнул, — шепчу я и сажусь за столик в виде подковы, — насчет красивой соглашусь, а насчет самой…
— Анна перестань. Мы оба знаем, что это факт. Чего я звоню… Сегодня вечером в редакции британского «Vogue» состоится прием в честь нашей новой коллекции. Ты приглашена, как ведущая муза Модельного дома «Дитрих», — Гордон сразу переходит к делу.
Началось… Я конечно люблю светиться на светских раутах и прочих мероприятиях, но я надеялась, что в Лондоне этого не будет.
— Гордон, это не очень хорошая идея, — выпаливаю я, — скажи что я заболела.
В трубке слышится тяжёлый вздох.
— Анна, почему нет? Когда заходит речь о Лондоне ты всегда так негативно реагируешь. Это пойдет на пользу коллекции, да и ты отдохнешь… Мы же так круто отжигали в Париже, Милане и других модных столицах. А когда речь зашла о скромной вечеринке в редакции журнала ты встала в позу. В чем дело? — Гордон серьёзен.
Как бы мне хотелось ему все рассказать. Как бы мне хотелось поделиться своими шрамами и ранами с кем-то кто бы понял меня и принял. Но увы… я не имею право это делать.
— Гордон… Когда-нибудь я все расскажу, — пытаюсь отвертеться я.
— Жаль, что ты не придёшь. Я хотел познакомить тебя со своей невестой, — в голосе Гордона звучит разочарование и лёгкая обида.
Стоп что? Невеста? У Гордона? Я была уверена на все сто процентов, что он гей. И теперь мне любопытно.
