Drugs

Нервно топая ногой у внушительных размеров гелендваген Намджун из последних сил, держал самообладание. После пропажи Юнги, Чимин сам связался с ним по телефону и попросил о встрече. Парень не уточнял о чём пойдёт разговор и лишь сегодня набрав второй раз, и предупредил что в аэропорту нужно будет встречать не его, а другого человека. Их разговоры были сухими и короткими, без лишних подробностей, что было вполне в стиле Джуна, но парадоксально волнение так и не отступало. За сутки ожидания слежка за домом Пака так и не дала результата, ведь из парадной ни он, ни его сын носа не показывал. Будут ли свежие новости хорошими, или в багажном отделении самолёта прямым рейсом прибывшего из Нью-йорка сейчас везут труп его сына? Он не знал, по этому и изводился последние пол часа в нервном ожидании. Хосок тоже не отличался особым терпением порываясь сначала самому поехать в аэропорт, а потом и вовсе просил у отца номер парня, чтобы завалить его звонками с расспросами о брате и угрозами. Хоуп всё ещё злился на Юнги из-за надуманного им же «предательства». Но он так же всё ещё считал его своим, и отдавать так просто был не намерен. Отец, вопреки истерике сына, его нервное возбуждение сбил без особого труда, пригрозив прострелить башку если он продолжит лесть туда куда его не просят. А позже перед самым отъездом и вовсе приковал его наручниками к столу, чтобы сидел в баре и ждал обоих до возвращения. По другому бурный темперамент младшего сына контролировать было просто невозможно. Спускаясь по эскалатору, и ловко лавируя между спешащими людьми в общем зале, Джинн тянул за собой небольшой по виду чемодан, и лёгким движением поправил причёску. Из больших панорамных окон в пол открывался вид на главный вход и небольшую подъездную дорогу, которую в основном облепили таксисты. Только одна массивных размеров машина там сильно выделялась из общей массы. Догадаться кому она принадлежит было несложно. Встретившись глазами с высоким, крупно сложенным мужчиной с короткой стрижкой и зажатой в зубах сигаретой, Джин зачем-то замер и коротко кивнул. Толи приветствовал, толи пытался понять за ним ли это. Во всяком случае семья Юнги была дня него запретной темой, пока Чимин, Техён и Чонгук не пришли к нему с рассказом о его прошлом, которое парни скрупулёзно собирали в полный пазл, сложив те крупицы информации, которыми Мин поделился с ними за время знакомства. Джинн просто-напросто не знал кто должен, был его встретить, и из скупого списка информации держал в голове имя Намджун, о котором упоминал Пак. Уже через минуту оказавшись рядом, он снова коротко кивнул мужчине подмечая что даже со своим высоким ростом и широкими плечами смотрелся на удивление маленьким на чужом фоне. — Вы от Чимина? — коротко поинтересовавшись, Ким одним коротким щелчком по окурку отправил его в полёт. — Да, меня зовут Ким Сокджин. А вы? — слегка дернувшись в страхе от материализовавшегося словно из воздуха рядом молодого парня, врач передал ему свой багаж и представился. — Ким Намджун. Отец Шуги. — открывая переднюю дверь гостю мужчина коротко кивнул и обошёл машину спереди занимая место водителя. Позади них, между передних кресел сел охранник, даже не скрывая заряженного пистолета в руках, и своих намерений в случае если Джин решит выкинуть что-то неожиданное. Он бы не решил. Всю дорогу Психиатр провел в молчании сканируя глазами обстановку и обоих мужчин. Ким старший судя по наблюдениям заметно нервничал, от чего нервно барабанил пальцами по рулю, и пару раз довольно резко нажал на тормоза. Охранник же держался с холодной отстранённостью, готовый к действиям только если того потребует ситуация. Эта информация мало что давала по большему счёту, но в опасности Джин себя не ощущал и заметно расслабился пока на периферии зрения не замелькало 5 этажное здание два первых из которых занимал Квазар. Утром понедельника заведение было почти пустым, за исключением парочки людей по какой-то причине забившихся у барной стойки. Большой танцпол пустовал и был заперт на цепочки, сцена тоже была закрыта кулисами скрывая за собой всю свою поверхность полукруга. Погружённый в тишину и будучи почти полностью безлюдным, тем самым открывая вид на внушительных размеров залы разделённые на секции, Квазар наводил ужас. Джин готов был поклясться что основной вид бара ещё не и итоговый его внешний облик. За перегородками скрывались по меньшей мере с десяток дверей, у стены красовалась большая винтажная лестница ведущая на второй этаж. Занимая такую большую площадь бар точно должен был иметь погреб или подвал, и врач совершенно точно не хотел знать что там происходило учитывая специфику работы семьи Мина. Намджун в отличие от Юнги не отличался такой неприкрытой честной ненавистью ко всему, что по его мнению хоть как-то не вписывалось границы его комфорта, но совершенно точно не был пушистым ангелом наводя на парня холодный страх одним только внешним видом. Держался Ким старший статно, и величественно. Джин невольно сравнил его с массивным неповоротливым медведем, и отметил что Юнги его не кровному, но сыну, больше подошёл бы облик изворотливого мелкого кота. Идя следом за широкой спиной, Джин оказался на скрытой, а не вычурно дрогой которая красовалась на весь зал лестнице, скрытую от лишних глаз, а потом наткнулся глазами на железную дверь за которой кто-то громко беснуясь кричал. Шумно вздохнув Намджун тихо извинился перед гостем, резким движением распахнул дверь и за пару широких шагов оказавшись у рабочего стола приложил кричащего лицом о деревянную поверхность. Звук сразу стих. Психиатр принял это за приглашение и воспользовался этой короткой заминкой, чтобы прошмыгнуть внутрь и коротко осмотреть помещение. Большой кабинет был довольно светлым, одной стеной открывая вид на весь бар сверху через тонированное стекло в пол. Большой длинный стол из красного дерева сейчас был центром происходящего, с копошащимися у него мужчинами, а остальную обстановку скрашивали предметы искусства, большой кожаный диван у стены с небольшим столиком, и длинные ряды полок забитые алкоголем. Должно быть из личной коллекции хозяина подумал Джин и вернул взгляд к провожающему. Намджун за это время уже успел тихо нашептать сыну пару правдоподобных угроз, и начал отстёгивать утихомирившегося парня от стола. Как только того освободили, он спокойно выпрямился и с изяществом пантеры подплыл к гостю, растянувшись в широченной улыбке подал руку для приветствия. Впрочем, Джина его напускное дружелюбие ни сколько не обмануло. Он уже достаточно долго побыл в непосредственной близости к Юнги, чтобы ощущать эту непонятную угрозу, прикрытую за обычными эмоциями. Мин не раз равнодушно окидывал его или Кима взглядом перед тем как схватить нож. И не раз исполнил задуманное, если бы не уважение и дружба с Чимином. От этого парня, по виду несколько младше Мина, правда такой милости ожидать навряд ли стоило. Тонкая струйка крови из носа, которую тот даже не попытался стереть только подтверждала догадку. Он не в себе. — Ты Чимин? — сильно, но не переходя опасной грани, так чтобы можно было уловить угрозу, Хосок сжимал чужую руку слегка прищурившись. — Меня зовут Джин. Я друг Чимина и Юнги. — стойко выдержав чужой взгляд и угрозу, психиатр добродушно улыбнулся и не дав приветствию затянуться убрал руку. Хмыкнув парень обернулся. — Отец, ты слышал? Это не Чимин. — театрально заломив брови, Чон по-птичьи наклонил голову и снова через плечо посмотрел на гостя уже с совершенно другим выражением лица. Тяжело вздохнув Рм опустился в кресло и рукой указал гостю на стул напротив. Не дожидаясь пока ему озвучат предложение Джин прошмыгнул мимо парня к столу и сел. Между перспективой оставаться рядом с подрастающим психопатом, и его более адекватной взрослой версией он без промедления выбрал второе. Намджун производил впечатление серьёзного, спокойного человека. По крайней мере до того как на глазах Джина приложил своего сына о стол лицом, с такой силой что на его поверхности до сих пор красовалось пара красных капель крови. Что стало открытием только сейчас, оказывается у отца Юнги был ещё один сын, а о брате Мин не упоминал ни разу, и даже Пак судя по всему о его существовании ничего не знал. Психитару удалось скрыть удивление на лице, но к сожалению не удалось скрыть спешку когда он сбегал из общества второго сына, что не укрылось от внимания обоих. — Это Хосок, мой второй сын и брат Юнги. — не акцентируя внимание на том, что старший заметил поспешность гостя, он протянул руку указывая на молодого парня в попытке представить их по-человечески. — Хоуп будь добр сядь там, и не открывай рот, пока тебя не попросят. Младший подчинился, но Джин спиной словно уловил его ледяной железный взгляд, который тот направил на него уходя. Хосок совершенно точно психопат. Виды психопатий в медицине разнятся, но уже врач смог выделить ту, более подходящую под поведение парня. Подобное на удивление вызвало в нем лёгкий интерес. Один брат параноидальный социопат, а второй истерический психопат. Интересный исход если брать в расчёт, что Юнги оказался не безнадёжным случаем и вполне поддавался лечению. Насчёт второго он не решался бы брать ответственность говоря, что он тоже подлежит исправлению. Особенно учитывая то, что он совершенно точно находился в активной фазе и как долго оставалось только гадать. От психопатов в любом случае жди беды, а от активного психопата мафиози тем более. — А теперь перейдём к делу. — вырывая врача из мыслей, Намджун откинувшись на спинку кресла, наклонил голову. — Чимин сказал что у вас для меня какие-то новости. — Да всё верно. Если сразу переходить к сути, сейчас Юнги с нами, и мы хотим ему помочь. Немного помедлив, Ким вскинул бровь и бросил короткий взгляд за спину гостя нахмурившись. Кротким, отточенным до идеала движением мужчина легко выудил из-за стола пистолет который, нарочито шумно, ударился о поверхность стола, пачкаясь в крови, которая ещё не успела высохнуть. Зачем и почему старший прибегнул к подобному стилю угрожения Джин не подозревал, но и оборачиваться желанием не горел. По крайней мере пока Намджун в нем заинтересован, его персона была в относительной безопасности. — Ты утверждаешь что знаешь моего сына и всё это время он был в дружбе с тобой? — Джун не привык доверять людям которые говорят что связанны с его семьёй. Обычно те кто так утверждал, хотели их убить. По крайней мере по тому что оба брата имели просто нездоровую привязанность друг к другу, и даже для него не всегда делали исключение если дело касалось их личных перепалок. Юнги за последнее время так же не упоминал ни одного человека по имени Джин, рассказав только про Пака и то скорее вынуждено. Тот невольно стал виной последней ссоры братьев, но даже так доверия к нему и его знакомым старший не питал. — Не совсем. Сейчас Юнги живёт с моим подопечным и проходит реабилитацию. — поймав тяжелеющий взгляд врач поспешил добавить. — Последние два месяца он провёл в больнице между Нью-йорком и стемфордом борясь с наркотической зависимостью. Где-то за спиной Джина, младший из братьев громко прыснул, но лишнего так и не произнёс. Возможно пистолет поблёскивающий в свете ламп всё ещё сдерживал его от необдуманных действий. — Не понимаю зачем Чимин устроил эту встречу если у сына сейчас всё налаживается. — оперев голову на руку, Ким даже не пытался скрыть своих истинных намерений. «Разговор» что происходил в этом кабинете не был обычной беседой. Скорее допросом. И возможно жизнь врача сейчас зависела от его ответов. Намерено не скрывая правды, Джин рискнул пойти ва-банк и приложил максимально усилий чтобы его голос не дрожал выдавая напряжения. — Не всё. Я Психиатр, но не его личный врач. Юнги вообще не допускает меня до своих мыслей отталкивая любую помощь. Но. — поднимая указательный палец вверх Джин снова завладел вниманием старшего нервно прожигающего взглядом парня за его спиной. — я сделал несколько наблюдений. Юнги слишком нестабилен. Сейчас он только начал приходить в себя пережив сильный моральный стресс и ему не нужны проблемы. Я подозреваю что риск срыва ещё высок. — сложив руки в замок парень аккуратно опустил их на стол, дабы показать чистоту своих намерений и вызвать к себе больше доверия. — Если говорить на чистоту, сначала я использовал Юнги, чтобы ускорить лечение Чимина. С его позволения разумеется. — прикидывая как много личного из болезни Пака он может раскрыть Джин на секунду замолчал, но под испепеляющим взглядом поспешил продолжить. Ради их задумки можно было и поступиться врачебной этикой. — Юнги напоминал моему подопечному одну личность из его прошлого который нанёс ему психологическую травму, и его нахождение рядом с позитивным подкреплением помогло с реабилитацией. Деловито кивнув будто он всё понимает Намджун возгрузил на стол две кружки наполненные сухим кофе, и щёлкнул чайником под столом. Он даже не поинтересовался, пьёт ли гость расстровимый кофе, но на своё удивление наткнулся на благодарный кивок. Эта короткая заминка позволила им обим привести мысли в порядок, а Хосока позади порядком позабавила, из-за чего он снова не скрыл тихого хохота и с характерным звуком от нетерпения покрутился на кожаной поверхности дивана. — Но в процессе выяснилось, что и у Юнги есть психологические проблемы, а Чимин на удивление положительно на него влияет. Он не видит в нем угрозы и начинает раскрываться. Сам был инициатором отказа от наркотиков, и обзавёлся другими друзьями. — Ты приехал рассказать о его успехах, или есть другая проблема? Сомневаюсь что вы за спиной Шуги стали бы встречаться со мной лично просто так. — со спокойным лицом, Ким разлил воду по чашкам отодвигая одну к гостю. Намджун хоть убей не понимал сути этой встречи, упёрто и методично вырывая из пленни… гостя информацию. Но Джин уже раскрыл все карты и не став тянуть перешёл к главному. — Нет. Я приехал попросить у вас о помощи. — под испытующим взглядом, и участившимся шумом за спиной врач взглотнул продолжив. — как я и говорил Юнги не стабилен, но он не может расслабиться из-за людей которые на него охотятся. Он думает, что они способны причинить вред нам. Резко вскинув правую руку в воздух, Ким нахмурился прерывая чужую речь. — Как много он вам рассказал? Смекнув что к чему психиатр постарался ответить нейтрально, дабы не нарваться на пулю в лоб или нож со спины. Перевести тему сейчас единственное верное решение. — Лишь в общих чертах, никаких подробностей. Но Юнги не перестаёт волноваться, а Чимин не может предложить ему выход который у нас есть. — договорить решение он не успел. Сзади к горлу кто-то приставил холодный нож. — Ты же не настолько глуп, чтобы предполагать, что мы тебе поверим? — парень почти явственно ощущал что даже не смотря прямую угрозу, Хосок за ним широко улыбался. В попытке утихомирить сына Ким старший насупился и подвинул к себе пистолет, намереваясь, встать. — Хоуп, убери оружие. — грубый баритон Джуна резал по самым ушам не оставляя права на отказ. Но Хосок лишь сильнее прижал лезвие к коже и перегнулся через гостя, чтобы встретиться с ним глазами. — Если бы меня подослали, я не сидел бы так спокойно с конченым психопатом за спиной. — без страха, не отрывая взгляда Психиатр постарался расслабиться. — Ты, скорее всего, был бы уже под стражей, а твою организацию растаскивали по кирпичику сеульские коршуны. — Младший только сильнее расплылся в улыбке, которая после следующих слов в мгновение ока пропала. — Я пообщался с парочкой знакомых из сеула, которым вы платите за территории. Милк сказал что дела у вас идут худо. Возможно простому обывателю прозвище Милк не сказало бы ничего, но Хосок и Намджун отлично знали что это за человек. Самый крупный владелец земель по всей корее, который работает с властью, и общается исключительно с важными людьми. Джинн слегка приврал что лично, общался с ним, но отец Пака его знал как близкого друга, а его подчинённый ни раз обращался к Джину за услугами и в обмен поделился некоторой информацией. Из-за своего бунтарского прошлого и желания стать одним из таких как Хосок или Юнги, Джин так или иначе уже был связан с некоторыми людьми из того мира. — Да что ты блядь знаешь! — уже не скрывая истинной натуры Хоуп надавил ножом ещё сильнее, но предусмотрительно сдерживаясь из-за отца и не оставляя пореза. — Я знаю, что Юнги преследуют не по его вине. А теперь меня, его и наших друзей могут убить за поступок который он не совершал. И я догадываюсь чья это вина. — морщась от боли врач до последнего старался придать голосу стали. — А теперь вы готовы слушать? — обращаясь уже к Намджуну Джин разорвал зрительный контакт с младшим. — Хосок убери нож. На этот раз парень послушался, но не отошёл. — Перейду сразу к делу. — чтобы не нервировать мужчин и дальше Джин быстро потёр шею и продолжил. — Отец Чимина Пак Лихен, министр финансовых дел. Сейчас он готов на все, чтобы наладить отношения с сыном и будет готов посодействовать в задержании группировки преследующей Юнги. При этом вы останетесь в тени и не пострадаете, но будете наживкой. Нам нужно лишь выманить их главу туда, где будет полиция. Мы даже доказательства сфабрикуем, для отца Чимина это легчайшее дело — Джин пытался быть убедительным предлагая настолько опасную авантюру только после того, как от его шеи убрали нож. — Мусорнуться предлагаешь? И испортить репутацию? — в очередной раз взорвался Хоуп, и уже неуправляемо отшатнулся назад махнув ножом в воздухе от возмущения. — Предлагаю вам решение которого у вас нет. Как и репутации… — окончательно потеряв любую надежду на адекватный диалог старший вышел из себя поворачиваясь к Чону. — И что в итоге? — тяжело вздыхая Ким, видимо тоже уставший играть в перетягивание канатов сдался и откинулся в кресло потирая висок. — Чимин хочет решить проблему в ближайшее время и вернуться с Юнги в корею — коротко кашлянув, возвращая себе самообладание врач снова повернулся к Джуну. Тот немного помолчал барабаня пальцем по столу, не сводя с гостя глаз, но в конечном итоге сдался отпивая кофе из кружки. — Я кое-чего не понимаю. — старший убрал пистолет обратно в стол. — Какая выгода этому золотому мальчику помогать моему сыну, преступной организации и ехать сюда. Чего он добивается? Намджун не стал резко доверять гостю, или не переступил через свои принципы, не лесть в разборки группировок, но кое-что всё-таки колыхнулось в груди. Ради Юнги он готов почти на всё. А сейчас ему так удачно дали ту самую спасательную нить, которая не подразумевала собой войну двух кланов. — Юнги. — будто это было совсем очевидно Джин хмыкнул. Сзади послышалось тихое — Чегоооо… — Чимин влюблен в Юнги. Как и он в него. Они ещё не говорили об этом открыто, но поверьте не нужно быть психиатром, чтобы понять, что происходит между ними. — Да что ты несёшь. Юнги не гей. — Недоверчиво хмыкнув Чон тоже убрал нож судя по звуку. Юнги и не был геем. Он всю жизнь засматривался исключительно на девушек, а его рассказы Киму о том что он даже не знает точное чисто дам побывавших в его постели, ни сколько не фальшь. Так и правда было. Юнги натурал. Но он никогда и не говорил, что ему не нравятся мужчины. Или не проявлял нетерпения к геям. Он просто был равнодушен ко всем одинаково. — Хосок. — вскидывая руку дабы прервать бурные возмущения сына Ким второй рукой нервно потёр переносицу. — Я верю ему. — Так вы поможете? — скептично изогнув бровь Джин слегка покосился в сторону Хосока проверяя не выкинет ли тот чего. — Давайте спустимся в низ и поговорим в более неформальной обстановке. У меня нет намерений вас допрашивать, и прошу прощения за второго сына. Он тоже волнуется за Юнги и тяжело держит себя в руках. — Уже вставая с места старший грозно покосился в сторону сына. — Отец. — злобно протянув, младший предпринял последнюю попытку бунтарства. — Ещё одно слово Чон Хосок и я сломаю тебе колени. У тебя 10 минут. В баре не должно быть ни одного твоего уголовника и оружия. Кивни если понял. — подходя к маленькой на его фоне фигуре старший угрожающе навёл палец в чужой лоб. Если бы Джин в идеале не знал человеческую анатомию, даже поверил бы что рука Кима способна извергать пули по одному его желанию. В ответ младший только тихо прорычал и кивнул, так и не удостоив гостя взглядом. Дверь за ним захлопнулась с такой силой, что от грохота метала заложило уши.