Незнакомец

      — Ваши цели и планы довольно конкретны и ясны, что впечатляет, Ким Чжихо-ши. Однако по сравнению с другими кандидатами вам нечего показать ни на бумаге, ни на опыте. В некотором смысле это лишь пустые слова. Ким Чжихо-ши, скажите, каким потенциалом вы обладаете по сравнению с другими?       В комнате было три члена приемной комиссии и три абитуриента. Среди них я был самым молодым и имел меньше всех опыта.       Собеседование прошло в более комфортной атмосфере, чем я ожидал. Они не спрашивали сложные вопросы и не давали специфические задачи. В основном вопросы касались моей мотивации поступить сюда и о планах после окончания учебы. Было несложно, потому что это были вопросы, к которым мы с Ён Учжоном подготовились заранее, но по сравнению с абитуриентами по обе стороны от меня, у которых был соответствующий опыт работы, я действительно был лишь пустословом. Но я не ожидал, что на это укажут.       Честно говоря, я не знал, какие слова будут здесь уместны. Хоть я и смог хорошо выступить, когда я слушал, что говорили другие абитуриенты, у меня было стойкое ощущение, что я потерплю неудачу. Я крепко сжал ладони, чтобы они не дрожали. Что, если я провалюсь? Эта мысль не отпускала меня.       — Если то, что я сказал, вас впечатлило, то… Думаю, что у меня есть шанс.       Во время «собеседования» Ён Учжон сказал: «Когда тебя загоняют в угол, следует вести себя более уверенно». Он предупредил, что я не должен бросать вызов, но должен вести себя так, будто у меня что-то припасено. Я пытался начать рассуждать на тривиальные темы, но это не показалось мне очень хорошим ответом. Выражения лиц комиссии говорило о верности моего предположения.       Я уже догадался, что провалюсь. Поскольку это был не университет, а техникум, конкурс был невелик, но обучение было бесплатное и поступить сюда было не так-то просто. В голову полезли пессимистические мысли.       Я не думал, что все пройдет идеально или что я моментально буду зачислен. Если возлагать большие надежды, а потом потерпеть неудачу, разочарование будет слишком сильным. Я вздохнул, выходя из комнаты для собеседований. Что мне делать, если я провалюсь? Не слишком ли я поспешу, если сразу начну искать работу? Ён Учжон сказал мне, что в этом году можно сделать перерыв, так как я готовился к подаче заявление в техникум сразу после того, как стали известны результаты АКЭ. Но после побега из дома у меня был долгий перерыв в учебе, поэтому я хотел сделать все как можно быстрее.       Я так хотел похвастаться перед Ён Учжоном, что справился с собеседованием, как только выйду из этой комнаты, но был слишком разочарован.       Надо было сказать ему, что я пойду сюда один. Теперь было странно думать о Ён Учжоне, ожидающем меня на парковке. Он не разочаруется во мне, если я провалю поступление, но мне хотелось показать хорошие результаты в тех вещах, которых он не ожидал. Он уже увидел дно, на котором я когда то был, так что… Я хотел продемонстрировать ему свои достижения — то, как высоко я смогу подняться. Кажется, до этого мне было еще далеко.       Когда я вышел на стоянку, выражение моего лица смягчилось. Стоило увидеть машину Ён Учжона — и мне стало немного лучше.       Я только сел в машину, а он сразу полез на заднее сиденье, достал красиво упакованную сиреневую розу и коробку и протянул их мне. Даже не понимая, за что их получаю, я тупо уставился на Ён Учжона, и он улыбнулся.       — Отличная работа.       Это была обычная фраза, но она больно резанула меня по сердцу, когда ее произнес именно Ён Учжон. Я не сделал ничего особенного. У меня действительно не было никаких успехов.       Когда я открыл крышку коробки, там был шоколад. Пятнадцать квадратных шоколадных конфет, и все с разными украшениями сверху. Я посмотрел на шоколад и уткнулся носом в цветок. Роза пахла свежестью.       — Господин прокурор. Мне не удалось пройти собеседование. Думаю, я провалил поступление.       Я поднял голову и посмотрел в глаза Ён Учжону. Он одарил меня ласковой улыбкой и теплым взглядом.       Я всегда был пессимистом. Это потому, что я больше привык терпеть неудачи, чем разочаровываться. Потому что я знал каким будет конец.       Несмотря на то, что я отложил розу, ее аромат все еще оставался в моем носу. Осознание пришло само собой.       — Я ведь смогу проявить себя лучше и в другой раз, верно?       У меня был следующий раз. Было время и были другие попытки. Улыбка Ён Учжона стала шире. Он сказал «да», не ответив ни единого слова.              ***              — А-агх, Чжихо-я.       Ли Чольу прижимался щекой к кружке с пивом и хныкал. Пивная кружка объемом пятьсот миллилитров казалась в его руках игрушечной.       Вокруг было достаточно шумно, чтобы заглушить ноющий голос Ли Чольу. Но часто его голос звучал достаточно громко, что легко пробивался сквозь окружающий шум.       — Я что правда такой урод?       Ли Чольу бросила девушка, которая ему очень нравилась. Бросая его, она заявила, что он не похож на мужчину. Я понятия не имел, как он вел себя наедине своей девушкой, но, честно говоря, порой я подумывал, что он заслуживает того, чтобы его бросили. Однако вместо того, чтобы высказать это вслух, я просто протянул руку и похлопал Ли Чольу по плечу.       Он был простым, плаксивым, иногда безрассудным и надоедливым, но он был хорошим парнем. Поэтому я не хотел говорить ему ничего плохого. Он был первым другом, который у меня появился после поступления в техникум, и нам было весело вместе. А еще я пытался понемногу учиться человеческим отношениям через дружбу с Ли Чольу.       Были вещи, которые мне не нравились, но я старался с ними мириться, а не просто говорить «нет» и избегать или игнорировать людей, как я делал, когда учился в школе. Когда я учился в подготовительной академии, я тусовался с Хам Юной и Юн Суёном и понял, что это по-своему весело.       Честно говоря, меня не так интересовали любовные мучения других людей, как атмосфера бара. Хотя передо мной и стояла простая кола. Самое лучшее в Ли Чольу — то, что он не заставлял меня пить.       — Я забуду. Я забуду ее!       — Окей. Забудь.       Ли Чольу со слезами на глазах поднял свой стакан с пивом, и я чокнулся стаканом с колой. Он залпом выпил оставшееся пиво.       — Кажется, я слишком много болтаю о себе. Извини.       — Все в порядке.       — Давай поговорим о чем-нибудь другом. О, точно Ты собираешься в МТ?       А-а. МТ.       [п/п MT (ЭмТи) — membership training. Тимбилдинг поездки в «тренировочный лагерь», чтобы члены группы лучше друг друга узнали. Чаще можно встретить в студенческих коммунах, но так же МТ устраивают и в компаниях, когда приходит много новичков.]       Через месяц поступления в техникум я познакомился с людьми с того же факультета. Но, поскольку это был не университет, студенты были разного возраста, и в итоге мы стали общаться только со сверстниками. Из-за этого завкафедрой предложил провести МТ, чтобы мы могли со всеми подружиться. После лекции в пятницу мы планировали отправиться в коттедж все вместе, чтобы погулять там и вернуться на следующее утро.       Посещение было необязательным, но по атмосфере вокруг подготовки я понял, что оно все же обязательно. Никто не собирался пропускать мероприятие, и даже Ли Чольу постоянно причитал: «МТ, МТ, МТ».       Честно говоря, мне не хотелось идти. Я ненавидел ночевки и не любил такие сборища. Мне не нравилось общаться с одногруппниками, и мне не нравилось, что когда взрослые собирались вместе, всегда устраивали пьянку.       — Я не хочу идти.       — Агх, ну почему? Кроме тебя у меня тут нет друзей.       Кроме меня у него не было друзей? Человеком, который лучше всего ладил со всем в группе, был Ли Чольу. Вероятно, ему там будет веселее, чем кому-либо другому, даже если я не пойду с ним.       — С чего это у тебя нет друзей?       — Ты мой самый близкий друг! Думаешь, мне будет весело без тебя?       Иногда Ли Чольу поражал меня. Не думаю, что со мной реально могло быть интересно, но он все продолжал как ребенок называть меня своим лучшим другом и пытался как можно больше времени проводить вместе.       — Это может быть наш первый и последний МТ в техникуме. Давай сделаем так, чтобы у нас остались крутые воспоминания. Окей? Окей?       — Я предпочитаю спать дома. Ты не собираешься больше пить?       — А? Буду-буду, конечно.       Я пытался отвлечь Ли Чольу новой порцией пива, но мне не удалось. Он продолжил болтать о том, как весело будет пить на MT. Его глаза горели, будто это не он сейчас рыдал из-за того, что его бросила девушка.       Мы должны были подружиться, играя в игры, готовя и просто болтая друг с другом. Все это казалось мне неинтересным. Но больше всего мне не нравилась мысль о том, чтобы ночевать со всеми. С тех пор, как мы с Ён Учжоном переехали в новый дом, ни он, ни я ни разу не оставались ночевать вне дома.       Было приятно попробовать что-то новое, но… Неужели мне действительно нужно было испытать подобное? Интересно, как к этому отнесется Ён Учжон.       Как раз в момент, когда лицо Ли Чольу раскраснелось и глаза осоловели, телефон завибрировал.       [Все еще пьете?]       Я ответил, что собираюсь сейчас уходить. Время девять вечер — пора было идти по домам.       — Давай на сегодня заканчивать.       — М-м? Я могу больше…       — Ты пьян. И уже поздно.       — Пра-авда? — всхлипнул Ли Чольу и встал.       Расплатившись, я схватил шатающегося Ли Чольу под руку, и вышел на улицу. Он улыбнулся и закинул руку мне на плечо. Он был тяжелым, поэтому я скинул руку, но Ли Чольу было все равно, и он снова положил руку на мое плечо.       — Чжихо-я! Я вспомнил.       — Что?       — Давай сходим на мит.       — Какой еще мит?       — Встреча с девчонками с факультета парикмахеров-стилистов. Чжихо, ты же присоединишься? Ведь да? Да же?       Разговоры об этом мите ходили с самого начала семестра. До этого меня раздражало, что остальные сверстники вспоминали про него всякий раз, когда видели меня, но теперь даже Ли Чольу болтал об этом. Сколько времени прошло с тех пор, как его бросила девушка?       — Сходи без меня.       — Они сказали мне пригласить тебя тоже Чжихо. Вдруг, если тебя не будет, ничего не выгорит?       — О чем ты?       — Ах, Чжихо-я.       Отвратительное поведение для взрослого парня. Я взглянул на часы. Хотелось поскорее отправить Ли Чольу домой. Если Ён Учжон присылал мне сообщение, он, должно быть, уже освободился с работы, так что…       — Чжихо, у тебя ведь даже нет девушки.       —…       — Ну сходи вместе со мной разок на эту свиданку? Ну? Это мое желание. Я действительно хочу забыть Соён.       Забыть ее? Я буду рад, если после этой встречи он перестанет ныть мне о своей бывшей. Я скинул руку Ли Чольу с плеча. Он надул губы с угрюмым выражением лица.       — Эй, давай поможем друг другу как друзья-одиночки.       — Я не одинок.       Сначала я ничего не говорил, потому что думал, что в этом нет необходимости и это будет только доставлять хлопот. Но, учитывая, что он продолжал доставать меня, я решил, что будет лучше сказать правду. Ли Чольу остановился. Он изумленно посмотрел на меня.       — У тебя есть девушка?       —…       — Что за, Ким Чжихо! Почему ты мне не рассказывал? Предатель!       — Я только что сказал.       Ли Чольу всхлипнул, растеряв все красноречие. «Извини». Мне вовсе не было жаль, но стоило мне с запозданием добавить это слово, как его лицо тут же смягчилось.       —… Симпатичная?       — Да.       — Похоже, что она очень красивая?       — Ага. Очень.       Так что давай уже шагай быстрее. Пришлось схватить Ли Чольу за руку и потащить за собой.       — Привет.       Едва я услышал знакомый голос позади себя, я тут же поставил ногу, занесенную для шага, назад. Даже несмотря на шум улицы, голос, отчетливо пробивавшийся сквозь него, защекотал затылок. Как только я медленно повернул голову — увидел Ён Учжона, смотрящего на меня, засунув одну руку в карман.       — Э? Вы кто? — пробормотал Ли Чольу, вместе со мной повернувшись к Ён Учжону.       Он сказал это тихо, но Ён Учжон каким-то чудом услышал его.       — Добрый вечер. Мое имя — Ён Учжон.       — О, здравствуйте. Я — Ли Чольу.       — Повеселились? Где вы живете? Давайте, я вас отвезу.       — М? О, нет. Не надо. Я в порядке!       Правильно. Ты в порядке. Пробормотав это про себя, я оттолкнул Ли Чольу. Ён Учжон улыбнулся и подошел ближе.       — Вы друг Чжихо, поэтому давайте я вас довезу. Уже поздно, моя машина прямо здесь.       — А-а… Я правда могу попросить вас о таком одолжении?       — Конечно.       Ён Учжон добродушно улыбнулся и повернулся, сказав нам: «Пошли». Я собирался просто отправить его на такси, но Ён Учжон настоял на своем, и у меня не осталось выбора.       — Твой хённим? — тихо спросил у меня Ли Чольу.       Хённим? Мне не очень нравилось такое обозначение, но я кивнул, потому что не придумал более подходящего слова, чтобы описать нашу связь.       — Ого. Твой брат очень красивый.       Я не знаю, было ли это потому, что он был пьян, или он плохо расслышал, но Ли Чольу, похоже, не обратил внимание на разные фамилии. Он все продолжал бормотать о том, какой Ён Учжон крутой. Меня это не впечатлило, ведь я знал это лучше других.       Ён Учжон первым подошел к машине и открыл дверь со стороны заднего сиденья. Стоило Ли Чольу увидеть, что это был Бенц, как он широко раскрыл глаза и воскликнул:       — Хённим, ты водишь хорошую машину.       — Спасибо.       — Можно мне в нее сесть?..       — Можешь в нее лечь.       Ли Чольу рассмеялся шутке Ён Учжона и сел на заднее сиденье. Я сел спереди, и машина завелась.       — Похожее, ты много выпил.       — О да. Я… Я расстался со своей девушкой.       — Вот как.       — Но все в порядке! Я планирую сходить на мит, посетить МТ и жить насыщенной жизнью. А! МТ! Хённим, Чжихо сказал, что не хочет идти в МТ. Уговорите его, пожалуйста. У меня нет друзей кроме Чжихо.       Я повернул голову и посмотрел на Ли Чольу. Он как пьянчуга скулил, вцепившись в ремень безопасности.       — МТ?       Ён Учжон взглянул на меня. Ли Чольу продолжил болтать о том, что мы поедем в пятницу, а вернемся в субботу, и что это шанс познакомиться с людьми на факультете.       — Разве не звучит весело?       — Я тоже так считаю.       — Вот! Видишь, твой брат тоже так считает.       Хотя Ли Чольу был довольно дружелюбен, я чувствовал себя странно из-за того, как непринужденно он общался с Ён Учжоном. И что еще значило «я тоже так считаю»?       Я закрыл рот и прислонился головой к стеклу. Когда я не ответил, Ли Чольу сменил тему, словно сдался.       — Я пришел поздно, и оставалось только одно место сзади. Я сел туда, поприветствовал сидящего рядом человека, и — вау — это был Чжихо.       — Вы, должно быть, удивились.       — Да! Подумал, что тут забыл айдол? Может я ошибся аудиторией? В итоге я вышел, а потом зашел обратно.       Ён Учжон тихо рассмеялся. Так приятно услышать его смех. Возможно, потому, что Ли Чольу был в восторге от такой реакции, он преувеличил свои впечатления, когда впервые увидел меня.       Я заметил, как Ён Учжон мягко провел черту, продолжая говорить официально, хотя Ли Чольу попросил его говорить с ним неформально. Он отвечал, пытаясь вести разговор, но редко говорил о себе. Было интересно наблюдать за разговором со стороны, и видеть, как Ён Учжон общается с другими.       Я держался в стороне от разговора. В любом случае, Ли Чхоль У — мой друг, и поскольку Ён Учжон впервые видел его, я чувствовал ответственность за то, чтобы не причинять ему неудобства. Но я все еще не мог так умело вести беседу, как Ён Учжон, и большую часть времени говорил Ли Чольу.       — Можете остановиться здесь!       Мы подъехали к дому Ли Чольу. Машина припарковалась у входа в жилой комплекс.       — Спасибо за поездку.       — Иди осторожно.       — Ага! Чжихо, увидимся завтра. Спасибо.       Ли Чольу энергично помахал и закрыл дверь машины. Он стоял так, словно не собирался уходить, пока мы не уедем. Ён Учжон тронулся с места.       — Какой энергичный у тебя друг.       — Ага.       — Итак.       Машина остановилась на красный. Он повернулся ко мне и открыл рот:       — Каково это иметь очень красивого любовника?       Я на автомате раскрыл рот, чтобы ответить, но тут же захлопнул его. Я не думал, что он услышит этом. Я глупо моргнул. Уши горели. Я намеренно не смотрел на него, но его взгляд был настойчивым. Наконец, я покосился на Ён Учжона и заметил, что он улыбается. Мне стало интересно, как сильно он держался от желания подразнить меня, пока Ли Чольу был в машине.       —… Что?       — Просто. Интересно — нравится ли тебе это.       —…       — Ты тоже идешь на этот мит?       С какого момента он слышал наш разговор? Едва я нахмурился, как загорелся зеленый, и машина двинулась.       — Я не пойду.       — Ты популярен, Ким Чжихо.       — Он умеет преувеличивать.       Ён Учжон усмехнулся. Меня радовало, что он был в хорошем настроении. Я не хотел, чтобы между нами возникло недопонимание, поэтому четко дал понять, что никогда не пойду на подобные миты.       — А что насчет МТ? Вы идете еще с каким-нибудь факультетом?       — Нет, собирается только наша группа. Но я не пойду.       — Почему?       — Просто. Если я пойду, мне придется остаться с ночевкой, пока ты, господин прокурор, будешь дома в одиночестве.       Ён Учжон вздернул брови.       — Оригинальная отговорка.       — Это не отговорка.       — Если это из-за меня, то не нужно так делать.       — Хочешь, чтобы я пошел?       — Тебе не нужно мое разрешение, чтобы куда-то пойти.       Внезапно я вспомнил разговор с Ён Учжон вскоре после того, как встретил его. Несмотря на то, что я знал, о чем говорил Ён Учжон, и понимал его стиль речи, до сих пор бывали моменты, когда я не мог к этому привыкнуть.       Я прижался лбом к окну и посмотрел в него. Пока я разглядывал дорогу, освещенную уличными фонарями, Ён Учжон протянул руку и коснулся моей щеки тыльной стороной ладони.       — Если не хочешь идти, то лучше не идти.       —…       — Я считаю, есть разница между тем, чтобы думать, что ты больше не будешь это делать, после того, как попробовал что-то, и решить с самого начала, что это тебе не подходит.       Кончики пальцев щекотали мою щеку. Я оторвал голову от окна и сжал его ладонь.       — Ну вот. Звучу как старик.       Я поцеловал ладонь ворчащего Ён Учжона. Он коротко улыбнулся мне. Мне понравился совет, который он мне дал. Я хотел, чтобы он больше вмешивался в мои дела. А еще мне хотелось показать Ён Учжону все, что я пробовал.       Неожиданно сердце затрепетало. Когда я был с Ён Учжоном, иногда оно безо всякой причины заходилось вот так.              ***              — Хорошо, все готовы?       — Да!       Ли Чольу сел рядом со мной и пришлось сжаться еще сильнее. Старшие пригнали свои машины, и мы рассаживались по ним. Все присутствующие были мужчинами, но поскольку я был самым худым, мне пришлось сидеть посередине на заднем сиденье. Я не любил случайные соприкосновения плечами, но пришлось терпеть.       Парень, сидевший на переднем сиденье, подключился к аудиосистеме и включил свой плейлист. Популярные треки айдолов играли один за другим, и собравшиеся сразу начали подпевать.       — Чжихо, ты говорил, тебе двадцать?       — Да.       — Ух, еще молодой, да.       Ли Чольу вскинул голову и указал на Кан Хённама, сказав, что он тоже молод. Кан Хённам хлопнул меня по бедру и засмеялся. Больно не было, но я почесал место, по которому он хлопнул.       К счастью, играла музыка, и, поскольку мы ехали в продуктовый, у нас не было времени болтать на личные темы — все обсуждали, что купить. Ничего особенного не произошло, но я пожалел о решении пойти на МТ уже через десять минут после того, как сел в машину. Ну, возможно, позже я передумаю.       Наша группа должна была заехать в супермаркет и купить продукты. Меню уже было определенно — нужно было мясо, так что мы по сути были просто тягловой силой. Мы приехали в магазин и я последовал за остальными, взяв тележку.       — Весело. Скажи?       Ли Чольу обнял меня и начал болтать со мной. Я кивнул, думая о том, что сейчас делал Ён Учжон. Судя по времени, он должен быть на работе.       Хоть Ён Учжон сказал тогда, что мне не нужно его разрешение, меня это все равно волновало, ведь если я оставался с ночевкой, то Ён Учжону придется спать дома совершенно одному. Ничего ведь не случится, если меня не будет дома один день? На всякий случай уходя из дома, я оставил свет включенным. Я не стал говорить Ён Учжону, потому что он наверняка посчитает это странным, если узнает, что я настолько беспокоился.       Закупившись продуктами мы вернулись к машине. От супермаркета до коттеджа было недалеко. Дом, расположенный в Капхёне, представлял собой двухэтажное здание с садом. По прибытии мы собрались с остальными парнями, которые нас ждали, и занялись багажом. Лекции закончились перед самым ужином, так что мы сразу приступили к готовке. Все были заняты, и я тоже заглянул на кухню.       — Чжихо. Поможешь мне нарезать лук для маринада?       — Хорошо.       Я взял разделочную доску, нож и лук и сел в стороне. Очистив и тщательно промыв лук, я нарезал его кубиками.       — Ты хорошо обращаешься с ножом, Чжихо. Живешь один?       — Нет.       — Неужели? Значит, обычно готовишь ты?       — Иногда.       — Похоже, ты хорошо готовишь.       Ким Хёнсу было около сорока лет. Он рассказывал, что уволился со старой работы и пришел в техникум, чтобы начать карьеру в новой области. Пусть учиться было сложно, но даже уже взрослые мужчины кидали себе вызов, поэтому я задавался вопросом, а так ли сложно это для меня? Раньше я не любил мужчин в возрасте, но большинство мужчин здесь были крайне вежливы, поэтому мне было приятно слушать их истории.       — Но лучше согнуть кончики пальцев вот так, когда что-то режешь. Хотя сейчас у тебя отлично получается.       — А, да.       Я резал лук, а господин Ким Хёнсу стоял рядом и резал чеснок. Наконец в тарелке стало достаточно лука и чеснока.       — У меня есть сын, ему столько же, сколько тебе, Чжихо.       — Да.       — Он постоянно жалуется, что не хочет учиться… Ох, каждый раз как вижу, как ты усердно трудишься, Чжихо, думаю, что хотел бы, чтобы ты был моим сыном.       Допустим. Я не думаю, что ему понравилось бы, если это действительно случилось. Я оставил эти мысли при себе и сделал вид, что улыбаюсь. Быстро дорезав лук, я схватил тарелку и вышел на улицу, где жарили мясо.       — А, Чжихо-я!       Ли Чольу, жаривший мясо на гриле, вскинул руку. Я подошел к нему и протянул тарелку. Он заулыбался и покрутил щипцами, будто жарить мясо было для него просто развлечением.       Мясо было восхитительным. Я вспомнил, как мы с Ён Учжоном ели барбекю на Чеджу. Если бы мне пришлось сравнивать, в тот раз это было вкуснее.       Солнце село, и на свет от ламп стали слетаться насекомые. Несмотря на конец сентября, днем было еще жарко, но вечером холодало.       Прибравшись внутри и разобравшись с напитками, я выскользнул наружу и позвонил Ён Учжону. Рабочие часы уже закончились, но я долго слушал гудки, будто он все еще был в офисе.       — Да?       — Ты закончил работать?       — Еще нет.       — А что насчет ужина?       — Еще даже не время. Ты сам поел?       — Да. Мясо.       — Веселишься?       —… Да.       Мой неохотный ответ был встречен смехом. Я пнул землю носком ботинка. Стоило ответить с большим энтузиазмом.       — Тут весело.       — Хорошо. Спать там не будет неудобно?       — Нет. В доме много места. Ты сегодня уйдешь с работы пораньше?       — Не думаю, что смогу сделать это.       — Я оставил свет включенным.       — Зачем?       — Просто.       Было приятно услышать его тихий смех. Стоило услышать голос, как мне захотелось увидеть его лицо.       — Заканчивай с работой и поужинай.       — Хорошо. Увидимся завтра.       — Ага.       Я слушал его тихое дыхание и не вешал трубку, но стоило только услышать, как Ли Чольу зовет меня, пришлось повесить трубку и войти внутрь. Собравшиеся сидели кругом. Возле каждого стояло по бумажному стаканчику и закуски.       Я сидел рядом с Ли Чольу и Кан Хённамом. Мне не особо нравилось сидеть рядом с ним, но другого места не было.       — Ну давайте, наполним наши стаканы.       Едва я взял в руки свой стаканчик, как Кан Хённам попытался налить мне пива, и мне пришлось убрать его в сторону.       — Я буду просто газировку.       — Ты не можешь пить?       — Да.       — Ты не можешь пить или ты не пьешь?       — И то, и то.       — Эй, выпей хотя бы один раз. Если попал в хорошую компанию, ты должен выпить со всеми.       Кан Хённам самовольно забрал у меня стаканчик и налил пива. Я со вздохом достал новый бумажный стаканчик, налил немного газировки и протянул стакан с пивом Ли Чольу.       — О, спасибо.       Ли Чольу взял стакан и отпил пенку. Кан Хённам выглядел обиженным, но я проигнорировал это.       — А теперь давайте поднимем тост.       — Ваше здоровье! — произнес тост староста.       Я поднял свой стакан и ударился им с Ли Чольу и сидевшими рядом людьми. После чего сразу хлебнул сладкой газировки.       — Это вкусно. Попробуй.       Я съел снэки, на которые указал Ли Чольу. По вкусу напоминало жареных в масле кальмаров, которые продаются в кинотеатрах. Ли Чольу заулыбался.       — А вот и его истинное лицо показалось.       — Истинное лицо? Ты о чем.       — У него появляется это уникальное выражение лица, когда он ест что-нибудь вкусненькое. Такое строгое, суровое и серьезное.       — А? Покажи-ка мне тоже.       Бан Чонмин, сидевший рядом с Ли Чольу, вытянул шею и посмотрел на меня. Я почувствовал себя неловко и, притворившись, что пью из стакана, прикрыл лицо. Бан Чонмин улыбнулся, попробовал эти же снэки и поднял большой палец.       — И правда вкусно. Если подумать, что первый раз, когда мы с Чжихо заговорили.       — Второй… Мы уже разговаривали.       — Второй? А! Точно, точно. Вспомнил. Я просил одолжить ручку, да?       Это был очень короткий разговор, но, тем не менее, это был разговор. Бан Чонмин вклинился в беседу, и мы втроем разговорились. В основном разговор был о том, чем мы занимались до поступления сюда и чем планировали заниматься, когда закончим учебу. В середине разговора Бан Чонмин ушел, сказав, что ему нужно в туалет.       — Хён, твой стакан пуст.       Ли Чольу долил алкоголь в стаканчик Кан Хённама, сидевшего рядом. Тот улыбнулся и наполнил стакан Ли Чольу.       — Пьется сегодня сладко, легко.       — Я тоже не могу остановиться.       Кан Хённам покосился на меня. Я хорошо умел замечать, когда кому-то не нравлюсь. Не знаю, почему. Мне не очень хотелось искать причину, да это было и не важно. Я старался хорошо поладить со всеми тут, но это не означало, что целью было завоевать всеобщее расположение. И я не хотел давить из себя улыбку таким вот придуркам.       — Ты и в правду мало говоришь. Думаю, ты очень застенчивый.       — Немного.       — Когда попадешь в социум, тебе придется трудно. Ты даже пить не можешь.       Почему люди придавали такое большое значение употреблению алкоголя? Кто-то уже говорил мне об этом, потому что в самом начале я даже не ходил ни на какие питейные мероприятия. Но Ён Учжон сказал, что все ерунда. «Не волнуйся, ты можешь жить хорошо, даже не сделав и глотка спиртного». Думаю, я и дальше буду слышать подобные вещи. Что бы сказал Ён Учжон в такой ситуации?       — Все в порядке. Я попаду в хорошую компанию.       Хоть подобные разговоры злили его, Ён Учжон все равно улыбался в подобные моменты. Я поднял уголки рта и залпом выпил свою газировку. Думаю, он сказал бы что-то еще более неподходящее. Подражать ему было непросто.       — Это верно. Я слышал, что теперь компании не навязывают попойки.       Ли Чольу закивал и начал всерьез рассуждать о законах против издевательств. Я спокойно выслушал его, а затем встал под предлогом похода в уборную. Когда вернусь, надо будет пересесть в другое место.       Помыв руки в ванной, я вышел. Прошло немного времени. Я толком ничего не сделал, а время было уже больше десяти. Я сел на скамью в саду и просто смотрел на ночной пейзаж перед собой.       Я чувствовал себя уставшим. Больше я не пойду на подобные мероприятия. Физически со мной все было в порядке, но сознание устало. Было трудно навесить подобающее выражение лица и следить за мимикой. Хотя все же я справлялся. Потому что я больше не был ребенком, у которого ничего нет за душой и которому нечего терять. Когда моя жизнь выглядела настоящим дерьмом, общение с людьми казалось чем-то ужасным, но сейчас это просто… Ну, это не казалось такой уж проблемой.       Я достал свой телефон. Интересно, вернулся ли он уже с работы? Когда я подумал, что стоит набрать его, Ён Учжон сам мне позвонил. Сердце заколотилось от осознания того, что между нами была незримая связь.       — М-м, господин прокурор.       — Да. Ты быстро взял трубку. Ты один?       — Да. Вышел на минутку подышать свежим воздухом.       Я все еще слышал звуки кузнечиков. Мне понравился прохладный ветерок.       — Что делаешь, господин прокурор?       — Просто сижу.       — Ты поужинал?       — Я поел. Если бы я не сделал это, кое-кто меня отругал бы.       — Когда я тебя ругал?       — Твое лицо всегда выглядит красноречиво.       — Но вслух я никогда не говорил этого.       — А-а. Собираешься отругать меня сейчас?       Я рассмеялся от бессмысленности разговора. Ён Учжон засмеялся тоже. Я медленно стал разминать пальцы, сжимая их в кулак. Пальцами ног я нарисовал на земле абстрактные картинки.       — Сейчас уже не так жарко.       — Да. Осень почти наступила.       — Для тебя это хорошо, господин прокурор.       Ён Учжону сложно было простудиться, но он легко перегревался. У нас дома, в машине и в его кабинете всегда работал кондиционер, так что обычно с ним все было в порядке, но в дни, когда мы гуляли на улице, он всегда искал кофе со льдом или холодное пиво.       И он часто трогал мои руки. Он говорил, что ему нравятся мои руки, потому что они холодные. Поэтому иногда, прежде чем встретить Ён Учжона на улице, я держал в руках холодные напитки, а потом клал их ему на шею сзади. Ён Учжон хмурился, но потом все равно улыбался.       — Да. Мне больше всего нравится осень. А тебе?       — Мне нравится когда тепло.       — Весна?       — Да.       Я еще мог как-то пережить жару, сняв одежду, но вот в холодное время года было сложнее. Зима была тем самым сезоном, когда бедность была наиболее заметна. Несмотря на то, что у меня обветривались руки, приходилось долго взвешивать все за и против, потому что покупка крема была пустой тратой денег. Когда приходит зима, я всегда чувствовал себя подавленно.       И все же, прошлой зимой мои воспоминания наполнились морем, которым я любовался вместе с Ён Учжоном в день снегопада. Я наконец-то узнал, почему люди любят снег.       — Как бы я хотел его погреть.       Голос был чересчур сладким. Таким сладким, что даже стал ощущаться липким, и я быстро сжал и разжал кулак. Мне показалось, что что-то не так с его тоном, и я молча посмотрел в пустоту.       — Только что…       — Только что?       — Ничего.       — Почему ты остановился?       — Ты только что сказал что-то странное, да?       Наступила пауза. Затем послышался смех.       — Прозвучало странно. Как насчет того, чтобы сказать это по-другому?       — Как?       — Чжихо, хочешь, я тебя согрею?       Я свел ноги вместе. По рукам пробежали мурашки. На этот раз это было сказано с определенным намерением. Я слегка ударил кулаком по скамейке.       Если бы он сейчас был рядом, я бы сразу его поцеловал. Если бы он был рядом…       — Почему ты так нервничаешь?       — Я вышел на улицу.       — У тебя встал?       — Нет, не встал!       Я захлопнул рот и успокоил дыхание. Я слышал, как Ён Учжон смеется в трубку. Уголки рта моментально расслабились от этого звука. Мне повезло, что Ён Учжон не мог увидеть меня прямо сейчас. Потому что я не мог контролировать свое хаотично меняющееся выражение лица.       — Ничего, что ты не возвращаешься? Кажется, ты уже долго отсутствуешь.       —… Я вышел на минутку.       — Иди в дом. Становится холоднее.       — Угу. Ложись пораньше.       Звонок завершился. С тоской я повертел теплый мобильный в руках, а затем встал и вошел в дом.       — Эй, где ты был?       Ли Чольу поднял руку, указывая на меня. К счастью, Кан Хённам пересел в другое место. Я снова сел рядом с Ли Чольу и продолжил болтать с ним.       Была почти полночь, мне хотелось быстрее со всем закончить. Было трудно пить допоздна, поэтому я обрадовался, услышав, что люди собираются спать, и спешно прибрался. Я дождался своей очереди, умылся и сразу же лег.       — Ох, помираю.       Ли Чольу плюхнулся рядом со мной. Я мог бы лечь спать, но в голове всплыл образ Ён Учжона. Я посмотрел на время. Он уже спит?       — Чжихо, погасишь свет?       — М-м, да.       Когда меня попросили выключить свет, я выключил его и вышел из комнаты. В гостиной уже разложились и спали люди. Я тихо прошел мимо них и вышел наружу.       Кажется, спустя нескольких часов воздух стал холоднее. Я взял телефон в руки, но от Ён Учжона не было пропущенных. Думаю, прошло много времени с тех пор, как я звонил последний раз.       Я ходил кругами по саду. Звук шуршащей травы под ногами щекотал слух. Я продолжал теребить телефон в руках и в конце концов открыл журнал вызовов и нажал на номер Ён Учжона, занимавший всю историю звонков.       — М?       Еще до того, как прозвучал первый гудок, послышался голос Ён Учжона. Было очевидно, что он не спал. Я открыл и закрыл рот. Казалось, сквозь тишину просачиваются другие звуки.       — Господин прокурор, ты не дома?       — М-м, да.       — Где ты?       Ён Учжон тихо рассмеялся. Где ты мог быть в этот час? Ты вышел покурить? Пока я мысленно задавал эти вопросы, в голову пришла шальная мысль: «Нет, быть того не может».       Я вышел через ворота, ведущие из сада на улицу. Это оказалась темная дорога с несколькими уличными фонарями. И в конце улицы я увидел знакомую машину.       — Господин прокурор.       — Да?       Я зашагал. Нет, я побежал. Ён Учжон ничего не ответил, хотя я замолчал, после того как позвал его. Машина была все ближе. Я не видел, что там внутри, но мог с уверенностью сказать, что там сидел Ён Учжон.       Когда я наконец добрался до машины, я прижал телефон к уху и глубоко выдохнул. За тонированным стеклом салон автомобиля не было видно. В тот момент, когда я сделал последний сделал шаг, свет внутри машины загорелся. Ён Учжон, сидевший на водительском сиденье, улыбался, прижимая сотовый к уху.       Моя грудь вздымалась. Смех смешался со сбитым дыханием. Сердце сжалось.       Я не мог жить без этого человека.       Эта мысль так внезапно поразила меня, что я оказался сломлен. Но именно он тот, кто помог мне снова стать собой.       Я убрал телефон, медленно подошел и открыл дверь со стороны пассажирского сиденья. Когда я оказался внутри, он выключил свет.       — Как ты тут оказался?       — Эта штука удобнее, чем ты думаешь, да?       Ён Учжон слегка смущенно улыбнулся и постучал по часам. На темном экране загорелось время. Я притянул его за запястье и крепко обнял. Я уткнулся губами в его плечо.       — Я пришёл домой, а тебя там не было… Мне стало не по себе.       Кончики его пальцев щекотали мои уши. Его теплое тело дышало в моих объятиях.       — У тебя серьезные проблемы. Ты должен взять на себя ответственность.       — Да. Я возьму на себя ответственность.       Я отстранился и прижался губами к ладони Ён Учжона. Он улыбнулся и обнял мою щеку рукой, которую я только что поцеловал.       — Чем ты занимался вместо того, чтобы спать?       — Просто… Ты был один дома, господин прокурор.       Я надеялся, что ему не станет скучно в нашем новом доме. Я зря пошел на МТ. Нужно было просто остаться и лечь спать вместе.       Но думаю, именно благодаря трудным временам этот момент с Ён Учжон был таким приятным и искрящимся. Возможно, все это было лишь необходимой рутиной. Чтобы быть рядом с ним.       — Пойдем домой?       — Твои товарищи будут удивлены, если ты внезапно уйдешь оттуда.       — Я сейчас схожу и скажу им.       Ён Учжон посмотрел на меня с молчаливой улыбкой. Я оставался неподвижным, потому что мне нравилось, как его глаза нежно изучали мое лицо.       — Я просто приехал, чтобы посмотреть на твое лицо.       — Если так…       Я наклонился к нему и протянул руку. Ён Учжон прищурился. Я нажал кнопку и откинул спинку кресла так, чтобы он лег и посмотрел на меня снизу вверх.       — Ну и что ты делаешь?       — Если я буду спать здесь, то тебе, господин прокурор, не придется оставаться в одиночестве, я пробуду тут до конца МТ.       Я откинул свое сиденье, и мы оказались рядом. Я не чувствовал дискомфорта, возможно, потому, что эта машина мне действительно нравилась. Ён Учжон посмотрел на меня, затем закатил глаза и рассмеялся.       — Хах… Когда я с тобой, я действительно… Не знаю, как пройдет мой день.       — Ты имеешь в виду в хорошем смысле?       — Конечно в хорошем.       В открытое окно дул ветерок, кресла были мягкими и теплыми — было приятно. Я увиделся с Ён Учжоном наедине в незнакомом для нас месте. Вопреки тому, что тело чувствовало себя расслабленным, мое сердце колотилось как бешеное. Я протянул руку и стоило мне взять Ён Учжона за ладонь, как он крепко сжал ее.       — Так хорошо. Оставайся вот так.       Я слушал шум кузнечиков снаружи. За окном была осень, наступившая поздно, но время внутри машины ощущалось одновременной весной и осенью.       — Ну и как оно? Каковы твои первые впечатления от МТ?       — Было весело, но в следующий раз я не пойду. Не хочу больше оставаться с ночевкой.       — Хорошо.       Ён Учжон вложил свои пальцы между моими и переплел их. Его рука была теплой и мягкой. Я погладил подушечками тыльную сторону его ладони.       — В следующий раз не оставляй свет выключенным.       — Почему?       — Я был разочарован, когда осознал, что тебя там нет.       —… В следующий раз я не пойду.       Следует включать свет, когда я буду приходить домой раньше Ён Учжона, если только не случится что-то совсем уж неожиданное. Я хотел, чтобы наш дом стал местом, куда он мог бы вернуться, как и я. Никогда не позволю ему чувствовать себя одиноким и разочарованным.       — Отсюда видно много звезд, — пробормотал Ён Учжон, смотря в открытое окно.       Я не мог их видеть со своей стороны, но ответил: «Да». Я смотрел на его. Я думал о том, как он проехал весь этот путь, когда вернулся в одинокую квартиру. Ён Учжон порой был невыносимым…       Я приподнялся и наклонился к нему. Его глаза снова обратились ко мне. Он увидел, что я приближаюсь, и сразу прикрыл их. Наши губы соприкоснулись. Стрекотание кузнечиков прекратилось.              ***              «И что мне делать? Не думаю, что смогу отпроситься завтра с работы».       Ён Учжон сокрушался об этом с удрученным видом, с каким его редко можно было увидеть. Даже вчера, в сочельник, он пришел около полуночи. Ему было стыдно передо мной, но честно сказать — зря. Хоть меня это разочаровало, но Рождество не было особенным днем, да и в следующем году оно тоже будет.       Тем не менее, я думал, что нужно подготовить подарок, поэтому пошел в молл с Ли Чольу. Он сказал, что собирался купить подарки своим младшим братьям. Они были близнецами и учились еще в начальной школе, и имели большую с ним разницу в возрасте, но похоже, равнялись на Ли Чольу.       — Ты уже решил, что купить?       — Еще нет.       — Как насчет галстука? Разве это не самое простое, что можно подарить?       — Я покупал его на день рождения.       Я решил, что прокурор не может носить яркий галстук, поэтому купил Ён Учжону темно-серый галстук с узором, который можно заметить только присмотревшись. Но Ён Учжон носил этот галстук всю прошлую неделю, что было вроде бы хорошо, но в то же время и беспокоило меня. Когда я сделал замечание что, если он будет продолжать носить галстук постоянно, тот быстро износится, Ён Учжон спокойно надел его снова, задав вопрос: «А что если и износится?» — и пошел на работу.       — А что насчет зажима для галстука?       — Зажим для галстука? Он такое не носит.       — Хм… Перьевая ручка!       — Перьевая ручка?       — Я подарил отцу перьевую ручку, и он постоянно использует ее на работе. И ее круто носить с собой.       Я подумал о Ён Учжоне, работающем с ручкой, которую я купил. Ён Учжон будет думать обо мне каждый раз, когда будет писать ею. Мне нравится.       — Ладно, это подходит.       — Правда? Тут рядом есть магазин. Пошли.       Мы с Ли Чольу зашли в магазин перьевых ручек. Когда я мельком взглянул на цену, то не поверил, что ручка может стоить так дорого. Я направился к витрине, расположенной напротив ассортимента, который я не мог купить на имеющиеся у меня деньги, и ко мне подошел сотрудник магазина.       — Есть ли что-то определенно, что вы ищете?       — Мой друг хочет подарить ручку своему брату.       — Могу ли я узнать возраст получателя подарка?       — Ему за тридцать.       Сотрудник отвел меня к стенду и стал показывать разные варианты. Все они выглядели внушительно и классно, но мне ничего не нравилось. Вполуха слушая объяснения сотрудника, я разглядывал другие полки и вдруг увидел кое-что, что привлекло мое внимание, и сразу же направился туда.       — О, эта модель тоже популярна. У нее красивый дизайн, не так ли? Он был вдохновлен ночным небом с падающим снегом.       Черная ручка к концу белела, и переход от черного к белому был выполнен так естественно, словно это и правда падал снег. Золотой обод крышки имел слегка красный оттенок, будто пламя свечи.       — Ее удобно использовать — у нее заменяемые картриджи, поэтому многие молодые люди предпочитают этот вариант.       — Я возьму ее.       — Хотите приобрести эту модель? Также на нее можно нанести гравировку. Что бы вы хотели?       — Сколько времени это займет?       — Примерно час.       Сотрудник вручил мне бумажный стикер, чтобы я написал текст, который нужно выгравировать. Подумав немного, я написал свое имя по-английски.       — А? Разве это не твое имя?       — Угу.       — Почему ты написал свое имя? Разве это не подарок?       — Просто.       Ли Чольу все не унимался, но я не стал дальше отвечать, а просто записал свое имя английскими буквами и отдал сотруднику. Расплатившись картой, я вышел из магазина вместе с Ли Чольу.       — Ты быстро определился. Она выглядит красиво.       — Что ты собираешься дарить?       — Игрушки. Я знаю, чего хотят эти детишки, так что быстро управлюсь.       Мы направились в магазин игрушек. Как и сказал Ли Чольу: он быстро выбрал игрушки. Он упомянул, что из-за двух младших братьев каждый раз, когда он что-то покупал, он тратил вдвое больше денег. Хоть он жаловался, что у него не осталось денег, Ли Чольу выглядел счастливым, покупая подарки. Слушая его болтовню, я думал о том, что в их семье царит гармония.       Купив подарки, мы поднялись на фудкорт. Мы заказали рисовую лапшу, поггымбап и несколько видов темпурных закусок.       — Мне еще нужно купить торт. Какое Рождество без торта со взбитыми сливками!       Торт? Я все равно буду есть его один, если куплю. Ён Учжон, возможно, сможет сегодня уйти с работы пораньше. Он сказал, что постарается вернуться как можно раньше, но, похоже, был очень занят, так что это маловероятно.       — Надо же, как быстро летит время.       Ли Чольу, искавший варианты тортов в интернете, протянул мне свой мобильный.       — Прошел год с тех пор, как этот парень покончил с собой.       — Кто это?       — Ты не знаешь? Актер. Этот случай в прошлом году наделал шума.       Мне было не знакомо его лицо. В прошлое Рождество я был занят своими проблемами, не смотрел телевизор и кино. Мне это было просто неинтересно.       — Почему в Рождество… Насколько же сильно надо впасть в депрессию, что даже хочется умереть? Это ужасно, правда.       Ли Чольу отложил телефон и вздохнул. Жуя темпуру, я ощутил что-то странное и взглянул на Ли Чольу.       — Ты никогда не думал о том, что хочешь умереть?       — Нет.       — Никогда?       — Нет. А ты, Чжихо?       Я замолчал, глядя на Ли Чольу, который, широко раскрыв глаза, спрашивал, посещали ли меня подобные мысли. Пока я продолжал жевать темпуру, он продолжил говорить:       — У меня были такие времена, когда мне было действительно тяжело и грустно, но у меня никогда не было депрессии, и я не думал о подобном.       Понятно. Разве не удивительно, что существуют люди, которые никогда не задумывались о том, что хотят умереть? Это было потрясающе. И вызывало странные чувства.       Завидовал ли я ему? Нет, я не завидовал. Скорее… Не знаю, как объяснить это чувство. Я просто почувствовал себя странно и у меня отбило весь аппетит.       Ли Чольу доел мою порцию. Этот час с едой и прогулкой после пролетел быстро. Я вернулся в магазин и забрал перьевую ручку.       — С Рождеством. Береги себя!       — Да, ты тоже.       Я попрощался с Ли Чольу перед моллом. Вернувшись домой, я достал завернутый подарок. Он был хорошо упакован, и я не стал ничего больше добавлять.       На столе перед окном гостиной стояла небольшая елка с гирляндой. Ён Учжон купил ее неделю назад. После переезда он часто покупал ненужные вещи и оставлял их дома. Так появилась фигурка «Три поросенка» на солнечной батарее, стоящая у окна в моей комнате, и песочные часы в форме зуба на моем столе. В песочных часах песок заканчивался всего за три минуты, и Ён Учжон подарил их мне как напоминание о том, что нужно чистить их не меньше трех минут. Даже сейчас, когда думал об этом, находил это абсурдным.       И все же мне нравилось это дерево. Оно было размером с комнатное растение в горшке, его легко можно было убрать, и оно маленькое и милое.       Если Ён Учжон не придет сегодня домой, придется ужинать одному. Сегодняшний день показался мне ужасно долгим.       Я достал книгу, сел на стул перед окном гостиной и открыл ее. В последнее время я читал книги одну за другой. Поскольку Ён Учжон прочел все эти книги, было интересно обсуждать их вместе после прочтения.       Читая, я вдруг поднял глаза и увидел, что солнце уже садится. Небо было кроваво-красным. Пока я пристально смотрел на красное небо, зазвонил телефон.       — М, господин прокурор?       — Ага. Ты поел?       — Еще нет.       — Поешь. Похоже, у меня сегодня не получится вернуться домой пораньше.       В голосе Ён Учжона сквозила усталость. Прислушавшись к шуму на заднем фоне, я понял, что многие остались на работе, несмотря на праздник. Это было то, что к чему я уже привык, так что новость ни огорчила, ни опечалила меня.       — Что ж. Хорошо.       — Славно. Подожди еще немного. Давай поговорим позже.       Под самый конец телефонного разговора я услышал голос, зовущий Ён Учжона. В конце концов, во время Рождества у них было полно дел. Мне было его жаль.       Настало время ужина, и я поел один. Еда, которую Ён Учжон купил заранее на случай, если он не сможет прийти сегодня, была очень вкусной. Закончив прибираться, я хотел приступить к мытью посуды, но мой взгляд упал на пакет с подарком, оставленным у дивана.       Я хотел подарить его сегодня. Но если я поеду и отдам его прямо сейчас, не доставит ли это Ён Учжону хлопот из-за его занятости?       Поеду к нему позже, где-то в десять часов. Приняв решение, я включил телевизор — там начинался специальный рождественский фильм. Время пролетело мгновенно.       Я купил небольшой торт со взбитыми сливками в соседнем кафе. Даже если Ён Учжон, не съест, это могли сделать другие люди в офисе.       Прошла куча времени после того, как я в последний раз был в прокуратуре. С того дня я ни разу не заходил внутрь. Прошел уже почти год. Как время летит. Эмоции, которые я испытал, когда вышел из фургона и встретил ожидавшего меня Ён Учжона, нахлынули вновь, и я мотнул головой.       Я не собирался заходить в прокуратуру. Я просто хотел передать ему подарок, поэтому встал рядом со входом и набрал Ён Учжона. Удивительно, но гудки быстро прервались.       — М?       — Занят?       — Нет, теперь все в порядке. Ох, я ведь должен был перезвонить. Прости.       — Все нормально. Я сейчас перед прокуратурой. Ты сможешь выйти на минутку?       — Сейчас?       — Да. Я просто отдам тебе то, что хотел и все.       — Секунду. Жди. Я выйду прямо сейчас.       Звонок прервался. В прогнозе говорили, что приближаются холода. Сегодня и правда было холодно. Как только я открыл рот, у меня перехватило дыхание. Но было терпимо, потому что на мне были перчатки и шарф.       Я наблюдал за дорогой, по которой ехали машины, а затем повернулся в сторону здания. Ён Учжон вышел из дверей и стал оглядываться.       — Господин прокурор!       Я поднял руку и помахал, чтобы он подошел ко мне. Хоть он и вышел ненадолго, мне было не по себе от того, что в такую холодную погоду он накинул лишь пальто.       — Вот.       Я немедленно вручил Ён Учжону торт и пакет. Но у него в руках уже был другой пакет.       — Давай сначала зайдем.       — Нет.       Некоторые люди могли бы узнать мое лицо, чего я не хотел. Будет неловко снова встретиться со следователем и работавшими там офицерами. Ён Учжон прямо посмотрел на меня, положил руку мне на плечо и потянул за собой.       — Тогда давай сходим в кафе ненадолго.       — Разве ты не занят? Все в порядке.       — Мне тоже нужно проветриться.       Ён Учжон отвел меня в небольшое кафе прямо напротив здания прокуратуры. На входе было написано, что оно закрывается в 22:00, но внутри еще были посетители, так что похоже, что они работали дольше из-за Рождества.       Мы сели за угловой столик. Ён Учжон заказал классический американо, а я — горячий шоколад. Делая заказ, он попросил разрешения съесть торт, который мы принесли с собой, и хозяин с готовностью согласился. Взамен Ён Учжон купил еще несколько макарунов, продаваемых в кафе.       — Тебе понравился ужин?       — Да. А что насчет тебя?       — Мне тоже. Сегодня какой-то безумный день.       Он взъерошил растрепанные волосы. Я отпил горячий шоколад, глядя на него. Было так тепло и сладко, что мое замерзшее тело наконец расслабилось.       — Держи.       Ён Учжон протянул мне пакет, который он до этого поставил на пол. Он был довольно большим.       — Что это?       — Рождественский подарок.       Он улыбнулся и кивнул подбородком. Коробка, завернутая в красную упаковочную бумагу, выглядела крупной. Я достал ее и осторожно открыл упаковку. На боку коробки было изображение автомобиля.       — Э-э…       Это была машинка с радиоуправлением. Более того, это был внедорожник, так что я понял, что он крутой, уже по картинке. Это было то, о чем я никогда не думал, поэтому я просто моргал.       — Тебе так понравилось?       Когда я поднял глаза, Ён Учжон улыбался. Только тогда я понял, что уголки моего рта поднялись сами собой.       — Спасибо.       — Не хочешь вынуть его?       — Хочу посмотреть на него дома.       — Хорошо.       Я снова обернул коробку упаковочной бумагой и аккуратно положил в пакет. Мое сердце колотилось уже от одной мысли о том, как я буду возиться с ней, пока Ён Учжона не будет рядом. Я глубоко вздохнул и указал на пакет перед Ён Учжоном.       — Господин прокурор, пожалуйста, открой его.       — Что же купил наш Чжихо?       Он озорно улыбнулся, достал из пакета коробочку и открыл ее. Его глаза расширились, едва он открыл крышку и увидел ручку.       — Это перьевая ручка?       — Да.       Ён Учжон достал ее, повертел в руках, отстранил, а затем снова приблизил. Он сузил глаза и открыл рот, глядя на ручку.       — Это пламя свечи?       Я не ожидал, что он подумает то же самое. Я кивнул. По какой-то причине сердце затрепетало.       Он поднес ручку ближе к глазам и прочел выгравированное имя. Ён Учжон взглянул на меня. Он не спросил, почему я выгравировал свое имя, а не его. Он просто поднял уголок рта и поцеловал ручку в том месте, где было выгравировано имя.       Было ощущение, будто он поцеловал меня. Ладони зачесались, поэтому я опять начал сжимать и разжимать кулаки.       - Спасибо. Хотя это и из-за работы, ты, должно быть, расстроился, что мы не смогли встретиться.       Нет. Я не расстроился из-за этого. Рождество — просто Рождество. На самом деле у меня не было никаких приятных воспоминаний об этом празднике. Но теперь это был хороший день, и я мог просто провести его нормально.       Тихо смотря на Ён Учжона, разглядывающего ручку с мягкой улыбкой, я внезапно вспомнил разговор, который у меня был с Ли Чольу. В памяти всплыл день, когда я заболел после того, как меня избил Ли Сугёль, и Ён Учжон заботился обо мне.       - Господин прокурор. Ли Чольу говорит, что никогда не думал о том, что хочет умереть.       Хотя с точки зрения Ён Учжона это могла быть просто случайная история, он не посчитал ее странной и внимательно слушал, что я говорю.       - Это так удивительно. Он похож на человека из другого мира. Бывало, что я думал об этом каждый день.       Человек из другого мира. Да, кажется, это было наиболее подходящее слово. Я ощутил огромную пропасть между нами, как будто я увидел совершенно другу сторону мира, в котором живу.       Мне стало интересно: каково это, прожить жизнь, в которой ты ни разу не подумал о желании умереть?       - Я был немного раздражен... Но думаю, если бы подобное сказал ты, господин прокурор, то это было бы даже хорошо.       Что, если Ён Учжон никогда в жизни не думал о таком? Может быть, поэтому он подобрал меня, сидящего на обочине в тот день — потому что его никогда не посещали подобные мысли. И все же. Раньше я думал, что его несчастье дорого мне, но если молодой Ён Учжон рос без этих мыслей...       - Прости, но могу я тебя расстроить?       - А?       На губах Ён Учжон заиграла слабая улыбка. Лицо его все еще выглядело усталым, но глаза горели.       — Я рад, что ты думал о подобном.       —… А, да.       Я понял, что имел в виду Ён Учжон. Когда я молча кивнул, он протянул руку и коснулся кончиками пальцев моей ладони, лежавшей на столе.       - Ты расстроен?       - Нет. Это не так, просто...       Несмотря на подобные мысли, разве не чудо, что Ён Учжон в конце концов оказался здесь со мной? Мы побывали в схожих ситуациях. И пережили один опыт. Хотелось, чтобы Ён Учжон прожил жизнь так, чтобы никогда не задумываться о смерти, но меня утешал тот факт, что он был таким же, как и я.       Мне вдруг стало неловко. Думаю, я просто хотел ему пожаловаться или что-то в этом роде. Если бы Ён Учжон отличался от меня, смог бы он мне по-настоящему понравиться? Нет. Я был не таким уж хорошим парнем.       Когда я опустил голову, его пальцы переплелись с моими. Я поднял взгляд и увидел, что он смотрит на меня, слегка наклонив голову. Глаза Ён Учжона изогнулись полумесяцем. Порой его непоколебимый взгляд заставлял меня чувствовать себя таким маленьким, будто он все знал, будто ему были известны все мои гадкие мысли и он с ними был согласен. Но это не мешало мне ощущать себя маленьким. На мгновение я стал крошечным, пока держался за его руку. Она отдавала мне все его тепло, позволяя насытиться им и снова вырасти.       Я сжал его ладонь и ощутил, как упавшее настроение снова вернулось ко мне.       - Нам нужно съесть торт.       Ён Учжон достал торт из коробки перед нами. Он воткнул свечу в центр торта со взбитыми сливками, украшенного клубникой. Я попросил на всякий случай только одну свечу, но был рад, что она смогла создать настроение.       Он достал зажигалку и зажег ее. Пламя замерцало.       - Загадывай желание.       Улыбка Ён Учжона при свете маленьких свечей была реальностью, больше похожей на сон.       У меня не было желания, которое я хотел загадать. Мирное Рождество уже было моей реальностью.       Я подул на свечу. Тонкая полоска дыма поднялась от потухшей свечи.