Очень долгий путь

— Как дела, товарищ начальник? — подрулил к задумавшейся Ларисе Олег. Куликова улыбнулась: — Нормально. Ты как? — Я тоже хорошо. Ты че такая задумчивая? — поинтересовался Брагин. — Случилось че? — Представляешь, — Лариса снова улыбнулась, но как-то неуверенно, — Никитка работу нашел. Мужчина морщил лоб: — Не понял. — Курьером. На велосипеде еду развозить. — А, — Олег выдохнул, — нормально же. Ты че такая напряженная? — Он из-за моего кредита на это пошел. Теперь у него ни отдыха летом, ничего. Еще и ответственность. Брагин поймал ее ладонь и легонько сжал: — Лариса Николаевна, по-моему, ты драматизируешь. Во-первых, Никитос любит отца и естественно хочет помочь, ты же его не заставляла? — Лариса отрицательно покачала головой. — Ну и вот. Во-вторых, он же не в полный день работать будет? Ему по возрасту, вроде, не положено. — Летом можно четыре часа, пять дней в неделю. Официальное оформление, выходные. Их там даже кормят. Олег улыбнулся: — Прекрасно же. Я бы сам от такого не отказался, — хмыкнул. — Он ребенок и вообще не должен о таком думать. Брагин посерьезнел: — Болезнь не спрашивает, куда приходить. Никита все правильно сделал. Гордиться надо и радоваться, что у тебя сын такой, а не переживать. Да и не ребенок он уже. — Все равно мне не по себе, — Куликова поежилась. — Не такого я ему желала, когда в Москву уезжала. Олег стал еще серьезнее: — Слушай, ты палку-то не перегибай. Если уж на то пошло, то без переезда вы могли о Серегиной болезни и не узнать. Лариса округлила глаза: — Почему? — Он же за вами помчался. Тут мы увидели, что ему плохо, настояли на обследовании, — напомнил Брагин. — А в Екатеринбурге вашем мог дотянуть до последнего или вообще не провериться. Куликова вздрогнула: — Но он все равно дотянул. — И тем не менее — есть шанс. А про Никиту ты сама мне говорила, что он взрослый. Вот и относись к нему соответствующе. Женщина свела брови к переносице: — Когда? — Да в его день рождения прошлый. «Молодая мама взрослого человека», — Олег очень похоже изобразил интонацию. — А теперь он еще больше повзрослел, и это хорошо. Наслаждайся. Пожинай плоды, так сказать. Лариса невесело усмехнулась: — Смешно тебе. — Ну а что грустить-то? Велоспорт полезен для здоровья, между прочим. Куликова грустно вздохнула: — Одно дело — спорт, другое работа. Брагин нашелся и тут: — Работа лучше — за нее деньги платят. — Может ты и прав, — женщина покачала головой. — Просто привыкнуть не могу, что Никита вырос. Олег хмыкнул: — Да лишь бы бабушкой тебя не сделал через пару лет, — Лариса посмотрела на него, как на идиота, и мужчина пошел на попятную. — Молчу-молчу. Что еще по новостям? — Квартиру новую нашла, дешевле намного. Там раньше однушка была, но хозяева перепланировку сделали, получилось две комнаты, хоть и площадь небольшая. Брагин хлопнул в ладоши: — Отлично, поздравляю. Помощь с переездом нужна? Куликова вскинула брови: — Как? Ты же без машины теперь, — виновато произнесла. Олега же такие моменты никогда не смущали: — Зато я знаю много людей, у которых машины есть. Грузовые в том числе, — похвастался он. — Это дорого, — возразила Куликова. — Это бесплатно. Есть у меня пара очень благодарных пациентов, им вещи ваши отвезти — раз плюнуть. Лариса повела плечом: — Да неудобно. — Неудобно труселя через голову надевать. И тащить все на своем горбу. А остальное очень даже удобно. Олег так уверенно звучал, что Куликова поняла: отказаться не получится.

***

Через три дня они переехали. Брагин действительно нашел какого-то знакомого с вместительным автомобилем. Вместе они помогли Куликовым затащить вещи в новое жилье. Затем знакомый попрощался и уехал, а Лариса сказала, что не отпустит Олега без обеда. Никита не возражал, хотя и гипнотизировал Брагина глазами. В конце концов, тот не выдержал: — Что? — Почему вы нам помогаете? Иногда Ларисе казалось, что она была во всех сложных и неловких ситуациях, поэтому ее ничем не удивить уже. И каждый раз убеждалась, что ошибается. — А что, нельзя? Олег поставил Никиту в тупик, поэтому мальчик не сразу нашелся с ответом: — Можно, мне просто непонятно. Вы же с мамой… ну… уже не вместе. — Кит, — укоризненно протянула Куликова. Но мужчинам было немного не до нее. — И что? — Брагин возобновил работу челюстями, поэтому звучал не очень четко, хоть и уверенно. — Мы остались друзьями, почему я не должен помогать? — Друзьями? — усомнился Никита. — После отношений? — Ну да. — А разве так бывает? Олег запил еду чаем: — Иногда бывает. Нам повезло, да, Лариса Николаевна? — стрельнул в Куликову хитрым взглядом. И она, вопреки охватившему стеснению, не удержалась от улыбки: — Да. Никита озадачился окончательно: — А с папой вы тоже, что ли, дружить будете? Брагин аж подавился от перспективы. Впрочем, быстро прокашлялся: — Это вряд ли. Но и ссориться с ним я тоже не собираюсь.

***

Когда Брагин ушел, Лариса не удержалась: — Кит, ты совсем уже? — Что? — Ты хоть думай сначала, прежде чем что-то говорить! — возмутилась она, поставив тарелки в раковину. — Олег и так нам помогает постоянно, а ты его в неловкое положение ставишь. «Ой, Олега ли? Или все-таки тебя?» Никита пожал плечами: — А что такого? Я же должен понимать, что меня ждет, вот и спросил. — Ты мог это спросить у меня, а не у Брагина. — И ты бы начала меня беречь опять, — мальчик усмехнулся, развалившись на стуле, — и давать обтекаемые ответы. Куликова махнула рукой: — Да какие обтекаемые. Мы с Олегом расстались еще до папиного отъезда. — А разве вы снова не можете сойтись? С папой же сошлись. Никита понимал, что сравнение некорректное, и догадывался, что одна из причин возвращения мамы к отцу — это болезнь. Но старался об этом не думать. — С папой другая ситуация. Мы давно знакомы и многое пережили вместе. — Но это же не значит, что вы и дальше обязательно будете вместе всю жизнь. Реплика сына застала ее врасплох, поэтому Лариса замолчала. Но Кит ждал ответа, и она сформулировала: — Не значит. Но и не значит, что мы обязательно расстанемся. Никто не знает, как будет дальше, но Брагин тут ни при чем. И повторно начинать с ним отношения я не буду. Он тоже не горит желанием. Мальчик кивнул: — Хорошо, я понял. Мам, — он помялся, но озвучил, — ты извини, что я тогда на тебя накричал. Я испугался, что папы не станет. Ну и… Куликова протянула руку и — нет, не потрепала, — погладила сына по волосам: — Никит, я все понимаю. — Я тебя, наверное, обидел. — Только испугал. — Прости, — он потупился. Лариса улыбнулась: — Уже простила. Никита с облегчением выдохнул, встал, подошел к матери и обнял ее. Даже приподнять попытался. — Кит! — она рассмеялась. — Надорвешься. — Не надорвусь, ты же легкая, — мальчик дотянулся до упаковки с печеньем и запихнул себе в рот сразу два. — И вообще, я с работой скоро накачаюсь и буду очень сильным. Женщина снова засмеялась: — Ты сначала накачайся, а то грыжу заработаешь. И не говори с набитым ртом! Никита дожевал, запил печенье остатками чая и выдал: — Ну и ладно. Зато в армию не заберут, если грыжа большая. — Тебя и так туда не заберут, — посерьезнела Куликова. Мальчик вскинул брови: — Так вдруг я в институт не поступлю. А даже если поступлю, то потом заберут…. И вообще я еще не знаю, кем хочу быть. Но точно не врачом. — Не хочешь — не становись, кто тебя заставляет? — Лариса начала заваривать новую порцию чая. — Папа хотел. Куликова пожала плечами: — Слушай, ты же не за папу живешь, а за себя. И профессию выбираешь не для папы, — тоже выловила печенье из упаковки. — А в армию я тебя туда пущу. Она пагубно влияет, а ты у меня один. Никита хитро улыбнулся: — Справку нарисуешь, что ли? — Если понадобится. Мальчик рассмеялся: — Какая ты суровая, прям настоящая начальница. — Положение обязывает. Будешь еще? — Лариса кивнула на чайник. — Не, — Никита помотал головой. — Давай лучше вещи разбирать. — Давай.